Право слабого

Самант спешил, насколько это было возможно, имея в качестве балласта двоих измученных палачом и голодом ксилтаров. Останавливаться приходилось все чаще и на более длительное время. Алхимик скрупулезно отсчитывал меры выпитого укрепляющего настоя, и сейчас протянул флягу со вздохом сожаления: - Только по глотку. И это – последний раз, - со вздохом предупредил он. И Бинаэль, и Дан выглядели изможденными непростым маршем. Впрочем, они успели уже уйти от Города очень далеко, находились практически у спуска на нижние ярусы. Погони, раз уж ее не было до сих пор, можно было не опасаться. - А что-нибудь из еды у нас есть? – тихо спросил Бин. - Нет. Придется потерпеть. Внизу попробуем наловить крыс. Самант последними словами ругал себя за несообразительность: почему он взял только настойки и лекарства и не захватил ни кусочка сухого хлеба или полоску вяленого мяса. По правде сказать, его тоже мучил голод. Вот только тратить силы и резервы организма на регенерацию ему было не надо. - Думаешь, там живность водится? – с сомнением уточнил Дан. - Крысы? Они везде есть. Впереди показался темный провал в полу. Когда-то тут была каменная лестница, ведущая на следующий ярус, но после того, как из подземелий полезла наверх всякая гадость, лестницы разрушили. Теперь обломки ступеней и перил можно было разглядеть в смутном свете «светляка» далеко внизу. - Ростов тридцать, не меньше, - уважительно присвистнул Данаэл. – И как мы туда попадем? А вот по этому поводу можно было не беспокоиться: алхимик захватил с собой моток тонкой и очень прочной паучьей веревки. Он обвязал ее вокруг рукояти короткого кинжала и с силой вогнал лезвие в расщелину между камнями. - Я пойду первым! – не допускающим возражений тоном сказал он. Для этого у него были свои резоны: больше сил, а значит, возможность встретить достойно вероятную опасность, умение пользоваться паучьей веревкой, да и просто хотелось покрасоваться перед бывшим королевским фаворитом. В провал Самант скользнул легко и быстро, руки в кожаных перчатках не травмировались. Оказавшись внизу, первым делом алхимик огляделся, но ничего подозрительного не заметил. Укрепив «светляка» между обломками, ухватил свободный край веревки и чуть натянул его с уклоном, облегчая задачу спускающемуся следом Бину. Последним ожидаемо шел Данаэл. После спуска со второй попытки удалось попасть острым метательным ножом по окончанию веревки ближе к поверхности, обрубив ее. - Не поторопились мы с этим? – чуть прищурившись, спросил Данаэл. - Обратной дороги все равно нет, - пожал плечами Самант, сматывая тонкую нить в плотный клубок. - Только у нас. - Теперь уже и у меня. - Крыса! – вскрикнул Бин, указывая пальцем куда-то в темноту справа. Самант прислушался и впрямь различил удалявшееся шуршание. Правда, для крысы слишком уж громкое. - Что ты видел? – кажется, Дану одновременно с ним пришли в голову те же мысли. - Два огонька, как если бы глаза свет отражали. - А какого цвета, на каком расстоянии друг от друга? – уточнил Самант и заметил, как тут же побледнел ксилтар. - Нет, не крыса, - тихо признался он. – Расстояние между светящимися точками слишком большое. Примерно вот такое, - показал он, разведя ладони в стороны. Это больше всего походило на эльфа. Данаэл и Самант понимающе переглянулись: похоже, их появление в подземельях не осталось незамеченным. - Я думаю, что нам нужно идти в ту же сторону, - предложил экс-фаворит. – Смысл прятаться? Алхимик кивнул, соглашаясь. Им все равно понадобится помощь живущих во тьме, как втихую называли отступников, беглецов и предателей, находивших убежище в заброшенных нижних лабиринтах. Сейчас торопиться уже не было нужды, и они выбрали неспешный равномерный шаг. Таким обычно пользовались следопыты, когда предстоял долгий путь. Идти действительно пришлось немало. - Все, привал, - тяжело выдохнул Данаэл, без сил опускаясь прямо на холодный камень под ногами. Самант тут же достал из сумки легкий походный коврик и, постелив на пол, заставил его пересесть. - Не хватало еще что-нибудь застудить! Лечи тебя потом, - ворчал он, пытаясь скрыть охватившую его неловкость. Заботиться о ком-то просто так, потому что самому приятно, а не из-за долга было непривычно. Алхимику казалось, что со стороны он выглядит смешным. Но Данаэл улыбнулся устало и благодарно: - Спасибо, - просто сказал он Саманту. - Я не вижу ни одной крысы, - вернул всех на землю Бин. Под глазами ксилтара залегли круги от усталости, но алхимика радовало, что он начал общаться. - Я пока тоже не видел. Но, думаю, мы обязательно встретим их чуть глубже в тоннелях. - Эй, вы только взгляните, - прошептал Данаэл, привлекая общее внимание к темноте впереди. Совсем близко, буквально на расстоянии десяти шагов во тьме угадывалось несколько фигур, по очертанию напоминающих эльфов. Неизвестные не проявляли агрессии, но и выходить вперед для знакомства не торопились. - Что будем делать? - Попробую с ними поговорить, - решился Самант. Так уж вышло, что в их маленькой компании все почему-то безоговорочно признали за ним право старшего. Он, стараясь не делать резких движений, вышел вперед, медленно протянул перед собой руки ладонями вверх, показывая, что не имеет оружия и дурных намерений. - Мы беглецы и ищем помощи, - начал он с главного. – Мы не опасны и не желаем причинить вреда. Двое избиты и ослаблены. Им нужна еда. - Тебе тоже! – злой кошкой прошипел сзади Дан, но Самант его проигнорировал. Он настороженно ожидал отклика на свои слова. Сердце отсчитывало мгновения, но прятавшиеся в темноте молчали. - Может, они не понимают нашу речь? – усомнился Бинаэль. - И на каком же, по-твоему, они могут разговаривать? На светлоэльфийском? Такое предположение было само по себе немыслимым. Но упрямый ксилтар продолжил: - А может, они вообще не умеют разговаривать? Теперь он удостоился двух удивленных взглядов. Однако со стороны тоннеля раздалось удовлетворенное и явно одобрительное шипение. Это было похоже на клубок рассерженных змей, вздумай они изъясняться хором. Из темноты на два коротеньких шага крадучись вышла женская фигура. Сейчас, когда она попала в ореол «светляка» беглецы могли рассмотреть ее. По спине алхимика потекли капли холодного пота. Если это и было когда-то эльфийкой, то довольно давно. Молодой девушке явно трудно было выпрямиться, ее тело замерло в хищном полусогнутом положении, словно готовясь к прыжку. Лицо представляло собой жуткую маску, в которой самым причудливым образом смешалась эльфийская красота и страшное уродство. Но самым неожиданным для ксилтаров оказался светлый тон ее кожи. - А Бин-то прав: этим точно невозможно говорить, - потрясенно прошептал Данаэл. Зато шипеть - просто отлично. Девушка открыла уродливый рот, полный острых клыков вместо привычного набора зубов, из его глубины показался тонкий раздвоенный по-змеиному язык. Казалось, что он живет своей жизнью, потому что оба кончика ловко сновали по сторонам, словно исследуя пространство. - У нее нет носа! – недоуменно сообщил Бинаэль. – А чем же она дышит? - Может, ртом, а может, вон через те дырки на лбу, прикрытые кожистыми мембранами. И мне кажется, что стоять и глупо таращиться на жительницу подземелий не очень-то прилично с нашей стороны, - упрекнул их всех Данаэл. Теперь уже он вышел вперед и отвесил девушке изящный поклон, улыбнулся, не показывая зубов. Он знал, что у некоторых животных такая демонстрация обозначает агрессию. Вдруг и здесь то же самое? Но девица как-то по-птичьи склонила голову набок, с интересом разглядывая его непривычными желтыми глазами с крошечной точкой темного зрачка. Насмотревшись вдоволь, девушка сделала еще несколько шагов вперед. Теперь при желании к ней можно было добраться за один длинный прыжок. Но это наверняка напугало бы странное создание, и парни продолжали неподвижно стоять и глупо улыбаться. Из приоткрытого рта-пасти снова раздалось уже знакомое шипение. Вот только что оно обозначает, если вообще имеет хоть какой-то смысл, им было не понять. Видимо, и эльфийка это сообразила, потому что вдруг сделала очень обыденный и понятный жест рукой, приглашая их следовать за собой. - Как думаете – не сожрут? – с опаской спросил Бин. - Сразу бы напали, - не согласился Самант. – Я пока угрозы не чувствую. - А может, хватит болтать, и пойдемте уже, пока хозяева не передумали и не перевели нас из разряда гостей в категорию пищи? – фыркнул Данаэл, первым решительно шагая за невероятной провожатой. Алхимик подхватил коврик и быстро запихнул его в походную сумку. При таком раскладе отставать от товарищей было просто опасно. Сейчас словно наяву в образе жуткой незнакомки всплывали все его детские ночные страхи, когда казалось, что в темноте вокруг тебя прячутся злобные монстры. Монстров вокруг было достаточно. То справа, то слева замелькали такие же мужские и женские фигуры. Лица несчастных, как впрочем и тела, были словно искорежены какой-то недоброй силой. Уродства не повторялись, что наводило мрачного алхимика на очень нехорошие мысли: что-то вокруг воздействовало на живые объекты, изменяя саму их природу. И это была явно не просто тяжелая жизнь. Похоже, правы были те, кто утверждал, что на нижних ярусах жить нельзя. - И обратной дороги нет, - прошептал Самант, поежившись. Оставалось надеяться, что странное нечто так изменяет живую материю только по прошествии длительного времени; а еще - молиться Богине, чтобы правдой не оказались остальные слухи, в которых очень уж часто мелькали эльфийские жертвоприношения новому Богу-мужчине, имя которого никто не знал… В арты добавляю портрет мутировавшей эльфийки.