The World Is Ugly

Красочные листья сухим шуршащим ковром распределились по земле. На замену тёплому летнему ветерку пришли прохлада и частые дожди. Люди, которые, как казалось, недавно накидывали лёгкую одежду, сменили наряды на что-то более тёплое и уютное. Только, судя по всему, футболисты из школы МакКинли никогда не изменяли своих вкусов, предпочитая потёртые штаны и толстовки с университетским значком. Судя по всему, они не изменяли и своим привычкам. - Эй, малыш Джорджи, ты выглядишь слишком утомлённым, - усмехнувшись, проговорил Дэйв, пряча руки со стаканом слаша за спину. – Не хочешь освежиться? Неуверенный паренёк, что-то бормоча, поправляя очки, отчаянно пытался отступить назад, но вскоре оказался прижатым к холодной поверхности шкафчика. – Андерсон, сейчас твоя очередь показать, кто в этой школе папочка! Фрик, оказавшийся в ловушке, умоляюще посмотрел на Блейна, чей взгляд выражал некое замешательство, смешанное с желанием послать всех этих ублюдков, окружающих его, к чёрту. - Давай, Андерсон, перестань быть таким тормозом и получай удовольствие от жизни! – крикнул Стефан. «Конечно. Удовольствие только и состоит из издевательств и вечных насмешек» - размышлял Блейн. Никогда в жизни он ещё не чувствовал себя таким гадким и жалким. - Блять, быстрее! – Блейн встрепенулся и, больше не дожидаясь каких-либо указаний, выпустил жидкость с кусочками льда прямо на волосы Джорджа, который, дрожа и всхлипывая, опустил голову. – А теперь пошли, нам уже пора на физкультуру. Питер придумал новую шуточку для этого маразматика Нормана. Блейн бросил сожалеющий взгляд на всхлипывающего парня и пошёл следом за друзьями. - Андерсон, не кисни, - похлопал его по плечу Карофски. – Уверяю, скоро тебе это понравится. Знаешь ли, чувство власти и ощущение свободы захватывают. Безусловно. Штука в том, что Блейн не чувствовал свободы. Его зажали со всех сторон, не давая сделать вдоха и выдоха. Он оказался под влиянием парней по собственной глупости и теперь не мог просто так оставить эту сомнительную компанию. Дэйв просто бы не дал ему жизни потом, посвятив в круг непревзойдённых неудачников их школы. - Расслабься, Блейн, - уже тише сказал Карофски. Они немного отстали от остальных ребят. – Что насчёт вечеринки у меня сегодня? Будет весело. - Конечно, - рассеянно кивнул парень. Весело – вливать в себя литры дешёвого пива. Просто уморительно – рассказывать тупые шутки, не имеющие ни капли смысла, и дружно над ними ржать. - Хоть немного развеешься. Школьное время только началось, а ты, как кажется, уже живёшь в конце триместра, - сказал Дэйв. Блейн чуть ли не смахнул воображаемую слезу от такой трогательной заботы. - Ага. - Ладно, давай догоним остальных ребят. В очередной раз пришлось последовать за Карофски. … - Блейн, почему ты постоянно тормозишь! – выкрикнул Дэйв. – Облей его и пошли уже, сколько можно ждать! Я ещё столько всего придумал! «Столько всего!» - звучало интригующе. Правда, ограничивалось всё тем, что Карофски просто выливал на кого-нибудь стакан томатного сока или начинал кидаться котлетами в школьников, сидящих у мусорки. - Да докажи, что ты чего-то стоишь! – Блейн устало покачал головой. - Извини, я не буду этого делать, - отрешённо произнёс он и, откинув стакан со слашем на пол, побежал в сторону мужского туалета. Нужно смыть с себя всё это дерьмо. Блейн прижимал холодные мокрые руки к горящим щекам, когда перед глазами всплыл образ Курта, первый день в этой паршивой школе. Он ведь чувствовал себя подавленным новичком, а Хаммел, не припомнив ни единого случая из жуткого прошлого, помог ему. В один миг Блейн ощутил ничтожность и ненужность своей жизни. Что он сделал хорошего за последние годы? Ничего. Показывал людям, что чего-то стоит. Доказывал, что никому не сломить его. Только под конец оказалось, что он всё-таки сломлен. Блейн снова взглянул в зеркало и понял, что ему противен тот парень по другую сторону. Он совершенно не знает, чего хочет – видно по неуверенному взгляду; он не подозревает, что будет делать дальше. Пустышка. Цветной фантик с дерьмом внутри. Мерзкий ком застрял в горле. Блейн не мог даже плакать, казалось, что все чувства неожиданно исчезли, прекратили действие по единственному щелчку. Внутри – едкое чувство пустоты, поедающее внутренности и мысли. - Эй, Андерсон, ты чего творишь! – грубый голос Дэйва немного отрезвил Блейна. Он вздрогнул, но не повернулся. – Чувак, что с тобой творится? Тебе плохо? - Отойди. - Блейн, ты такой бледный, - Карофски ухватился за его плечо. – Что случилось? Ты можешь рассказать, мы ведь… Друзья. - Блять, что? - Блейна выдернуло из мира беспорядочных мыслей. – Ты действительно думаешь, что мы дружим? - Мы ведь проводим время вместе, - тихо заметил здоровяк. И Блейн, чёрт возьми, понял, что за всей этой сущностью кроется дикое одиночество, но он больше не мог сдерживать слова, рвущиеся изнутри. - Спешу тебя разочаровать - то, что мы ходим вместе в школе и на вечеринки – не дружба, Дэйв! Я никогда не хотел общаться с тобой и идиотами, которые тебя окружают. Ты правда думаешь, что мне интересно слушать ваши пустые разговоры о футболе и сексе? Чёрт. А поливать людей слашем? - Это… - Это не весело, блять. Послушай. Ты перестанешь быть важной персоной, когда закончишь школу! Никто не посмотрит, каким крутым парнем ты был, ясно? Никто не станет считать, сколько котлет ты закинул в местных фриков. - Что с тобой, Блейн! - Перестань строить из себя крутого и агрессивного парня. - Я сейчас не удержусь и тресну тебе, Андерсон! – взорвался Карофски. - Врежь, - едва слышно проговорил Блейн. Ему не помешает немного встряски. Может, хоть что-то встанет на свои места. - Я… - Ударь меня, - громче сказал Блейн, и кулаки Дэйва угрожающе сжались, глаза угрожающе сузились. – Блять, что ты как трус, ударь меня! Или ты думал, что мы дружили? - Ударь, Дэйв. - Иди ты нахуй. … Снежная пелена медленно покрывала грязную землю и голые деревья. Солнце перестало поражать людей теплом. Блейн перестал верить, что в его жизни что-то изменится. Он по-прежнему ходил в школу и ощущал себя потерянным и одиноким среди подростков, кидающих на него неоднозначные, незаинтересованные взгляды. Дэйв не разговаривал с ним после того случая в туалете, но и его пыл к издевательствам потихоньку умолк. Он развлекался со своими друзьями, в очередной раз рассказывая шутки про выпивку и клубы, но не подходил к Блейну, не решался даже взгляда поднять, когда тот проходил мимо. Блейн и не стремился завести разговор. Он существовал спокойно и размеренно, не желая ничего менять: ходил в школу, отсиживал уроки, бежал домой, помогал Куперу, иногда веселился с ним, смотрел фильмы, делал уроки и с чистой совестью ложился спать. Его жизнь оставалась бы такой же несносной и серой, если бы в один момент в класс не забежала кудрявая рыжая девчонка Хэйли, местная сплетница и любительница поболтать ни о чём. Только загвоздка в том, что с ней никто говорить не хотел. - Эй, ребята, там такое творится! – прокричала она, размахивая руками в сторону коридора. - Что там? – сонно протянул кто-то, оторвав голову от рук. Блейн заинтересованно читал комиксы, припасённые для больших перемен. - Помните Курта, Курта Хаммела? – спросила она дрожащим от восхищения голосом. Блейн выкинул журнал в рюкзак, поднимая глаза. – Он вернулся в школу! - И что? - Боже… - протянула она нетерпеливо. – Он… - Блейн не успел дослушать, сорвался с места и побежал в коридор. Он сразу же увидел Курта, несмотря на то, что коридор был заполнен до предела. Хаммел стоял у шкафчика, медленно рассматривая расписание. Проходящие мимо девчонки перешёптывались, засматриваясь на его привлекательную задницу в облегающих чёрных джинсах, посылали воздушные поцелуи и глупо хихикали. Блейн замер на месте, не в силах поверить тому, что видит. Курт. Чёрт. Он… Курт оторвался от листка и в ту же секунду поднял на Блейна рассеянный взгляд. Блять. Похудел!