Тело зажатое в угол, не сопротивляется (Версия первая).

Проснувшись ранним теплым воскресным утром, Гермиона, быстро вскочила с кровати. С того происшествия в Хогсмиде прошло недели две от силы, но она все равно еще пребывала в некотором аффекте. Гриффиндорка подбежала к окну. Там, аккуратно покрыл землю пушистый мягкий снег. Он, большими хлопьями, все еще падал, превращая все вокруг в белые просторы мягкой переливающейся белоснежной ваты. Яркое зимнее солнце мягко освещало заснеженную природу, придавая ей немного шарма и романтики. Вечером этого дня, состоится рождественский бал, на который, у Гермионы совершенно не было желания идти. Но, она была старостой. А в правила старосты, пропуск балов не входит, а Гермиона всегда все делала по правилам. И такие балы не должны портить ей репутацию. Быстро приведя себя в порядок, она вышла из спальни, где ее никто уже на протяжении долгих дней не ждал. Казалось, конец их дружбе. Казалось, ничего уже не исправишь. Ничего не сделаешь. Отстранив эти печальные мысли от себя, она направилась в Большой Зал. Было такое предчувствие, что что-то должно произойти. Что-то не столь плохое на первый взгляд, но и не столь хорошее с другой. Опять-таки отбросив все мысли, освободив голову от всякой чепухи, она со спокойной душой вошла в Большой Зал, где уже вовсю бурлила жизнь. Где все кипело. Где жили. Было шумно, все девушки уже обсуждали предстоящий вечер, говори про платья, некоторые просили помочь с прическами и макияжем других девушек. Все это было так пафосно и скучно, так лестно и неприятно, что у Гермионы отпало желание вообще притрагиваться к еде, но завтрак есть завтрак. Надо поесть, что бы набраться энергии, а энергия ей сегодня пригодиться как никогда. И она, тяжело вздохнув, опустилась на лавку рядом с Колином Криви, который при ее появлении сразу расправил плечи. Положив в тарелку легкого салатика, Гермиона принялась его уплетать. Наконец-то едва умолкнувших ребят, опять что-то возбудило, на этот раз не сплетни про бал, а только что прилетевшие совы, которые, бессовестно не обращали внимания, куда они бросали письма. К удивлению Гермионы, к ней тоже прилетела сова, и не новым выпуском «Ежедневного Пророка», эта сова, бросила письмо ей чуть ли ни в кубок с тыквенным соком. Гриффиндорка перестала ждать почту после гибели ее родителей, ей кроме них никто не писал. Разве что Виктор, и то редко. Поймав листок , который уже собирался упасть в кубок, она положила в его в один из карманов своих джинс. Наконец, доев свою порцию салата, она направилась к выходу. По дороге Гермиона развернула листок, присланный совой. Там, ровным, надменным почерком было написано: «Встречаемся после завтрака в нашей комнате. Д.М.» Конечно же, поняв кто это, она сразу пошла в комнату, до которой от Большого Зала идти и идти. Дорога выдалась не долгой, потому что на пути ей никто не встретился, и Гермиона этому была несказанно рада, что-что, а вот говорить с кем-то настроения совершенно не было. -Грейнджер! Это катастрофа! Понимаешь?! КА-ТАСТ-РО-ФА! – Говорил истерично Малфой. От его так сказать крика, голова разболелась, до ужаса. -Успокойся, Малфой. Никто не заставляет тебя танцевать со мной на открытии бала, можем же мы обменяться партнерами и все, - вздохнула Гермиона. Она уже была готова повеситься от всех навалившихся на нее проблем. -Нет, Грейнджер, нельзя. Я пробовал, но ваша чокнутая декан не позволила! Видете ли, так будет лучше и точка! – Изобразил он голос профессора МакГонагл. Кстати, весьма похоже. -Она хорошая женщина! – Стала спорить Гермиона. -Так, спокойно, спокойно, - стал успокаивать себя Малфой. - Слушай Грейнджер, раз все вот так несправедливо складывается, и мне все-таки придется танцевать с тобой, к моему глубочайшему сожалению ко мне, то ты должна отлично уметь вальсировать, потому что я не хочу позориться еще больше, чем мне придется. -На что ты намекаешь? – Спросила Гермиона хмурясь. Как ее раздражал этот надменный Малфой. -Ой, а ты не знаешь! Сделаю вид, что я этого не слышал, - сказал он и взмахнул палочкой, после чего в комнате стал играть ненавязчивый, легкий, спокойный вальс. -Грейнджер, иди сюда, - он указал на центр комнаты. Гермиона, медленными, недоверчивыми шагами пошла на указанное Малфоем место. Встав туда, куда нужно было Слизеринцу, она сказала: -Ну и? -Положи свою праву руку на мое плечо, - продиктовал Малфой скучающим тоном. -Так, Малфой, это я знаю, - возмутилась она, но все равно проделала сказанное Слизеринцем. Тот довольно ухмыльнулся. Его рука легла ей на талию так неожиданно, что она сперва вздрогнула. Другая его рука, схватила ее левую. Такие горячие у него руки, такие нежные, он явно играет на пианино, судя по его тонким, изящным пальцам. На миг их дыхание прервалось, но уже через какое-то время они кружили в вальсе. Легко и непринужденно! Как делают только счастливые люди. А этих двоих, счастливыми явно не назовешь. -Надеюсь, на вечер у тебя будет нормальное платье? – Спросил Драко криво ухмыляясь. -Надейся дальше, - с сарказмом ответила Гермиона. Ее так задели эти слова, что она уже собиралась уйти, как Малфой сказал: -Ты молодец, Грейнджер. Хорошо двигаешься. -Что?! Малфой, ты вообще здоров? Что ты несешь вообще? – У Гермионы от его слов глаза на лоб полезли. Она просто не ожидала таких слов от Малфоя, хотя давно уже пора было привыкать к таким его выпадам. -Нет, серьезно говорю, - он сделал шаг в ее сторону. Гермиона же, как будто в землю приросла, не могла сдвинуться с места. Через мгновение он уже стоял к ней вплотную, и она ощущала исходящее от него тепло, его парфюм заставлял все мысли улетучиваться. Еще через какое-то время, она чувствовала, его сладкие губы на своих, чувствовала его язык в своем рту, и самое страшное, она знала, что нельзя этого делать, но все равно отвечала на этот поцелуй. На такой нежный, аккуратный, страстный, умопомрачительный поцелуй. Крышу снесло капитально, они закружились в урагане всех чувств. Ничего и никого вокруг не замечая… Гермиона брела по уже пустым коридорам школы, оттягивая момент этого ужасного вечера, мало того что у нее болели ноги от непривычных ей каблуков, мало того что ей было не очень удобно в этом платье, так еще голову забивал лишь поцелуй в комнате. Она уже зашла довольно далеко, и чтоб успеть на «такой долгожданный бал» она просто обязана была поспешить вернуться к Большому Залу, где как уже и предполагалось, ее должен был поджидать Драко. Как назло в этом году она должна была танцевать с Малфоем. Да как она в глаза ему смотреть будет после всего произошедшего сегодня?! Гермиона залилась легким румянцем. Как и предполагалось, у входа в Большой Зал, ее поджидал сам Слизеринский принц, одетый как всегда с иголочки. Взяв его под руку, что ей совершенно не хотелось, они вошли в Большой Зал первые, где все столы были отодвинуты, отдавая большое количество пространства танцполу. Все взоры были прикованы к ним. Это слегка смущало Гермиону. Ее легкое плиссированное платье цвета темного шоколада с завышенной талией, хорошо подчеркивало ее грудь. Длина платья была чуть выше колена, что давало хороший обзор на ее красивые ножки. Такого же цвета туфли на каблуке, прибавляли ей роста, и теперь она практически могла дотянуться до подбородка Малфоя. Волосы Гермиона уложила в сложную прическу (без магии, конечно, не обошлось) из которой выбивался локон. Прическа хорошо открыла ее шею, на которой весела золотая цепочка с бриллиантовым кулоном в виде цветка, у которого в центре, был гранатовый камень. -Грейнджер, я ожидал более эффектного выхода, - произнес Малфой, положив ей руку на талию, когда в Зале заиграла музыка. -Заткнись, Малфой, ты выглядишь не лучше, - конечно, же, Гермиона соврала. Его вид, нельзя было назвать ужасным, он был великолепен! Кремовая мантия, отлично сочеталась с ее платьем, создавалось ощущение, что они вместе выбирали наряды на этот рождественский прием. Его волосы были уложены, что ему очень шло. Столько шуму Гермиона еще не слышала никогда в своей жизни, в середине праздника, ее голова ужасно кипела от всего того что там происходило. Наконец-таки освободившись из объятий этого приставучего Кормака, который на протяжении всего бала, пытался затащить ее под омелу, она вышла в коридор, где поразмыслив немного, решила направиться к Астрономической башне. -Грейнджер, куда идешь? – Окликнул ее голос. -О, нет! Оставь меня хоть на минутку! – Простонала Гермиона, поворачиваясь на голос за своей спиной. -Не могу, я тебя оставить, - ответил непринужденно Драко. -Почему? -Иди сюда, - сказал он как, всегда не обращая на вопрос Гриффиндорки внимания, и Гермиона, почему-то доверившись Драко, пошла следом. – Закрой глаза, - попросил он, когда Гермиона подошла к нему. Она опять-таки под не известным ей воздействием выполнила его просьбу. – Теперь открой, - нежно проговорил он ей на ухо, когда они прошли определенное расстояние и, за ними скрипнула дверь. Ей стало страшно, но она так же выполнила его просьбу и, открыв глаза, увидела, что в руках он держит красную розу с маленькой коробочкой. -Что это? – Спросила Гермиона, едва сдерживая улыбку на лице. -Это тебе, - сказала Драко, смотря на нее с любопытством, которое едва можно было уловить в его взгляде. Взяв маленький презент из рук Слизеринца, она взглянула на Драко, как бы пытаясь удостовериться, что ничего опасного в нем нет. Гермиона развернула коробочку и обнаружила там, что-то чересчур великолепное: кольцо, усыпанное голубыми топазами. -О, Боже! Это же, это просто восхитительно, спасибо, Драко! – сказала она прежде, чем успела обдумать сказанное. После этой фразы повисла тишина. -Надень его, - нарушая молчание легким голосом, сказал парень. Гермиона, аккуратно вынув колечко из бархатной коробочки, надела его на безымянный палец левой руки. -Спасибо, - она не знала почему, просто подошла и обняла его, в ответ, получив теплые объятия и поцелуй в висок.