Ti amo

      Паркер и Росси первыми из всей группы появились в участке, где их сразу же встретил детектив, по инициативе которого и были вызваны агенты. Мужчина слегка вымученно улыбнулся коллегам из ФБР. — Детектив Дилан Хант, — произнес он, протягивая руку для пожатия. — Агенты Дэвид Росси и Шарлотта Паркер, — за двоих представился итальянец. — Что там происходит? — указывая на пару с десятилетней девочкой, пытающуюся что-то узнать у одного из полицейских, поинтересовалась Чарли. — Это родители Люси Уильямс и ее младшая сестра, — ответил детектив. — Они в который раз пришли узнать, нашли ли убийцу их дочери. — Прошу меня извинить, — произнесла девушка и направилась к родственникам жертвы. Хант собирался что-то сказать, но Росси его опередил. — Пусть она поговорит с ними.       Офицер, разговаривающий с родителями Люси, произнес какую-то фразу и поспешил уйти. На его месте тут же появилась шатенка. — Здравствуйте, я специальный агент Шарлотта Паркер. — Агент? — удивился отец погибшей девочки. — Да, я агент ФБР. Нас специально вызвали ради этого дела. Давайте где-нибудь присядем, и я отвечу на все интересующие вас вопросы. — Возьмите, — Паркер подала стакан воды матери покойной, а затем села в свободное кресло в комнате отдыха. — Спасибо. — Полицейские нам ничего не говорят, — обнимая свою жену и дочь, произнес мистер Уильямс. — Мы не знаем есть ли подозреваемые, не знаем почему убили нашу Люси. — Я пообещала ответить на все ваши вопросы, поэтому не буду ничего скрывать. Вы ведь знаете, что также была убита молодая пара? — спросила агент и, увидев, что сидящие перед ней люди кивнули, продолжила, — Так вот, целью была именно она, а не ваша дочь. Люси была свидетелем и преступник… — Чарли покачала головой, не в силах договорить. Ей всегда трудно давалось разговаривать с родными погибших, а тем более, если те потеряли своих несовершеннолетних детей. — Если бы я постоянно не твердила ей, что надо учиться на «отлично», то она бы не сидела допоздна в библиотеке тем вечером, а была дома, смотрела телевизор и была бы жива, — причитая, рыдала миссис Уильямс. — Знаю, что эти слова не помогут, и Вы будете продолжать себя винить, но Вы ни в чем не виноваты, — девушка положила свою руку на руку женщины, та подняла на нее взгляд. — Я не буду врать, что эта боль пройдет. Она останется, но станет немного тише. Вы будете смотреть на фотографии своей дочери с улыбкой и слезами, они тоже никуда не денутся, вспоминать, какой она была, смеяться над нелепыми случаями, которые с ней происходили. Думаю, их было немало. — О, да, — кивнул отец покойной и чуть улыбнулся. — Люси с раннего детства не могла усидеть на месте и попадала в передряги, которые заканчивались синяками, ссадинами и заливистым смехом. Она была очень жизнерадостной, — жена последовала примеру мужа и тоже не сдержала легкой улыбки. — У вас есть еще одна прекрасная дочь, — шатенка бросила взгляд на светловолосую девочку, очень похожую на свою сестру, — Которой вы нужны. — Вы поймаете того, кто убил нашу малышку? — Мистер Уильямс, я не могу обещать Вам, что мы поймаем убийцу, но мы сделаем все возможное, чтобы он получил по заслугам. — Спасибо за честный ответ. — Агент, — уже перестала плакать женщина, — У Люси был кулон на цепочке в виде сердечка. Она его очень любила и никогда не снимала. Мы можем забрать его? — Я видела его среди ее вещей, но, к сожалению, он приобщен к уликам и пока не закончится следствие, мы не можем его вам вернуть. — Ясно. — Я хочу сказать вам еще кое-что напоследок, — произнесла девушка, видя, как чета Уильямс собирается уходить, — Не приходите больше в участок. Вы только лишний раз разбередите и без того свежую рану. Если что-то выяснится, я сама позвоню. И вот моя визитка на всякий случай. — Спасибо, агент Паркер, — улыбнулся мужчина, забирая карточку. — До свидания. — Кто это? — поинтересовался Дерек, наблюдая, как семейная пара прощается с Паркер. — Это родные погибшей девочки, — ответил Росси, проследив взгляд коллеги. — Чарли решила с ними поговорить.

***

      Девушка стояла спиной к двери в комнате отдыха и старалась смахнуть слезы, которые застилали ей глаза, пока она разговаривала с родителями жертвы. Подобные беседы всегда давались ей нелегко. Одни говорят, что принятие чужих бед близко к сердцу плохо сказывается на работе, другие же наоборот, что такое отношение позволяет агенту выкладываться по полной ради поимки преступника. Что же думала по этому поводу Шарлотта, она сама не знала. Шатенка была согласна отчасти и с теми и с другими, хотя последнее время все больше склонялась ко вторым. — Чарли, ты как? — раздался за ее спиной мужской голос. Профайлер повернулась и увидела Моргана. — Нормально, — потирая красноватые от слез глаза, ответила Паркер. — В отличие от них. — Оно и видно, — Дерек указал на чуть потекшую тушь девушки. — Ну, да, — слегка усмехнувшись, кивнула Шарлотта. — Как мне не хочется признавать, но, видно, моя мама была права, говоря, что я слишком эмоциональна для этой работы. — Именно твоя эмоциональность и делает тебя отличным агентом, — подошел поближе обладатель черного пояса по дзюдо. — Она позволяет тебе лучше остальных понимать жертв. — Ты это в моем личном деле прочитал? — Нет, там написано нечто другое, — улыбнулся мужчина. — Не думаю, что там написана истинная причина моего ухода из отдела по борьбе с преступлениями над детьми. Сложность работы заключалась для меня не столько в разговоре с жертвами, некоторым из которых и шестнадцати не было, сколько с их родителями. Нелегко говорить с ними о том, что случилось с их детьми. Они сразу же начинают винить себя за произошедшее, — Паркер тряхнула головой и посмотрела на коллегу, — Ты как? — А что я? — удивился старший агент, присаживаясь на краешек дивана. — Дерек, не мне объяснять тебе специфику этого дела. Я же вижу, что оно тебя задевает сильнее, чем кого-либо из нас. — Ты же помнишь, что у нас в группе правило не анализировать друг друга? — Я и не анализирую, — Чарли положила руку на плечо Моргана, — Я беспокоюсь о друге. — Джей-Джей поговорила с другом жертв и Хотч хочет все обсудить, — чуть сжал руку девушки агент. — Хорошо, я только приведу себя в порядок и приду, — кивнула шатенка и направилась к двери.