The World Is Ugly

«Жду вас завтра после уроков, и только попробуйте выкинуть какую-нибудь шутку!» - Курт до сих пор слышал немного раздражённый, но в меру самодовольный голос Фиггинса. Директор подумал, что Курт и Блейн не поладили между собой и затеяли драку в школьном коридоре. Он махнул рукой на оправдания, считая это пустым трёпом, и назначил им наказание. До конца недели Хаммел и Андерсон должны были драить весь этаж и ещё отмывать шкафчики от мерзких записей. - Только об этом я весь день и мечтал: мыть полы и отдирать жвачки от столов, - пробормотал Блейн, увидев Курта, который уже закинул сумку за свободную парту и был готов исследовать грязные закоулки МакКинли. Школа уже опустела, ребята разбежались по домам или на дополнительные занятия, и только этим двум посчастливилось торчать тут почти до вечера. Курт по-прежнему молчал, отвернувшись к окну. Он и вчера ничего не сказал Блейну, сразу убежав домой после гневной тирады Фиггинса. - Ты меня слышишь, Курт? - тихо осведомился Андерсон. Ему уже порядком поднадоело это нестерпимое молчание. Он и сам больше не мог сдерживаться. – Точно, нам же больше не о чем разговаривать. Блейн начал медленно ходить по классу, раздражённо шаркая подошвами. Курт разглядывал снежинки, мечтая с криками выбежать на улицу и утонуть в пушистом снеге. - На самом деле, я бы многое хотел сказать, но даже не знаю, с чего начать, чёрт возьми. Ты всё равно не захочешь меня слушать. Курт не повернулся, и Блейн всё сильнее накручивал себя: кулаки то и дело сжимались, а голова разрывалась от вихря беспорядочных мыслей. - Я всё равно буду говорить, Хаммел, ты меня не остановишь, - он и не собирался. – Начнём с того, что я вёл себя, как ублюдок, в этом чёртовом лагере. - А то я и не заметил, - отчеканил Курт. - Знаешь ли, непередаваемое ощущение, когда считаешь себя этаким классным парнем. Когда остальные смотрят с неподдельным интересом и пытаются повторять за тобой. Когда ты можешь творить всё, что захочешь, думая, что никто не сможет тебя остановить, но в то же время понимаешь, что ты зависим от внимания и похвалы окружающих. Правда, потом оказывается, что они – пустышки, и ты попросту зря тратишь время. Курт. Я не знаю, что мне сказать. Прости? Блять, ну конечно. Нужно быть полным идиотом, чтобы сделать это. Я сожалею о твоём танце на столе; о том, что изорвал твой дневник. За это мне больше всего, чёрт возьми, жаль. Это твой мир, твои мысли и твоё личное пространство. Я такой же мудак, как Питер и вся его команда отважных футболистов. Нет, хуже. Я сожалею обо всех словах, что сказал когда-то. Мне жаль, что ты плакал и срывался, и я не могу думать об этом спокойно. Я называл тебя слабаком и становился невыносимым, но в итоге этим слабаком оказался я. Кажется, это не мир стал отвратительным, а я действительно погряз в своём дерьме. Ты был прав. Я слишком слаб и злюсь из-за этого. - В чём причина? – не выдержав, подал голос Курт. - Я до сих пор не могу избавиться от воспоминаний, в этом моя слабость. - Всё. Блейну окончательно снесло крышу, и он больше не мог сдерживать слов, свободно рвущихся из груди. - Ты ведь знаешь, я живу только с братом, потому что… Потому что моя мама умерла, когда я был маленьким. Я хорошо её помню и, кажется, до сих пор слышу тот мелодичный голос, который со временем стал сиплым и раздражительным. Она подсела на наркотики из-за того, что мой дорогой папочка не выдержал скандалов в семье и сбежал. Позже я узнал, что в другую страну. Он сделал свой бизнес, а она начала вкалывать в себя это дерьмо. Она продолжала вкалывать, а я наблюдал. У неё были ломки, она искала деньги на дозу, а я плакал и проклинал отца. Купер тоже ничего не мог сделать. Чем мог помочь парень, который только-только окончил школу и поступил в медицинский. Мама скончалась от передозировки. – Блейн говорил так спокойно и бесстрастно, словно из него вытрясли всю душу. – Ненавижу отца, ненавижу этого ублюдка. Купер говорит, что нужно простить, но я не могу. Мне до сих пор приходят сны о маме в последние дни жизни. Я слабак, потому что до сих пор не могу отпустить. Прости за то, что я сказал тебе отсесть и за то, что мы так и не доделали проект. Я слабак, зависимый от чужого мнения. Сколько раз я осуждал всех этих ребят, называя их безнадёжно тупыми, но я не смог отвязаться от них так вот просто. Мне не хватало смелости и сил, мне казалось, что я рухну ниже плинтуса, но я и так находился на самом дне, когда общался с ними. Курт почувствовал чужое дыхание на плече, когда Блейн выговорил последнее слово. - Кажется, мне больше нечего добавить. Лишь то, что мне до безумия нравились те тёплые вечера у тебя в комнате. Наверное, так хорошо и легко, как там, я себя никогда не чувствовал. - Но ты всё-таки променял их на футболистов, - сказал Курт, отворачиваясь от окна и почти сталкиваясь с Андерсоном носом к носу. - Мне жаль, мне так чертовски сильно жаль, Курт. - Блейн. - ... Но больше всего я жалею об этом. - О ч… - фраза осталась незаконченной, и выдох Курта пришёлся на губы Блейна, который на секунду коснулся его губ, а затем отстранился, видимо, осмысливая то, что сделал. - Мне жаль, Курт, мне правда жаль, - протараторил он и, схватив сумку, а затем мысленно послав отработку к чёрту, побежал из класса.