The World Is Ugly

В какой-то мере Курту нравилось, что люди начали обращать на него внимание и здороваться. Некоторые подсаживались к нему на перерывах, пытаясь завести разговор и разузнать о том, как он поживает. Больше всего забавляло поведение Блейна. Сперва он пытался игнорировать присутствие Курта в классе, вечно отворачиваясь к окну или что-то усердно записывая. Курт и не пытался выделяться, правда, потом он всё же начал замечать рассеянные взгляды Андерсона, брошенные будто невзначай. Бывали случаи, когда Курт боковым зрением замечал, как Блейн сидел за дальним столиком в буфете и каждые несколько минут хотя бы на мгновение поворачивал голову в его сторону. Курт не мог повернуться – слишком был «увлечён» пустым трёпом ребят, которые окружали его. Одна из их немногочисленных встреч состоялась в школьном туалете. Курт выходил из кабинки, когда увидел Блейна у раковины. Он усиленно мыл руки, напевая мелодию незнакомой песни, но с появлением Хаммела умолк, даже не посмотрел на парня, который встал рядом. Наверное, Блейн хотел что-то сказать, хотя бы поздороваться, но так и не смог раскрыть рта. Курт помнил неловкость, повисшую в тот момент, даже тогда, когда выходил из школы и направлялся домой, вдыхая холодный зимний воздух, пронизывающий до костей. … Помимо того, что с Куртом дружили, его ненавидели. Чёртовы парни из футбольной команды донимали его каждую перемену, кажется, забыв, что собирались наподдать пинков Блейну Андерсону. «Одеваешься, как педик!» - долетали до Курта возгласы со всех сторон. Он старался носить более скромную одежду, но те парни были неумолимы, в их памяти точно отпечатался образ Хаммела, который в самом начале решил выделиться броскостью. Курт всеми силами пытался не занимать этим свои мысли, но не особо получалось. Он часто выпадал из реальности на уроках и не мог ответить на элементарные вопросы учителей, которые с каждым разом возмущались всё больше и больше. … Курт в очередной раз сидел на уроке алгебры и думал о том, как ему незаметно пробежать к выходу из школы. Блейн решал у доски уравнение, а мистер Грин внимательно следил за учениками, изредка делая заметки в блокноте. - Мистер Хаммел, - Курт чуть ли не подскочил на месте, когда учитель позвал его, - покажите мне, что вы записали! – он опустил глаза и с ужасом заметил, что его тетрадь чиста, как новая порция недавно выпавшего снега. – Подойдите ко мне, пожалуйста. Решив, что терять всё-таки нечего, Курт направился к учительскому столу. - Меня разочаровывают эти чистые клеточки, Курт, - покачал головой мистер Грин. Весь класс с интересом и упоением наблюдал за разворачивающимися действиями, и только Блейн, который даже не повернулся к ним, продолжал калякать на доске уравнения. - Вы не понимаете материал? - Я… Не то, чтобы… Просто… - Курт не мог объяснить учителю свою рассеянность в последнее время. Она проявлялась не только в школе. К примеру, вчера он вышел из дома и, только перейдя дорогу, вспомнил, что забыл рюкзак в коридоре. - Не понимаете, - заключил математик. – Что ж, я очень разочарован, потому что вы, кажется, даже не пытаетесь. Прошу вас подойти ко мне после урока, сейчас можете садиться. Курт выдохнул и отправился на своё место. Если его тут задержат, значит, шанс встретиться с футболистами не так велик. … Удача по привычке повернулась к Курту задом. Договорившись с мистером Грином, что он обязательно принесёт в понедельник невыполненные домашние задания, Хаммел шёл к своему шкафчику, у которого по иронии судьбы столпились футболисты. Ну, хотя бы Карофски там не было. Он, наверное, заболел или прогулял школу, раз упустил такую грандиозную возможность поиздеваться над тем, кто слабее его. - О, детка Хаммел, а мы решили сделать тебе сюрприз! – противно загоготал Питер, разминая руки. - Я приятно удивлён, теперь отвалите, - буркнул Курт, но парни не услышали его колкость – слишком шумно переговаривались. - Думаю, тебе понравится наше творчество, - они отступили, и Курт увидел, что его шкафчик исписан чёрными красками. «Гей», «Копи на нормальную одежду», «Андерсон», обведённое в огромное сердечко. Курт замер от шока и ужаса. - Влюбился в этого самоотверженного мудака? – захохотали парни. – Давно пора доказать Андерсону, что он ничего не стоит. - Уже все, наверное, знают, что вы гейская парочка заноз в заднице. Откуда? - Какой героический поступок: принцесса Хаммел убежала весной из школы, а отважный рыцарь Блейни послал всех к чёрту. Господи, они, кажется, не осознавали, что несли полную чушь. - Любовь, которая противостоит обществу. Романтическая история с трагическим концом, парни. Курт не знал, покраснел он или побледнел, но до боли закусил губу, пытаясь сдержать гнев, рвущийся наружу. - Чего молчишь, первая модница МакКинли? – подшутил Патрик. - Вы просто редкостные придурки, - не ожидая такого выпада от самого себя, заявил Курт, футболисты сразу насупились и, не переговариваясь, начали медленно наступать на него. – Если бы у меня было одно желание, я бы попросил, чтобы хоть кто-нибудь подарил вам мозги. Чего вы добиваетесь своими выходками? Кто-то толкнул Курта, и он больно ударился позвоночником о дверку шкафа. - Давайте уже проучим его? – нетерпеливо спросил кто-то. – Хочется поставить его на место, не могу. Кулаки чешутся. Курт попытался протолкнуться, но его откинули обратно, в круг самоуверенных дураков, не имеющих толерантности и уважения к окружающим. - Пропустите. - Поплачь тут ещё, - засмеялся Питер. – Из одного дерьма прямиком в другое. Забавно, Хаммел, да? – Курт зажмурился, когда Пит занёс кулак над его лицом. Пускай он, наконец, ударит, только заткнётся навсегда. Пусть отыграется, только не взглянет в сторону Курта больше никогда. - Вправь ему мозги и пошли уже или отойди, что ты тянешь, Питер. - Закрой рот, Джексон, без тебя разберусь, - огрызнулся парень. Курт не знал, куда деваться, но был готов ко всему, кроме того, что произошло после. - Эй, Питер, - в коридоре послышались размеренные шаги, тихий, но уверенный голос,- тебе не рассказывали о таком понятии, как личное пространство? - О, Андерсон, - подленько улыбнулся Пит, - явился. Только тебя тут не хватало для полной картины, придурок. У тебя, наверное, гейский радар сработал – почувствовал, что твой дружок в опасности? - Отвали от него, - выплюнул Блейн, проигнорировав издевательскую фразу. - С чего бы? - Он не в силах тебя ударить. Ты только и можешь наступать на тех, кто беспомощен? Тогда иди, взгляни на своё жалкое отражение и разбей зеркало, уёбок. Питер медленно отступил от Курта, который сам сильнее прижался к шкафчику. Его колотило не только от гнева, но и от страха. - Пит, бля, не будь идиотом, пошли отсюда, не трать свои силы на них. - Я давно хотел узнать, какая на вкус твоя кровь, Андерсон. Сейчас самый удачный момент, не находишь? - Ну, так узнай, - улыбнулся Блейн, - что тебе мешает? - Совсем с катушек слетел, - Пит приблизился к Блейну и со всей силы оттолкнул его. Андерсон отлетел назад, но это заставило его улыбнуться ещё шире, он словно раззадоривал противника ещё больше. - Пит, не надо! – начали футболисты. - Блейн, не надо! – начал Курт. Все они являлись беспомощной кучкой зрителей. - Это всё, на что ты способен? Сильнее. Пит замахнулся, чтобы отвесить удар по щеке, но Андерсон ловко увернулся и уже не сдерживал смеха. Сам он даже не двинулся в сторону парня. - Потренируйся ещё, а потом и поговорим. У меня даже рука не поднимается ударить тебя, детка. Друзья Пита, которые казались отчаянно важными и смелыми, когда зажимали Курта, не решались вмешаться. Они – пешки, стадо, бегающее по первому указанию. - Иди домой, уроки уже закончились, Питер, - проговорил Блейн весело. Он уже, честно говоря, устал от таких смехотворных попыток. - Питер, погнали отсюда. - Я этого так не оставлю, Андерсон. - Конечно. - Ты ещё пожалеешь, - заявил Пит, приближаясь к Блейну. - Надеюсь. Кто-то из футболистов не выдержал и, вникнув между парнями, оттолкнул Питера. Остальные подхватили его за плечи, пытаясь унять. - Хватит, пошли. Ты что, неприятностей захотел? - Ты ещё пожалеешь, - повторил Пит, выглядывая из-за широкого плеча. – Придурок. Футболисты с трудом увлекли Питера, выкрикивающего ругань и угрозы, за собой, и только тогда Блейн мог полностью расслабиться. - Ненормальный какой-то, - проговорил он, заметив, что Курт сидит на полу, не зная, куда деться. - Вставай, Хаммел, давай руку. Вот ведь идиоты, а. - Как ты оказался… Здесь? - Я сдавал анализ по литературе, - обречённо вздохнул Блейн. – Поднимайся, ну же. Курт замер, глядя не на Блейна - в другой конец коридора. - Хаммел, доброе утро. Я не буду долго ждать. - Так-так, молодые люди, что у нас тут происходит? – прозвучал, словно гром среди ясного неба, голос директора Фиггинса.