Я хочу, чтобы ты вспомнил

Масато [Lafee – On The First Night]       Почему он был так раздражен тем, что я назвал его другом? Что бы это могло значить? Ничего не понимаю. За моей спиной скрипнула дверь. Неужели Рен решил вернуться? Я вновь принял исходное положение. А, нет, увы, это был не он, а медсестра.       — Хидзирикава-сан, верно?       — Да, — кивнул я, — вы принесли мне воды?       Девушка стушевалась.       — Нет, простите меня, просто вы нажали на кнопку вызова персонала, - она приветливо улыбнулась мне.       — Ах, да, конечно.       — Я сейчас схожу за доктором Джилл, и она вас осмотрит.       — Хорошо, спасибо, — кивнул я, — а могу я задать вопрос?       — Конечно,       — Скажите, а мой друг, Рен, он еще здесь?       Медсестра опустила глаза в пол.       — Нет, к сожалению, он уже ушел, но он просил передать вам, чтобы вы не беспокоились ни о чем. Не знаю, к чему это было сказано, но вам действительно противопоказаны нервные перенапряжения.       — Благодарю за заботу, — слабо улыбнулся я, чтобы не произвести дурного впечатления,       — Не стоит благодарности, Хидзирикава-сан, отдыхайте! — быстро протараторила девушка и покинула палату.       Что же касается меня, то я по-прежнему неподвижно лежал на кушетке, бессмысленно глядя в потолок. Безумно хотелось встать, разработать затекшие конечности, но мешали провода от аппаратов и катетеры в моей левой руке. Интересно, долго ли меня собираются здесь держать? Выпустят ли меня до того момента, как я окончательно сойду с ума? К сожалению или же к счастью, от моей хандры меня отвлекла вошедшая в палату девушка европейского типа внешности. «А она бы понравилась Рену, не так ли?» — прозвучал ехидный голос в моем подсознании. Я слабо покачал головой, отгоняя подобные мысли. Не хочу я сейчас думать ни о чем таком, позже.       — Здравствуйте, Хидзирикава-сан, я ваш лечащий врач, Мивако Джилл, - девушка едва различимо улыбнулась. — Как ваше самочувствие? — заботливо произнесла она, оглядывая меня.       — Рад знакомству, — кивнул я, — если честно, то я бы чувствовал себя намного лучше без посторонних трубок в своей руке.       — Понимаю, — улыбнулась доктор, — но пока что они еще вам необходимы. Потерпите до завтра?       — Да, конечно, если это так необходимо, я выдержу.       — Отлично.       — Скажите, еще ведь неизвестно, когда меня выпишут?       — Это зависит только от вас. Если вы выполняете все мои рекомендации, посещаете процедуры, общаетесь с родственниками и по крупицам восстанавливаете всё то, что забыли вследствие аварии, то у нас не будет причин долго удерживать вас.       — Понятно, — протянул я, — что ж, буду надеяться, что надолго я вас не напрягу.       Доктор только улыбнулась.       — Надеюсь, вы быстро пойдете на поправку, хоть мне и безумно хочется как можно больше беседовать с вами.       Безусловно, её слова вызвали у меня улыбку.       — Думаю, мы сможем общаться и после того, как меня выпишут. Это ведь не противозаконно, верно?       — Конечно, — кивнув, девушка встала с места, - ну, не буду вас больше мучить расспросами, отдыхайте, Хидзирикава-сан, всего доброго.       Я не успел ничего ответить, по той простой причине, что доктор Джилл довольно быстро покинула мою палату.       «Странно всё это, не находишь?» — противный голос в моей голове снова дал о себе знать. Покачав головой, чтобы прогнать неприятные мысли, я осторожно приподнялся на кровати и снова рухнул обратно без сил. Наверное, всему виной действие препаратов, отчего тело отказывается подчиняться. Гори оно всё пламенем. Пламенем, цвета волос Рена? Возможно. Сделав глубокий вдох, я отвернулся к стене и прошептал:       — Потом... всё потом. Рен [Hurts – Illuminated]       Как и было задумано, машина с полуночной гостьей прибыла точно по заказу. Взяв с дивана ветровку, я отправился встречать Нанами.       — Не замерзла, козочка? — своим обычным тоном спросил я, наблюдая за тем, как вспыхивают щеки наивной девочки.       — Джингуджи-сан, прекрати, пожалуйста, — Харука отвела взгляд, чуть нахмурившись, Подойдя ближе и накинув на её плечи ветровку, я приобнял хрупкую фигуру девушки и повел в направлении пентхауса.       — Можно я позвоню бабуле, а то она будет беспокоиться?       — Конечно, — кивнул я, распахивая дверь перед юной леди, — телефон в твоем полном распоряжении.       — Спасибо, — Нанами слабо улыбнулась, взяла телефон с журнального столика и вопросительно посмотрела на меня,       — Выход на платформу прямо за лестницей, — уточнил я, поняв её замешательство. Харука в очередной раз улыбнулась мне, кивнула и посеменила в указанном направлении.       Пока юная леди информировала свою бабушку, я заварил нам чай и поставил на стол разогретые булочки. Когда козочка, наконец, объявилась я пригласил её к столу.       — Выпьем чаю?       — Конечно. У тебя что-то случилось?       — Верно подмечено! - я игриво подмигнул Нанами. - Тут такое дело, - я выдержал паузу, - Масато потерял память. Не совсем, конечно, но он не помнит главного! Мне дико неприятен этот факт.       В глазах Нанами застыл неподдельный ужас. Если честно, то на секунду я пожалел, что вообще начал этот разговор.       — Я хочу, чтобы ты навестила его в больнице, надеюсь, ты всколыхнешь его сдвинутый мозг.       — Джингуджи-сан, я всё сделаю! Масато-кун всегда был добр ко мне... думаю, я смогу ему помочь, - девушка встала со своего места, подошла ко мне и обняла сзади за шею, поглаживая по голове. — Не грусти, мы справимся. Все вместе, как раньше!       Её энтузиазм поднял мой боевой дух. Как ни странно, не только дух, но и то, что немного ниже и материальней. Честное слово, если она сейчас же не отойдет, то очень рискует своей безопасностью. Искренне надеясь, что она не заметила того, что сейчас произошло, я поднялся с места, высвобождаясь из объятий девушки. Я вновь проследовал к мини-бару. Взяв первое, что попалось под руку из крепких напитков, я, не задумываясь, сделал пару больших глотков. Как и следовало ожидать, крепкая едкая жидкость обожгла язык, гортань, ударила по всем рецепторам, соответственно. Было даже больно глотать адский напиток, но сейчас мне была необходима порция боли и дурмана, чтобы прийти в себя. Харука, несмотря ни на что, подбежала ко мне и вырвала бутыль из моей руки, что-то быстро бормоча. Внезапно в какой-то момент мне показалось, что это Масато отчитывает меня за то, что я успел натворить.       Я решительно направился в сторону лестницы, хотелось скорее выбраться на просторную платформу, служившую мне вместо балкона, мне был необходим свежий воздух. Оказавшись «на свободе», я ловко перемахнул через перила, проигнорировав дверцу и ступеньки для спуска на саму крышу. Пройдя ещё немного, я опустился на приятное покрытие крыши, наблюдая за огнями ночного Токио и глубоко вдыхая прохладный ночной воздух. Я закрыл глаза, погружаясь в воспоминания о том, как неделю назад мы с Хидзирикавой вот так же сидели здесь, любуясь закатом, а после мы плавно стали перемещаться обратно в квартиру. Но до дивана в гостиной мы так и не дошли в тот вечер, потому что этот на первый взгляд скромный парнишка захотел утех на свежем воздухе. Я усмехнулся своим воспоминаниям и коснулся рукой ребер с левой стороны. Всё ещё саднит, зараза. Нехило же этот малец завалил меня на перила платформы. Чёртово воображение. Почему ты разыгрываешься и заставляешь меня вновь всё это чувствовать в самый неподходящий момент?!       Услышав шаги позади себя, я распахнул глаза и обернулся на шум. О, Масато! Какого черта он здесь делает? А впрочем неважно, сейчас он у меня попляшет!       — Что, решил все-таки присоединиться? — усмехнувшись, бросил я ему.       — С чего ты взял? Я просто решил сказать, что, — Масато не успел договорить, я не дал ему этого сделать. Ему стоило бы быть благоразумнее и не соваться сюда, я сегодня не настроен на ласки.       Небрежно и, возможно, грубо я заткнул его поцелуем, оттесняя его в сторону ступенек, ведущих на платформу. Невообразимым чудом преодолев это препятствие, я завалился в гостевую спальню, едва ли не в полную силу повалив сопротивляющегося парня на кровать.       — Прекрати сопротивляться, безумец, тебе же хуже будет! - хищно улыбнувшись, я оставил пару ярких засосов на бледной коже Масато, отчего он громко скулил. — Неужто так больно, Маса-тян? — заботливо поинтересовался я, сменив гнев на милость. — Испугался? - я осторожно коснулся губами его щеки. — Ты мой, Масато. Мне плевать на мнение твоего отца точно так же, как на мнение своего старшего брата по поводу наших отношений. Я хочу быть с тобой так же, как и ты хочешь быть со мной. Я ведь люблю тебя, глупый, какая разница, кто что скажет? Ладно, хватит с тебя на сегодня. Спокойной ночи, — на этот раз я нежно поцеловал Хидзирикаву, прижимая его к себе. Накрыв нас одеялом, я заснул, зарывшись носом в его волосы. «Странный он сегодня» — подумал я, отключаясь.       Если бы я только знал, что будет ждать меня утром...