Дела Семейные. (Family Affairs)

На следующее утро миссис Холмс решает, что Джону нужна новая одежда, и берет его вместе с Шерлоком на прогулку по магазинам. Они направляются к большому, яркому и шумному торговому центру в городе. Джон очень удивляется, что миссис Холмс хочет купить ему новый гардероб, несмотря на неопределённость того, останется Джон с ними или нет. Шерлок, похоже, изумлен тем фактом, что миссис Холмс вообще решила отправиться по магазинам вместе с ними. В итоге он злобно зыркает на Джона каждый раз, когда этого не видит мать, занятая разговорами с множеством продавцов в шикарных униформах. Джон размышляет, завидует ли ему Шерлок, ведь именно из-за него поднялась такая суматоха. Ему становится немного неудобно, ведь он отвлек на себя все внимание миссис Холмс. Довольно скоро Джону становится ясно, что миссис Холмс совсем не похожа на его маму. Она не обнимает Шерлока, вообще не прикасается к нему, и, хотя Шерлок зовет ее «мама», это звучит почти так же нервно и зажато, как вежливое бормотание Джона. Миссис Холмс редко улыбается, и, хотя она вчера за ужином все-таки спрашивала Шерлока о прошедшем дне, слушала она все равно вполуха и лишь вежливо кивала во время пространного рассказа сына. Замечает он и гневно сжатые кулаки Шерлока, когда миссис Холмс наклоняется к нему оправить выходную рубашку, которую Джон меряет по ее просьбе. Ее пальцы скользят по шее мальчика, поправляя воротничок. - Да, мне очень нравится этот фасон. Как насчет, скажем, пяти штук? Разные цвета, пастельные, если можно, - говорит она продавцу, выпрямляясь и отсылая Джона переодеваться. Его мнение она, конечно же, не спрашивает. Честно говоря, Джон этого и не ждет – миссис Холмс не тот человек, которого интересует мнение детей. Она не первая, кто так относится к нему, но можно было и спросить, конечно. Джону заранее страшно ходить каждый день в аккуратных, как у Шерлока, штанах и рубашках. Однако, похоже, что это неписаное правило в доме Холмсов: все должны выглядеть безукоризненно. Миссис Хадсон даже во время уборки и готовки одета в юбку, блузку и чистый белоснежный фартук, водитель Гарри, везший их сюда после завтрака, был облачен в костюм. Поход по магазинам занимает все утро. Когда они, наконец, возвращаются домой, Джон ошарашен, совершенно измотан и почти засыпает во время обеда. Вспоминая, как Шерлок отпрашивался с ужина, Джон спрашивает разрешения выйти из-за стола. Миссис Холмс кивает ему, улыбнувшись короткой поощряющей улыбкой – совсем как доктору Арнульфо, когда он сообщил ей коэффициент интеллекта Джона. Пытаясь не обращать внимания на прожигающий взгляд Шерлока, Джон тихонько выбирается из-за стола и, добравшись до комнаты, падает на кровать. Устало оглядываясь, Джон замечает ряд новых ботинок на стойке в углу. Несомненно, остальные покупки уже аккуратно разложены по ящикам и шкафам. Джон знает, что вещи стоят целое состояние, и были куплены ради того, чтобы он выглядел достойно. Может, хоть это поможет ему лучше вписаться в семью. За ужином, завтраком и обедом ему было очень неловко сидеть между миссис Холмс и Шерлоком в своих джинсах и свитере и есть серебряными приборами. Джон засыпает и видит сон о своем отце: тот ест, сидя за кухонным столом, его дырявые джинсы заляпаны грязью из сада, но он не обращает на это внимания. *** Остаток недели проходит без происшествий. Шерлок перестает бросать на Джона злобные взгляды и отпускать ядовитые комментарии где-то на третий-четвертый день. Джон размышляет, хороший ли это знак. Джон старается изо всех сил. Если они с Шерлоком не поладят в ближайшее время, придется вернуться в приют, чего ему совсем не хочется. Но, как только он пытается заговорить с Шерлоком, тот либо «Занят, уйди», либо просто исчезает с территории поместья. - Он иногда так делает, - как-то раз говорит миссис Хадсон, наливая Джону стакан молока. – Он еще объявится. А искать его, если он не хочет, чтобы его нашли, – гиблое дело. Джон кивает, быстро допивает молоко и решает, что, раз такое дело, он пойдет немного почитает. Миссис Холмс нет дома, она постоянно отсутствует с тех самых пор, как свозила мальчиков по магазинам. Видимо, она часто ходит в гости к другим людям. По словам миссис Хадсон, это не работа, а налаживание связей. Джон не знает, что об этом думать. Насколько ему известно, если матери не работают, они сидят дома с детьми. Но Джон уже выяснил, что миссис Холмс разительно отличается от других матерей. Он устраивается в салоне. В другом доме комната могла бы быть гостиной, хотя в ней не хватает обычных для подобной обстановки вещей: телевизора, шкафов с настольными играми и прочими семейными мелочами. Вместо них стоят кресла, диванчики, аккуратные маленькие столики и пианино в углу. Несмотря на то, что миссис Холмс нет дома, Джон знает, что она не одобрила бы его сидение взаперти в своей комнате целый день, но, поскольку в гостиной он тоже может читать, ему как-то все равно. Устроившись в кресле поближе к большому французскому окну, он все еще испытывает неловкость в нарядных брюках, которые теперь носит каждый день. Джон снова может с головой окунуться в чтение. Последние несколько дней он привыкал к новой обстановке и был либо слишком занят, либо слишком вымотан, чтобы читать. Джон испытывает огромное облегчение и снова растворяется в знакомом ощущении, когда забываешь о времени и пространстве, сосредоточившись на страницах книги перед собой. - «Истоки жизни: энциклопедия биологии человека». Джон вздрагивает и захлопывает книгу. Шерлок стоит прямо перед ним, не отводя острого взгляда от книги в руках Джона. Он кажется чуть более взъерошенным, чем обычно, рукава рубашки закатаны до локтя. Помимо этих признаков ничто не говорит о том, что он прятался. - Я не знал, что ты интересуешься наукой, - продолжает Шерлок. Джон кивает, прижимая к себе книгу. Он немного напуган появлением Шерлока и внезапным интересом к своим занятиям. - Заголовок немного неверен. Книга про эволюцию в общем, - осторожно поясняет он. Шерлок смотрит на него, изучает лицо, потом взглядом скользит ниже, рассматривая новую рубашку, брюки и ботики. Не заметно, чтобы он злился, как во время похода за покупками, но почему-то поджимает губы. - Ясно. Говорит он тоже незло, только немного растерянно. В душе Джона появляется надежда. С растерянностью, в отличие от злости, он может справиться. Вдруг Шерлок решил попробовать подружиться с Джоном? Было бы здорово, потому что, хотя Джону и не очень уютно в новом доме, такая жизнь много лучше прозябания в приюте. - Хмм, - тянет он и выжидающе смотрит на Шерлока, не очень понимая, что тот задумал. Однако он уверен, что Шерлок сейчас сам ему расскажет. - Слушай, Джон, - наконец говорит Шерлок, странно растягивая его имя. – Мне нужен помощник. Джон удивленно смотрит на него. - Помощник? – повторяет он, заинтересовавшись. - Зачем? Для чего? Шерлок усмехается. В первый раз на его лице проявляется подобная радости эмоция, и Джон понимает, что хочет улыбнуться в ответ. - Научный эксперимент. Ты, кажется, интересуешься наукой, так что я подумал, что ты отлично подойдешь на эту роль. Интересно. Джон выбирается из кресла и встает напротив Шерлока. - Ладно, - соглашается он, придерживая книгу локтем. – Звучит заманчиво. Шерлок кивает, молча разворачивается и выходит из гостиной. Джон торопится за ним, распираемый чувством предвкушения. Он очень давно ни с кем не играл, а слово «эксперимент» звучит очень интересно. Может, они с Шерлоком все-таки подружатся? Они поднимаются наверх, и Джон запоздало осознает, что экспериментировать они собираются в комнате Шерлока, который быстро запирает дверь, пока Джон заинтересованно оглядывается по сторонам. Комната несильно отличается от спальни Джона, разве что вещей на полу разбросано больше, а на стенах висят картины. Среди них выделяется большой постер – Джон сразу узнает его, видел в одной из книжек, – это таблица Менделеева. - У меня на столе. Скорее, - Шерлок слегка нетерпелив, поэтому дергает его за левую руку и тянет к столу. Плечо пульсирует от боли, но Джон сдерживает стон, так как не хочет портить развлечение – это первый раз, когда они с Шерлоком нормально общаются и что-то делают вместе. Стол заставлен колбами, чашками, неопознанными столовыми приборами, вероятно принесенными из кухни, и маленькими бутылочками с красными ярлыками. На некоторых этикетках нарисованы черепа. Джон с подозрением их оглядывает. - А какой эксперимент мы будем проводить? Шерлок тыкает пальцем в сторону небольшого стеклянного блюдечка. На нем лежит маленький белый зуб. - Мы используем мой молочный зуб, - сообщает ему Шерлок, показывая нижние коренные. Сзади одного не хватает, и видна розовая десна. - Круто, - говорит Джон и улыбается. У него тоже сейчас меняются зубы, но похвастаться дырками он не может, хотя вскоре какой-нибудь из них, наверняка, расшатается. Шерлок, кажется, улыбается ему в ответ. Мгновение медлит, будто сомневаясь, оглядывается на дверь. Потом трясет головой и снова сосредотачивается на столе и зубе. - Я хочу посмотреть, что произойдет, когда мы выльем на него кислоту, - бодро говорит он. - Кислоту? – восклицает Джон, когда Шерлок берет в руки одну из бутылочек с красной этикеткой. На ней нарисованы ухмыляющийся череп и кости. - Вообще-то это делается с помощью белого уксуса, - отмечает Шерлок, откручивая пробку. Ее надо сперва прижать, а потом повернуть, чтобы открыть. Джон вспоминает, что взрослые так открывают некоторые лекарства. – Но это скучно, - Он протягивает пузырек Джону. - На. Проводить его будешь ты. Джон смотрит на него, распахнув глаза. - Мне кажется, это плохая идея. А тебе можно ими пользоваться? – спрашивает Джон. Он вовсе не хочет влипнуть в неприятности, несмотря на то, что эксперимент очень интересен. Шерлок, однако, уверенно кивает и, стараясь ничего не пролить, вручает бутылочку Джону. - Конечно. Я же не маленький, в конце концов. Мне их для экспериментов дал брат. Давай, лей, - подначивает он, глядя Джону в глаза. Джон медлит, сжимая пузырек. Ему определенно кажется, что это плохая идея. Действительно ли брат подарил этот набор Шерлоку? Не очень-то верится, что Шерлоку разрешено играть с кислотами. Шерлок снова уговаривает его, понижая голос до шепота: - Что ты, как маленький? Джон незамедлительно мотает головой. Конечно, нет. Ему почти десять лет, в конце-то концов! Он не маленький и уж точно не нытик. Джон крепче перехватывает пузырек и сует книгу в руки Шерлоку. - Ладно, я сделаю. Держи книжку! – говорит он и подходит ближе к столу. Глубоко вдохнув, Джон осторожно наклоняет склянку и выливает немного прозрачной жидкости в блюдечко. Как только кислота покрывает дно и касается зуба, она начинает пузыриться и шипеть. Джон отступает на шаг назад, чтобы на него не попали брызги, и тут раздается громкий стук в дверь, а секундой позже в комнату заходит миссис Холмс. - Шерлок, пора… Она не успевает закончить фразу. Напуганный резким звуком, Джон шарахается в сторону, и бутылочка выскальзывает у него из руки. Она падает на пол, и пролитая жидкость немедленно начинает разъедать ковер. Миссис Холмс вскрикивает, Шерлок отпрыгивает в сторону, чтобы избежать контакта с кислотой. Джон только и может, что смотреть на то, что натворил. Все потрясенно молчат, тишина прерывается только шипением кислоты, разъедающей ковер и, возможно, зуб. Потом становятся слышны уверенные шаги. Джон боится поднять глаза, так как знает, что миссис Холмс очень-очень на них зла. - Что это такое? Химический набор Майкрофта? Голос миссис Холмс холоден, как лед, и режет, как нож. Джон переводит взгляд с радостно шипящей дыры на ковре на носки своих новых блестящих ботинок. Краем глаза он замечает, что Шерлок тоже пошевелился. - Объяснитесь. Джон вздрагивает от угрожающего тона, но послушно открывает рот, что бы ответить. Шерлок, однако, оказывается быстрее: - Это всё Джон виноват. Джон резко поднимает голову и быстро находит взглядом Шерлока. Лицо мальчика выражает чистейшую искренность, а на мать смотрят широко открытые, невинные глаза. Руками он вцепляется в край своей рубашки, будто ища поддержки. - Я обнаружил его, когда он шарил по комнате Майкрофта. Он сказал, ему нужны химикаты, чтобы доказать, что в его книжке написана неправда, – Шерлок, как важную улику, выставляет перед собой энциклопедию Джона. – Я очень хотел его остановить, мамочка, но он сказал, что у-у-дарит меня, если я ему не п-п-омогу. Шерлок морщится, а в голосе слышны затаенные рыдания. Он выглядит действительно несчастным, как будто бы происшедшее на самом деле очень его расстроило. Джон в состоянии только таращиться на него, с трудом веря своим ушам. «Почему он так говорит? - думает Джон, и во рту у него пересыхает. - Почему он врет миссис Холмс?» - Это правда? – спрашивает миссис Холмс все тем же ледяным тоном, обещающим конец света. Джон, не глядя, знает, что она обращается к нему. Он не может найти в себе силы поднять на неё глаза и, более того, ответить. Он внезапно чувствует себя плохо, подкатывает ощущение тошноты. Этого не происходит, это неправильно. - Посмотри на меня, Джон. Я спрашиваю, это правда? Медленно, очень медленно Джон поднимает голову и смотрит на неё. Миссис Холмс сужает глаза, скрещивает руки на груди. Сегодня её волосы распущены и обрамляют лицо красивыми локонами, но выглядит она настолько же суровой, как с пучком. Джон понимает, что она провинившемуся спуску не даст. Внезапно Джон чувствует, что должен защитить Шерлока, потому что, не принимая во внимание его ужасное поведение, Джон знает, что мать никогда не обнимает его, не прикасается к нему. Кто знает, что она сделает, если поймёт, что на самом деле виноват он? Вдруг она перестанет о нём заботиться? Что, если она возненавидит Шерлока? Джон не может рассказать ей, не может лишить Шерлока родительской любви, потому что знает, насколько больно быть отлученным от матери и не иметь возможности обнять ее или прикоснуться к ней. Он принимает решение и шепчет: - Да, мэм. Это правда. Несколько секунд миссис Холмс просто смотрит на него, но это хуже любой выволочки, которую он когда-либо получал. Её глаза холодны и злы, и ещё она, может быть, немного разочарована. Видя поджатые губы, Джон понимает, что серьёзно влип, и думает: лучше бы она орала и ругалась. Всё что угодно, кроме этого молчаливого гнева. - В свою комнату, Джон. Немедленно. Это приказ, которому Джон немедленно подчиняется. Он медленно уходит, низко опустив голову, и внутри у него всё сжимается от ужаса при мысли о возможных последствиях. Волосы на затылке встали дыбом, и он весь покрылся мурашками. Джон максимально тихо закрывает за собой дверь и снова слышит голос миссис Холмс. - Ты в порядке, Шерлок? Ты же не трогал кислоту? Впервые за всё время знакомства её голос звучит мягко, почти ласково. И Джон скорее торопится в комнату, потому что не может его слышать, хотя именно по этой причине и взял на себя вину. Сейчас миссис Холмс говорит так, будто правда любит Шерлока, и Джон не хочет думать о том, что это значит для сводного брата. И тем более не хочет вспоминать о собственной матери. «Теперь она меня ненавидит», - думает он и трясущимися руками запирает дверь. Джон прислоняется к двери, зажмуривается и тяжело дышит. Его тошнит, ему не хватает воздуха. Он долго приводит себя в порядок, справляясь с паникой, и, открыв глаза, осознает весь ужас происходящего. «Она отправит меня обратно, - думает он, чувствуя себя побеждённым. – Я снова окажусь в приюте завтра. Или даже сегодня». Джон идет к кровати и садится, обхватив голову дрожащими руками. Не обращая внимания на свое состояние, Джон осознаёт, что провалился. Ещё недели не прошло от испытательного срока, а он уже всё испортил, потому что он идиот и хотел защитить этого высокомерного, кошмарного лжеца Шерлока. Хотя раньше Шерлок казался добрее и даже улыбнулся ему. Он сидит на кровати, размышляя о возвращении в приют, как вдруг раздается резкий стук в дверь.