Алый пепел

Эрен старался быть осторожен – опыта у Энни, судя по всему, было совсем немного. Горячее тело возбуждало его – да что там, он давно хотел ее, и только сейчас эта истина становилась реальностью. Энни знала его почти столько же, сколько знала саму себя – ту Энни, бывшую частью большой криминальной семьи. Энни была ему ближе, чем многие другие, Энни стала его напарником в борьбе за правду – в борьбе за его, Эрена, жизнь. И теперь Энни сидела рядом с ним, нагая и свободная, не принадлежащая никому и ничему, ничья Энни, возможно, и его Энни. Она не стеснялась – сама позволила ему снять с себя одежду. Пахло от нее содовым мылом, в гостинице было только такое. Так же пахло и от самого Эрена – это заставило его сползти по ее телу в поисках других запахов и вкусов. Она не сдерживалась, возможно, секс – это было единственное, чего еще не было между ними, большие его пальцы мягко приоткрыли вход для себя и подались вперед. - Эрен, - вдруг сказала она ясно и четко, и от звука ее голоса, хриплого от возбуждения, он едва не лишился рассудка – готовы пасть и подниматься снова и снова. Это необыкновенное чувство единства, под стук колес, под плавное ощущение движения под тобой, над тобой – вокруг тебя. Энни застонала, Эрен приподнялся на локтях, заглядывая в большие чуть тронутые слезами глаза – проник внутрь, сжимаясь, стараясь не испугать ее, не причинить ей боль. И замер – потому что прямо под ним лежала не нагая Энни, а незнакомая ему блондинка с голубыми глазами, прохладным взглядом, лукавой улыбкой. - Привет, - сказала она ему, приподнимаясь. Эрен отпрянул назад – и тут же ощутил резкий удар. Потолки в вагонах второго класса были низкие. *** - Что с тобой? – Энни сидела рядом, нахмурившись. Эрен открыл глаза и устало коснулся ее обнаженного плеча, узнавал, проверял. Она не отодвинулась, просто накрыла своей ладонью его руку, застыла на мгновение. Она была нагой – дешевая простыня скрывала ее бедра и грудь. - Это ты… - тускло сказал Эрен. – Мне показалось, что вместо тебя была другая. - Не самое лучшее признание в этот момент, - Энни вздохнула. – Эрен, у тебя последствия твоей травмы. Тебе нужно отдохнуть. Ложись спать, я посижу рядом. - Ты не понимаешь, - Эрен погладил переносицу, приподнимаясь. – Я не о том, что мне плохо с тобой… Мне хорошо с тобой, но только что я вспомнил лицо той девушки, что пыталась убить меня в больнице, представлялась тобой. Я узнал ее – потому что сходство между вами действительно есть, и потому… Он замолчал, пытаясь решить стоит ли говорить такое Энни, но не сдержался. Его рука притянула девушку к себе, застыла на ее талии. - Потому что я спал с ней накануне того происшествия, Энни. После очередного вечера «Людей», когда Микаса и Райвель снова отмазали меня от гнева босса. Она была с проститутками Ханджи и сама выбрала меня. А потом утром я очнулся на берегу моря рядом с пылающей баржей. Это точно была она. Энни слушала его, не замечая, что она полностью заключена в объятья Эрена – настолько родным и близким стал он ей за все это время. Она застыла на мгновение, пытаясь понять, стоит ли ей обидеться на упоминание о сексе с другой в такой момент – но почему-то ее это совсем не тронуло. Она и сама вспоминал красивое точеной личико худой блондинки, назвавшейся ее именем – и только сейчас поняла, что и не забывала его никогда. - Значит, она следила за «Людьми», втерлась в доверие… - Энни задумалась на мгновение. – И за тобой, как за неустойчивым звеном «Людей». И как только ей удалось стать частью такой сильной семьи? Неужели кумите и вакагасира позволили ей? - Возможно, и позволили… - задумчиво ответил ей Эрен. Он молча прижал к себе девушку, согревая ее своим теплом. Дрожь постепенно отступала – Энни затихла, и он вслед за ней. *** - Ты предлагаешь мне войти в дом врага? – Микаса вышла из машины, поправляя куртку и джинсы. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего. Глядя на нее, Берт внезапно понял, почему Микасу боялся весь город – разве что только мужа ее боялись больше. Она насупилась, слегка пригнувшись, как змея, которая собиралась ужалить. Поправляя неизменный свой шарф, не злая – но готовая убивать в случае необходимости. - Микаса, сейчас для тебя это не дом врага, - Бертольд попытался смягчить атмосферу. – Это дом моего лучшего друга. И я твой друг. Я привез тебя к тем, кто единственные могут противостоять «Людям». Напоминаю, «Люди» пытались убить нас с тобой. Не меня – а тебя со мной вместе. И сейчас только «Титаны»… - Я не собираюсь попадать в руки Райнеру Брауну, - Микаса нахмурилась. – Ты вернулся домой – но не я. Мой дом там, где Эрен. Здесь нет Эрена. Здесь нет моего мужа, черт его дери. Здесь нет моих подчиненных. Почему я должна следовать за тобой? - Может, потому что это я… - Бертольд протянул руку и погладил Микасу по щеке, а она не успела увернуться. – И я еще ни разу не предал твое доверие. Вспомни – в домике на побережье ты сама вложила в мою руку оружие, и я не тронул тебя – а защитил. Я вез тебя по стране. Я готов был даже вернуть тебя мужу, если бы он, конечно, ждал тебя назад. Я не твой враг, Микаса. Я твой друг. И друг твоему ребенку. Я не предам вас. Его мягкий голос действовал успокаивающе. Бертольд улыбнулся – и неожиданно Микасе захотелось прижаться к нему, чтобы почувствовать себя защищенной, необходимой. Она вспомнила – раньше такое желание у нее вызывал только Райвель. Но Райвель отказался от нее, предательницы… - Хорошо, - тихо сказала она. – Я пойду к Райнеру. Но если я погибну – моя смерть на твоей совести. - Я не думал, что ты боишься смерти, - негромко заметил он. – Я даю слово – верну тебя живой и здоровой. - Я и не боюсь, - Микаса улыбнулась печально. – Если я погибну, кто позаботится о мальчишках? - О мальчишках? – Бертольд удивленно посмотрел на нее, покачал головой. - О нем, - Микаса коснулась своего живота. – И о Эрене. Они оставили машину у заднего входа, не забыв взять с собой оружие. Быстрым шагом направились к флигелю – откуда, Бертольд знал, был быстрый вход в покои босса. Кроме него и Энни о них никто не знал в свое время.