Ласточкино гнездо

Даже не знаю, какое наиболее популярное место в универе на тридцати минутном перерыве. Туалет? Или буфет? Насчет туалета не уверен, но вот толпы голодных студентов, которые готовы глотки порвать за последнюю «студенческую пиццу», я вижу каждый раз. И все равно тщетно надеюсь на то, что успею урвать свой кусочек. Увы и ах – голодные студенты доходят до того, что срываются со второй половины пары, лишь бы успеть купить уже запеченную пиццу да воспользоваться кулером с кипятком (обычно видят полным его лишь избранные; остальные его просто видят, без воды). Я печально вздохнул, глянув на километровую очередь, и побрел к расписанию. Посмотрел кабинет и поплелся к лестнице, напевая под нос какую-то навязчивую мелодию. Дойдя до кабинета, шлепнулся на предварительно скинутую с плеча сумку. По пустым коридорам лишь изредка разносился чей-то голос из открытых кабинетов. Я слез с сумки на холодный бетон, извлек книгу и немного покромсанный бутерброд. Открыл страничку по памяти и начал читать, задумчиво поедая свою жалкую провизию. Послышались гулкие шаги по лестнице. Редкие и отчетливые. Они становились все громче и громче, пока и вовсе не стали слышны чуть ли не под самым носом. Я приподнял глаза и прямо-таки поразился тому, как интересно сегодня со мной шутит судьба. – Привет, Изяслав. Парень сосредоточенно смотрел в экран телефона, изредка проводя пальцем по сенсорному экрану. Он заметно дернулся от неожиданности, когда я окликнул его по имени, рассеянно глянул куда-то вперед и только через несколько секунд посмотрел на меня. – Здоровались вроде, - произнес он то ли задумчиво, то ли отчужденно. По-моему, этот парень вообще редко бывает в нашем бренном мире. – Ну, это я так, чтобы хоть с чего-то начать разговор, - попытался я отвертеться. – Что делаешь? – Я? Ищу твою книгу. Но вот уже минут двадцать копаюсь в интернете. Зеро. Захлопнув книгу, я протянул ее ему. – Прочитаешь - отдашь. Раз уж учимся в одном университете, особого труда это не составит. Парень в недоумении захлопал глазами. Ну точно ласточка, по-глупости упустившая свой обед. – Ты уже прочитал ее? – Нет, но у меня не так уж много и времени, чтобы ее прочитать. Так что, не беспокойся, я подожду. Изяслав неуверенно протянул руку за книгой, неловко прижал ее к груди. – Спасибо. А как я узнаю, куда ее отнести? – Я в группе 345 К. Посмотришь по расписанию. Или… Я потянулся за сумкой, выудил оттуда ручку с листиком и начеркал корявыми цифрами свой номер. – Вот. А то мало ли. Вдруг я загуляю, или будет аудитория другая, - я улыбнулся, протягивая бумажку. – Хорошо, - Изяслав кивнул, осторожно беря неаккуратно оторванный листочек. – Кстати, а что ты делал вчера в метро так поздно? – Подрабатываю в Макдональдсе, - пожал парень плечами. – Тогда понятно, откуда синяки, - добродушно усмехнулся я. Изяслав явно занервничал и слегка покраснел. – Да ладно, - поспешил я ободрить парня, – хорошо, конечно, зарабатывать себе на жизнь, но и перетруждаться не очень правильно. Парень нахмурился. В прочем, я понял от чего. Сейчас я говорю, как заботливая мамочка. – А вообще, твои синяки придают тебе еще больше мрачности к образу, - усмехнулся я, сам не веря тому, что говорю. Изяслав немного расслабился и даже ухмыльнулся в ответ. Ехидно так ухмыльнулся. – Ну, а ты чего по ночам катаешься в метро? – А я вот тоже работаю, - произнес, словно хвастающийся новой игрушкой ребенок. Осталось только язык показать. В прочем, так даже забавнее. – И работаю я аж фасовщиком в «Короне», во как! Я наигранно задрал подбородок, широко улыбнулся, не размыкая зубы, а потом зашипел и залился хохотом. Проходящие мимо студентки глянули на меня явно недобро. – Хах, извини. Не знаю, что на меня нашло. Давно я не смеялся над такими глупостями. Похоже, мне недостает общения, - начал я оправдываться с веселой ноткой, а закончил, как говорится, за упокой. Последние несколько слов вышли слишком уж печально, чтобы казаться просто шуткой. Изяслав слегка наклонил голову набок, снял сумку с плеча и сел чуть поодаль от меня. – Можно вместе почитать, - пожал он плечами, раскрывая книгу. – Где остановился? – Двадцать седьмая. Но ты же не дочитал до этого момента. – Ничего, пойму. Парень открыл нужную страницу и немного пододвинулся. В темном коридоре буквы были плохо видны, да и читать вот так не очень-то удобно. Но, как ни странно, какое-то приятное удовлетворение таилось где-то в районе сердца. Будто то, чего мне всегда не хватало, начало снова появляться в моей жизни. Да, мне всегда не хватало тепла. Не солнечного, и не тепла от горячей воды. Душевное тепло для меня настоящее сокровище. Чаще всего холодно было именно по моей вине. Скажем, я не открывал «шторки», когда за «окном вовсю сияло солнце». Но солнце ведь одно для всех? А я желал и желаю получить свое собственное солнце. Выкрасть, создать, придумать – как угодно! До жути эгоистично, не правда ли? Изяслав, несмотря на всю свою мрачность и отчужденность, очень теплый человек. Этого тепла мне хватит до вечера, а потом вновь образуется ледяная завеса. Коридор начал наполняться гулом. Несмотря на то, что мы сидели довольно странно, на нас мало кто обращал внимание. Я-то и без того не больно заметный, но тенью назваться не могу. Если мне это нужно, я буду ярче солнца. Если нет – сольюсь с окружением. Как хамелеон. Прозвенел звонок. – Ну-с, по аудиториям? – произнес я сквозь зубы, потягиваясь. Сидящий рядом парень кивнул. – До встречи. –Да уж, это действительно самое уместное прощание. Я махнул рукой, подобрал сумку и побрел к нужной аудитории. __________ Около недели от моего нового неожиданного знакомого не было ни слуху ни духу. В голову даже начали лезть мысли о том, что книгу я уже не увижу. Нет, когда-нибудь мы бы все равно пересеклись, но, боюсь, тогда я просто-напросто не захотел бы начинать разговор о книгах или еще о чем-нибудь вроде этого. Я не привязываюсь к вещам, чтобы потом с ними можно было бы расстаться без сожалений. За окном падал редкий мелкий, похожий на муку снег. В этом году он успел выпасть и растаять несколько раз. Скрипнула двери, но гомон в аудитории не прекратился. Значит, не препод. Так что я даже не повернул голову. – Привет, - раздался знакомый голос рядом. Теперь моя очередь подскакивать. Я оглянулся и наткнулся на голубоглазый взор Ласточки (мной же придуманная кличка как-то совершенно неожиданно хорошо прижилась). – Привет, - заторможено ответил я. – Вот, - Изяслав положил на парту книгу. - Спасибо. Не зря потратил время. Удивительно, как такая интересная книга осталась в тени? – Может, просто у нас не такие взгляды? – произнес я, задумчиво разглядывая золотистые буквы на переплете. – Кто знает, - парень пожал плечами. – Ну, я пойду. – А, стой, - произнес я быстрее, чем подумал: "А зачем ему вообще останавливаться"? Я посмотрел в окно и наткнулся взглядом на заснеженную землю.   – Снова снег идет. Такой непостоянный, ну просто жуть. И что я вообще сморозил? – Зато потом он лежит до последнего. Может, он так нас проверяет? Я охнул. Вот уж точно с этой стороны ни за что бы не додумался посмотреть. Первый снег никогда не лежит долго. Он падает, дразня своим видом маленьких детей, и снова тает, будто его и не было. Через некоторое время снег вновь падает, тает, падает, тает… Кажется, будто это продлится вечно. Будто никогда зима по-настоящему и не наступит. А потом в очередной раз снег не тает, а лишь падает больше, больше… И сколько бы снег не таял вновь, люди верят, что зима придет. – Да, отличный способ. Изяслав тоже посмотрел в окно, словно пытаясь последовать за моим взором. – У тебя последняя пара? – Да, сегодня к первой приходили. – Можем поехать вместе, - парень потер шею, словно пытаясь скрыть волнение за непринужденным движением. Но ведь действительно, в его глазах я вижу лишь спокойствие и отрешенность. – Почему бы и нет.