Право слабого

Поиски Териаса не принесли результатов. Докладывавший об этом ксилтар цветом лица приближался к светлокожему Арлену. Принцу уже успели "по-доброму" доложить, что за дурные вести принято скармливать паукам. Он, разумеется, делать подобного не собирался. Гонец об этом не знал, молодого эльфа было жалко. Но еще больше было жаль пропавшего супруга. Верить в его смерть Арлен не желал. Вот когда лично опознает тело, тогда да. А до тех пор решил, что будет считать Териаса ушедшим в долгий поход. Длиной в месяц. Большего, как выяснилось, местными законами не было предусмотрено. Он отпустил гонца, пожелав ксилтару долголетия и доброго здоровья. Кажется, судя по звуку за дверью, уже простившийся с жизнью эльф упал в обморок. Арлен усмехнулся. Что ж, пусть хоть у кого-то все будет хорошо. Вчера он объехал с инспекцией Нижний Город. Вот где все действительно было плохо. Удивительно, как при таком отношении к подданным, те еще не подняли восстания? Что-то нужно было срочно менять. Для начала хотя бы накормить несчастных. Вызвав управляющего и выяснив объем имеющегося на складах продовольствия, принц схватился за голову: этого просто не могло хватить на всех. Не долго думая, он написал письмо отцу. Тот словно ждал хоть какой-то весточки. Полученный с гонцом ответ воодушевил Арлена. Ему казалось, что рядом твердая рука, готовая оказать любую помощь и поддержку. Впрочем, так оно и было. Принц достал уже порядком измятую бумагу и снова перечитал написанные знакомым почерком слова: "Здравствуй, дорогой сын! Как рад я был, получив твое послание! Значит, ты жив и здоров. Это уже хорошие вести. Твой меч я передал брату. Малыш решил, что ты погиб и так горько рыдал, что не сразу услышал мои объяснения. Мне кажется, что он причислил тебя к сонму героев. Впрочем, не он один. На днях слышал балладу о твоем жертвенном подвиге. Значит, оценили все аладары. Пусть хоть это немного утешит тебя. Не спрашиваю, как складываются твои отношения с Темным Королем. Понимаю, что непросто. Надеюсь только, что он позволил тебе сохранить хоть какие-то остатки достоинства. Должен же он учитывать твое высокое происхождение. Впрочем, лучше ничего мне о том не пиши. Боюсь, что мое сердце просто не вынесет. Каюсь, не удержал любопытства и попытался расспросить о тебе гонца. Но ксилтар смотрел мимо меня неживым взглядом и твердил: "Не могу знать". Там что, не нашлось кого-то посообразительнее? Или просто не ты выбирал донесшего весть? Вот видишь, сам прошу ничего не рассказывать и одновременно жалуюсь, что ничего не могу узнать... Прости меня сын, понимаю, что глупо. Мне не хватает тебя. Вот и все. Просьбу твою выполню. Даже если исходит она и не от тебя. Надеюсь, что Темный Король оценит этот добрый жест по достоинству. Караван выдвинулся сегодня. Прошу только о его охране. Отправленного должно хватить на три лунных цикла. Кроме этого письма, направляю второе. Оно предназначено для твоего супруга. Тебя прошу его не читать. Упомяну лишь о том, что обращаюсь к нему с просьбой — дать тебе возможность навещать семью хотя бы раз в год на День летнего солнцестояния. Хочу верить, что нам с тобой позволят встретиться. Мужества тебе и терпения. Всегда твой, Отец." Арлен сложил письмо в несколько раз и убрал в нагрудный карман — пусть будет ближе к сердцу. Конечно, немного по-детски, но ему тоже не хватало отца. Он бросил взгляд на второй упакованный и опечатанный тубус — письмо для Териаса. Что делать с ним? Вскрыть или надеяться, что супруг найдется и прочтет его сам? Немного поразмыслив, принц отложил его в сторону. "Вскрою в последний день месяца, если Король так и не вернется во Дворец", — решил он. В двери его покоев постучали. Время уже было позднее, но принц с недоумением разрешил припозднившемуся посетителю войти. Вдруг, что-то стало известно о потерявшемся в тоннелях супруге? Но когда порог переступил Тарнгор, Арлен нахмурился. Военачальнику явно нечего было здесь и сейчас делать. — Слушаю вас, — строго и вежливо произнес он, намекая ксилтару, что тот имеет совсем немного времени для аудиенции. Однако огромный воин, с трудом вписавшийся в дверной проем, изложить причину, приведшую его в королевские апартаменты в ночное время, не торопился, как не спешил и покидать чужую гостиную. Он улыбнулся и достал из-за спины огромный букет печально известных голубых шаров. Почти сразу же вслед за демонстрацией странного предмета не очень-то большую комнату наполнил удушающий аромат. Принц вздохнул. Он пока не мог понять, для чего это военачальник притащил сюда местную популярную флору. — Это тебе, — оскалился в улыбке Тарнгор. Принц оцепенел: он просто не знал, как себя вести в столь глупой ситуации. Поблагодарить и принять странный подарок казалось верхом неприличия. Да и не девица он, в конце концов! Не принять тоже худо — оскорбишь дарителя. — В честь чего? — решил на всякий случай уточнить Арлен. — Для начала нашего знакомства. — Но мы уже были представлены друг другу ранее, — официальным тоном заметил принц. Тарнгор нехорошо прищурился. В его красноватых глазах блеснула злость. Впрочем, он тотчас же отвернулся. Не обращая внимания на холодность хозяина кабинета, без спросу прошел к столику и с усилием запихнул слишком громоздкий букет в пустующую интерьерную вазу. — Там воды нет, — зачем-то пояснил Арлен. — Потом сам нальешь! — небрежно отмахнулся ксилтар. — И давно мы с вами перешли на дружеский тон? Военачальник нагло без приглашения развалился в кресле, которое с трудом вместило большое тело. Он лениво и бесцеремонно рассматривал Арлена, словно тот был вещью, выставленной в витрине торговца для продажи. — Хватит ломаться. Ты уже знаешь, что Короля не нашли. Я следующий претендент на трон Подземья. Я, а не ты. Ни один аладар не может быть прямым правителем ксилтаров. — Это мне уже известно, — сквозь зубы процедил Арлен. — Так вот, ты будешь моим супругом, что тоже вполне законно. Вот я и подумал: к чему тянуть время и ждать полной луны? Впрочем, уже гораздо меньше. Нам нужно притереться друг к другу, узнать будущего супруга поближе. От ярости сердце в груди Арлена билось очень сильно и часто. Но воинская выучка и достойное воспитание все еще позволяли ему сдерживаться. — Насколько мне известно, по тем же законам Подземья, на поиски Короля отводится лунный цикл. И я намерен использовать это право полностью. — Так ищи. Кто же тебе мешает! — неприятно рассмеялся Тарнгор. — А вместе с этим будем узнавать друг друга. И я предлагаю начать прямо сейчас. Он встал и в два широких шага преодолел разделявшее их расстояние. Арлен не стал отступать, как не собирался он и звать на помощь. Слишком уж самоуверенным был наглый ксилтар. "Увы, небезосновательно самоуверенный", — печально подумал принц. От Тарнгора неприятно несло каким-то ароматическим маслом. Запах был тяжелым и душным, словно от эльфийки в возрасте. От этого душка Арлена немного замутило. Он опасался вдыхать полной грудью. Вот Териас никогда не пользовался заимствованными запахами. Аромат его тела был естественным, и это Арлену нравилось. Тарнгор, видимо, решил, что светлый внял его доводам, и осмелел. Он болезненно ухватил его за руку и притянул вплотную к себе. Сейчас принц мог в полной мере оценить их разницу в росте и весе: он был на голову ниже ксилтара и гораздо уже в плечах, хотя и его фигуру мало кто мог бы назвать субтильной. Это было плохо. Однако за дверью дежурит верная Королю охрана. Будет достаточно в случае чего просто позвать их. Словно поняв, о чем он думает, Тарнгор усмехнулся Арлену в лицо: — Кстати, я тут немного помог: следопыты совсем выдохлись с поисками Короля и зачисткой подвалов. Теперь у двери дежурят верные мне люди. Арлен прищурился, он анализировал новую расстановку сил. Хотелось бы свести назревавший конфликт к обычному казусу. Вот только как это сделать? — Хорошее решение, — неожиданно для противника одобрил он невыигрышный для себя ход. — Так как же ты предлагаешь будущим супругам лучше познакомиться друг с другом? Вторая свободная рука военачальника с силой сжала ягодицу Арлена. От неожиданности он вскрикнул. Ярость огненным комом ударила в виски, требуя немедленных действий. — Лучше всего партнера узнавать в постели. Я просто отличный любовник. Пойдем, покажу. Он продолжал сминать в руке зад принца, сквозь ткань пальцы надавливали на кольцо входа, намекая, что ксилтар не собирается разводить лишние церемонии. Это было уже слишком. Как бы ни хотелось принцу обойтись без резких действий, но, похоже, противник просто не оставил ему другого выхода. Он с силой опустил подкованный металлом каблук на подъем стопы Тарнгора, заставив огромного мужчину взвыть от неожиданной боли. Сжатая в кулак рука, увенчанная тремя крупными перстнями хоть и без должного размаха, но с мужской силой ударила в уже вставший напряженный член эльфа. Сотрясший стены небольшой гостиной вопль не услышал бы только глухой. Тарнгор согнулся пополам и вынужденно отпустил Арлена. Входная дверь от мощного удара надрывно затрещала, прогнутый засов отлетел в сторону, ударив военачальника по затылку. Тот, словно подкошенный, рухнул на ковер. Вбежавшие почти сразу воины с недоумением рассматривали тихо стонущего Высокого сына Третьего Дома. Они с удивлением переводили взгляд на бледного, но спокойного принца и обратно, словно не могли понять, как такое вообще могло случиться. — Что стоите? — тихо спросил Младший супруг и Соправитель Короля. — Разве не видите: ему плохо. Военачальник слишком много работал в последние дни. И это — толком не оправившись от ранений. Унесите его в свой Дом, пусть его ранами займутся лекари. Безмолвные воины подхватили все еще толком не пришедшего в себя Тарнгора под руки и выволокли в коридор. Дверь прикрыли с извинениями, что потревожили. Арлен поспешно заперся на все замки и без сил рухнул в кресло. Он с ненавистью посмотрел на вонючий букет, но снова отпираться, чтобы выкинуть гадость в коридор было откровенно страшно. Вдруг претендент на его руку и задницу уже достаточно оправился? Впрочем, выход и тут нашелся: он ухватил безобразие и вместе с вазой выкинул в потайной ход, который пришлось открыть ради собственного спокойствия. После этого дышать в гостиной стало гораздо лучше. Арлен нервными шагами ходил из угла в угол и напряженно размышлял. Понятно, что Тарнгор не отступится. Более того, получив обидный щелчок по носу, предпримет что-нибудь более серьезное. Как бы дело не зашло слишком далеко. Принц не обольщался: если на него нападут неожиданно и сразу несколько ксилтаров, то вероятность того, что он сумеет отбиться, ничтожна. Тогда Тарнгор добьется своего и просто изнасилует его. Арлен прерывисто вздохнул. Он с трудом представлял себе, что будет с ним, если это все же случится. - Значит, нужно предпринять меры, что бы ни случилось! — решил он. После полной меры метаний и бесплодных поисков нашелся выход, который хоть и не гарантировал полной безопасности, но значительно усложнял задачу нападавшим. Арлен ухватил со стола бумагу и писчие принадлежности и прямо на колене быстрым размашистым почерком написал указ, согласно которому в связи с тяжелой ситуацией после пропажи Короля, Младший супруг и Соправитель впредь до объявления законного Правителя должен находиться под постоянной охраной из четверых следопытов. Днем и ночью, никак иначе. Заменять следопытов кем-то другим запрещается. — Вот теперь пусть попробует влезть ко мне в комнаты без приглашения! — усмехнулся принц. Он снова воспользовался тайным ходом, скривившись от стоявшей там удушливой вони... Почти заснувший за своим столом дежурный вздрогнул, когда прямо из приоткрывшейся стены к нему шагнул сам Младший Повелитель. Ксилтар вскочил, роняя с грохотом стул, вытянулся, преданно глядя сонным взглядом на шастающее из стен начальство. — Огласить немедленно. Считать вступившем в силу с этого мгновения! — приказал Соправитель Короля, протягивая ему мятую бумажку. После чего исчез в стене так, словно все просто привиделось приспавшему на посту ксилтару. Он посмотрел на бумагу: это был собственноручно написанный и оформленный по всем правилам приказ. Оттиск личной Королевской печати не оставлял в этом ни малейшего сомнения. — И что ему ночью-то не спится, — печально вздохнул дежурный. Ночной отдых попрощался с ним, скрываясь во тьме тоннелей. Следовало немедленно приводить приказ в действие, как и было предписано...