Кровавый Париж (Скованные одной цепью часть 1)

Анку рассеянно листал книгу. Врач сказал, что через пару дней его уже выпишут, так как он очень быстро идет на поправку. В принципе если бы он жил не один, и был человек, который может о нем заботиться, его не стали забирать в больницу. Вот только рассказывать об отношениях с Кристианом не стоило, да и ему тоже надо работать, так что неделя в больнице сильно не напрягает. Правда, довольно скучно, но зато можно отоспаться, пусть и в одиночестве. Его навестил весь отдел, Кристиан заходил каждый день, даже Асмодея притащил, хотя в больнице запрещено держать или приносить животных. Анку с удовольствием бы оставил кота себе, но прятать рыжий комочек шерсти просто негде, ну не пускать же гулять по отделению, ещё поймают и выкинут на улицу, а малыш привык к теплу дома и регулярной кормежке. Вздохнув, Данталиан отложил книгу и откинулся на кровати. Спать не хотелось, но делать просто нечего. Тихий стук в дверь заставил Анку сесть. - Входите. Дверь приоткрылась, и в палату проскользнул Астор. На щеках играл румянец, а глаза опущены в пол. Стажер явно вел себя не как обычно. - Что случилось? - Ну, я не хочу говорить месье Бонне, а вы уже в курсе предыдущей моей встречи со Жнецом, поэтому я решил приехать к вам лейтенант. - Садись, - кивнул Анку. - Эмм, я лучше постою, - покраснел Астор. Данталиан хмыкнул. Понятно, мальчику сидеть очень неудобно. - Я так понимаю, вы снова встретились, и теперь ты не знаешь, как рассказать о том, что он тебя поимел. Стажер кивнул и, вздохнув, рассказал их короткий диалог и в трех словах, описав, что произошло после него. Анку хмыкнул и вылез из кровати. Открыв окно, он закурил. - Жнец тобой действительно заинтересован, но жаль, что ты не смог взять образец его ДНК. - Я уснул сразу как только оказался в своей кровати. Слюна естественно исчезла, а он использовал презерватив, и я почти не касался его. - Что ж, на тебе все тоже задание, добыть материал для исследования. - Лейтенант, а как тот парень, Алекс, нашел Жнеца? Мы ведь так и не нашли листок с символом. - Я сам понять не могу, - вздохнул Анку, затягиваясь, - может, он действительно его понял, как и Моро. Один пришел на крышу, второй на Эльфелевую башню. Жнец явно любит быть выше других. - Я тогда по крышам полазаю? - поинтересовался Астор, - может, встречусь с ним. - Астор, - вздохнул Анку, - ты пока ещё стажер, но подающий надежды на светлое будущее полиции, мне бы не хотелось обнаружить тебя с перерезанным горлом. Не ищи встречи, Жнец сам тебя находит. Тем более он ведь тебе нравится. Успокоившийся стажер вновь покраснел. - Ну...есть немного, - застенчиво произнес парень. Данталиан тихо рассмеялся. - Успокойся, может, мы и полицейские, но мы все же люди и мы иногда влюбляемся не в самых законопослушных. - Я просто... даже не знаю, как сказать, - замялся Астор, - просто хочу его видеть чаще, пусть он и не показывает своего лица. Мне страшно и одновременно радостно находиться рядом с ним. Меня пугает, что он убийца, но притягивает властность и сила. Анку тихонько фыркнул и снова закурил. - Самое страшное что может быть, это разочароваться в своей любви, ведь ты можешь узнать, что Жнец в жизни обычный человек, ходит на работу, любит свою супругу, у него куча детишек и вообще он клерк в каком-нибудь офисе и бывают периоды, когда он идет и убивает, думаю, это будет неприятно. Астор отвернулся и уставился в стену. Он думал об этом и от этого становилось горько, ведь в жизни Жнец может быть простым подкаблучником или каким-нибудь геймером, у которого не все в порядке с головой, но когда он приводит в мир тьмы, все теряет свое значение. Есть только Астор и он, Жнец. Убийца взглянул на бушующий город, ещё совсем рано, но он уже стоит на одной из многочисленных крыш и смотрит вниз. В море людей, которые куда-то спешат, толкаясь, бегут куда-то, не останавливаясь не на миг. Школа, институт, работа, дом, семья, а затем старость. Куда же они так торопятся?Умирать небольно, но страшно, ведь никто не знает, что там за гранью. Жнец тоже не знал, что будет дальше, но он и не торопился, никогда не спешил, наслаждаясь каждым мигом прожитой жизни, пусть даже если этот миг застывшая секунда. Убийца улыбнулся и открыл книгу. «Рассеки третий глаз, дай свободу весне микрокосмов, каждый их коих кричит о чертах трансмутации, лужах психической протоплазмы. Закупорка черепа, затем взрыв в грудной клетке; с окончательностью, свойственной членам повешенных, роднички блюют дьявольским молочком, лучезарно-липучим, как львы, что сосут Люциферу. Я есть коррозия, пожаротушение вулканических солнц. Заразные гелии, звездная турбулентность, немой апокалипсис праха. Эксгумация телепатий. Энигма. Коконы, что мерцают, и дрожащие кружева паутины растворяют меня, сокровище космоса осыпало блестками жидкую голову бесконечных частиц. За матовым занавесом потопа магнолии, в бездне раны распоротых ангелов, там, где миссия есть закон. Убив силу воли, я стану возвратен, а значит, отвратен; владыка вселенной костей и морей громоздящейся кожи. На самом рассвете они разнесут мой косный каркас и бросят в темницы. Выбрит и пытан, осужден и запорот, сожжен на колу. Инаугурация испепелителя истин. Услады мостят оттоки. Кто нужен мертвым, следуй.» Убийца осторожно убрал книгу в сумку и перегнулся через перила. Снег уже почти сошел, и теперь серый асфальт был покрыт грязью, некогда белое полотно стало полностью серым с вкраплением какого-то непонятного цвета. Жнец поморщился, природа ранней весной совсем не радует глаз. То ли дело поздняя, когда уже начинают распускаться листья, и вокруг стоит сумасшедший аромат свежести нового рождения. Почти неслышные шаги внизу заставили убийцу внимательный взглянуть в темноту улицы, за размышлениями он не заметил наступления ночи. Внизу шел парень, нервно оглядываясь, даже до седьмого этажа долетал легкий аромат его страха. Тихий шорох крыльев и, Жнец перемахнув через парапет, приземлился за спиной парня. Тот попытался развернуться, но убийца удержал его за плечо и легко полоснул кинжалом горлу. Алый фонтан вырвался из горла, унося жизнь из юного тела. Жнец держал умирающего парня на руках, чувствуя, как внутри успокаивается гнетущее чувство беспокойства. Почти нежно проведя по побледневшим губам пальцем, убийца завел руки мертвеца за спину и сковал их цепью. Уже уходя, он обернулся, что бы в последний раз взглянуть на то, что осталось от Габриэля Блака. Патрик был дико рад тому, что Анку наконец появился в отделе. Без него документы было просто не разобрать, да и некоторые дела стопорились, на следующий день после его появления все тут же забегали как наскипидаренные, приводя сразу троих подозреваемых по двум делам. Все трое в скором времени оказались на скамье подсудимых, двое были убийцами, один наркоторговец. Данталиан рычал на каждого, кто по его мнению не работал. Бонне удовлетворенно закопался в свои папки, но разобраться ни в чем ему не дали. Короткий звонок и пришлось срываться и нестись на место преступления. Снова выступление Жнеца. Выяснить имя жертвы не составило труда, но тут же возникло затруднение. Блак был распространителем наркотиков и, не смотря на свой юный возраст, уже крутил неплохой бизнес. При обыске его квартиры нашли почти килограмм чистейшего героина, два кило кокаина, кучу амфетамина, экстези, марихуаны, эфира и хороший опиум. По качеству он уступал тому, что находили на телах остальных жертв, но все же опиум кто-то покупал, а значит, придется снова задействовать отдел наркоконтроля. Бонне сбивался с ног, пытаясь ускорить процесс, но в лаборатории тоже работают люди, и он прекрасно понимал все сложности. Отдел наркоконтроля гудел, отлавливая дилеров Блака, казалось, никто не спит и только и делают, что работают. Патрик ввалился домой, засыпая на ходу. Сил не было даже раздеться, упав на диван, он ощутил легкий аромат духов Вивьен и то, как с него осторожно стаскивают одежду. Сон сморил его. Вивьен покачала головой. Патрик выдохся и то, с каким трудом он открыл дверь в четыре часа утра было тому немалым подтверждением. Женщина провела рукой по светлым волосам мужа и тихонько вздохнула. Когда же поймают этого Жнеца? Скорей бы это произошло, и Патрик мог провести с ними немного времени. Кристиан с трудом разлепил глаза. Он проспал всего три часа и теперь, казалось, что ему под веки насыпали песка. До безумия хотелось рухнуть обратно и спать до тех пор, пока все не разрешится. Пошевелившись, Морель прижался к Анку. Тот ещё спал, но судя по тому как изменилось его дыхание, собирается просыпаться. Морель стащил свое тело с кровати и на автопилоте отправился в ванную. Ледяная вода привела в чувство, но все же это ненадолго. Как только он окажется в теплом помещении полиции, его снова сморит сон. Уже делая кофе, Кристиан услышал, как зашумела вода, значит, Анку тоже встал и скоро будет на кухне. Морель вздрогнул, утреннее настроение Данталиана он один раз прочуял на своей пятой точке, он тогда ещё два дня с трудом мог сидеть. Невыспавшийся Анку хуже Жнеца, потому что дико зол на всех, кто оказался рядом. Благо, в участке просто на всех будет рычать и гонять по всему зданию, а вот Кристиан мог получить и жесткий секс на кухонном столе, правда, он и не особо против, разве что такая агрессия немного пугала. Анку наконец появился на кухне и тут же присосался к кувшину с водой. Мокрые волосы облепили шею и плечи, они ощутимо отросли с того момента, как он пришел на работу в полицию. Данталиан молча положил себе жареного мяса на тарелку и сунул в микроволновку. Кристиан уже перестал удивляться тому, что его любовник может с утра съесть практически что угодно, сам Морель с трудом вливал в себя кофе и мог поесть только через пару часов после пробуждения. - Через сколько нам выходить? - поинтересовался Анку, когда дзынькнула микроволновка. - Через полчаса. Анку кивнул и стал завтракать, неторопливо запивая мясо крепким кофе. Подтянув к себе пепельницу и утреннюю газету, он развернул передовицу и тут же закашлялся. Кристиан постучал Анку по спине и взглянул в газету. Огромным шрифтом было напечатано. «Жнец, наш защитник». Кристиан стал читать из-за плеча Анку текст. Как выяснилось, журналисты пронюхали про Блака, который был распространителем наркотиков и про опиум на теле всех остальных жертв. Некий «Феникс» соловьем разливался о том, что Жнец убивает плохих подростков, что бы они не стали выродками и не позорили честь страны и флага. Анку некоторое время тупо смотрел в газету, а затем рассмеялся, громко, почти истерично. Испуганный Кристиан в недоумении смотрел на своего любовника. - Кристиан, ты знаешь, чем грозит нам эта статья? - отсмеявшись, произнес Анку, - да если в это поверят, то когда мы его поймаем, Жнецу не светит смертная казнь, присяжные потребуют только заключения, может, пожизненного, но не казни. - Ты уверен? - Практически, этот «Феникс» очень ловко расставил акценты, он упирает на то, что плохие подростки не исправляются и то, что таких надо давить. Потом говорит о том, что Жнец убивает их милостиво и мягко, они не успевают испугаться или почувствовать сильную боль. То бишь, он очищает общество от будущих преступников, но думаю, найдутся очень многие люди, которые возмутятся, если убивать преступников, то совсем отморозков, которые убивают и насилуют, уходя от наказания. В общем в ближайшее время у нас будет очень много проблем. Главное, что бы общественность сильно не носилась по городу и не было беспорядков. Тогда Жнец с легкостью убьет кого-нибудь. - Анку, помнишь все те странные убийства? Которые мы никак не можем раскрыть, горничные, продавщицы, дети на крыше, эта мадам Жерар. Может, это все Жнец. Убивает тех, кто ему нагрубит, помешает или просто будет отвлекать. Данталиан задумался, а затем медленно покачал головой. - Я не уверен в этом, хотя в таком случае у нас по городу бродит человек, которому слова сказать нельзя, ведь он может тут же убить тебя. Морель закусил губу. Они попали в неприятную ситуацию и теперь из неё будет очень сложно выпутаться. Так, читатели, я на вас обиделась и ждите проды только на следующей недели, если отзывов не будет. Только один читатель получит продолжение так как исправно пишет отзывы, пусть и не здесь.