Алый пепел

Много лет назад – Микаса помнила – они с Эреном впервые получили самостоятельное задание тогда еще от босса Пиксиса. Она была рада и горда, в отличие от Эрена, который воспринимал службу сугубо как способ выжить и показать себя, ей работа нравилась, она умела и любила очищать город от проходимцев, в глубине души надеясь, что таким образом она защищает и брата. Задание касалось, помнится ей, охраны какого-то объекта, где должны были проходить переговоры. Именно Армину – этому тонкому хрупкому, как юная девушка, блондину – они с Эреном доверились, поделившись с ним своей радостью. Парень сверкнул своими умными глазами и похвалил их. Задание они, конечно же, провалили полностью… Микаса до сих пор помнит, с какой ненавистью и яростью она убеждала вакагасира Райвеля – тогда она, правда, ненавидела его – что Армин замешан в срывании переговоров, что только он и он мог знать о их планах, но тщетно… Никто не поверил ей, и хотя Армин на время исчез из отряда, спустя полгода он вернулся. Но вернулся не один. Вместе с ним к власти пришел молодой босс Ирвин. И Армин, мгновенно стал тайным советником, ответственным за самые тайные операции семьи. Для Микасы, впрочем, это ничего не изменило. Для Эрена тоже – этот дурашка продолжал считать Армина своим другом. Сейчас они все трое были значимыми людьми для семьи – а прежнее доверие было полностью утеряно. Поэтому Микасе было отчаянно неприятно видеть бывшего товарища на ее супружеской постели. Армин, конечно, не мог не заметить этого. - Ты не ласковая, - нахмурился он, - Микаса, меня не было в городе два месяца, а ты встречаешь меня таким взглядом… А хотя, прости меня, я, наверное, лег на половину твоего супруга, да? И все-таки, судя по последним событиям, он в этой постели бывает сейчас редко… - Как и я, - холодно отозвалась Микаса, стягивая рубашку на груди, - Что тебе нужно, Армин? У меня совсем немного времени, чтобы принять душ и поспать. Эрен ждет меня. Прости, что не предлагаю кофе и беседу… - Спасибо, обойдусь… - Армин улыбнулся очаровательной улыбкой, в которой Микасе мерещился оскал, - Я тут тоже по делу, моя хорошая. Боссу нужна моя помощь, и я ее окажу. Можешь быть уверена, этих проходимцев «Люди» уничтожат полностью… Хотя, конечно, ты скорее всего горишь желанием сама разобраться с ними. - С ними?.. – Микаса подняла бровь, - Мне плевать на пешек, Армин. Чистить ряды – твоя работа. Я хочу убить только одного человека в Тросте. Я мечтаю вскрыть голову Энни Леонхарт. Тонкая блондиночка вызвала Эрена на пристань в ту ночь. Ее ненависть к нему безгранична – и сейчас она перешла все рамки. Эрен, скорее всего, простит ее, когда придет в себя… Но я не Эрен. Я его семья. А значит… - А значит ты убьешь ее, - Армин хмыкнул, - Слышал, Райнер самолично был тут, чтобы выяснить, кто был виновен… Если босс «Титанов» снизошел к нам, «Людям», значит, дело нечисто. Думаю, он сам не доверяет Энни… Но помимо нее у него в семье есть и Бертольд. Странно, что этот длинный и нескладный парень не спасает свою подружку в такой момент. Или все-таки спасает?.. - Что ты знаешь? – Микаса внимательно посмотрела на Армина, позабыв о рубашке и прочих вещах, - Если ты тут, значит, хочешь что-то мне сказать, так? Что-то об Энни? Или ты… - Микаса отшатнулась, - Ты нашел их, Армин? Ты знаешь, где эта парочка? - Конечно, - Армин улыбнулся уголками губ, - Микаса, я же старый друг. Я пришел сюда, потому что мои люди выследили их обоих. И прямо сейчас я пойду с этим докладом к боссу Ирвину, хотя… Я могу сделать крюк по саду, выпить чаю и принять приготовленную для тебя ванну… Задержусь на часика два. Если, конечно, ты хочешь. - Где они? – Микаса отбросила скомканную рубашку в угол – со стула она подняла оставленную мужем чистую свежую рубашку, Райвель был патологически аккуратен, - И второй вопрос – что ты хочешь за такую услугу? Я слишком хорошо тебя знаю. Ты ничего не делаешь зря. Я не против, впрочем. Что ты хочешь? - Микаса, Микаса… - Армин покачал головой, - Ты все-таки плохо обо мне думаешь, милая. А ведь я был твоим другом и поклонником в былые времена… Наверное, думаешь, что я потребую твоей любви за все это. Ты ведь привыкла, что все вокруг влюблены в тебя… - Вовсе нет, - Микаса покачала головой, застегивая пуговицы, - И я не буду спать с тобой, Армин. Во-первых, потому что мы оба не хотим этого, а во-вторых, мой муж убьет тебя потом, а ты дорожишь своей жизнью. - Наоборот, - Армин поднял палец вверх, - Я ее давно продал дьяволу или богу – не суть важно. Важно другое – мы действительно равнодушны друг к другу. Я нравлюсь женщинам, Микаса, - он улыбнулся лукаво, - мужчинам тоже нравлюсь. Но не тебе. Ты не женщина и не мужчина – ты куда страшнее. И я боюсь тебя. Я говорил? Я боюсь только тебя и бога. Микаса подошла к своему шкафчику, вытирая влажное лицо о полотенце. Из изящной шкатулки она достала небольшой револьвер, который когда-то носила с собой, блуждая по Тросту – ее первое оружие. - Я знаю, - медленно сказала она, - Я знаю, что ты боишься меня. Так что ты хочешь взамен, Армин? Что? Говори и ты это получишь. Армин улыбнулся, любуясь ею, как любуются острием шпаги или фотографией ядерного взрыва – с ужасом и ненавистью, закрыл глаза, наслаждаясь звуком наполняющей ванну воды, задумался. - Я немногого хочу, Микаса, - он сделал спокойное лицо, - То, что ты умеешь лучше всего. Мне нужно, чтобы ты кое-кого убила. Не сейчас, впрочем, и не завтра. Потом. После. Когда все успокоится – и ты успокоишься. Я хочу голову одного человека. - Какие гарантии тебе нужны? – девушка холодно посмотрела на друга, накидывая сверху куртку, - Я ведь могу обмануть? - Не обманешь, - Армин засмеялся, - Ты честнее Жана Кирштайна. И честнее босса Ирвина. И даже честнее своего мужа. И уж точно опаснее него. Ты не обманешь меня, потому что любишь своего брата. А то, что я знаю, где прячется его злейший враг, делает и меня важным для тебя. Я даже могу сегодня быть уверенным, что ты и меня немного любишь. Микаса замотала любимый шарф, подаренный Эреном – подумала и сняла его, еще запачкается. Тем более, что в шарфе ее легко было узнать. Она стянула волосы резинкой и надела темные очки. - Выйди через задний ход, - улыбнулся Армин, - Я оставил там байк. Ключи тут, - он бросил связку ей в руки. Езжай на северное побережье. Пляжные летние домики. Первый дальний. Они там. Оба. Спят еще. Бертольд отлично стреляет, между прочим. Энни дерется хорошо. Если успеешь – а ты успеешь – убьешь обоих. Райнер не найдет их. Я замету следы, Микаса. Он расхохотался, представляя себе, как красивое лицо Бертольда заливает алая кровь, содрогнулся – с жестокостью и силой Микасы он был знаком слишком хорошо. - Замету следы, - кивнул он, - Но ты у меня в долгу, не забывай. Долг платежом красен. - Заметано, - Микаса кивнула ему, - Байк твой я брать не буду. Доберусь сама. Убить убью, но сначала узнаю, кто и за что. Она сама бы руки не марала, не такая. Насчет тел… Я позвоню тебе. Так или иначе, не думала, что мне придется говорить это, но спасибо тебе, Армин. Я верну долг. Обязательно. - Конечно, вернешь, - сказал он, наблюдая в окно, как Микаса исчезает за воротами дома, - Ты вернешь мне свой долг, Аккерман, или я сделаю так, что тебе придется возвращать его всю свою жизнь… *** Эрену снился тяжелый липкий сон – он снова провалил дело и подвел Микасу, а старый отец смотрел на него укоризненно. Внезапно отец превратился в кумите Райвеля и изо всех сил ударил его по сломанной ноге. От этой дикой боли он и проснулся. А когда открыл глаза, отца уже не было. Зато была она. Та самая тощая блондинка. Она сидела на краю постели и смотрела на него. Время от времени ее пальцы впивались в его сломанную ногу – вот откуда была та боль. - Ты что? – он попробовал оттолкнуть ее, но услышал только хрип, Эрен похолодел от ужаса, он вспомнил внезапно резкую боль, которую ощущал все это время, боль и пустоту внутри себя. С ним произошло что-то ужасное, он попал в беду – а рядом с ним эта девчонка, что развлекалась в его постели в ту страшную ночь. Эрен потянулся к кнопке вызова медсестры. - Да успокойся, Вакагасира, - улыбнулась красотка, - Я же просто навещаю тебя… Она нагнулась, задевая его своей грудью, убирая его руки обратно на постель. - Криста рядом, мой хороший, - рассмеялась она, изо всех сил надавливая на его сломанные ребра собственным телом.