Истина

- И ты так просто уйдешь? – не поверил своим ушам Ланселот, как только Мерлин пересказал разговор с Артуром. Когда волшебник, понурив голову, явился в покои Гаюса, то застал там Ланселота, который тут же поинтересовался, что случилось. Когда Мерлин обрисовал разговор с принцем в «двух словах» и добавил, что Артур ему не доверяет, рыцарь взбунтовался. - Ты должен ему рассказать! – сказал Ланселот. - Если бы Артур только знал... - Если бы он знал, я бы уже горел на костре, – ответил Мерлин, стараясь не выдать своего разочарования и горечи, заполнивших все его существо. Он запихивал книгу заклинаний в свою дорожную сумку, стараясь не смотреть Ланселоту в глаза. - Но... – рыцарь хотел найти что-нибудь, что могло бы убедить волшебника остаться. – Вы же... Вы же друзья. Мерлин поднял глаза на Ланселота и несколько секунд смотрел на него. Затем медленно произнес: - Так и есть. И, как друг, я знаю, что оставляю его в надежных руках. Маг похлопал рыцаря по плечу и продолжил сборы. - Нет... Это неправильно. Ты не можешь просто так уехать. Видя, что переубедить волшебника не получается, рыцарь обратился к другому человеку, который молча и с явным неодобрением наблюдал за сборами мага. - Гаюс! Скажите ему. - Не думаю, что мои слова чем-то помогут, – ответил старый лекарь, и Мерлин с благодарностью посмотрел на него. Он не был уверен, что поступает правильно. Но также знал, что не может постоянно препираться с Артуром из-за магии. Ланселот тем временем продолжал. - Но ведь война не окончена. Моргана все еще на свободе, а в королевстве нет ни одного мага, кроме тебя! Мерлин покосился на наставника. Ланселот тут же повернулся к лекарю. - Простите, Гаюс, но я не уверен, что ваших сил хватит на то, чтобы победить колдунью. - Все в порядке, - Гаюс едва заметно усмехнулся. - Это на самом деле так. - Послушай, - начал Мерлин, - я сделал все, что смог. Ты знаешь, где меня искать. Как только объявится Моргана или Моргауза, дай мне знать, и я вернусь. Я просто не могу находиться там, где не нужен. Закончив собираться, Мерлин оглядел свою комнату, в которой жил три года, и легкая улыбка тронула его лицо. Ланселот, скрестив руки на груди, мрачно наблюдал за волшебником, практически так же, как и Гаюс. - Все будет хорошо, - пообещал Мерлин, поочередно глядя то на одного, то на другого. Гаюс по-прежнему не одобрял затею подопечного, но тем не менее ему пришлось смириться. - Будь осторожен, мой мальчик, – сказал Гаюс, обнимая волшебника и легко хлопая его по спине. Мерлин улыбнулся и пожал руку Ланселоту. - Будь начеку и помни: мне не нравится твоя затея. Но как бы то ни было... – Ланселот на мгновение замялся и, посмотрев магу в глаза, сказал: - Спасибо. - За что? – недоуменно спросил Мерлин. - За то, что я жив и я - рыцарь. Без тебя меня бы здесь не было. Мерлин несмело улыбнулся. В этот момент дверь в покои Гаюса отворилась. На пороге стоял Артур. - Гаюс, - обратился принц. Его лицо было искажено от горя и боли. – Отец мертв. *** Два дня прошли для Артура как во сне. Подготовка к сожжению собственного отца, соболезнования и дружеские похлопывания по плечу – все это он принимал как должное, но перед погребальным днем был абсолютно вымотан. Гвен и ее поддержка стали для него отрадой, но большее облегчение принес Мерлин, когда утром, в погребальный день, принес ему завтрак, не опаздывая и не вспоминая о недавней размолвке. Он помог Артуру одеться. В полном молчании он застелил кровать принца и прибрался в комнате. Артуру кусок в горло не лез, но он был благодарен слуге за это сочувствующее молчание. Когда же пришло время спускаться на площадь, где и проходило сожжение, Артур в нерешительности остановился у двери. Мерлин молчаливой статуей застыл за спиной принца. Постояв несколько минут молча перед запертой дверью, Артур вдруг обернулся и сказал: - Я думал, что ты уехал. - Был такой соблазн, если честно, - признался Мерлин, не упомянув, что, если бы Артур пришел получасом позже, то уже бы не застал его. - Но я бы никогда не бросил тебя одного в трудный момент. Артур некоторое мгновение всматривался в голубые глаза слуги, прежде чем произнести слово, которое он хотел сказать уже который раз. - Извини, – вдруг выпалил Мерлин одновременно с Артуром, и оба спустя секунду слегка улыбнулись. Артур, как обычно, ткнул мага в плечо кулаком. - Ты слишком добрый и наивный, Мерлин. Когда-нибудь это станет причиной твоей смерти. - Если причиной моей смерти станет доброта, то это не так уж и плохо, – отмахнулся слуга. Артур улыбнулся и сказал: - Спасибо. Мерлин кивнул. Артур повернулся к двери и толкнул ее. *** Народ собрался на площади, чтобы попрощаться с королем Камелота, Утером Пендрагоном, изгнавшим магию из стен королевства. Артур произнес речь, учитывая все подвиги своего отца, его ошибки, мужество и боль последних месяцев. Когда он говорил, то видел лицо Гвиневры. Ее глаза, наполненные грустью и сочувствием, смотрели на него. Он уловил мысль о том, что больше никто не посмеет стать между ним и Гвен. Возможно, именно она станет королевой Камелота, сев по левую руку от него. А по правую... Правой рукой отца всегда был он, Артур. А правой рукой его самого должен стать человек, который всегда был с ним. Человек, который сможет подсказать, как поступить правильно. Человек, имеющий собственный взгляд на вещи, не боящийся выразить свое несогласие... Артуру вдруг вспомнился круглый стол, за которым сидели те, кто отважился выступить против Морганы. Тогда по правую руку от него сидел Мерлин. И Артур подумал, что во время его правления круглый стол придется как нельзя кстати. Мерлин, глядя на горящий костер, с каким-то сожалением думал об Утере. Сколько бы смертей ни лежало на нем, на его совести, он все-таки был любящим отцом, пусть и поздно осознал свои ошибки. Глядя на огонь, волшебник ощутил некоторую иронию происходящего. Утер двадцать лет боролся с тем, что в конечном счете и свело его в могилу. Грустный конец для жестокого тирана. И Мерлин был уверен, что Моргана, где бы она ни была, знает о смерти отца и, вероятнее всего, искренне радуется. Он лишь мог надеяться, что она не перенесет свою ненависть на Артура. Огонь догорел, и от короля остался лишь пепел, но жители королевства продолжали стоять на месте не шевелясь, отдавая дань человеку, поставившего на ноги Камелот. Артур вернулся в свои покои последним и с удивлением обнаружил там Мерлина. Слуга сидел за столом, глядя на переплетенные пальцы своих рук и сосредоточенно хмуря брови. Он даже не слышал, как вошел Артур. Принц решил поинтересоваться, чем обязан этому визиту. - Что ты здесь делаешь? – спросил Артур, и Мерлин вздрогнул от неожиданности. - Извини, - ответил слуга, неуклюже поднимаясь на ноги. Сидя здесь, в тишине, он все обдумывал свой следующий шаг. Даже несмотря на то, что гнев Артура утих, Мерлин все еще слышал эти слова, отдающие болью. Он не хотел слышать их снова. - Вот... Решил зайти попрощаться. - Что? – не поверил своим ушам Артур. - Ты же сам сказал, что не доверяешь мне, помнишь? Я не буду оставаться там, где не нужен. - Ты идиот. Знаешь, Мерлин, кажется, я точно знаю, кто станет причиной моей смерти. Мерлин все еще недоверчиво смотрел на него, и Артур решил уточнить. - В целом... Ты прав. Я подумал над тем, что ты сказал мне. Просто у меня не было времени сообщить тебе об этом. – Принц помедлил. - Я хочу, чтобы ты остался. По вытянутому лицу Мерлина расползлась довольная улыбка, и Артур тут же ощетинился. - Вот только не принимай такой довольный вид, Мерлин. Надеюсь, ты не забыл, что скоро моя коронация? Представляешь, сколько работы тебе придется сделать? С каждым словом Артура улыбка мага слабела все больше и больше. Принц с довольным выражением лица хлопнул волшебника по спине. - Да, - невесело отозвался Мерлин, - это как раз по мне. М-да, пожалуй, Артур действительно не Утер.