Граф Гарсиа

В старом, заросшем саду пахло прогретой листвой, и душными цветами. Красно-коричневый камень раскалился на закатном солнце, и, похожие на темно-зеленые трещины, на нем грелись ящерки. Изогнулись причудливо, замерли. Дом из листьев и веток спрятался в самой его глубине, у корней развесистой ивы, что спустила тонкие зеленые ветви к темной воде. Неширокий, спокойный внешне ручей был быстрым и своенравным. Мальчик хотел сперва его перепрыгнуть, но потом, осторожно балансируя, перешёл по нескольким перекинутым через ручей жердям. Уронить башмаки с ракушками ему не хотелось. Трава в начале потайной тропинки была примята, и мальчик замедлил шаг – метнулся в сторону, присел, насторожился. Осматривал окрестные заросли нестриженных кустов внимательно, сощурился, как настоящий разведчик. Приставил ладонь козырьком ко лбу, высматривал вероятных врагов, которые, несомненно, через заросли подбирались. В ладонь ткнулась прошлогодняя, сухая ветка с обломанным сучком – половинкой гарды. Мальчишка вскочил, как распрямившаяся пружина, и в прыжке принял позицию. Может, учитель бы и придрался – локти не так стоят, торчат, и слишком высоко «клинок», но кусты – не учитель. Они не придирались, они выставили колючие ветки, ощетинились шипами. Мальчик сделал несколько финтов, пару уколов – ветки закачались, роняя зеленые лохмотья рассеченных листьев. Деревянный «клинок» опустился острием к земле. В осыпающихся с куста белых лепестках мальчику почудилась безмолвная укоризна. И сразу таинственность куда-то подевалась – помятая трава оказалась помятой травой, без следов вражеских солдат. Наверное, пес из кухни бегал по саду сегодня. Мальчик, помахивая палкой, что еще недавно была его «клинком», подхватил башмаки, и зашагал вглубь зарослей. Колючки цепляли его за одежду, но внимания он не обращал. Куда уж дальше-то рвать… Он замедлил шаг, когда спускался по крутой, глинистой тропинке к спрятавшемуся под корнями ивы домику. Показалось, что что-то слышит – голоса. - Лу? Лючия? – позвал он вполголоса, присев за высокой, жесткой травой. Голоса в зарослях оборвались. - Лу-у, - позвал мальчик, соскользнув с тропинки, прыгнув на крышу домика на четвереньки, мягко, как котёнок. В домике царила тишина. - Лу? – мальчик свесил голову вниз, взмахнув копной черных кудрей, и поморщился от короткого девчачьего визга. - Ну и чего ты его сюда привела? – хмуро осведомился он у девушки, что, прикрывая открытую грудь распущенными волосами, пряталась за гибким, статным парнем. – Это наше место. Уходите, я его украшать пришел. - Рике… иди домой, - набрасывая на плечи спущенную сорочку, вымолвила девушка. Мальчишка только хмыкнул. - Это ты иди домой. Отец будет недоволен, что ты путаешься с рыбаком. - Рике, - вступил в разговор парень, - ты же никому не скажешь? - Конечно, не скажу, - усмехнулся Рике щербатым ртом. – Просто вот этой дуре влетит. - Ах я тебя сейчас! – девушка сцапала его за ухо. Сохраняя полнейшее хладнокровие, Рике сказал: - Все из-за тебя. Сейчас я упаду отсюда. Маноло, лови!.. – и, рыбкой соскользнув с обрывчика, пропахав пузом по древесным корням, угодил прямо в подставленные руки юноши. - Зачем ты пришел? – на щеках девушки горели яркие пятна, а черные кудри, такие же, как у Рике, рассыпались по плечам. Рике деловито встал на цыпочки, и не дотянулся до оставленных на обрывчике башмаков. - Я принес ракушки. Украшать наш домик, - домик был наполовину вырыт в глинистой стене обрыва, наполовину сплетен из ивовых веток. – А ты приводишь сюда посторонних. - Ну, Рике, какой же я посторонний, - Маноло достал башмаки, и Рике просиял. - А я просто так, - и заулыбался. – Но это секретное место, мое и Лу. Ты не обижайся, - и вскинул на парня светло-карие глаза, в которых сквозила тревога. - Вы не попадайтесь, - серьезно сказал Рике, вынимая из башмаков ракушки. – Отец вас обоих убьет. Тебя, Лу, особенно. - Защитник, - хмыкнула Лу, хмуря тонкие брови. На ее гибкой, лебединой шее темнело небольшое пятно.