Момент силы

Волны набегали одна на другую, свирепо щерились белой пеной, и каждая следующая поглощала предыдущую, чтобы всего лишь через мгновение исчезнуть, раствориться в более молодой и сильной преемнице. Вечный круговорот жизни и смерти… Здесь, среди древних скал и глубочайших прозрачных вод, тянуло пофилософствовать. Еще недавно казавшиеся важными и первостепенными задачи поражали сиюминутной суетностью. Само время тут ощущалось иначе. Измерялось не минутами или часами, даже не днями, а веками, тысячелетиями. Слишком легко было представить, как выглядел этот край во времена первых экспедиций Иванова и Колесникова. Где-то там, за лесами и горами, сменялись поколения людей, правители и государства. На смену Русскому царству пришла империя, затем — Советский Союз, современная Россия… Здесь же с основательной неизменностью волны продолжали биться о скалы, а ветер в кронах деревьев напевал все ту же песню, что и тысячи лет назад. Древнейшие рабочие, вода и ветер, за века кропотливого труда намыли перешеек, соединяющий Святой Нос с материком. С трех сторон замкнули Баргузинский и Чивыркуйский заливы, создав тихие заводи с песчаными пляжами и относительно теплой водой. Природа могла позволить себе неторопливость. Век же людей скоротечен. Их проекты сменяют друг друга с неумолимой и всё возрастающей быстротой. Но даже так создатели не всегда успевают полюбоваться плодами своего труда. Люди как волны поглощают друг друга, оставляя лишь память, заставляя задуматься: а что останется после тебя? Поймав себя на подобных стариковских мыслях, Дмитрий Сергеевич усмехнулся. Ну нет, ему еще рано подводить итоги. Вот лет через тридцать он обязательно сюда вернется и тогда с полным правом поразмышляет об оставленном наследии. А пока… Он потянулся, разминая затекшие от долгой неподвижности мышцы. Солнце уже встало из-за гор, и теперь блестящая дорожка прочерчивала путь к ближайшему берегу. Совсем скоро они прибудут к месту назначения и сойдут с яхты. Сегодня Дмитрий Сергеевич планировал подняться на плато Святого Носа по так называемой «тропе испытаний». Он любил этот живописный маршрут, идущий сперва по сосновому лесу, а затем вдоль величественного скалистого хребта. Любил открывающийся сверху вид сразу на два залива. Там, наверху, царил покой, после соприкосновения с которым Дмитрий Сергеевич чувствовал себя обновленным, способным с удвоенными силами вернуться в бой за процветание «Фермион-групп». Он скорее почувствовал, чем услышал появление Славина у себя за спиной. Тот медленно спускался по трапу с флайбриджа, как вдруг замер посреди лестницы. Видимо, заметил, кто стоит на корме. Дмитрий Сергеевич поморщился. Невольно задался вопросом: почему он приехал на Байкал именно сейчас, в те самые дни, когда отправил сюда отдохнуть Славина? Ведь изначально этой поездки в его планах не было. И то, что он не мог дать однозначного ответа на свой же вопрос, несколько озадачивало. Славин был интересен. Человек-загадка, весь словно созданный из противоречий. Одновременно привлекательный и уродливый, умный и недалекий, испуганный, почти сломленный, но при этом умудряющийся смотреть на окружающих свысока. Он, безусловно, был увлечен физикой и неплохо разбирался в смежных областях. Но во всем, что не касалось естественных наук… Дмитрий Сергеевич покачал головой. Несмотря на свою избирательную гениальность, Славин порой казался не умнее тех пустоголовых моделей, с которыми Дмитрий Сергеевич переобщался, пока был женат на Веронике. Он терпеть не мог во взрослых людях подростковую категоричность. Ненавидел слабость и трусость, неспособность постоять за себя. Все эти недостатки в Славине были представлены даже с избытком. И все же… что-то не давало Дмитрию Сергеевичу перевернуть эту страницу, ограничиться формальной компенсацией за… хм, да, за совершенную ошибку. Но он никак не мог понять, что. Берег становился все ближе, тонкая желтая линия, очерчивающая перешеек — шире и четче, и вот уже стали видны стоящие тут и там вдоль пляжа палатки, суетящиеся в своих лагерях туристы. — Подплываем, — Дмитрий Сергеевич обернулся на все еще стоящего посреди трапа Славина. По-птичьи вытянув шею, тот завороженно смотрел на берег, но при звуке его голоса вздрогнул, как-то нелепо дернулся и вдруг начал заваливаться вперед. Реакция Дмитрия Сергеевича была уже не той, что в молодые годы, но все же благодаря ежедневным тренировкам, весьма и весьма неплохой. Он прыгнул и все-таки успел поймать Славина у подножия трапа. Вот только гостей со сломанной шеей ему на отдыхе не хватает! Славин замер в его руках, и Дмитрий Сергеевич едва удержался от того, чтобы хорошенько встряхнуть его за плечи. Его раздражала эта нарочитая виктимность. Человек не должен вести себя, как долбаная загнанная лань. Нужно быть совсем идиотом, чтобы не понимать, как провокационно выглядит это поверхностное частое дыхание, эта едва уловимая дрожь… Дмитрий Сергеевич отпустил Славина и сделал шаг назад. — С вами все в порядке? — произнес он резче, чем собирался. — Д-да. П-простите. — За что? Славин поднял голову и впервые за утро посмотрел прямо на Дмитрия Сергеевича. На его бледном лице отчетливыми красными пятнами проступил румянец. Не слишком приятное, но в то же время и странно волнующее зрелище. Славин пожал плечами и отвернулся, вызвав у Дмитрия Сергеевича новый приступ раздражения. Никому другому он бы не спустил такого завуалированного хамства, но тут, учитывая обстоятельства… — Вы готовы? Минут пять, и сойдем на берег. Берите с собой все необходимое, на яхту мы вернемся нескоро. — О! Ладно. То есть… а мы куда? — Поднимемся на плато Святого Носа, оттуда открывается шикарный вид. Да и дорога весьма живописная, вам понравится. Тут Дмитрий Сергеевич вдруг усомнился: а хватит ли Славину сил подняться? С одной стороны, по этой тропе ходят пожилые женщины и дети, с другой же… он вспомнил, как выглядел Славин без одежды. Плоская грудь без намека на мускулатуру, худые руки и ноги. Но нет. Он все-таки молодой парень, здоровый, не инвалид. Справится. Вопреки ожиданиям Дмитрия Сергеевича Славин больше не задал ни одного вопроса, сходил в каюту за рюкзаком. Тот выглядел полупустым, и Дмитрий Сергеевич сделал мысленную пометку положить себе и ребятам по дополнительной бутылке воды на долю Славина. А то и правда еще не дойдет, заморыш такой. Берег был уже совсем близко. Теперь они плыли вдоль узкой песчаной линии, обрамленной низкими соснами и кедрами да чахлым кустарником, за которыми то и дело показывалась проселочная дорога. Пару раз промелькнули знаменитые ходульные деревья — сосны с причудливо изогнутыми обнаженными корнями, выступающими из песка на добрый метр. На этом побережье они встречались куда реже, чем на Ольхоне, но все-таки, кое-где можно было приметить деревья на узловатых «ногах». Еще пару минут спустя песок в прибрежной полосе сменился на крупную гальку, а отдельно растущие деревца — на густой и высокий лес. Это уже было урочище Глинка, место, от которого начиналось несколько живописнейших троп. За спиной началось шевеление: на корму вышли Денис и Игорь — ребята из охраны, которые сегодня отправятся с ними на прогулку. Дмитрий Сергеевич оглянулся на парней. Они выглядели расслабленными и явно довольными. Ну еще бы. Как и он сам, они любили природу и с удовольствием выбирались пусть даже и на такие простенькие маршруты. — Возьмите еще воды, — Дмитрий Сергеевич кивнул в сторону Славина, и парни его поняли правильно, распределили дополнительные бутылки по трем рюкзакам. Они работали с ним не первый год и уже не сомневались в его готовности нести на пару килограмм больше, а вот Славин явно не вызывал у них особого доверия. Капитан отдал якорь с кормы и на тихом ходу подошел к берегу. Здесь не было оборудованного причала, но рельеф дна позволял подойти достаточно близко, чтобы высадиться всего лишь по колено в воде. — Алексей Викторович, я бы советовал вам подвернуть джинсы. Если, конечно, вы не хотите идти мокрым, — сказал Дмитрий Сергеевич, закатывая собственные штаны. И тут же вдруг неожиданно для себя уточнил: — Или, может, вы предпочтете вообще не ходить с нами, а остаться на яхте? — Я правда могу остаться? — голос Славина прозвучал так, будто он и в самом деле вместо прекрасной прогулки по заповедным местам предпочел бы провести день на яхте. — Безусловно. Но чего вы этим добьетесь? — Дмитрий Сергеевич глубоко вздохнул, досадуя, что ему приходится объяснять прописные истины взрослому человеку. — Вы сами говорили, что любите лес и горы и терпеть не можете пассивный отдых. Так что да, вы можете остаться, но хотите ли? Не позволяйте беспочвенным страхам управлять вашей жизнью. — Беспочвенным?! — возмущенно прошипел Славин, и Дмитрий Сергеевич в который раз поразился, насколько открыто тот выражает свои эмоции. В исполнении невинной девочки лет пятнадцати это выглядело бы даже мило, но вот Славину не помешает научиться сдержанности. Нельзя настолько явно демонстрировать слабые места, кто-нибудь в них да ударит. — Именно. Мы уже выяснили, что произошла ошибка, и теперь с моей стороны вам ничего не угрожает. Напротив, я пытаюсь помочь. Но жизнь ваша, и вы вольны сами решать, пойдете дальше или позволите прошлому тянуть вас назад. Не дожидаясь ответа Славина, Дмитрий Сергеевич отправился на нос. Хотя ему было неприятно смотреть, как человек отказывается от предоставленных возможностей, он не собирался никого уговаривать. Хочет Славин жалеть себя и оставаться в амплуа жертвы, это его право. Стюард спустил лестницу и первым спрыгнул в воду, закрепил вокруг крепкого дерева носовой швартовый. За ним последовали Денис с Игорем и Дмитрий Сергеевич. Хотя по сравнению с остальным побережьем Байкала вода в Баргузинском заливе считалась теплой, с непривычки ноги обожгло холодом. Впрочем, Дмитрий Сергеевич любил именно такую температуру воды, прохладно-бодрящую. Он даже задумался, не искупаться ли перед началом маршрута, но решил, что нет, лучше выйти на тропу вовремя. Устроить заплыв можно будет и потом. — Подождите! — вдруг раздался голос Славина. Громко топая, он подбежал к бортику. С некоторым сомнением посмотрел на спущенную лестницу, презабавно, как кошка — воду, потрогал ее ногой. Довольно неуклюже, так, что Дмитрий Сергеевичу с берега даже показалось, что он сейчас упадет, перевалился через бортик и начал спускаться по лестнице. При этом он подолгу задерживался на каждой ступеньке, зачем-то внимательно глядя вниз. — Н-да, — хмыкнул Дмитрий Сергеевич и отвернулся, почему-то ему вдруг стало неловко смотреть на этот, за неимением других цензурных слов, пусть будет спуск. К нему вновь вернулись сомнения: а стоит ли брать Славина с собой наверх. Ну да ладно, в крайнем случае до плато его можно будет и дотащить, а там — вызвать вертолет. Тут раздался громкий всплеск и почти сразу — задушенный писк. Дмитрий Сергеевич резко обернулся, предполагая, что Славин таки свалился в воду. Может, так оно было б и к лучшему: в мокрой одежде ему точно пришлось бы остаться на яхте. Но нет. Он стоял по колено в воде, бледный, взъерошенный, и выглядел… Дмитрий Сергеевич едва не расхохотался при виде того, с каким страдальческим выражением лица Славин выбирался на берег, какие брезгливые взгляды бросал на воду у себя под ногами. — Я п-пойду, — присоединившись к ним на берегу, выдал Славин. Расправил плечи, поднял подбородок и прямо посмотрел Дмитрию Сергеевичу в глаза. Наверное, это должно было выглядеть вызывающе, если б при этом он не подрагивал от холода. — Хорошо, — Дмитрий Сергеевич протянул ему полотенце, которым только что сам вытирал ноги, и отошел в сторону. На лес и горы смотреть было куда приятнее, чем на этого… Славина. Может, пока не поздно, все же оставить его на яхте? А то так и будет всю дорогу его раздражать. Но, пожалуй, сейчас это было бы даже жестоко. Славин и так преодолел себя, решившись пойти. Пока тропа, ведущая на плато Святого Носа еще не началась, они шли по широкой проселочной дороге. Краем глаза Дмитрий Сергеевич наблюдал за Славиным: тот с любопытством и нескрываемым энтузиазмом озирался по сторонам, ему все было интересно, все внове. И почему-то это зрелище не раздражало, а напротив, вызывало странное теплое чувство. Дмитрий Сергеевич любил показывать свои сокровища тем, кто был способен их оценить. А эти окрестности он, безусловно, считал своими. Он редко возвращался в те или иные красивые места, предпочитая каждый раз посещать новые, но этот маршрут проходил уже дважды. Тут Славин отстал, и Дмитрий Сергеевич обернулся посмотреть, что на этот раз привлекло его внимание. А, ну да… чуть в стороне от дороги виднелись остатки каменных стен и мраморных лестниц. При взгляде на эти руины можно было предположить, что когда-то здесь стояла старинная дворянская усадьба или что-нибудь еще столь же исторически-романтичное. — Это должна была быть гостиница, — пояснил Дмитрий Сергеевич для Славина. — Но она сгорела, так и не открывшись. — Гостиница?! Здесь? — возмутился Славин. — Но разве мы уже не в Забайкальском национальном парке? — Верно. Но если вы посмотрите на карту, увидите, что это место обозначено как поселок Глинка. — Хмм… — Славин демонстративно огляделся. Помимо руин и дороги вокруг не наблюдалось никаких признаков цивилизации, лес окружал их со всех сторон. — Да, сейчас от поселка остался только большой рыбацкий дом и сторожка смотрителя. До них мы пока еще не дошли. Но вряд ли для вас окажется новостью, что в наши дни многие деревни выглядят примерно так. К немалому удивлению Дмитрия Сергеевича Славин в ответ разразился пламенной речью о развале страны и экономики. Причем если поначалу его рассуждения звучали наивно и нелепо, как у всякого диванного экономиста, и заставляли Дмитрия Сергеевича лишь досадливо морщиться, то после пары наводящих вопросов в его речах появилось рациональное звено. Славин, что было крайне странно для человека его возраста, читал «Капитал» Маркса и «Капитализм и свободу» Милтона Фридмана, к тому же помимо критики, имел собственную модель идеального общества. Утопичную, весьма далекую от жизненных реалий, но парадоксально интересную. Конечно, он предлагал технократию, что же еще. — О! Это что, рыжики? — вдруг прервался Славин на полуслове. Остановился и подошел к группе растущих у тропинки грибов. — Давайте их соберем! Знаете, какие они вкусные жареные со сметаной? Дмитрий Сергеевич любил рыжики. Его повар делал из них отличную соленую закуску. Маленькие, крепенькие, идеально подобранные по размеру, они приятно похрустывали на зубах и были, пожалуй, даже вкуснее белых. Но собирать грибы самому? Он не делал этого уже многие годы и не был уверен, что отличит рыжик от той же розовой волнушки. Довериться Славину? Ха, не смешно. — Это и правда рыжики, — заметил его колебания Денис. — Можем их сварить на привале. А вот Денису Дмитрий Сергеевич верил. Бывший вэдэвешник, тот был обучен выживать в лесу на подножном корме. И головой отвечал за здоровье Дмитрия Сергеевича. — Хорошо, — кивнул он, соглашаясь. — Специально сходить с тропы не будем, но если они нам попадутся, почему бы и нет. Игорь вручил Славину нож и пакетик, и охота на грибы началась. Первая часть их пути приходилась на приятную пологую тропинку, идущую через сосновый лес. Кроны высоких деревьев закрывали от солнца, дарили легкую прохладу. В воздухе витал густой аромат хвои, грибов и ягод. Славин, а вслед за ним и Денис с Игорем, то и дело заходили за деревья, неизменно возвращаясь с очередным ярко-желтым грибом. В какой-то момент и Дмитрий Сергеевич, поддавшись всеобщему энтузиазму, присоединился к поиску. Что ж, собирать по дороге грибы оказалось отличной идеей. Вопреки опасениям Дмитрия Сергеевича, Славин не стал обузой: он держал быстрый темп, раскрепостился, перестал вздрагивать при каждом его приближении. И даже забыл о своей раздражающей манере говорить свысока. Напротив, с легкостью участвовал в общем разговоре: рассказывал забавные лесные истории из своего детства, с видимым удовольствием слушал спутников. О многих случаях, упомянутых Денисом и Игорем, Дмитрий Сергеевич знал, но кое о чем слышал впервые. Он и сам рассказал пару курьезных случаев, произошедших еще во времена его службы. Смеющийся Славин выглядел… странно. Но Дмитрий Сергеевич, определенно, не возражал против подобных перемен. Минут через сорок тропа вышла к живописному прозрачному ручью, одному из многих десятков, несущих свои воды с хребта Святого Носа к Байкалу. Около него решили устроить короткий привал. Упаковать собранные грибы, напиться холодной чистой водички. Было забавно наблюдать за реакцией Славина, когда он увидел, что Дмитрий Сергеевич, как и Игорь с Денисом, пьют прямо из ручья. Его глаза округлились, нос наморщился, но он, о чудо, сдержал критические замечания и даже сам попробовал воду. После ручья тропа начала забирать вверх все круче, деревья стали реже и ниже, а лежащие вдоль тропы валуны — все крупнее. Мягкая лесная тропинка постепенно сменилась каменистой дорогой, и идущий за Славиным Дмитрий Сергеевич вдруг обратил внимание на его обувь. В мягких кедах, может быть, и удобно гулять по парку или кататься на велосипеде, но они явно не предназначены для гор. Пройти-то он пройдет, но… нужно было заранее выдать ему пару туристических ботинок. За очередным поворотом тропинки показался первый крутой подъем. Здесь уклон достигал почти сорока пяти градусов, и подниматься приходилось почти как по лестнице. Впрочем, Дмитрий Сергеевич знал, что этот участок пути еще не из самых сложных: тут по обеим сторонам тропинки пока что росли деревья, скрывая туристов от палящего солнца, давая дополнительные упоры для рук и ног. Они не прошли и десятой части подъема, как Славин сперва замолчал, перестав участвовать в общем разговоре, затем Дмитрий Сергеевич услышал его громкое загнанное дыхание. Славин замедлился, было видно, насколько тяжело ему теперь дается каждый шаг. Дмитрий Сергеевич посмотрел на часы, прикинул пройденное расстояние и то, сколько им еще предстояло. Да, такими темпами они точно не успеют дойти до вершины, а потом спуститься до темноты. Он почувствовал раздражение: все же не стоило брать с собой Славина. С ним они теперь будут ползти со скоростью черепахи. Да и сам Славин замучается так, что, скорее всего, будет не способен оценить окружающие пейзажи. Тот впереди вдруг споткнулся, и из-под его ног посыпались мелкие камушки. Покачнувшись, устоял, но Дмитрий Сергеевич резко скомандовал: — Привал. Посидите здесь минут пять, отдышитесь. Славин рухнул на тропу в том же месте, где и стоял. Закрыл глаза, помассировал явно уставшие икры. И это только начало подъема… Может, отправить его с Денисом назад прямо сейчас? — Ох! Как красиво! — вдруг выдохнул Славин. Успевший обойти его на тропе и подойти к Денису, Дмитрий Сергеевич обернулся, проследил за его взглядом. Они поднялись еще не высоко, деревья закрывали обзор на Байкал, но даже отсюда вид был весьма живописный. Внизу серо-зеленой массой темнел хвойный лес, серые скалы и валуны складывались в причудливый нерукотворный ансамбль. Тропинка стекала по склону вниз наподобие горного ручья, почти водопада, то и дело огибая растущие у нее на пути сосенки. Хм. Ладно. Может, Славин не так уж бесполезен. По крайней мере, умеет замечать красоту. — Там впереди еще долгий подъем. Не хотите вернуться? — все же предложил Дмитрий Сергеевич. И с удивлением обнаружил, что был бы не рад услышать положительный ответ. Да, Славин существенно их тормозил, да, из-за него придется с плато вызывать вертолет, но, в конце концов, Дмитрий Сергеевич уже проходил этот маршрут дважды. Ничего нового он здесь не испытает. А вот показать любимые места именно этому странному мальчишке почему-то хотелось. — Вернуться?! Конечно, нет! Или… — тут Славин перевел взгляд с пейзажа на него, и… вот же черт! Дмитрия Сергеевича охватило совершенно неуместное сейчас возбуждение. Славин смотрел снизу вверх беззащитно и неуверенно, снова похожий на жертвенного агнца. Из-за крутого подъема его голова оказалась как раз на уровне паха Дмитрия Сергеевича, и так заманчиво было бы ухватить его за волосы, подтянуть к себе, заставить разобраться с вызванной его же взглядом проблемой! Дмитрий Сергеевич кхекнул и от греха отвернулся. Странно и удивительно было осознавать, что Славин по-прежнему вызывает в нем физическое желание. Ну да ладно, он не четырнадцатилетний подросток, умеет держать свои неуместные порывы в узде. — Я вам мешаю? — спросил Славин, и Дмитрий Сергеевич даже не сразу понял, о чем он. — Я могу идти быстрее. Я люблю ходить, просто… ненавижу подниматься! — Все в порядке. Если хотите идти с нами, идемте. И не нужно геройствовать. Это просто прогулка. Как устанете — говорите, будем делать привалы. И вот, возьмите воды, — Дмитрий Сергеевич протянул Славину специально для него прихваченную бутылку. — Спасибо. — Славин жадно присосался к воде, и Дмитрий Сергеевич вновь отвернулся, чтобы не смотреть на это непотребство. Слишком соблазнительно выглядела его запрокинутая голова, беззащитное горло с ходящим вверх-вниз кадыком. — И вот еще что: давайте сюда ваш рюкзак. — Что? Зачем? Нет, спасибо. Я сам, — Славин вцепился в лямки рюкзака, будто у него собирались отнять ценную поклажу. Ну, сам так сам. Дмитрий Сергеевич не стал спорить, лишь выразительно посмотрел на Игоря. Тот кивнул, соглашаясь. На следующем же привале он заберет у Славина рюкзак, пусть мальчишка идет налегке. От этого всем будет проще. Посидев еще пару минут, они отправились дальше. Дорога продолжала идти вверх столь же круто, а кое-где и вовсе приходилось перелезать через препятствия, опираться на руки. И если поначалу они двигались в том же порядке, что и на лесной тропе до подъема: Денис шел впереди, за ним — Славин и Дмитрий Сергеевич, а замыкал их маленькую группу Игорь, то после следующего привала Дмитрий Сергеевич обогнал Славина. Ну невозможно же было смотреть, как он лезет вверх на четвереньках, так и напрашиваясь на неприятности для оттопыренной задницы! Примерно на половине маршрута располагалась обзорная площадка с установленным на краю обрыва крестом. Оттуда уже можно было с высоты птичьего полета посмотреть на раскинувшиеся внизу заливы. Береговая линия Чивыркуйского перешейка казалась отсюда идеально ровной дугой, почти половиной окружности, начерченной чьей-то гигантской рукой. Масштабы просторов здесь поражали. Как на ладони перед ними раскинулись болота, о которых с таким восторгом накануне рассуждал Славин, посередине перешейка поблескивало своими водами озеро Арангатуй. Дмитрий Сергеевич посмотрел на часы. На дорогу до креста они потратили почти втрое больше времени, чем он изначально предполагал. Ну да неважно, все равно им уже не придется идти назад, а на плато они успевают с запасом. Зато Славин на каждом привале ухитрялся заметить что-нибудь красивое и интересное. Будь то очередной вид, редкое растение или необычный камушек. Дмитрию Сергеевичу понравилась его наблюдательность, так маршрут действительно заиграл новыми красками. Он сделал Игорю знак, чтобы ребята располагались на обед. Из рыжиков, каких-то собранных по дороге травок и изначальных припасов Денис сварил на газовой горелке весьма неплохой суп. И в какой-то момент, сидя в обустроенном на скорую руку лагере с видом на заливы, Дмитрий Сергеевич осознал, что искренне наслаждается сегодняшней прогулкой. И компания из Славина получилась весьма неплохая.