Не реви!

Спал мальчик очень долго, почти сутки, почти все это время его мучили кошмары, но все же, даже во сне он был благороден, но спать так долго для него было непростительно, и проснулся Тисл только из-за голода. За окном снова темно. Черт... - Тисл сел, осматривая себя. - Так, голый. - констатировал он факт - Наверное я кое кому, кто раздел меня, уши надеру. Тело блаженствовало, давно он такого не чувствовал, чистая кожа на чистых простынях. В голосе мальчика не было злобы, да и на губах была улыбка. Тисл оглядел комнату. Он был один и... он был ужасно голоден. Тисл осторожно поднялся, закутываясь в покрывало. Про шнурок для слуг мальчик забыл и поэтому, нацепив на себя одежду грека, вышел из комнаты. Кто-нибудь закинуть внутрь надо было срочно и он побрел в поисках кухни. Коридор был недлинным, ковер на полу был очень мягким, ступни утопали в нем, радуя обнаженные ноги. На втором этаже он никого не заметил, а когда спускался, заметил одну из служанок. - Что угодно, гостю господина, - спросила она. - Ну... - мальчик расплылся в улыбке. - Еда и женское общество. Взгляд его скользил по фигурке. Мальчик даже присвистнул. - И лучше все вместе. Он стал похожим на кота, мартовского кота. Да и терять время мальчик совсем не хотел. Он стал магом, гипнотизируя девушку взглядом, голосом, жестами. Мальчик решил поужинать весело, точнее со вкусом. Стараясь обворожить девушку, завлечь. Женское внимание и женская ласка была ему просто необходимы. И он их старался получить. Поужинав с рук девушки и даже немного поцеловавшись с ней, Тисл попросил халат и когда девушка ему наскучила, пошел бродить по дому в поисках достопримечательностей, а главной достопримечательностью был хозяин. Хозяин сидел на балконе. Рядом лежал поднос с завтраком явно приготовленным на двоих, и закрытый ноутбук. Он сидел на кушетке, обхватив ноги руками, и уткнувшись лицом в колени. Они, плечики содрогались в беззвучных рыданиях. Белокурые волосы, укрывшие колени сверкали в лучах солнца. Он был прекрасен как ангел. - Не реви... - тихо сказал юноша подходя. Ему хотелось сказать совсем другое, но слезы, слезы убивали все слова. - Если ты будешь реветь, я уйду. Хотя этого делать совсем не хотелось. Захотелось вдруг подойти и успокоить его. Но мальчик просто сжал кулаки, отгоняя это желание и заскрежетал зубами. Он покачал головой. - Я, я... - он разрыдался. - но смог сказать, - не уходи далеко, ладно. Люсьен с мольбой смотрел на Тисла. Тисл нахмурился больше, он развернулся, что бы уйти, но... Мальчик сжал губы, сжал зубы, да так, что прикусил губу, вздрогнул, слизывая капельки крови, потом развернулся, подходя к Люсьену и залепил пощечину. - Ты просто тряпка! - и побежал. За спиной он услышал рыдания. Мальчик резко остановился, только сейчас замечая, что каждый шов горит огнем, он ударил парня со всей дури, бил его за свою слабость. И он перестал чувствовать своей боли, вся боль затмилась другой болью. "Придурок..." Некоторое время мальчик стоял, опустив голову, а потом вернулся на балкон, присел рядом с парнем и обнял, очень нежно, за плечи, погладил по светлым волосам. - Люсьен, пожалуйста, перестань плакать. - Я не плачу, - он всхлипнул, вытирая глаза, и уткнулся в плечо. Стало так хорошо, что хотелось забыть обо всем, о том, что все это не правда, что мальчишка лишь успокаивает его. Но все было не важно, кроме возможности прижаться к мальчику замерев на его плече. Очень хотелось забыть, то что он видел. Как парнишка целовался с Жанной, девчонкой из прислуги, прижимая ее к себе, и поглаживая. - Перестань. - прошептал юноша, сердце его бешено колотилось, не справляясь с нежностью, что переполняло его. - Перестань. Ненавижу, когда плачут, если ты будешь плакать, мне придется уйти, далеко, на совсем... - слова давались с трудом, сидели в глотки до последнего вцепившись в нее острыми когтями и царапали вырываясь. Он покачал головой, а потом поняв, что ничего не может с собой сделать просто убежал, беззвучно рыдая. "Почему он так жесток со мной, я ведь ничего не прошу. Мне просто плохо." - Люсьен! - закричал мальчик. - Остановись! - тон его был почти приказным, но это был нежный приказ. - Пожалуйста. - добавил он после некоторой паузы чуть тише. "Если он убежит и не вернется, я уйду, не буду дальше унижаться, так будет лучше". Но он прекрасно знал, что уйти уже не сможет, что пройдет мгновение. И если Люсьен не вернется, он побежит следом, но... это будет унижение, и этого Тисл не простит не себе не Люсьену. Он остановился, и стоял опустив голову и плечи. - Я, я не плачу, Тери, не плачу, слезы капали из глаз теряясь в мягком ковре.- почти не плачу. Я просто слаб. Мне плохо и больно. Я слаб, и всегда был слабым. Он повернулся. - Делай что хочешь, Тери. Что хочешь. Только не уходи пока не поправишься. Ладно, Тэри? Он был таким потерянным и таким милым, так нуждался в том, чтобы его пожалели. Мальчик нахмурился, а потом сказал то, от чего тут же захотелось сожрать свой язык: - Иди ко мне... Тисл подождал, когда парень сядет рядом, а потом обнял, прижимая к себе, и стал нежно гладить по волосам, перебирая прядки. - Ну и чего же ты так убивался, глупенький? - Тисл говорил ласково, даже ласковей, чем совсем недавно общался со служанкой. Парень положил голову ему на плечо. Было так хорошо, что он чуть не потерял сознание. стало так хорошо, так легко, он потерся носом о шею мальчишки. И чуть не застонал он накатившего на него насаждения. Его руки на плечах, его пальчики в волосах. Он с трудом сдерживал себя он помутнения сознания, от страсти. - Люсьен... - тихо произнес Тисл, голос его был слегка зловещим. - Не раскатывай губу. Мне девушки нравятся, и спать я буду исключительно с ними. Он кусал себе губы, очень не хотелось говорить это, но что поделаешь. По руке текла кровь из разошедшихся швов, но мальчик на это не обращал никакого внимания, боль и своего тела больше не существовало. - Мне не все равно, кто подо мной, мне очень важно то, что рядом девушка, мне очень нравится женская грудь. Он пытался говорить как можно мягче, что бы не оскорбить парня. От чудовищно жестоких слов сердце сжалось в комочек, он хлопал ресничками, стараясь не заплакать, глаза сопротивлялись, и уже были полны слез. - Я понимаю, - прошептал он, это еще рассудок говорил в нем. "Как же мне плохо как больно, - шептала душа". - Зачем же ты так со мной, - шептал он, воспаленный рассудок отказал. Хотелось умереть. Лицо было бледным, он старательно вытирал глаза ладошками, чтобы не текли слезы. - Кто подо мной, - с надрывом в голосе повторил он. - Мне просто было больно от того, что я увидел. Пойми. А ты. - Он даже не мог отстраниться. - А ты... - Что я? Ну, я ведь не голубой... - он больше не говорил педик, просто больше не мог. Сердце щемило от боли, он не понимал себя, не собирался понимать, не хотел. Он был сильным, это было нормально, а теперь все рушилось. - Я же мужчина... - прошептал мальчик. Тисл отстранил от себя парня. - Люсьен, если ты хочешь, я буду твоим другом, но не проси большего, я не голубой. Ты найдешь себе кого-нибудь, кто будет достоин тебя, ты будешь счастлив, но не со мной, понимаешь? - он приподнял руками лицо парня. - Не плачь, пожалуйста, твоих слез я выдержать не могу. - Почему ты так жесток со мной, - прошептал он. - Глаза, глубокие зеленые глаза были несчастными. - Зачем ты просил меня остановиться, когда я хотел уйти, потому что не мог не плакать. Зачем, зачем сказал "Иди ко мне". . Я ведь не делал ничего плохого потом. Не приставал к тебе. слова стали полны силы. а на губах появилась усмешка, я что тащил тебя на себя, мне не все равно кто по до мной. - Твои руки, Тэри, они все к крови ,наверное разошелся какой-то шов. Он взял бокал с вином и стал смывать кровь. Потом разорвал рубашку и перемотал руки.0 - Вот видишь, я думаю только о той боли что ты причинил мне, а ты сам пострадал. Перебинтовать нужно. - Глупости. - мальчик улыбнулся. - Все это глупости. Он наблюдал за парнем с улыбкой, Тислу нравилась сила и сейчас, когда Люсьен проявлял ее, мальчик просто влюблялся в него. - Все! Хватит! - он встал. Это открытие ужасно испугало его. - Извини. Тисл убежал, глубоко в ном. - Я не педик, не педик... - твердил он. На встречу шла девушка, мальчик почти сбил ее, утаскивая за собой, начиная покрывать поцелуями ее лицо и срывать с нее униформу. Ему просто были необходимы доказательства того, что он не педик и он их получил. А после этого на душе стало слишком паршиво, он пошел до ближайшего мини бара и напился. Люсьену было проще. Да он не мог быть с тем кто был предметом его страсти. Не мог и отказаться от него. Как он мог не услышать это "Иди ко мне, не чувствовать эти пальчики в волосах, не ощущать объятий". Одно было хорошо, он был писателем, и свои ощущения мог выразить с людях, им созданных. Только ночью, ночью возвращались эти нежные слова "Иди ко мне". Эти объятия, эти пальчики. И эти жестокие слова, они тоже возвращались. И он не хотел спать. И он кричал во сне. Тисл ушел рано утром, как только протрезвел, нашел свою одежду и ушел. Ушел домой, надо было посмотреть как там, надо было сказать малышке Николь привет, надо было найти заначку и купить цветов, для Люсьена, что бы хоть как то загладить свою вину, но денег хватило лишь на маленький букет фиалок. - Люсьен... Тисл вернулся вечером, уже одетый в вещи взятые из дома, на плече висели ролики, а на ногах кроссовки, он сел на пол перед парнем. - Прости меня, звездочка моя... - он протянул фиалки и улыбнулся. - Ты самое прекрасное, что есть теперь в моей жизни. - юноша не хотел врать, не мог врать, он и не врал. - Но я не гей, ты это прекрасно знаешь, поэтому, прошу тебя, не проси у меня того, чего я не могу тебе дать. Люсьен сидел в своем кабинете, когда зашел Тисл. Он повернулся когда услышал звук шагов. Он ненавидел когда ему мешали работать, но это оказались не слуги, а парнишка. Нежные слова, срывающиеся с его губ, милые, пусть и слова отказа. Он встал, из одежды на нем были только свободные атласные брюки на бедрах, Он встал и взял фиалки. - Они как твои глаза. Такие милые. Он поправил волосы заправляя их за уши. - Тэри, я ведь ничего не прошу у тебя. Он обнял мальчика, так как обнимают друга, хотя чувствовалось, что он хочет прижаться к нему. - Но я и не могу не испытывать боли, от твоих слов, от того, что видят мои глаза. А я видел. Я думал, что ты захочешь увидеть меня когда проснешься. А ты пошел любиться с девчонкой. Мне было больно. Но это ничего, малыш. Он помолчал, - можно я чуть-чуть крепче обниму тебя? Юноша кивнул, просто кивнул, не говоря не слова и улыбнулся. Стало так легко на душе, Люсьен не плачет и это здорово. Значит, Люсьен сильный. Тери сам обнял его, прижимая к себе, на сколько позволяли швы на руках. Он был спокоен за семью, мама встала на учет в центре занятости и больше не пьет, значит теперь можно заботиться о друге, ведь он хоть и мужчина, но очень в этом нуждается. Люсьен вздохнул облегченно, прижимаясь к парнишке. Как же это было хорошо. стоять вот так обнимая парнишку, и держа цветы в руках. - Ох, Тэри, - прошептал он, - малыш, прошу тебя малыш, не делай ничего такого что я могу увидеть. Я только не хочу видеть как ты целуешь кого-то другого. Если бы ты знал... Он промолчал.