6 пороков Ичимару Гина

      Утренний туман встал над Сообществом Душ. Воздух влажный, душный и очень тяжелый, он будто давил на плечи, и Рукия устало опустилась на деревянные энгава в поместье.       Доски еще влажные, не успели высохнуть после вчерашнего дождя, и оттого холодные, но когда это девушку пугал холод?       Кучики устало проводит рукой по волосам, сонно щурясь, смотрит на унылый пейзаж: на низкие ползущие серые облака, которые полностью обволокли небо, на мрачный в тусклом утреннем свете пруд. Даже трава в саду приобрела темно-мутный зеленый оттенок.       Такая в Готее осень.       Но Рукии казалось, что не только осень.       Все в поместье еще спали. Девушка впервые встала раньше старого управляющего… а вернее сказать, не ложилась вовсе. Слишком много мыслей в голове, слишком много в последнее время «приятных» неожиданностей свалилось ей на голову.       Сырой промозглый ветерок встрепал ее влажные от косого дождя волосы. Тяжело вздохнув, девушка поднялась на ноги.       – Рукия, ты уже уходишь?       Ее всегда восхищала способность старшего брата бесшумно скользить по поместью, его шаги были настолько плавными и отточенными, что казались абсолютно беззвучными. Вот и сейчас, деревянные доски энгавы не издали ни единого скрипа, когда по ним, уже при полном военном камуфляже, прошел Кучики Бьякуя.       Девушка обернувшись, почтительно склонила голову перед старшим братом:       – Да, брат. Добрый вам день.       – Добрый. Ты вчера поздно пришла, – спокойно заметил мужчина, его серые глаза внимательно скользнули по осунувшемуся лицу сестры. – Как прошел твой первый день в должности лейтенанта?       Девушка низко опустила голову, крепко сцепив пальцы рук. Не так часто брат снисходит до разговора с ней, чаще он просто ограничивался короткими покровительными кивками. В любое другое время девушка бы непременно была счастлива провести время с Бьякуей, но не сейчас… Слишком уж сложно подбирать правильные слова и выглядеть при этом непринужденно.       – Хорошо, – безжизненно отозвалась девушка.       – Я надеюсь, что это и правда так, – Кучики бесстрастно перевел свой взгляд на зеркальную гладь пруда. – Рукия, ты знаешь, что я разрешил дать согласие на твое повышение, исходя лишь из твоих личных соображений и желаний на этот счет?       Бледные пальцы девушки сильнее переплелись меж собой и начали слегка подрагивать. Разочарование – вот то, чего она точно не сможет вынести!       – Это решение далось мне нелегко. Я надеюсь, что поступил правильно, позволив тебе выбирать самой, – Бьякуя говорил невозмутимо, не отводя глаз от неясного отражения серого неба в воде. – Если тебя что-то гложет из-за поспешно принятого решения, ты всегда можешь поделиться этим со мной.       Рукия тут же склонила голову:       – Да, брат. Благодарю за оказанное вами доверие!       Бьякуя сухо кивнул на поспешный, неловкий поклон сестры. И скользнув по ее лицу своими льдистыми глазами, он плавно двинулся к главным воротам поместья:       – Отвратительная сегодня погода.       666       – Чудная погодка за окном. Не находишь, Рукия-чан?       Кучики молча перевела хмурый взгляд с нудного очерка о проблесках реацу в тринадцатом районе на беспечно-ухмыляющегося Ичимару.       Лис, комфортно откинувшись на деревянную спинку стула, нагло закинул ноги на рабочий стол. Его скучающий взгляд был прикован к окну, по стеклу которого медленно стекали капли косого дождя. Длинные пальцы китсуне, ловко складывали из листков бумаги замысловатые оригами, на его столе была уже небольшая горка из хрупких бумажных произведений искусства.       – Просто кошмарная, – раздраженно отозвалась девушка, ловя себя на том, что неотрывно наблюдает за тонкими пальцами Гина, которые с особым усердием в данный момент загибали уголки бумаги.       Его руки…       Чертыхнувшись про себя, Кучики вновь пытается сосредоточиться на тринадцатом районе…       И какого только черта Ичимару пришел так рано на работу?! До начала рабочего дня оставался еще как минимум час… Или это очередной его продуманный план по тотальному разрушению ее жизни? Знал бы он, что ее жизнь уже полностью разрушена, горько посокрушался бы над тем, что не полностью является тому причиной.       Хуже быть уже не может, наивно думала Рукия еще утром, на деле оказалось еще как может. Девушка никак не ожидала увидеть китсуне так рано…       Хмуро просеменив все охранные посты и сделав выговор прикумарившему на посту часовому, Кучики пройдя на свое новое рабочее место, обнаружила очень неприятный сюрприз в лице Ичимару Гина, безмятежно развалившегося на стуле. Естественно без колкостей и подколов с его стороны, не обошлось.       «Чертов Ичимару!»       Глаза Кучики то и дело непроизвольно скашивались в его сторону, на его чертовы длинные пальцы, так увлеченно загибающие так и сяк листок бумаги. Девушку будто заворожили неторопливые движения его изящных рук.       – А по мне так в Сейретее наконец настало самое восхитительное время.       Рукия слегка вздрогнула от ленно тянущегося голоса китсуне и отвернулась, уткнувшись ничего невидящими глазами в рапорт, испытывая неожиданную неловкость оттого, что так беззастенчиво пялилась на чужие руки.       – Нет солнца, нет этого вечно голубого-голубого, – лицо Гина наигранно скривилось. – Приторного до омерзения неба. Не так часто осень наведывается в Готей.       С чего это вдруг такая непринужденность в ее обществе? Рукия вновь скосила свои глаза в сторону лиса. Гин, наводя последние штрихи по созданию бумажного самолетика, поймал ее взгляд и насмешливо улыбнулся:       – Рукия-чан, скажи-ка мне, по какому случаю траур?       – Как… какой траур? – запнулась Кучики, от неожиданности даже чуть не выронив кисть из руки.       Ичимару на время забылся и не ответил, расправляя бумажные крылья самолетика и запуская свое творение в воздух, как раз в сторону своего окаменевшего лейтенанта.       Мгновенье самолетик парил в воздухе, набирая высоту и скорость от гулявшего в помещении сквозняка, а после, наклонившись под виртуозно заданным углом, врезался острым уголком в лоб шокированной Рукии, которая, по всей видимости, просто не ожидала такого поворота событий.       – Надо же, попал, – весело заметил Гин.       Кучики уязвленно потерла рукой пострадавшее место, пуская полные безотчетной ненависти взгляды на Ичимару:       – Какого черта это было?! – прошипела сквозь сомкнутые зубы девушка.       – Яре-яре, Рукия-чан, – усмехнулся Гин, с издевкой поучительно маша пальцем. – Приличным девушкам из благородных кланов, не пристало так выражаться. Тем более я, кажется, задал тебе вопрос, – тон его голоса резко изменился. – По какому случаю траур?       – Боюсь, что не поним…       – Да брось, – перебил ее Ичимару. – Всего за день такие перемены… Не уж-то опять беда пришла из проклятого городка Каракура? Дай-ка угадаю, мир снова в опасности?       Кучики вся сжалась, комкая в руках злополучный самолетик, от изгаляющегося голоса китсуне девушке становилось только хуже… В виски начала бить тупая боль – бессонная ночь давала о себе знать. Злость, раздражение, разочарование, боль – все эти чувства экзотическим коктейлем смешались внутри Рукии и требовали освобождения.       – Ну, давай же, удиви меня очередной трагедией переходного возраста и несправедливостью этого бренного мира…       – Мои проблемы вас не касаются! – излишне резко одернула его Кучики, ее пальцы сильнее сдавили уже скомканный лист самолетика.       Она не поняла, что случилось, когда в мгновение ока лис пропал из поля ее зрения.       Тонкие пальцы Ичимару невесомо коснулись волос девушки.       Когда он успел?!..       У Рукии пробежали какие-то странные мурашки вдоль всего позвоночника, когда близко наклонившись к ней, китсуне убрал ей волосы с шеи и его прохладное дыхание приятно легло на ее разгоряченную кожу, и его голос…       Его голос без идиотского акцента звучал совсем по-другому:       – Ошибаешься, – его губы почти касаются мочки ее уха. – Это очень даже мое дело.       Дыхание Кучики стало скомканным. Сердце в груди начало барабанить с удвоенной силой.       – Видишь ли, Рукия-чан, – его прохладное дыхание опаляло ей кожу. – Ты теперь мой лейтенант, смекаешь? И все твои проблемы, несчастья и тому подобное очень даже мое дело. Например... – Кучики этого не видела, но явственно почувствовала, что усмешка тронула его губы, – твое самочувствие. Ты сегодня вообще ложилась спать?       Девушка дернулась, хотела было ответить, но вдруг с ужасающей ясностью осознала, что не может произнести ни слова.       Легкий смешок где-то в области ее затылка, и новые залпы мурашек по позвоночнику не заставили себя ждать.       – Я почему-то готов поспорить, что не являюсь причиной твоего отвратного самочувствия, – Гин наконец отстранился от нее, мягкой походкой обходя ее рабочий стол.       Кучики по-прежнему сжимала плечи, до боли закусывая губу… Лишь бы сдержаться, только не перед ним.       – Увлекательного повествования на тему бренного мира мне от тебя, по всей видимости, не ожидать, нэ?       Ичимару чуть заметно приоткрыл глаза, но на губах по-прежнему играла улыбка. Старая привычка, что уж с ней поделаешь…       – Ладно, оставим пока на время трогательные хроники твоей жизни, – голос Гина неуловимо поменялся на более деловитый, и Кучики нехотя вскинула голову. – Я надеюсь, ты уже просмотрела очерк от второго отряда?       Рукия сухо кивнула головой.       – Славно. Тогда прямо сейчас можешь начать организовывать патруль. А мне нужно отойти по делам, – поднимая голову к настенным часам, проговорил Ичимару, легко спрыгивая со стола.       «Ну и катись к черту!» – зло подумала Рукия.       – Рукия-чан, у тебя лицо покраснело. Все хорошо?       "Чертов!.."       Створки седзе с едва уловимым шорохом встали на место, оповещая девушку, что китсуне в кабинете больше не было.       "Ненавижу, ненавижу, ненавижу"!       Кучики от злости уже даже не разбирала буквы на листке, они просто плыли расплывчатыми кляксами перед ее глазами. Она даже про свадьбу эту забыла, как умеет доводить этот лис!       – Кучики-сан?       "Ненавижу, ненавижу, ненавижу"! – повторяла Рукия про себя, как заклинание.       – Кучики-сан!       Рукия, вздрогнув, подняла взгляд на застывшего в приоткрытых сезде, рядового офицера.       – Моске-кун, вы что-то хотели? – раздраженно поправляя выбившуюся прядь волос, спросила Кучики.       – Мне срочно нужна документация продовольствия в отряде, – сухо проскрежетал мужчина. – Приказ от главного, она нужна в срочном порядке.       – А где я тебе ее возьму?       – Обычно если ее нет на рабочем месте, то она, скорее всего у Ичимару-тайчо.       – Его нет, но он скоро придет, – отмахнулась девушка.       – Кучики-сан, она нужна срочно! А Ичимару-тайчо… – рядовой потупил взгляд. – Очень не предсказуем в плане своего появления. Он может и завтра прийти.       – И что ты предлагаешь? – нахмурившись спросила Рукия, которую вдруг пронзило нехорошее предчувствие.       – Не могли бы вы сами ее доставить?       Кучики скривила губы:       – Дурень, ты понимаешь, что ты и кому предлагаешь?! Чтобы я влезла к нему в дом?       – Кучики-сан, но ведь срочно… – Моске явно растерялся. – За неисполнение приказов никто нас по голове не погладит.       – А что сам?       Офицер страшно вытаращил глаза. Стало ясно, что не за какие деньги в мире он не сунется в логово лиса.       – Хорошо-хорошо, я схожу, – смилостивилась Кучики, прекрасно понимая каково сейчас этому мужчине.       Моске отвесил ей очень низкий поклон и быстро скрылся за седзе.       Попасть к Ичимару в дом оказалось очень даже легко: открытые настежь окна, без всяких там защитных бакудо. Да и спрашивается, зачем предпринимать какие-нибудь средства защиты, если никто в здравом уме к нему не сунется?       Кучики ловко спрыгнула с ветви дерева прямо к нему в комнату, по книжным стеллажам и письменному столу которой, стало ясно, что кабинета. Рукия сначала настороженно огляделась по сторонам, везде поджидая угрозу.       Решив не терять времени зря, Кучики сразу начала обыскивать его апартаменты на наличие документов. Немного покопавшись в одной из настенных полок, девушка очень быстро нашла нужные ей бумаги.       Рукия уже было хотела уходить, как с открытого настежь окна в комнату ворвался порывистый холодный ветер: растрепал ей волосы и раскидал по комнате какие-то бумаги с журнального столика. Листов было очень много, они как снег, припорошили пол комнаты.       Присев на корточки, дабы быстро собрать упавшие бумаги, Рукия остолбенела…       По комнате были разбросаны не просто листы, а листы с ее многочисленными рисунками.       Разнообразного вида и цвета кролики чаппи, смотрели на нее со-всех углов комнаты. Куда не глянь!       У девушки немного помутилось в голове: что вообще здесь происходит?! Зачем Ичимару ее рисунки?!       – Что ты здесь делаешь? – прервал ее молчаливую истерику сухой холодный голос, который мог принадлежать только одному человеку в этом мире.