Когда наступит счастье?

- Мы едем, едем, едем в далекие края. Зеленые садисты и… мля-ля, ля-ля, ля-ля… Я качался из стороны в сторону и горланил песни. А что прикажете еще делать? Уже третий час к ряду, если не больше, мы ехали по узкой проселочной дороге в две колеи. Позади клубилась пыль, сверху палило солнце, не спасал даже капюшон. А еще я натер пятую точку, и она неприятно ныла, напоминая о себе каждый раз, как я вновь соскальзывал с седла на круп коня. Чудо, что еще ни разу не упал, а то с моими способностями это было бы более чем вероятно. Поэтому на каждой кочке, то бишь постоянно, я хватался за ремень Тамарэля и жаловался жизни на несправедливость в ней царящую. - Нам весело живется, мы песенку поем. А в песенке поется про то, как… ой!.. мы живем… Штиль махнул хвостом, отгоняя настырного овода, присоединившегося к нам минут двадцать назад. Меня качнуло, я прикусил язык, окружающие познали великую радость. Заключалась она в том, что над окрестностями повисла тишина. Кто-то из близнецов протяжно выдохнул. - Слава богам… - А фиг вам, - я обернулся через плечо и скорчил злобную рожу. Лошадки Снежинок запнулись на ровном месте и запрядали ушами, выражая крайнюю степень неодобрения. Их хозяева остались холодны и спокойны аки ледяные статуи, но взглянули на меня с обреченной покорностью. – Сейчас еще что-нибудь ка-а-ак!.. - Тамарэль, ну ты хоть скажи ему! – не выдержал Буран, своим криком заглушая мои слова. Я посмотрел на макушку эльфа со свернутыми в трубочки ушами по бокам. Умилился и похлопал его по плечу. - А? Что? – парень обернулся и вопросительно на меня поглядел. Уши его медленно приобретали привычную листообразную форму. - Они меня обижают, - наябедничал я, в душе ухмыляясь до ушей. - Неправда! – тут же вскинулся лисх. - Видишь? Еще и отрицать осмеливаются. Неблагодарные, - я осуждающе покачал головой. – А я ведь к ним со всей душой. - Парни, вы опять, что ли, за старое? – нахмурился Тамарэль, он придержал коня и подождал, когда лошади лисхов поравняются со Штилем. - Предатель, - пробормотал Вьюга. – Променял друзей на синюю пакость. - Мы станем призраками мщения и будем являться к тебе безлунными ночами, - пригрозил его брат. – Только посмотри, уморит он нас своими шуточками… - А скорее, песенками… - А может, он вражеский шпион, - пробормотал эльф. - А может… Саа, вот что ты делаешь, а? - Я-то тут при чем? Это зеленый сказал. - Буран? - Полностью согласен с тобой, Вьюга. - Тама, ты же меня защитишь?! - А? Что? Все оставшееся время до привала я развлекал себя тем, что то и дело просил эльфа свернуть уши. Делал он это с явным удовольствием. Ведь Снежинки все еще кипели от негодования, а слушать наши пререкания парню еще утром надоело. На мой вопрос, как он это делает и что в итоге получает, Тамарэль ответил односложно. - Тишину. Готовые сорваться с губ новые вопросы отпали за ненадобностью. Полезная особенность организма, ничего не скажешь. А как это происходило… Просто повинуясь настроению и мыслям эльфа, его уши начинали сворачиваться в аккуратные трубочки, закрывающие ушную раковину так плотно, что звуки до восприятия парня практически не доходили. Привал устроили на живописной полянке неподалеку от дороги, все такой же пустынной. Слезая с коня, я проклинал тот день, когда люди додумались приручать животных. В траву я рухнул как подкошенный. Штиль мрачно глянул вниз, переступая по земле копытами в пол моей головы. Он тоже был не в духе. Это плохо. Я поспешил отползти от коня подальше, во избежание, так сказать. Растянувшись на травке, стал наблюдать за спутниками. Тама сгрузил со Штиля дорожные мешки, но распрягать не стал. Близнецы, те вообще ограничились тем, что похлопали лошадок, Азель и Грету, по мордам и отпустили попастись. Но у них и вещей особых с собой не было, и лошади устали значительно меньше. Белоснежному ватхару ведь приходилось нести двоих. Эльф достал продукты и быстро соорудил обед. Получилось не густо: по паре кусков сыра на каждого, фрукты и вода из фляжек. Но даже это было большим прогрессом. Вообще, идея была моя, вспомнил, называется, перед самым отъездом, что еды у нас кот наплакал. Снежинки были всеми руками за и, не откладывая, совершили налет на гостиничную кухню, вернувшись оттуда нагруженными по самые макушки. Эльф издал мученический вздох, принимая провиант. Спрашивается, почему не велел близнецам самим все это везти? Они бы не ослушались. Но сейчас я, кажется, начал понимать его план. Ушастый решил уморить нас голодом из разряда «хочу, и пофиг, что сытый». Сам-то он, похоже, питается раз в сутки, ведь и от завтрака отказался. Эльф, одним словом. А нам как? Зная, что рядом полно еды, питаться крошками. - Садист, - так и сказал Буран, получив свою порцию. - Зеленый, - поддержал я. Вьюга промолчал. Он ел. После короткого отдыха мы отправились дальше и скакали без продыху до самого вечера. Погода была ясная, как и с самого утра, пели птички, клубилась пыль над дорогой. Палило солнце, но к счастью, встречный ветер слегка остужал его жар. Иначе я бы вообще спекся. Ватхары – явно волшебные кони, потому как гнали без устали на такой скорости, что деревья по сторонам дороги сливались в сплошную линию. В этот раз я снова сидел перед Тамарэлем, чему был рад несказанно. А что? Уютно, мягко и до кормушки недалеко. Эльф явно не был Цезарем, так как уследить одновременно и за дорогой и за мной не мог. Поэтому таскать из сумки припасы я мог бесконечно. Постоянно что-то хрумкать не мешали даже завистливые взгляды Снежинок. Когда над дорогой стали сгущаться сумерки, мы, наконец, остановились. Пока Тамарэль распрягал лошадей, я ползал по кустам и собирал топливо для костра. Близнецы куда-то делись и объявились лишь, когда гора веток на поляне выросла мне до колена. Наши с ушастым мрачные взгляды парни проигнорировали. - Тамарэль, а мы озеро нашли,- радостно воскликнул младший из близнецов и подлез эльфу под руку. Не знаю кто как, а я на месте Тамы точно бы его чуть-чуть придушил, совсем капельку, чтоб неповадно было отлынивать. Мужчина одарил Вьюгу совсем не ласковым взглядом и изобразил на лице кривенькую такую улыбку, больше на ухмылку похожую. - Отлично. Лошади вы знаете где. Идите, мойте. - Ууу, - простонали близнецы в унисон. Но послушно взяли животных под уздцы и повели к водоему. Мы с Тамарэлем проводили их взглядами. - Да уж, эти парни не меняются, - пробормотал эльф чуть слышно. – Костер разводить умеешь, Саа? Я, конечно, не умел. Тамарэль этому не удивился. Водяные вообще не очень любят огонь. Оно и ясно, вода и огонь – вечные противники. Поэтому я сел чуть в стороне и наблюдал, как эльф высекает огонь. Делал он это… мм… оригинально. Сложил самые крупные ветки домиком, в щели затолкал мелочевку и подпалил, щелкнув пальцами. Я успел заметить маленькую золотую звездочку, соскользнувшую с кончиков его пальцев. Снова магия. Пламя вспыхнуло, вытягиваясь вверх, а потом разошлось в стороны. Один из ярко-алых языков метнулся в мою сторону, но на середине пути словно натолкнулся на невидимую преграду и, зашипев, втянулся обратно. Я тоже зашипел и перекатился через голову, сразу оказываясь метрах в трех от костра. Странно, в прошлый раз никакой неприязни к огню я не почувствовал. Сейчас же даже глядеть на него было неприятно. - Саа, ты в порядке? – взволнованно спросил Тамарэль, подходя ко мне. Я поднялся на ноги и отряхнулся. - В полном. Ты ужин готовить собираешься? - Ээ… Я внимательно на него посмотрел. - Просто скажи, что не умеешь готовить, - мое предположение явно попало в точку и, по всей видимости, довольно больную. - Ну да, не умею. Это что, преступление? – несколько агрессивно произнес эльф. Я молча покачал головой. - Дите. - А? – и пока он подбирал с земли свою челюсть, взял вещмешок Бурана и стал в нем рыться. Вот у этого точно должно быть то, что мне нужно. Так и оказалось. Я извлек на свет божий вместительный котелок и направился по стопам близнецов. - Эй, ты куда? – растерялся зеленый. Я ехидно глянул на него через плечо. - За водой. Разве не видно? Оставив ушастого осознавать свою полную никчемность, я пошел через лес, не боясь заблудиться. Даже и без слов Вьюги я бы догадался, что где-то тут есть озеро. А значит, нашел бы его, рано или поздно. Свое странное состояние, больше всего похожее на развитие шизофрении, я решил исследовать позже. Хватает и того, что иду и чувствую, как неспешно движутся под корой деревьев соки, выбивается где-то в чаще из-под земли маленький ключик и бежит кровь по венам лесных обитателей. Бьются маленькие, испуганные сердечки, словно хозяева их чувствуют, как древний ужас скользит меж стволов деревьев. -Тьфу, - я сплюнул, сам слегка ужаснувшись нахлынувшим мрачным мыслям. – Чур меня. Органы чувств вернулись к привычному своему состоянию, и я перестал ощущать каждое живое существо и предмет в округе так, словно сам им был. Но теперь я уже уверенно направился к озеру, идя на еле ощутимый запах воды по дороге, словно знакомой с детства. Сначала я увидел впереди гладь широкого и наверняка глубокого озера. Земля здесь уходила вниз под наклоном, давая рассмотреть озеро во всей его красе. Заросшие ивняком берега в некоторых местах оканчивались резкими обрывами, но в большинстве своем земля подводила к воде полого. В том месте, где я находился, спуск был довольно крутым, но росло много кустов, цепляясь за которые, я быстро смог спуститься. Огляделся. Было не то чтобы светло, но и не сплошная темень. Краски смазывались, свет и тень различить уже было невозможно, но вода, казалось, светилась мягким голубоватым светом. На ее фоне белыми пятнами выделялись влажные тела наших лошадей, освещенные тем же странным сиянием. Снежинок нигде не было видно. Ну и ладно. Я скинул сапоги и медленно вошел в воду, чтобы не поднять со дна ил. Зайдя по колено, решил, что этого хватит и зачерпнул котелок до краев. Случайно глянув вправо, я ужаснулся и, поднимая тучи брызг, понесся обратно к берегу. Штаны от этого промокли насквозь, но это было намного лучше, чем оказаться погребенным под маленьким цунами, что организовали на озере резвящиеся Штиль, Грета и Азель. - Блин, - я все-таки умудрился обрызгать еще и рубашку. Теперь вся одежда липла к телу, неприятно холодя кожу. Хорошо, что воду в котелке не расплескал, а то ведь с меня бы стало. Натянув обувь на мокрые ноги, я оглянулся на озеро. Лошадей стоило бы, наверное, забрать с собой, но я абсолютно не представлял, как с ними управляться. Возникшую в голове мысль, что близнецы спят где-то под кустиком, я счел довольно-таки здравой и решил, прежде чем уходить, проверить окрестные заросли. Я медленно пошел вдоль кромки воды, скрипя мелкими камушками и заглядывая под каждый куст. Вскоре мне показалось, что неподалеку раздался стон. Я направился в ту сторону, через некоторое время стон повторился. Выйдя на каменистый пляж, я остановился. Спуск к воде здесь был практически пологим. Самое удобное место для животных. Видимо, здесь ребята и подошли к воде. Оглядевшись, я попытался найти их взглядом. За то время, пока я возился, сумерки сгустились еще сильнее, и даже острое зрение не помогало увидеть ничего кроме смутных силуэтов деревьев и кустов. - Эй, народ, - позвал я, продолжая вглядываться в переплетения теней. – Снежинки. Неподалеку раздался шорох, восклицание. Я повернул голову в направлении звуков. Первое, что попалось на глаза – штаны. Просторные черные штаны, похожие на мои шаровары, со множеством кармашков и ремешков. Штаны принадлежали Вьюге, это я точно помнил. Рядом валялись сапоги, тоже, кажется, его. Я сделал пару шагов и отогнул мешавшуюся ветку ивового куста. На меня испуганно уставились две пары ярких голубых глаз. Я закрыл глаза, наивно надеясь, что увиденная картина окажется лишь сном. Конечно, это не помогло. Открыв глаза вновь, я увидел все то же. Абсолютно голый Вьюга, сидящий на коленях полураздетого брата. В такой провокационной позе, что сомнений на счет того, чем они тут занимались до этого, у меня не возникло. - Саа, это не то… - вякнул было Буран, пытаясь накинуть на младшего хотя бы рубашку. - Ну-ну, - я перебил его на половине фразы. – Продолжайте, я уже ухожу. Развернувшись, я сначала пошел, а потом бегом бросился наверх. Сердце бухало где-то в пятке, вовсе не намереваясь сбавлять темп. - Блин, что за нафиг? – я приложил руку к груди. Нет, вот оно. Бьется, конечно, зараза, как птица в клетке. –Ну все, Тома, ты мне теперь многое должен объяснить.