Невидимка-2

Сознание возвращалось наплывами, словно тяжелые волны на морском берегу. Слух улавливал разносившиеся эхом голоса и стоны. — Эй, Поттер! А ну, просыпайся! — кричал кто-то, но Гарри это казалось шепотом. — Попробуй Круциатус, — посоветовал приглушенный сопрано. — Проклятья всегда были лучшим средством добудиться до лежебоки. — Нет, нам нужно, чтобы он соображал, — отрезал первый. — Энервейт! Видимо, его уже пытались разбудить этим заклинанием: тело плохо ощущалось, словно ватой набито, но Поттер знал, что такое пост-эффект от магического пробуждения. Волшебник открыл глаза и первым, что увидел, было недовольное лицо Люциуса Малфоя. — Наконец-то, — скривился тот, резко отводя палочку. Несколько прядей его волос были перепачканы в крови. Глаза заслезились от сияния светового шара, плавающего в воздухе над головой, и тупой боли расцветшей в затылке. Закрывать их было себе дороже, поэтому по виску Гарри пробежала капелька. Он не мог ничего разглядеть вокруг себя из-за прыгающих перед взором темных пятен. — Эй, Поттер, ты меня слышишь? Юноша болезненно выдохнул: плечо пронзила острая боль от впившихся в него длинных ногтей Беллатрикс. Женщина ухмыльнулась и отвесила ему звучную пощечину, заставляя сжать зубы от застучавших в висках молоточков и подступившей к горлу тошноты. — Сомневаюсь, что ты добровольно станешь с нами сотрудничать, но все же, — начал Люциус, приблизив свое лицо к лежащему на столе парню. Все, что дальше было сказано, для Гарри слилось в череду неразборчивых звуков. У него окончательно потемнело в глазах и заложило уши от адской боли в груди, на которую оперлась Лестрейндж, что-то ему крича. Видимо, болевой шок на время притупил чувства, потому что только сейчас Гарри ощутил, что ребра абсолютно точно переломаны. Легкие словно пронзило тысячью игл. Он попытался вздохнуть, но из горла вырвался только булькающий звук, а рот наполнился кровью. — …совсем! Он… живым, — расслышал аврор обрывки фраз Малфоя, чувствуя, как тяжесть с груди исчезает. Мир затянуло в бездну темноты и безмолвия, боль ушла. Но это продлилось настолько недолго, что Поттер почти вскрикнул, когда мрак разрубил ослепительно яркий луч света, а тело обдало холодом и жаром одновременно. Он снова мог дышать и увидел острые черты своего мучителя и его помощницы. Перед глазами замелькали цветные круги, закрывая лица пытавшихся что-то выспросить у него Пожирателей. — Где он?! — впервые долетел до Гарри осмысленный вопрос. — Что… — просипел он. — Где вы его держите? — Беллатрикс опять хотела нависнуть над Поттером, но Малфой оттолкнул ее. — Поттер! — свирепо прорычала женщина. Гарри пытался сконцентрироваться. Его взгляд скользнул еще раз по помещению, не задерживаясь на лицах мучителей. Наконец-то он смог разглядеть комнату: небольшое помещение с низким потолком — значит, не замок, скорее, дом. Стены заставлены закрытыми шкафами: что в них, не представлялось возможности определить, окон не было. Пахло очень странно, не понять, чем именно. В таком состоянии обоняние могло его подводить. Во рту все еще был привкус крови и, кажется, костероста и кроветворного. Хлесткий звук, от которого искры заплясали в глазах, и запылала щека, отрезвили Поттера. — Где вы прячете крестраж Темного Лорда? — раздраженно спросил Малфой. Парень слабо ухмыльнулся и отвернулся, за что опять получил оплеуху. — Отвечай! — взвизгнула Лестрейндж, сверля его бешенным взглядом. — Пошли вы... — выдохнул Гарри, отворачиваясь. — Что ж, пойдем более сложным путем, — услышал он напоследок, после чего перед глазами мелькнул алый проблеск, и темнота накрыла сознание обезболивающим покрывалом. * * * — Северус, что-то случилось? — спросила Нарцисса, спускаясь по широкой лестнице навстречу неожиданному гостю. — Прости, что так поздно. Кое-что действительно произошло, и мне нужна помощь, — извиняющимся, но в тоже время твердым тоном проговорил мужчина, останавливаясь на ступеньке ниже собеседницы. — Люциус? — с беспокойством выдохнула женщина. — Да, — тихо ответил он. — Ты хочешь поговорить и с Драко тоже? — напряженно спросила она. — Да, если ты не возражаешь, — осторожно кивнул зельевар. Миссис Малфой размышляла не дольше секунды и проговорила: — Я схожу за ним, — колдунья развернулась и направилась обратно наверх. Северус сбежал по лестнице и подошел к огромному камину. Пока он ожидал, не мог заставить себя перестать мерить шагами пространство между креслом и диваном. Хоть паника и не брала верх над его разумом, но нервное напряжение невольно проявлялось через дрожь в руках и сбивающееся дыхание. Послышались шаги. Снейп остановился и повернул голову к спускающейся по лестнице паре. — Что случилось? — спросил Драко, как только остановился рядом с крестным. — Пожиратели похитили Поттера, — сухо сообщил Снейп. — Я хотел бы попросить вас, чтобы вы проверили каждое поместье семьи, чтобы выяснить, посещал ли Люциус свои владения. Драко заставил себя сделать удивленное лицо, но мастер зелий не поверил. Подлинные эмоции юноши он определил по появившимся на лбу морщинкам, сказавшим, что парень расстроен известием. — Северус, ты же знаешь, что не все щитовые чары подчиняются мне, — покачала головой леди Малфой. — Да, — согласился Снейп и заметил: — Но домовые эльфы могут проникнуть сквозь них. Нарцисса, подумав, произнесла: — Я отдам им распоряжение. — Спасибо, — благодарно улыбнулся Северус. Женщина вышла из гостиной. Зельевар взглянул на молодого человека. — Драко, я… — запнулся он, ощущая тяжесть в груди от того, что хотел спросить. Крестник внимательно смотрел на него и внешне был спокоен. — Говори, Северус. Я хочу тебе помочь, — тихо подтолкнул он. — Ты можешь рассказать мне, в каких замках ты побывал вместе с Лордом? — осторожно спросил мужчина. Драко пожевал щеку изнутри, оставаясь невозмутимым. Спустя почти минуту размышлений, он заговорил: — Это были известные тебе поместья: Нотта, Эйвери, Крэба, Лестрейджа и самого Лорда. Однажды «он» приводил меня в какой-то дом, но не рассказывал, что это за место. Кажется, он там с кем-то встречался. Я почти не помню, как то место выглядело, и не смогу туда аппарировать. Прости, — неподдельное сожаление проявилось на бесстрастном лице. — Все нормально. Я не хочу, чтобы ты куда-то выходил из замка, — покачал головой Снейп, обдумывая услышанную информацию. Авроры уже давно проверили родовые гнезда всех названных Пожирателей, наложив на них магические печати. Никого из хозяев не было в живых, и их имуществом распоряжалось Министерство. А вот новость о доме являлась возможной зацепкой. Еще во времена своей шпионской деятельности он слышал, что Лорд встречался с иностранными приверженцами его идей. Реддл не часто брал с собой Пожирателей, но некоторым все же посчастливилось узнать об этом мероприятии. Только все они либо давно сбежали из Англии, либо отправились на тот свет. — Зачем ему понадобился Поттер? — прервал его мысли Драко, направляясь к бару. Он достал пару бокалов и бутылку виски. — Все вышло случайно, — сказал Снейп, втягивая воздух через нос и успокаивая все еще ненормально частивший пульс. — Люциус, Беллатрикс и еще несколько их прихвостней попались во время рейда. Авроры их прижали, и один из Пожирателей обрушил пол. Гарри и пара его товарищей провалились вместе с твоим отцом и теткой. Нашли два трупа авроров, а остальные пропали бесследно. Драко протянул ему порцию крепкого напитка. Северус взял, но пить не стал. Не в его положении. Хотя очень хотелось… — Если бы они жаждали мести, то в похищении Гарри нет смысла. Разумнее было прикончить его, как и остальных, — констатировал профессор. — Значит, им нужно что-то другое. — Ты же знаешь, что смерть от Авады — слишком скучная. Она не доставляет столько удовольствия, сколько... пытки, — хладнокровно заметил блондин. Снейп крепче сжал толстое стекло в руке. — Знаю, — сквозь зубы процедил он. В гостиную вернулась Нарцисса. — Сожалею, Северус, но домовики сообщили, что щиты на поместьях не тронуты. Снейп на несколько секунд прикрыл глаза, а когда открыл, то поставил стакан на каминную полку и проговорил: — Спасибо за помощь, — кивнул он и потянулся за порохом. — Я хочу пойти с тобой, — тихо сказал Драко. — Исключено, — зельевар обернулся. — Я хочу, — в интонации крестника была сталь, из-за чего Северус долго смотрел на него. — Драко, это опасно, — забыв о манерах, встряла в разговор между мужчинами миссис Малфой. Но оба волшебника не отреагировали. Серые глаза, не моргая, уверенно всматривались в темные. Зельевар знал этот взгляд — упрямый и гордый. Давно он его не видел. Зачерпнув летучего порошка, мужчина подошел к парню. — Ты только оправился, и я не стану втягивать тебя в свои проблемы, — заметив мелькнувшее на лице Драко возмущение, он добавил: — Если хочешь помочь, то подумай о том, куда мог отправиться твой отец. Красивое лицо на мгновение исказилось, но сразу же стало таким же бесстрастным, как и у бывшего учителя. — Я подумаю, — изрек крестник. — Хорошо, — одобрительно сказал Снейп. — Доброй ночи, — он кивнул хозяйке дома и исчез в зеленом пламени. * * * Пропажа Национального героя посеяла в магическом сообществе большую смуту. На следующий же день газеты трубили то о его смерти, то о его активных поисках. Появлялись разные слухи о том, кто мог покуситься на жизнь знаменитого волшебника. Министр магии отдал приказы главам аврората и Отдела тайн бросить большую часть сил на расследование скандального происшествия и возвращение Поттера. К пущему недовольству Снейпа, когда он вернулся вечером из Отдела Тайн, где провел большую часть дня, помогая Уизли и его начальству с розыском, к нему пожаловал Дамблдор с сообщением, что утром школу посетили репортеры из Пророка, чтобы взять у зельевара интервью. Что ж, этим господам чрезвычайно повезло, что они так и не встретили профессора, так как то, что он мог бы им «сказать», потрясло бы неподготовленную психику. Целый день мужчина промотался по Ипсуичу вместе с аврорами, изучая остаточные магические следы от аппараций и темной магии, но изыскания не увенчались успехом. По тому, что удалось обнаружить, восстановить путь перемещений было невозможно. За это время Северус накрутил себя до такой степени, что любой «раздражитель» мог бы поплатиться здоровьем. Только Дамблдору в силу своей вековой мудрости, удавалось безмятежно выслушать возмущения коллеги и даже немного успокоить его. — Кингсли считает, что Лестрейндж на пару с Малфоем ищет останки Темного Лорда, — после того, как Снейп усмирил разбушевавшиеся гормоны, он смог спокойно рассказать Альбусу выясненную информацию. — Они запечатаны и находятся в архиве Отдела Тайн. — Крестраж уже ни на что не годен, — нахмурился Дамблдор. — Он разрушен. — Да, я знаю. Но, Люциус, видимо, другого мнения. — А Гарри знает, где держат прах? — Да, — кивнул Северус, отпивая из чашки ромашкового чая. — Его сожгли? Я не знал. — Да. Я настоял, — поджал губы старик. Некоторое время стояла тишина, а потом Дамблдор взглянул в усталое лицо собеседника и проговорил: — По крайней мере, пока им что-то нужно от Гарри, он будет жить. Северус отвел взгляд, прикрывая глаза. — Не уверен, что это лучше. — Он выдержит, мальчик мой, верь в это, — директор поднялся из кресла, в котором провел все это время, и подошел к зельевару. — Поппи просила тебя зайти к ней. — Ох, Альбус, теперь вы будете ходить за мной? — в его голосе не было яда, только усталость. — Я не стану говорить банальностей, Северус, — голубые глаза насмешливо блеснули. — Просто пойдем. Снейп покачал головой. Больше ничего не говоря, он поднялся и последовал за одобрительно улыбнувшимся Дамблдором. В действительности, он был признателен старому другу: не будь его рядом, Северусу пришлось бы очень тяжело. Сильное эмоциональное давление не ново для его опыта, однако такая нехарактерная неразбериха в чувствах сильно пугала и заставляла ощущать неуверенность. Раньше он мгновенно справлялся с нервами: холодной головой и безжалостным цинизмом. Сейчас же все иначе: его изнутри буквально разъедал дикий ужас. Страх всегда являлся частью его жизни, но прежде он не казался таким вездесущим. Каждую минуту, прожитую в неведении о судьбе любимого мужчины, он видел перед глазами обезумевшее лицо Беллатрикс. Снейп прекрасно представлял, что она может сотворить с человеком, если захочет помучить. Все эти думы разрывали ему сердце. Еще пару часов спустя, пройдя все процедуры и выслушав наставления медсестры, Северус вернулся в свои комнаты. Спать он не мог, несмотря на тяжелый день, посему — расположился в кресле у камина. Он не взял с собой ни книги, ни журнала по зельям. Пытаясь расслабить задеревеневшее тело, волшебник откинулся на спинку и положил руки на подлокотники. Очистить сознание и отпустить себя хоть немного получалось плохо, но ради ребенка, росшего в нем, стоило постараться. Мадам Помфри долго втолковывала ему, что переживания и стресс — прямой путь к получению выкидыша. Снейпу, как мастеру зелий, все это было известно не хуже самой медсестры, и знания только добавляли магу тревоги. Но разве он мог что-то с собой поделать? Наверное, пролетело еще около часа, после чего тишину прервало шипение в камине. Вспыхнуло зеленое пламя, и на ковер упал конверт. Северус нахмурился, заметив послание. Палочка была уже в руке. Проверив объект на наличие портала и темной магии, профессор призвал его и повертел в пальцах, высматривая подпись или наличие герба. Ничего подобного не было. Распечатав его, Снейп пробежался по нескольким предложениям глазами. Подскочив на ноги, колдун заметался по гостиной. Резко остановившись у вешалки, он накинул теплую мантию и покинул апартаменты. * * * Не замечая того, что почти несется по гравиевой дорожке, Снейп преодолел резные ворота и в два счета добрался до высоких дверей мэнора. В письме от Уизли говорилось, что Роберт Руквуд вернулся в страну. Доказательств о его причастности к Пожирателям так и не нашли, несмотря на то, что его брат Август входил во внутренний круг и шпионил в Отделе Тайн для Волдеморта. После суда Роберт покинул страну, оставив тут мать, не пожелавшую покидать родовое гнездо, и уже очень давно о нем ничего не было слышно. Когда-то Северус неплохо ладил с младшим братом товарища по кругу, оставалось надеяться, что тот захочет помочь. Застыв перед массивными створками, он перевел дыхание. Петли тихонько взвизгнули, и перед профессором предстал хозяин поместья — рослый маг в синей бархатной мантии с высоким воротом. Его глаза отливали холодной синевой, а улыбка тонких губ не предвещала ничего хорошего. — Вечер добрый, — поприветствовал он старого знакомого. — Здравствуй, Роберт, — прохладно улыбнулся Северус, не ожидавший увидеть мага в таком цветущем виде. — Я могу ответить только одно, друг мой, — без предисловий язвительно начал мужчина. — Я не могу тебе помочь. — Ты знал, что я приду? — подозрительно прищурился Снейп, стискивая палочку в кармане. — Я читаю газеты, — хмыкнул собеседник, привалившись плечом к косяку и складывая руки на груди: впускать путника он определенно не собирался. — У тебя плохой вкус, но отменный нюх. Поттер — лакомый кусочек, — усмехнулся он и деловито продолжил: — Слышал, что он работает в Отделе Тайн и ведет дело Малфоя. Я чувствовал, что кто-то из вас заявится ко мне, как только я соберусь навестить семью. — Ты что-то знаешь? — навострил слух Северус. — Нет. — Прошу тебя, Роберт, — переступая через себя, сказал Снейп. — Я готов оказать тебе любую услугу. — Неужели? И все из-за сопляка? — насмешливо произнес собеседник. Взгляд Снейпа заледенел и стал колючим. — Мне нужно знать о доме, в котором Лорд встречался с иностранными перебежчиками, — процедил зельевар. — Август был там. Он мог рассказать тебе. — Я не выжил из ума настолько, чтобы связываться с Лестрейндж и Малфоем, — блеснул глазами маг. — Были времена, когда твое предложение могло соблазнить меня, но не сейчас. Нет ничего, что ты мог дать мне. А вот моя помощь тебе способна лишить меня многого. Уходи, Северус. И прошу, больше никогда не возвращайся, иначе в следующий раз я встречу тебя по-другому, — дверь с хлопком закрылась. Снейп сжимал кулаки и старался обуздать гнев. Он мог бы выбить дверь и вытрясти из норовистого волшебника все что нужно, однако стоял и ничего не предпринимал, ощущая, как рука, сжимающая палочку, отпускает древко. Он не может рисковать жизнью ребенка. Это все, что у него останется, если Гарри не вернется. Роберт может быть не один в доме. Существует вероятность, что он связан с Люциусом. То, что он прибыл в Англию именно сейчас, могло иметь под собой много причин. Резко развернувшись, зельевар пошел к воротам, не замечая, как по веранде крадется тень. * * * Гарри искусал язык, чтобы сдержать рвущийся наружу вопль. Боль волнами била по ноющей голове. Недавно срощенные ребра трещали, пока Беллатрикс, опираясь на спину парня, вдавливала его грудью в гладкую поверхность стола. Руки совсем онемели оттого, как сильно их задрали над головой и туго связали магическими путами. Еще несколько минут безумной пытки, и Поттер почти перестал ощущать что-либо. Лестрейндж, не останавливаясь, продолжала остервенело толкаться в тело жертвы. К ее бедрам ремнями был прикреплен длинный фаллос. На пол капала кровь, стекая по ее и его ногам. — Ну, давай, покричи хоть чуть-чуть, — требовала она, царапая открытые участки кожи на бедрах юноши. Когда Беллатрикс решила применить к нему такую извращенную пытку, то приковала к столу и всего лишь приспустила брюки, специально пережав ими достоинство мага. Это добавляло мучений, но не таких сильных, как ей хотелось бы. Все это веселье было устроено для того, чтобы вытащить из него информацию, о которой он упорно умалчивал. Поттер прекрасно понимал: раскрой он рот, и шанс на спасение будет потерян, а он не может умереть тут, когда только-только обзавелся полноценной семьей. На что бы ни хватило ненормальной фантазии Лестрейндж, он переживет это. Нет ничего важнее, чем увидеть любимого и первый вздох собственного ребенка. Гарри не собирался помогать своим мучителям: он молчал или смачно посылал их куда подальше. Беллатрикс владела легилименцией не хуже Поттера, и считала, что для того, чтобы в разум было проще проникнуть, испытуемого нужно полностью морально уничтожить. Оттого она не жалела сил, придумывая для подопытного все новые мучения. Юноша отключился на какое-то время. Из забытья его вырвал поток холодной воды, окативший голову. «Надо же, в этот раз не проклятье», — желчно подумал он. — Смотри на меня, дорогуша, — приказала Белла, обходя Гарри и стискивая его подбородок пальцами. Парень не мог противиться, он даже не совсем осознавал, что вообще открыл глаза. Все болело. Как только ведьма поймала его взгляд, мозг взорвался агонией. — Еще способен сопротивляться, малыш, — ласково прошептала Лестрейндж, натолкнувшись на по-прежнему державшийся блок в голове Поттера. — Ничего, еще несколько часов и ты сломаешься. Послышался скрип двери. — Какая впечатляющая картина, — раздался удивленный голос Люциуса Малфоя. — Не перестарайся, Белла. Если он умрет от потери крови, то это будет весьма неприятно, — брезгливо заметил он. По шагам было слышно, как говорящий подошел ближе. — Я влила в него слишком много кроветворного, так что выживет. Он все еще держит щит, — недовольно ответила сообщница. — Это ненадолго. Я нашел, чем можно разговорить нашего друга, — Люциус подошел так близко к Гарри, что тому даже без очков удалось четко рассмотреть его лицо. — Я тут кое-что узнал. Признаться, не ожидал. Оказывается, наша знаменитость питает слабость к одному бывшему учителю. — О чем ты говоришь? — возбужденно вопросила Беллатрикс, с видом почуявшей кролика гончей. — О том, что у Поттера есть любовник. И они, судя по газетным заголовкам, весьма и весьма близки. И знаешь, кто это? — Малфой выждал драматичную паузу и продолжил: — Северус Снейп. Гарри не смог удержать судорожного кашля, когда дыхание перехватило от услышанных слов. Сердце сбилось с быстрого ритма и чуть не остановилось совсем. Они узнали про Северуса! — Эта скользкая тварь?! — злобно взвыла Лестрейндж. — Да, — довольно произнес Люциус. — И сегодня вечером, — он нагнулся к уху Гарри и закончил: — мы хорошенько повеселимся с ним. Поттер прикрыл глаза, скрывая проступившие в них эмоции. Сил совсем не осталось. Несмотря на то, что маги накачали его разными зельями, на него навели еще и какие-то темные чары, понемногу вытягивающие энергию, чтобы он не мог воспользоваться беспалочковой магией. Слабость во всем теле отчасти была именно по их вине. * * * Гарри прислонился спиной к стене, его руки и ноги были закованы в цепи. Поясница и все, что ниже, ныло, но это можно было терпеть. Голова уже не так болела, но нещадно кружилась. Несколько раз он пытался использовать магию, но, увы, не получалось. Единственное, что он мог, так это сидеть в неудобной позе, не падая, и думать. Беллатрикс оставила его три часа назад, хотя точно он сказать не мог. Последнее, что она сделала, прежде чем уйти, так это наложила на него заклинание не позволяющее отключиться. Маг и так бы не смог: волнение за Северуса заставляло голову вяло, но работать. Поттер не мог сбежать отсюда, пока на нем чары, как и помешать Пожирателям искать зельевара. Дверь опять скрипнула. Гарри повернул голову, слабо ощущая, как стрельнуло в позвонках. Вечер — понятие растяжимое и, как оказалось, для Люциуса Малфоя оно наступило именно сейчас. За ним в комнату зашла Беллатрикс и… Поттера буквально парализовало от страха. — А вот и твой любовничек, — пропел Люциус. — Полюбуйся, какой он теперь красавец. Гарри смотрел на брошенное перед ним тело и не мог поверить. Это был Северус: в порванной, пропитанной кровью мантии, со слипшимися от пота волосами и, кажется, переломанными пальцами. «Нет, его не могли схватить. Он недоступен в Хогвартсе. Он…» Лестрейндж пнула брошенного на полу мага и перевернула на спину, ногой повернув голову к Поттеру. — Узнаешь? — спросила она. — Я старалась лицо не трогать. Гарри не мог пошевелиться, грудь распирало от рвущегося наружу крика. Боль затопила сознание, по кусочку выжигая сердце. — Он искал тебя. Даже пришел к давнему знакомому Пожирателю смерти. Предлагал свои услуги, — мерзко проговорила она. — Неужто этот старый засранец тебя действительно любит, а? У Гарри из горла против воли вырывался истерический смех. Их ребенка больше нет. Поттер смотрел в родное лицо, которое даже без сознания отражало весь спектр перенесенной боли. Черт возьми! Их. Малыша. Больше. Не существует. В груди словно образовался шар раскаленного воздуха, вытравляющий все чувства. Поттер повалился на спину и хохотал как сумасшедший. К нему подошел Малфой и начал хлестать по щекам. Беллатрикс тоже оказалась рядом. Они оба что-то кричали, били и бросали в парня проклятья, но того уже больше ничего не интересовало. Ему хотелось умереть и поскорее… — ДА БУДЬТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ! — злобно проорал он в лицо опешившего Люциуса. А затем произошло то, чего никто из них не ожидал.