Эта сладкая ложь

Прошло три дня, после того, как Арвэль и Холгер вернулись из города, а принц за это время не проронил ни единого слова. Но хуже его безмолвия было еще и то, что юноша полностью отказался от пищи и почти не вставал с кровати. Альфа часами просиживал рядом, упрашивая омежку съесть хоть ложку каши, но все его старания были напрасны: казалось, Арвэль даже не слышал этих просьб. Принц сам не понимал, что с ним происходит. Вроде бы хотелось плакать, но он не мог выдавить их себя ни единой слезинки, хотелось злиться, но равнодушие подавляло в душе любую сильную эмоцию. Юноша неподвижно лежал, уставившись в невидимую точку на потолке, и временами казалось, что он даже не дышал. Его безразличие к окружающему миру постепенно передалось и ребенку, растущему в его чреве: малыш толкался вяло, не желая лишний раз беспокоить своего впавшего в депрессию родителя. «Он даже не узнал меня», — эту истину Арвэль беспрестанно прокручивал в своем сознании. Возможно, если бы Нел просто сказал ему, что не любит, что его не интересуют их отношения, а на ребенка ему наплевать, то ничего бы этого не было. Да, стало бы больно, обидно, но со временем все забылось бы. А это осознание того, что ты просто пустое место, растоптало душу и заморозило сердце. Зачем продолжать цепляться за жизнь, если заранее знаешь, что она будет серой и несчастливой? К чему такие жертвы, если никому от них не станет хорошо? — Арвэль, ты меня слышишь? — где-то совсем рядом голос Холгера. — Это Биргер, наш лекарь. Я привел его, чтобы он осмотрел тебя. Альфа отчаянно заламывал пальцы, глядя то на омежку, то на доктора, излучающего уверенность и спокойствие. Холгер не знал, что будет сейчас придумывать на очевидный вопрос лекаря «Что могло спровоцировать такое состояние вашего супруга?», и поэтому очень нервничал. Заметив его волнение, Биргер улыбнулся и попросил подождать его в кухне. Холгер повиновался, так как посчитал, что его присутствие сейчас будет только мешать проводить осмотр. Осторожно прикрыв за собой дверь, мужчина подошел к печке и забросил в топку еще пару поленьев. Потрепал по холке, крутящегося у ног Ларри и, налив из ведра воды в котелок, поставил его на огонь. … — Вода почти выкипела. Эй, так недолго и пожар устроить, — через полчаса лекарь вышел к задумавшемуся Холгеру и, схватив со стола тряпку, попытался снять раскаленный котелок. — Черт, я сам не свой, — Холгер встал и подошел к полке, на которой хранил разные травы. Открыл одну банку и, вернувшись к столу, закинул несколько щепоток в пустую чашку. — Как Арвэль? — Пока хорошо, — Биргер плеснул кипятка в чашку. — Но если в ближайшие дни не начнет есть, то сделает худо и себе и ребенку. Я слышал, что произошло с родителями Арвэля. Так вот, это, возможно, такая запоздалая реакция на свое несчастье… Арвэль не полностью выплакался. Что-то блокировало выход всех отрицательных эмоций, и юноша быстро справился со стрессом. Сейчас организм вспомнил об этом, что и спровоцировало апатию… — Мудрено как-то звучат твои слова, — Холгер пододвинул чашку с ароматным напитком к лекарю. — Лучше бы ты дал мне совет, как заставить его поесть… — Холгер, ты же его супруг. Найди нужные слова. Напомни ему, как сильно ты его любишь, как желанен малыш, который скоро появится на свет… Уверен, ты справишься. — Конечно… — Холгер опустил взгляд. Когда Биргер ушел, отчаяние Холгера достигло своего предела. Советы лекаря были бесполезны, и мужчина уже жалел, что вообще того пригласил. Паутина лжи продолжала разрастаться, и в ее плен попадало все больше и больше народа. И если окружающим было комфортно от этого обмана, то Арвэлю и Холгеру становилось хуже и хуже. О какой такой любви должен был напоминать альфа беглому омежке, если между ними и доверия-то нормального до сих пор не было? Приоткрыв дверь в спальню, мужчина зло посмотрел на медленно превращающегося в овощ юношу и с силой скрипнул зубами. Нет, он не позволит этому безвольному избалованному существу сдохнуть у себя в доме. Холгер метнулся обратно к печи и водрузил на нее пустой котелок. Плеснул в него молока и, добавив горсть крупы, осторожно помешал содержимое деревянной ложкой. Ларри одобрительно тявкнул, приподняв голову и сверкнув глазами. — Последний раз спрашиваю: есть будешь? — Холгер появился на пороге спальни с миской свежеприготовленной каши. Тишина. Хотя бы жилка дернулась на лице. Хотя бы взмах ресниц или еле заметный кивок. Ничего. Время остановилось. Мужчина поставил миску на комод и сел рядом с юношей. Зачерпнул одну ложку, подул и медленно поднес ее к губам принца. — Ну же… Открой рот… Пожалуйста, — Холгер, казалось, держался из последних сил. Отправив ложку обратно в миску, альфа приподнял принца за плечи и поставил позади него еще одну подушку. Снова зачерпнул каши и толкнулся ложкой в плотно сомкнутые губы омежки. — Малыш, ты ведь сам вынуждаешь пойти меня на крайние меры, — Холгер свободной рукой обхватил Арвэля за лицо. Надавил пальцами ему на щеки, заставляя приоткрыть рот. Как только губы принца безвольно разомкнулись, мужчина аккуратно просунул между ними ложку. — Хорошо… А теперь глотай, — Холгер тяжело дышал. Вторая ложка тоже была съедена принцем через силу. Затем, дернув головой, омежка освободился от цепких пальцев альфы, взглядом дав тому понять, что будет открывать рот самостоятельно. Холгер улыбнулся и продолжил кормить Арвэля. — Ну вот, одной проблемой меньше, — мужчина промокнул полотенцем губы юноши. — Надеюсь, в скором времени ты и заговоришь снова. От историй Ларри у меня уже уши вянут. Холгер хмыкнул, заметив, что принц даже бровью не повел на его шутку. Поднялся со стула и, облегченно вздохнув, вышел из комнаты.

* * *

Еще через пару дней их пришли навестить Фергус и Франс. Желание сына увидеться с Арвэлем приятель Холгера объяснил тем, что мальчик уже давно хотел поблагодарить юношу за спасение от наказания, которое грозило ему на свадьбе, когда он в сердцах сломал чужой музыкальный инструмент. Ребенок скромно сел на скамью в ожидании разрешения зайти в спальню к Арвэлю, а его родитель и Холгер расположились напротив у окна. — Он совсем не разговаривает, — глазами полными сожаления Холгер посмотрел на Франса. — Ты можешь к нему зайти, но только не жди, что Арвэль будет отвечать на твои вопросы. Мальчишка сорвался с места и через несколько секунд скрылся за дверями комнаты. Холгер улыбнулся, но тут же снова помрачнел и уставился в окно. — Такая беда на Арвэля свалилась, да еще в его положении, — Фергус печально вздохнул. — Будь он постарше, возможно, переносил бы все чуточку легче. Бедный мальчик… Холгеру впервые хотелось вспылить при приятеле. Захотелось рассказать ему всю правду об Арвэле, ибо слушать, как все вокруг его жалеют, больше не было ни сил, ни желания. Искусный лжец так ловко всем запудрил головы, что ни у кого даже и подозрений не возникло, что все это выдумка. — Ты, как я посмотрю, от супруга заразился, — Фергус хихикнул. — Ты это о чем? — взгляд Холгера перешел на друга. — Ну, раньше из тебя слова не приходилось тянуть. А теперь выжидаешь их, как манну с неба. — Извини, просто вся эта ситуация с Арвэлем… Мне тяжеловато… — Не прикрывайся болезнью супруга, — Фергус по-дружески стукнул Холгера в плечо. — Черт сегодня разберет, о чем ты болтаешь! — Холгер повысил голос. — Хитрый лис, от меня ничего не скроешь, — Фергус не унимался. — Ты на взводе от того, что в твоем доме уже совсем скоро появится маленький плачущий комок, который заберет все твое внимание и свободу. Все это время ты жил исключительно для себя, а теперь придется жить еще для кого-то. Ты боишься ответственности, так как тебе кажется, что ты не справишься со свалившимися на твои плечи обязанностями. Но поверь мне, это все пройдет. Как только ты возьмешь на руки сына… — Фергус, — Холгер остановил друга, — спасибо, я все понял… Ты, как всегда, проницателен, и мне прямо-таки даже нечего возразить. Меня действительно пугает предстоящее отцовство. Я не знаю, смогу ли стать для этого мальчика хорошим родителем. Я ведь ничего об этом не знаю… — А тебе и не нужно. Все придет постепенно. Чувства подскажут тебе, что нужно делать. Дверь в спальню снова отворилась. Вышедший Франс выглядел расстроенным, и казалось, один неловкий вопрос, и мальчишка разревется. Забравшись отцу на колени, ребенок уткнулся носом ему в грудь и громко засопел. Фергус провел рукой по чернявым волосам сына и, поцеловав его в висок, крепко прижал к себе. — Не переживай, Франс. В следующий раз Арвэль обязательно с тобой поговорит, — Холгер поспешил успокоить парнишку. — Он сейчас не очень хорошо себя чувствует, а ты же знаешь, какое обычно настроение у болеющих людей? — Мы, наверное, домой пойдем, — Фергус улыбнулся и еще раз чмокнул сынишку. — Заходи, если что… — Лелля обними от меня, — Холгер встал, чтобы закрыть за гостями дверь. Выйдя на крыльцо, мужчины с радостью заметили, что пошел первый снег. Ларри, чуть не сбив с ног Франса, выбежал во двор и начал по нему носиться, играясь с падающими с неба снежинками. Ребенок засмеялся и последовал за лохматым питомцем, оставляя за собой на земле видимые следы. Холгер оглянулся назад, надеясь, что Арвэль смог увидеть это долгожданное природное явление и сейчас тоже присоединится к ним во дворе. Но крыльцо продолжало пустовать. Вдоволь наигравшись с собакой, Франс, наконец, запросился домой. Холгер проводил друзей до самых ворот, а потом еще долго стоял на улице, глядя им вслед. Снег падал уже крупными хлопьями, и мужчина подумал, что если он не прекратится, то завтра утром, чтобы выйти за калитку, придется расчищать дорожки. Вернувшись в дом, Холгер понял, что приподнятое настроение от созерцания снега, медленно опускается, как температура за окном. Поставив на печь ведро с водой, альфа пошел в спальню, чтобы еще раз попытаться разговорить окончательно онемевшего супруга. — Сейчас я буду тебя мыть, — Холгер бесцеремонно сорвал одеяло с Арвеля. — Возразить мне не хочешь? Принц сел на постели, бросив на мужчину гневный взгляд. Если Холгер посмеет прикоснуться к нему хотя бы пальцем, то Арвэль расцарапает тому все лицо. — Помнишь, я говорил, что от тебя совсем ничем не пахнет? — мужчина взял юношу за локоть и потащил на себя. — Так вот, Арвэль, от тебя воняет. А так, как мы спим с тобой в одной постели, я не собираюсь терпеть эти зловония. — Убери от меня свои мерзкие руки! — Арвэль дернулся в сторону. — Я ожидал, что первые слова, после молчания, будут более приятными и теплыми, но ничего не поделаешь. Видимо, мне придется радоваться и ругательствам, — Холгер повел Арвэля в кухню. Снял со стены большое корыто и плеснул в него горячей воды. Положил на стул кусок мыла и полотенце и, хитро улыбнувшись, развернулся к принцу. — Будешь продолжать упрямиться, и мне придется мыть тебя самому. Мочалка пройдется по всем твоим злачным местам, — альфа приблизился к омежке. — Особое внимание я уделю твоей попке… Арвэлю хотелось утопить Холгера в корыте. Сунуть его наглую физиономию в воду и держать ее там до тех пор, пока мужчина не перестанет дрыгаться. Однако, учитывая слишком большой разброс в силах, принц лишь презрительно усмехнулся и выпроводил альфу в спальню. Немного поразмыслив, юноша придвинул стул к ручке и подпер ее. Теперь можно было не опасаться, что Холгер заглянет в кухню и не предложит свои грязные услуги. Арвэль даже выгнал на улицу Ларри, так как ему показалось, что пес перенял отвратительную черту характера своего хозяина подтрунивать над ним, и сейчас как-то уж очень подозрительно за ним наблюдал. Закрыв шторы, Арвэль, наконец-то, смог раздеться и опуститься в воду. … — Сразу видно, что принц купался, — Холгер тряпкой ликвидировал последствия принятия ванны юношей. — Тебя никто не заставлял вытаскивать меня из постели и тащить мыться, — Арвэль, откинувшись на подушки, наслаждался ароматом свежего белья. — Кстати, ты сам-то хоть вымоешься? Если нет, то иди спать в сарай. — Я буду делать что угодно и спать, где угодно, лишь бы ты со мной разговаривал, — Холгер улыбнулся. — Дурак… — принц натянул одеяло на покрасневшее лицо. Когда через полчаса Холгер тоже лег в постель, он заметил, что Арвэль еще не спит. Юноша лежал на боку и снова бессмысленно глядел впереди себя. Мужчина испугался, что принца снова затягивает его депрессия, и поэтому поспешил его разговорить. — Эй, не стоит опять предаваться плохим мыслям. В жизни полно неприятных моментов и они, к сожалению, оседают в нашей памяти лучше, чем хорошие, но ты все равно не сдавайся. — Холгер, мне не нужны твои утешения. Ты ведь на самом деле не знаешь, отчего болит мое сердце, и поэтому не стоит напрягаться… Просто… Дай мне время. — Я точно не знаю, но, кажется, я догадываюсь, что тебя расстроило. Тот инцидент в таверне с солдатами был ужасен. Они могли нас убить, но все обошлось. Знаешь, если бы ты меня послушался и остался сидеть на месте, то, возможно, этой стычки и не произошло бы. — Что?! — принц развернулся, едва не задохнувшись от возмущения. — Ты обвиняешь меня в том, что случилось?! — Арвэль, не кипятись, — Холгер коснулся юноши. — Но часть твоей вины во всем этом присутствует. Я ведь велел тебе не вставать с лавки. Куда тебя понесло? — И это говоришь мне ты?! — омежка негодовал. — Сам-то далеко ходил?! — Я встречался с продавцом… — Да ну?! И много купил? — Мы обговаривали одну сделку… — Не лги мне!! Ты совокуплялся с мальчишкой-проститутом в то время, когда мне грозила настоящая опасность! Ты такое же похотливое существо, Холгер, как и все остальные альфы… — принц сел и закрыл глаза. С минуту в доме держалась натянутая тишина. Холгер сверлил взглядом потолок, а Арвэль продолжал шумно дышать через нос, не открывая глаз. — Откуда ты все знаешь? — Холгер повернулся к Арвэлю. — Я видел… Это было так противно… Он так развязно себя вел, трогал тебя, говорил всякие пошлости… — Арвэль замотал головой, прогоняя дурные видения. — Эй, — Холгер пододвинулся ближе и обхватил Арвэля за колени. Положил на них голову и заглянул принцу в лицо. — Я ведь был совсем один. Без семьи, пару свою так и не встретил. Хмурить кому-то голову в деревне мне было стыдно. Вот я и покупал секс за деньги. Так, по крайней мере, я был честен и с самим собой и с тем, кто дарил мне свои ласки. Обязательств нет, следовательно, обид нет. Никто никому не лгал… Арвэль открыл глаза и посмотрел на Холгера. Скользнул ладонью ему по щеке, а затем пальцами зарылся в его волосы. — Я раньше думал, что они у тебя жесткие, — принц пропустил между пальцев несколько прядей. — Прости меня, — Холгер с невероятной нежностью потерся щекой о колени супруга. — Я заставил тебя волноваться… — Холгер, — Арвэль захватил пальцами новую прядь волос мужчины, — тот альфа, которому ты съездил по лицу… Военный… Его зовут Нел… — Откуда ты знаешь? Он служил у твоего отца в замке? — Да, служил… Но я знаю его не только поэтому… Холгер, — принц на секунду запнулся, — Нел отец моего ребенка.