Безумие в камне

Внезапно проснувшись, Сэм рывком сел на кровати. – Черт! – он отбросил одеяло, чтобы взглянуть на свою ногу, и, увидев на бедре небольшую повязку, провел по ней рукой. – Чувак! Это еще что! – воскликнул Дин, выходя из ванной. – А? – сообразив, что на нем нет никакой одежды, Сэм мгновенно натянул на себя одеяло. – Блин, – он отчаянно покраснел, прикрывая наготу. – Какого черта? Почему я голый? Дин посмотрел на пунцовое лицо Сэма и расплылся в улыбке. Брат выглядел хорошо, и его голос, хотя еще хрипловатый, звучал гораздо тверже. – Разве ты не помнишь купание в зеленой вонючке? – Дин швырнул мокрое полотенце на свою кровать, вытащил из сумки чистую футболку и натянул ее на себя. – Не волнуйся. Твое целомудрие не пострадало. Бобби перевязал твою ногу, пока мы спали. Сэм застонал. – Ты не дашь мне мою сумку? Я должен одеться, – он оглядел комнату, когда Дин швырнул ему сумку. – Где Бобби? – Пошел за ланчем. Завтрак мы проспали, – Дин ухмыльнулся, глядя, как Сэм, пригнувшись, громко принюхивается. – Фууу! Откуда эта вонь? – Сэм скривился, уловив запашок из-под одеяла. – Должно быть, от тебя и того зеленого бульона, в который мы тебя окунули прошлой ночью, – Дин засмеялся, когда Сэм поднял с пола между кроватями свое мокрое полотенце. – Какая гадость, – Сэм засунул полотенце под одеяло и, привстав, обернул его вокруг бедер. – Я иду в душ. – Тебе нужна моральная поддержка? – приподняв бровь, Дин улыбнулся с самым невинным видом. – Ну, знаешь, на тот случай, если ты все еще боишься воды. Сэм насупился, смутно припоминая, как пытался выбраться из ванны прошлой ночью. – Усохни, – прихватив свою сумку, он захлопнул дверь ванной под хохот Дина. Дин все еще фыркал от смеха, когда входная дверь открылась, и на пороге появился Бобби с пакетом в руке. – Пожалуйста, скажи, что ты принес бекон. Закатив глаза, Бобби положил пакет на стол. – Мальчик, мы что, первый год знакомы? Дин с улыбкой подтянул к себе пакет и открыл его. – Он уже встал. Принимает душ, чтобы смыть с себя ту вонючую гадость. – Как он выглядит? – услышав звук бегущей воды, Бобби взглянул на закрытую дверь и улыбнулся, когда не случилось ничего настораживающего – никакой паники из-за водобоязни. – Хорошо выглядит. И ходит тоже. О, дорогой, – Дин вытащил из пакета бургер и, ткнувшись носом в обертку, вдохнул благословенный запах бекона. – Я люблю тебя, приятель. – Еще не самый худший вариант, – засмеялся Бобби. – Это я не тебе – это я бургеру, – Дин с довольным видом снял оберточную бумагу и поскорее откусил кусок, пока не потекли слюнки. Бобби с улыбкой покачал головой. У него гора с плеч свалилась, когда он убедился, что оба его парня в порядке после прошлой ночи. Он не сомневался, что еще нескоро забудет крики Сэма и его перекошенное от боли лицо. Отогнав грустные мысли, Бобби сел напротив Дина и вытащил свой бургер. Сэм вышел из ванной в облаке пара, одетый и снова ставший самим собой. Он улыбнулся брату и Бобби, восседавшим за столом перед горой бумажных оберток от бургеров. – Ты захватил что-нибудь для меня? Я умираю с голоду. Бобби вытащил из пакета две лепешки с куриной начинкой. [1] – Я что, дурак? – Спасибо, Бобби, – Сэм с довольным видом взял протянутые свертки. Усевшись в ногах диновой кровати, он развернул первую лепешку. Встряска, пережитая им прошлой ночью, как ни странно, вернула ему аппетит. Он откусил кусок и поднял взгляд. И мгновенно застыл с набитым ртом, уставившись круглыми глазами на лицо брата. – Чувак, ты чего? У меня на лбу что-то написано? – Дин перевел взгляд на Бобби, но тот только плечами пожал. – Сэм? Заметив яркий синяк на левой скуле Дина, Сэм с трудом проглотил комок в горле, чувствуя свою вину. – Прости, Дин. – За что? – какое-то время Дин просто пялился на него, а потом провел рукой по лицу. – Старик, – он закатил глаза, после чего посмотрел на Сэма. – Ты тут ни при чем. Сам знаешь. И уж конечно, я нисколько тебя не виню. Сэм покачал головой. Он не помнил, как сделал это, но знал, что это его рук дело. – Я должен был лучше себя контролировать. Я же мог изувечить вас, ребята. – Сэмми, – простонал Дин. Он подошел к брату и присел рядом с ним на корточки. – Ты превращался в камень у меня на глазах, и проклятый яд рулил тобой вовсю, когда мы поволокли тебя в ванную. Прекрати винить себя за это, братишка, иначе я надеру тебе задницу, – Дин ухмыльнулся, когда Сэм с улыбкой кивнул. – И как тебе всегда удается втягивать меня в эти сопливые моменты? – Ты втайне их любишь, – пробормотал Сэм. Усмехнувшись, он стал жевать свою курицу со вновь проснувшимся аппетитом, в то время как Дин отправился на свое место, предварительно одарив младшего свирепым взглядом. Фыркнув от смеха, Бобби взял принесенное из ванной ведро и достал оттуда две бутылки. – Держи, – он протянул одну Дину. – Еще одна порция противоядия. Хорошая новость состоит в том, что однажды исцеленный приобретает иммунитет, – он улыбнулся, глядя на удивленное лицо Сэма. – Ты будешь в полном порядке, если сегодня вечером василиск вздумает тебя цапнуть. – А плохие новости? – спросил Дин, не сомневаясь, что они имеются. Бобби со вздохом сунул в карман бутылку для себя. – Ты не приобретешь иммунитет, пока тебя не укусят. Иммунитет появляется только в том случае, если яд уже попал в организм, поэтому присматривай за своей задницей сегодня ночью, сынок. – Сам за своей присматривай, – ухмыльнулся Дин. – Или ты планируешь вздремнуть по-стариковски, пока мы будем убивать монстра? – Мальчик, ты не такой уж взрослый, чтобы я не смог тебя выпороть, – пригрозил Бобби, глядя на улыбающегося Дина. Сэм рассмеялся с набитым ртом. Проглотив курицу, он посерьезнел. – Мне все-таки интересно, почему василиск напал на нас прошлой ночью. Дин прав. Прежде он ни разу не высовывался из парка, так почему на этот раз он объявился здесь? Бобби откинулся на спинку стула. – Кто знал о вашем появлении и о том, что вы расспрашиваете об убийствах? – Копы, – пожал плечами Дин. – О, еще твоя милашка из оккультного магазина. Сэм закатил глаза. – Чувак, она не моя милашка. Не разводи детский сад. – Что за оккультный магазин? – заинтересовавшись, Бобби подался вперед. – «Дом Оккультизма мисс Марджери», – Сэм усмехнулся. – Она, гм… она очень милая. Дала мне свою визитку вчера вечером, прежде чем мы ушли из ресторана. – Покажи-ка, – внезапно сказал Бобби. – Ты положил карточку в карман джинсов или в карман куртки? – Э-э… в карман куртки. Бобби, в чем дело? – спросил Сэм, глядя, как Бобби поднимает с пола его куртку и шарит по карманам. – Предчувствие нехорошее. – Визитка нашлась во внутреннем кармане. Бобби взглянул на нее, потом перевернул и сразу помрачнел. – Вот зараза. Видишь это? – он протянул карточку Дину и указал на маленькие точки на обратной стороне. – Это пахучие крапинки. Такие используют в ловушках для змей. [2] – Он вернул карточку Сэму. – Запах держится недолго, но пока действует, служит мощной приманкой. – Она подставила меня, – тихо сказал Сэм. – Я тут провел небольшое расследование, пока вы спали, парни, – Бобби снова откинулся на спинку стула и взглянул на разгневанного Дина, не сводящего глаз с визитки в руке Сэма. – Лет двадцать назад в этих краях жила могущественная ведьма. Группа охотников явилась сюда, чтобы разобраться с ней, но они наткнулись в ее подвале на целый зверинец сверхъестественных тварей, – он покачал головой. – У нее имелась даже мантикора. [3] Эти твари еще хуже василисков. Мантикора убила трех охотников, прежде чем они сумели ее прикончить. – Это все так, но оккультная цыпочка явно недостаточно стара для этой ведьмы, – с этими словами Дин забрал у брата визитку. Вытащив из кармана зажигалку, он спалил карточку над мусорным ведром. – Вряд ли она старше двадцати двух лет. – Но у ведьмы была родня, – пожал плечами Бобби. – Возможно, это ее внучка, и василиск перешел ей по наследству. На мой взгляд, это единственное объяснение тому, с чего вдруг Сэм стал приманкой. – Вот чёрт, – вскочив на ноги, Сэм схватил ключи от машины. – Погодите-ка, – он вышел к Импале и достал из бардачка флакон, который дала ему Марджери. Вернувшись в комнату, он протянул склянку Бобби. – Проверь-ка это, – он снова уселся на кровать, потирая бедро, и тут же перехватил встревоженный взгляд брата. – Все в порядке, Дин. Просто немного побаливает. Дин нахмурился, но отложил разборку на потом, и повернулся к Бобби. – Ну? Она действительно дала ему вонь горностая? Открыв флакон, Бобби понюхал содержимое и вздохнул. – Это вода. Она сразу тебя раскусила. – У нас еще добрых восемь часов до того, как стемнеет, – Дин поднялся с места и посмотрел сверху вниз на брата. – Считаю, мы должны нанести визит Ведьме из Блэр. [4] Сэм встал, но Дин сразу толкнул его обратно. – Даже не думай, старик. Ты остаешься. – Дин, я в порядке, – Сэм упрямо повторил попытку и зарычал от бессилия, когда Дин снова усадил его на место. – Может, ты забыл уже, как почти всю ночь заходился криком на грани жизни и смерти, но я определенно не забыл, – Дин строго взглянул на младшего. – Возьми тайм-аут. Думаешь, я не замечаю, как ты пытаешься скрыть хромоту? Сэм насупился. – Это всего лишь пустяковая царапина, Дин. Я в порядке. – Вот как? – наклонившись, Дин положил руку на бедро Сэма в том месте, где была рана, и слегка сжал ее. Брат мгновенно побледнел и покрылся испариной. Отпустив его, Дин выпрямился и с улыбкой скрестил на груди руки. – Ты остаешься. Пошли, Бобби. Пропустив Дина вперед, Бобби хлопнул Сэма по плечу. – Прости, парень. Но он прав. Сэм, который никак не мог перевести дух, только рукой махнул, отпуская их на все четыре стороны. Когда дверь захлопнулась, он осторожно потер ногу и простонал: – Так не… честно, Дин. Проклятье, – он закатил глаза, увидев кровь, просочившуюся сквозь джинсовую ткань. – Надо было перевязать.

~V~V~V~V~V~

– Не похоже, что заведение открыто, – заметил Бобби, когда они вылезли из машины перед магазином оккультных товаров. Жалюзи на окнах были опущены, сквозь щели не пробивался электрический свет. Он посмотрел на сад по обеим сторонам от дорожки, странным образом высохший. – Вот это когда-то было белладонной, – он ткнул пальцем в мертвое растение, – а это «отрава монаха» [5] и, черт возьми… та самая мандрагора. Дин взбежал по ступенькам и попробовал повернуть дверную ручку. Под мелодичный звон колокольчиков дверь легко отворилась. – По-моему, нас ждали, – он вытащил пистолет и проскользнул внутрь, Бобби не отставал от него ни на шаг. По словам Сэма, магазин был битком набит всякой всячиной, но теперь полки и стеллажи были пусты. Кое-где еще валялись отдельные пузырьки и книги, но в целом магазин был полностью вычищен. Бобби поднял свою пушку и кивнул, сворачивая направо, тогда как Дин двинулся налево. – Должно быть, она уходила в спешке. – Она наверняка понимала, что я приду за ней после того, как Сэм… – содрогнувшись, Дин умолк. – Давай найдем эту суку, – направившись вглубь магазина, он мимоходом провел рукой по аметистовой жеоде высотой в шесть с половиной футов, о которой упоминал Сэм. Даже в тусклом свете, ее кристаллы сверкали и переливались. Дальше ему снова встретились пустые полки и столы. – Где тут, черт возьми, лестница? – дом был двухэтажным, и Дину хотелось взглянуть на второй этаж, прежде чем считать хозяйку исчезнувшей. Он увидел, как из-за угла вышел Бобби. – Нашел что-нибудь? Бобби взглянул на него. – Нет. В доме все чис… – Что? Бобби? – Дин! Ложись! – Бобби вскинул свой пистолет и открыл огонь. Услышав два выстрела, Дин без промедления бросился на пол. Перекатившись на спину, он понял, во что стрелял Бобби, и увиденное не сразу улеглось у него в голове. Жеода двигалась. В лучах света, проникавшего из соседнего окна, ее кристаллы мерцали, отчего на пустых стенах и шкафах плясали крошечные радуги. – Это еще ЧТО? – Дин стал быстро отползать в направлении Бобби, пока тот палил без перерыва. При каждом выстреле осколки кристаллов летели во все стороны и сыпались на пол, но в остальном, похоже, толку от стрельбы не было никакого. – Почём я знаю? – Бобби схватил Дина за плечо и потянул на себя, когда основание жеоды разделилось надвое, и она сделала шаг в их сторону. – Ерунда какая-то. – Ой, как же я НЕНАВИЖУ ведьм! – крикнул Дин. Он выстрелил пару раз, но пули только отбили от жеоды еще несколько кусков, не замедлив ее продвижения. – Ладно, нам нужен план получше! – Жеода с треском содрогнулась, от нее отделились руки, которые тут же потянулись к охотникам. – Переходим к тактическому отступлению! – скомандовал Бобби, оттесняя Дина вглубь коридора, подальше от твари, чьи тяжелые шаги громыхали позади них по дощатому полу. – Если ты хочешь сказать «драпаем», то я только за, – промчавшись по коридору, Дин с разбегу остановился в кухне. Она была пуста, как и весь остальной этаж. Взявшись за ручку задней двери, он толкнул ее изо всех сил и вытаращил глаза от удивления, когда дверь не поддалась. – Только не это. – Самое время шевелить задницей, принцесса, – зарычал на него Бобби. – Дверь не открывается, – отступив назад, Дин махнул рукой, предлагая Бобби убедиться самому. Бобби подергал за ручку, потом навалился на дверь плечом, но она только подрагивала на петлях. – Блин. Влипли. Дин кивнул. – Попробуем через центральный вход? – А что еще нам остается? – Бобби, а за ним и Дин, побежали к парадной двери тем же путем, каким они попали на кухню. Свернув за угол, старый охотник закряхтел от боли и удивления, когда покрытая кристаллами рука небрежным взмахом швырнула его в сторону. – Бобби! – затормозив на бегу, Дин бросился на пол, увертываясь от жеодового монстра, и лягнул его в ногу. – Черт! – завопил он от боли, отбив ногу о камень. Над ним угрожающе нависла жеода, и Дин поскорее ретировался на четвереньках. – Бобби? Бобби застонал, скатываясь с опрокинутой полки, на которую только что грохнулся. – Больно, однако, – еле выговорил он. Обхватив себя обеими руками, он с трудом сделал вдох. – Я понимаю, но сейчас ты должен встать, – добравшись, наконец, до старого охотника, Дин подхватил его под руку. – Идем, – он кое-как поднялся сам и поставил на ноги Бобби, но, сделав шаг, едва не свалился снова, когда ушибленная нога запротестовала против такой нагрузки. – О-о... проклятье! – Мы все в шоколаде, – уныло сказал Бобби. Он отдернул Дина в сторону, спасая от удара жеодовой руки, и прикрыл лицо, когда от разбитой полки во все стороны полетели щепки. Дин потряс ногой и огляделся в поисках какого-то действенного орудия. – Тут нужен чертов топор. – Молот и долото, – Бобби качнулся назад, увертываясь от аметистового кулака, целящего ему в голову. Схватив тяжелую на вид скамейку, Дин с размаху огрел ею жеоду. Удар выбил из булыжника кристаллы, и они зацокали по всему полу, а монстр качнулся назад, едва не опрокинувшись. Дин замахнулся для следующего удара, но ходячая жеода оказалась к этому готова. Вырвав скамейку из рук Дина, она раскрошила ее в щепки, а затем врезала своему противнику по животу. – Оууу, – Дин согнулся пополам; у него перехватило дыхание, а перед глазами заплясали черные точки. Падая на колени, он услышал крик Бобби и увидел прямо перед носом сверкающую аметистовую ногу. «Это не к добру», – подумал он, пытаясь убраться с дороги. – Эй, уродина! – последовав примеру Дина, Бобби схватил другую скамейку. Он залепил ею прямо в центр жеоды, и та слегка пошатнулась. – Давай, балбес. Подымайся! – он схватил Дина за протянутую руку и попытался поставить его на ноги, но теперь у них обоих были ушиблены ребра. Дин наконец-то перевел дух и, поднявшись, двинулся вперед на подкашивающихся ногах, но вскоре опять рухнул на колени, и Бобби позади него ничего не мог с этим поделать. – Сынок, ты должен встать, – Бобби склонился над ним, краем глаза следя за жеодой. – Нам надо уходить. Немедленно! Дин кивнул. – Стараюсь, – он со стоном посмотрел на пол, когда тот снова завибрировал. Топот жеодовой твари приближался, и каждый ее шаг сотрясал доски, заставляя подпрыгивать разбросанные повсюду полки. С помощью Бобби Дин начал подниматься, и тут раздался зловещий треск. – Б…Бобби? – О, чё… Со звуком, напоминающим звук взрыва, пол треснул под весом огромного камня. Не в силах удержаться, Дин и Бобби обрушились вниз в лавине из деревяшек и штукатурки. Им оставалось только надеяться, что они не приземлятся прямо в лапы аметистового монстра.

~V~V~V~V~V~

Примечания переводчика: [1] Лепешка с куриной начинкой – вообще-то в оригинале это называется «chicken wrap». Что-то вроде тонкой лепешки, в которую завернута рубленая курица и еще всякая всячина. В русском языке нет своего устоявшегося термина, часто это так и называют –«врап», но иногда «лепешка» или «куриный рулет»… [2] Пахучие крапинки (scent-attract dots) – такая приманка в виде капелек вещества с сильным запахом действительно используется в ловушках для змей. [3] Мантикора (manticore) – вымышленное существо, чудовище с телом красного льва, головой человека и хвостом скорпиона. А еще у этой твари рыжая грива, три ряда зубов и глаза, налитые кровью. Хвост мантикоры заканчивается шипами, яд которых убивает мгновенно. Полагали, что мантикора является хищником и может охотиться на людей. Поэтому на средневековых миниатюрах часто можно увидеть изображение мантикоры с человеческой рукой или ногой в зубах. [4] Ведьма из Блэр – ссылка на фильм «Ведьма из Блэр: Курсовая с того света» (The Blair Witch Project), малобюджетный фильм ужасов 1999 года, снятый представителями независимого американского кино. История о трёх студентах киноотделения колледжа, которые заблудились и бесследно исчезли в лесах штата Мэриленд, снимая свой курсовой проект о местной легенде – ведьме из Блэр. [5] Отрава монаха (Monksbane) – думаю, речь идет о растении Аконит (Aconitum), иначе Борец, многолетнем травянистом растении семейства Лютиковые. Все растение – от корней до пыльцы – чрезвычайно ядовито, ядовит даже запах. По древнегреческому мифу, Аконит вырос из ядовитой слюны трехглавого адского пса Цербера, которого Геракл пленил и вывел из царства Аида на землю. Оказавшееся на поверхности чудовище, ослеплённое ярким солнечным светом, стало бешено вырываться. При этом из его пастей потекла ядовитая слюна, залившая землю и траву вокруг, и там, куда она попадала, поднимались высокие, стройные ядовитые растения. А поскольку произошло всё это якобы вблизи города Акони, в честь его и назвали необычный многолетник — «аконитум». Согласно скандинавской мифологии Борец вырос на месте гибели бога Тора, победившего ядовитого змея в поединке и погибшего от его укусов. Растение имеет множество названий как в русском языке («волчий корень», «волкобой», «царь-зелье», «чёрный корень», «козья смерть», «шлемник» и пр.), так и в английском («королева ядов», «капюшон монаха», «волчья отрава», «леопардовая отрава», «дьявольский шлем» и др.).