Передозировка

А вот и ваш блудный автор:) Тапками не кидать, я еще от снежков не отошла *почесывает фингал на за... пястье, да* :) Всем привет, всех люблю, по всем соскучилась! Глава 13 (От автора: Кто верит в приметы?) - Расслабься, Астер, дорогая! Забей ты на этих парней. Все мужики – козлы! Я-то думала, что нашла своего принца, а Том, скотина такая… Нет, но вот от Билла я подобного вообще не ожидала. Да что он о себе возомнил?! Можно подумать, он сможет найти кого-то, лучше тебя? Бред! Да кто вообще обратит внимание на этого ботаника? Кара распалялась все сильнее, в то время, как ее подруга лишь устало встряхивала огненные пряди, практически не слушая излияний оскорбленной девичьей души. Астер упорно не могла понять, какого черта она забыла в этом элитном притоне, гордо считавшимся самым лучшим и престижным клубом города. Моднейшая музыка, выбивающая своей силой и громкостью остатки мыслей из головы, куча избалованных детишек богатых родителей, дорогой алкоголь и столь же дорогие девушки. Не поскупись и раскошелься – и они покажут тебе, что такое Рай. - Как шлюхи, честное слово… - Ты что-то сказала, дорогая? – Перекрикивая музыку, спросила блондинка. Астер же в ответ лишь покачала головой, прикидывая, под каким бы предлогом свалить и поскорей. - Не грусти! Они того не стоят. А уж тем более твой Билли. Вон, смотри какие мальчики! Они уже давно за нами наблюдают. Давай… - Кара, ты серьезно? – Необходимость повышать голос несказанно выбешивала и, без того уставшую притворяться белым и пушистым одуванчиком, Астер. - А что такого? Мы молоды и свободны! Не сомневаюсь, что Том уже успел найти себе какую-нибудь шлюшку на замену. Ну, и пошел он! Я хочу оторваться. Вот. И тебе советую. Как тебе тот, светленький, м? Оторваться… И как это вообще возможно? Как, если все еще любишь? Если начинаешь сходить с ума от беспомощного отчаяния, а в толпе уже мерещатся черные, лохматые пряди да бездонные карие глаза? Как забыть человека? Как позволить ему быть счастливым, когда тебе так больно при этом? Как удержать гребанную маску холодного безразличия? Ведь люди же не поймут. Они привыкли видеть юную Астер воплощением истинной леди. Это раньше она могла дебоширить и творить разгромы. Это раньше она могла играть с законом и моралью, с истинным кайфом вгоняя собственное тело в гроб. Это раньше она могла пустить по венам пустоту, сжигая боли и проблемы, сжигая к черту реальность и плененный устоями, загнанный в рамки мир. Это раньше она жила, умирая, и умирала с каждым разом, просыпаясь. Раньше пока брат, наконец-то, не поднял ее с этого дна. Сколько было скандалов, криков? Слез и истерик? Боли. Тогда болело тело, а не душа. Тело требовало своего спасения, своей пустоты, ставшей так необходимой. Стефан спас ее. Вернул к жизни сбившуюся с пути малолетнюю дуру. Спас и никому никогда не рассказывал о том, как опускалась в пропасть его сестра. А взамен… Она пообещала бросить. Пообещала больше никогда не убегать от реальности, какой бы она ни была. Как ни странно, держать это обещание было легко. Играть по законам общества? Не проблема. Особенно, если оно не знает тебя. Люди видят лишь то, что им позволяют увидеть. Так Астер и стала леди. Ласковой и послушной дочерью, примерной ученицей и студенткой, загадочно холодной и прекрасной девушкой с огненными волосами и глазами бездонно-равнодушного цвета. Она носила свою маску гордо, не отступая ни на шаг от придуманного образа. Даже влюбившись, она продолжала играть. Холодное сердце и здравый рассудок, идеальная выдержка и трезвый взгляд на жизнь… Да кого она обманывает? Возможно, если бы любовь была ответна, все было бы иначе. Маска бы со временем растворилась, растаяла, как туман. Но не разбилась бы, как сейчас. И не забыла бы Астер клятв, данных брату. И не забила бы на спокойствие родителей и мнение толпы. И не вспомнила бы про своего, когда-то, единственного "друга"… Про то, что боль не обязательно лечить, когда можно от нее попросту сбежать. *** POV Билл Конец жаркого лета наступил неожиданно быстро. Ослепленный мечтами и окрыленный любовью, я казался сам себе самым счастливым человеком на свете. С Астер мы остались друзьями, и я был очень даже рад, что Осень меня не покинула. Ведь без друзей жить хоть и возможно, но, все-таки, сложно. А своего единственного друга я искренне надеялся, что потерял. Почему надеялся? Потому, что моим единственным и, по совместительству, лучшим (хотя, какие тут варианты?) другом всегда был Том. Но это лето многое изменило между нами. Мы стали ближе. И дело не только в сексе. Все больше времени мы проводили вместе. Все больше времени мы хотели вместе проводить. Ну, я-то понятно, давно и безнадежно влюбленная душа, а Том? Он же тянулся ко мне, и я это видел. А глупое сердце начинало мечтать… Что, если… Что… А, может, ну ее, эту дружбу? Может мы... Может, он тоже... Ну невозможно так касаться того, кто тебе безразличен! К простому секс-партнеру такой нежности не проявляют. Откуда мне знать? Да потому, что вначале ее и не было. Я ведь парень, и Том не старался быть со мной аккуратным. А я принимал все, как должное, радуясь уже тому, что хоть что-то между нами есть. Хоть как-то. И сам даже не заметил, когда появились ласки. Когда Том начал обнимать или, задумавшись, касаться невесомо моего лица, гладить ладони и плечи, играть с волосами. Я старался не смотреть на него, боясь, что он сразу поймет и прочитает все чувства, что бушуют в груди. А потому и не знал точно, когда сам Бруннер стал ловить меня глазами, тепло улыбаться, просто глядя на меня, или метать злые молнии в тех, кто, как он думал, проявляет ко мне интерес. Я не заметил, как все это началось, но потом... Лето уже приближалось к концу. Оно сожгло все границы и оставило лишь наши чувства, столь же обнаженными друг перед другом, как и мы сами. И я был глупцом, посмевшим мечтать… Фокс нашел себе работу, где и пропадал все свободное время, отбившись от мира и решив окончательно и бесповоротно слезть с родительских плеч. Чему, похоже, искренне радовался не только я, но и рыжая Осень, пропавшая куда-то недели две назад, почти сразу после того, как мы разошлись. Как проводили остаток каникул остальные ребята – мне было глубоко, зато чистосердечно наплевать. В прочем, как уже и Тому, ибо последний был увлечен мной сильнее, чем посиделками в компании пьяных (или, ПОКА, не очень) друзей. А это было еще одним поводом, дававшем моей внезапно родившейся надежде живительные силы. Ну, не спроста все это! Я спешил к своему возлюбленному. Звучит до противности ванильно, но, кажется, я бессовестно тупел. Все мысли были лишь о Томе, сердце пафосно отбивало его имя азбукой Морзе, а за спиной, казалось, … Нет, вовсе не крылья вырастали! А бежала та самая надежда, смачными пинками подгоняя к ставшей уже моим, практически постоянным пристанищем, квартире шатена. На небе догорали последние запасы летнего топлива, обливая планету жарой, потом и водой из пластиковых бутылок, при покупке которых перед человеком вставала просто не решаемая проблема в виде выбора: а вылить эту живительно холодную влагу в себя или на себя? Но пока человечество ломало голову, я несся к загаданной цели, предвкушая… Да что еще может предвкушать молодой, здоровый и во всех планах нормальный (кроме, похоже, ориентации)парень, у которого уже почти месяц (три недели!) не было полноценного секса? Да, я сам виноват. Сам затеял всю эту идею с пирсингами. А теперь, пожалуйста, получите, распишитесь. Ждите, пока все окончательно не зарастет. Нет, ну с моим-то языком никто и ничего особенно не ждал, но вот принц… Эм, ладно… Почти месяц прошел! Если Том продолжит издеваться, ехидно ломаясь, как девушка на выданье, и тихо ржать над моей надутой в ответ персоной, я сам его изнасилую сегодня, клянусь! Вот с такими пошлыми… светлыми мыслями я нетерпеливо вбежал по лестнице и хотел уже начать долбиться кулаками в дверь, как неожиданно от первого же удара она сама безропотно открылась. Хоть и удивился, я, все же, и подумать не мог в тот миг, что это может быть знак чего-то… Того-то. Сквозь открытое окно с улицы послышался звон разбившегося стекла и брань нетрезвого соседа, да задорный смех и улюлюканье спешно сматывавшейся с места преступления ребятни, доигравшейся, по всей видимости, в мячик. В ярком золотом луче беспощадного солнца танцевало волшебными искрами множество невесомых пылинок. А я же, казалось, ничего этого не видел и не слышал. На меня, внезапно ворвавшегося в комнату, уставилось две пары до крайности удивленных глаз. Том спешно оторвал свои руки от хрупких и обнаженных плеч девушки, поднимаясь с подоконника и направляясь ко мне. Но мне казалось, что все это происходит не со мной. Что время и реальность проходят сквозь меня. Это не ко мне сейчас шел Том, это не мне он тепло, но натянуто улыбался. Это не в его глазах плескались озабоченность и испуг. Это не он только что обнимал голую и старательно кутавшуюся сейчас в большое, махровое полотенце… Астер.