Интриги чужого мира

Юки выбивается из сил. На тренировках она не щадит себя, понимая, что иначе не выживет в этом мире. Все враги. Юми делает вид, что едва знает, только смотрит так пристально, когда думает, что никто не видит. Жаль, что они просто не могут встретиться и поговорить, чтобы узнать, что там на уме у сестры. Почему-то учителя пристально за этим следят. Юки вздыхает, надеясь, что названная сестра не вляпалась с размаху в какую-нибудь заварушку, как обычно. Или сама не закрутила какую-нибудь интригу, с нее станется. Раздражение накатывает привычной волной. Юки берет в руки кунай и начинает отрабатывать удары. - Я же говорила, сенсей! Она опять! - Я вижу, Югайна-чан. Вы – молодец. Благодарю за помощь. Юки прошивает холодная волна ужаса. Облажалась. Снова. И этот ненавистный учитель… - Кетцуки-сенсей, а… - Подождите меня за дверью, Югайна-чан. - Хорошо, сенсей. - Значит, вы желаете тренироваться, Юки. Быть шиноби. Несмотря на то, что вам выпал редкий шанс удачно выйти замуж… - Стать бесправной фермой по рождению детей! - Быть хозяйкой в большом доме… - В кровати с дряхлым стариком… - А возможно и какой-нибудь не большой страны. - Та же клетка, только больше. - А ходить из города в город, не имея дома, возможно, без еды и денег, сражаться с людьми сильнее тебя и быть разменной монетой в войнах – лучше? - Зато это мой выбор! – Твердо отвечает Юки, выдерживая пристальный взгляд. Кетцуки недобро усмехается. - Покажите, что вы делали до нашего прихода. Юки вызов принимает и повторяет движения, имитирующие удары в невидимого противника. - Так, стоп. Последнее – еще раз. Еще. Еще. Еще раз. Вам же неудобно. Вы неправильно держите руку. Кто вас учил? - Я сама, по памяти, - бурчит в ответ крайне удивленная девочка. - Ясно. Вот так, смотрите. Нет. – Мужчина подходит и помогает правильно взять кунай. – Теперь повторите. Еще. Еще. После сотни, наверное, движений, рука почти отваливается, а Кетцуки остается удовлетворен: - Достаточно. Теперь вот это, смотрите. Мужчина показывает еще четыре движения, добивается того, чтобы Юки более – менее их запомнила. - Хорошо. Через неделю здесь. В это же время. Кетцуки выходит. - Сенсееей? – Удивленно и почти плача спрашивает Югайна. - Совсем забыл, - хмыкает мужчина. – Посмотрите на меня. Рука, окутанная голубой чакрой, ложится на лоб девочки. - Вы ошиблись. - Холодно говорит медик, - Юки-чан занималась танцами. Мне надоели ваши постоянные жалобы и выдумки. Вы наказаны. За клевету. Юки обалдело раскрыла рот. Они договорились. Юми аккуратно перевернулась на живот. Спина горела огнем. А ведь это только начало. Надеясь, что понимает этого психа, Юми выработала стратегию своего поведения. Ломать интересней, чем играть с покорной куклой. Поэтому Юми вновь не позволяла себе кричать, дергаться, напрягать мышцы. Она сидела почти расслабленно, пока кнут гулял по ее спине. Только беззвучно плакала, но пока она не встала, чтобы уйти, это не было заметно. Юми чувствовала всепоглощающую ненависть. И боль. Обжигающая боль внутри нее и снаружи. Судорожно всхлипывая, она засыпала, падая в скользкие объятия черных щупалец. И вновь и вновь плакала от боли, сидя на ступеньках особняка главы клана Учиха. Во сне почему-то капала кровь с залеченных в реальности рук. Только некоторое время спустя она осознала, что черные щупальца ее не касаются. Она все так же слышала тихий шепот на грани сознания, но не ощущала больше боли. Изумленная, подняла голову: в шагах пяти от нее, спиной к Юле, стояла призрачно белая женщина. Она медленно шла дальше, а тени, терзавшие девушку по ночам, испуганно отступали. Женщина обернулась с улыбкой на лице и помахала Юле рукой. Девушка всмотрелась в смутно знакомые черты и помахала в ответ. - Спасибо. Женщина кивнула и медленно пошла дальше, изгоняя из квартала темных тварей, так долго питавшихся чужой виной и болью. Чувствуя небывалое облегчение, девушка прошла в дом. У нее было одно дело. Маленький мальчик мирно сопел в кровати. Юля невесомо прошла до кровати. Пальцы перышком скользнули по лбу, убирая пряди. «Мой маленький старший брат». – Впервые за долгое время Юля улыбнулась искренне. – «Люблю». В это время в той же деревне другой мальчик спал в своей кровати. Он еще не знал, что в его теле запечатан один из сильнейших биджу. А рыжий девятихвостый лис оскалил зубы: он, наконец, почувствовал в этом мире тех, кто должен его освободить.