Истина

Артур очнулся на своей кровати с мечом в руке, не совсем понимая, почему шторы до сих пор задернуты, а завтрак не на столе. - Мерлин! Голова трещала как ненормальная, мешая собраться с мыслями. Отложив меч в сторону, принц провел рукой по запутавшимся волосам и неожиданно нащупал шишку. - Что за...? И тут он вспомнил. Резко вскочив, отчего в глазах затуманилось, он в два шага оказался у стола, на котором лежал клинок. Головная боль мешала сосредоточиться на деталях, но память потихоньку выдавала ему отрывки предыдущих событий. Ночная встреча с... Эмрис. Колдун был здесь и подарил ему меч. Возможно, некоторые фрагменты из этого странного разговора и ускользнули от него, но он ясно помнил, что волшебник применил магию против него. Не то чтобы это было что-то смертоносное... Он просто его вырубил... Заметив кувшин с водой, стоящий в центре стола, принц взял его и осушил в два глотка. О боги, где же носит это ушастое недоразумение?! Артур снова покосился на меч. Почему-то он был уверен, что старик не хотел навредить ему, а значит, не произойдет ничего страшного, если он возьмет подарок в руки. Секунду поколебавшись, Артур все же решился. Клинок оказался легким, отлично сбалансированным и хорошо ложился в ладонь, будто был сделан специально для него. Принц ощущал, что в нем что-то есть, возможно, магия, но полной уверенности у него не было. Положив подарок обратно на тряпку, в которой его принес волшебник, взгляд Артура случайно упал на небольшой, слегка помятый листок, сиротливо лежавший недалеко от края стола. Сначала принц подумал, что это прощальное послание от колдуна, но его подозрения быстро улетучились, как только он узнал знакомые каракули Мерлина. Еще даже не читая записку, Артур отметил, что слуга явно писал второпях не менее трех часов назад, судя по тому, что чернила и кляксы, оригинально украшающие отдельные слова, успели высохнуть. Прочитав короткое послание до конца, Артур со злостью и раздражением подошел к камину и выбросил листок в огонь, который стал медленно пожирать его. Внутри него все разрывалось. Как... Как он мог?! Как...? Артур чувствовал жгучее разочарование, которое, словно яд, разливалось по его венам, отравляя сознание и душу. Принц со всего размаху ударил стул, стоявший неподалеку. Легче не стало, даже наоборот, но наследника трона физическая боль сейчас беспокоила меньше всего. Именно в этот момент он вспомнил, что у него сегодня коронация. Он никогда не думал, что этот день настанет. Он никогда не думал, что будет так подло предан лучшим другом в день своего становления королем. *** Остановившись, чтобы немного перекусить, Мерлин вытащил из сумки несколько яблок, которыми щедро поделился с рядом стоящей лошадью. Прошло уже несколько часов после его отъезда из Камелота. Солнце поднималось все выше, и Мерлин невольно задумывался над тем, что именно происходит сейчас в замке. Он представлял, что слуги наверняка сейчас украшают тронный зал, служанки готовят роскошные платья для своих хозяек, а повариха (он был абсолютно уверен в этом) уже приготовила еды на добрую половину жителей Камелота. Что же касается самого виновника торжества... Волшебник тяжело вздохнул. Он обдумывал множество вариантов своего ухода, но в каждом из них видел зияющую прореху, касающуюся собственных объяснений. Для Артура это очень важный день, и он бы не смог прямо в глаза солгать ему о том, почему его не было на коронации. То, что он написал принцу, далось Мерлину очень нелегко, но он надеялся, что к его возвращению король немного остынет и не прикажет казнить его, как только он перешагнет порог замка. Маг понимал, что своими действиями разрушил то хрупкое доверие и взаимопонимание, к которому они шли многие годы. Он знал, что Артур почувствует себя преданным после того, как прочтет его записку, и лишь надеялся, что сумеет искупить свою вину, найдя Камень Заблудших Душ и остановив Моргану. На душе по-прежнему скребли кошки. Волшебник напоил коня и снова отправился в путь. Миновав долину Падших Королей, Мерлин сверился с картой и повернул на восток. Его путь пролегал через королевство короля Рыбака, в грот Доброй Надежды, где, по словам дракона, и хранился Камень. Волшебник не знал, что из себя представляет этот кристалл и как он охраняется, но надеялся, что, когда придет время, интуиция и магия подскажут ему решение. Без остановки он гнал коня практически до самого вечера, не давая себе думать о том, что происходит в Камелоте. Все его мысли были обращены к цели. Иногда он думал о Моргане. Он понимал, что посох — это то, что уготовано лично для него, а что касается Артура и рыцарей, то здесь у колдуньи был небольшой выбор. Мерлин сомневался, что Моргана придет к стенам королевства одна: скорее всего, она пойдет за поддержкой к одному из королей, владения которых лежат рядом с Камелотом. От этих мыслей делалось не по себе. Разумеется, Гаюс предупредит Артура, но что будет потом? Вдруг он не успеет? Тогда ничего не помешает Моргане захватить трон. Сумерки сгущались. Мерлин остановился в лесу Аскетир, собираясь провести здесь хотя бы полночи. Ему было просто необходимо немного поспать. Завтра он пересечет границу Камелота и, если ему очень повезет, доберется до земель короля Рыбака к следующему вечеру. Привязав лошадь к дереву, Мерлин насобирал хворост и взялся было за кремень, но тут же вспомнил, что он абсолютно один. Отложив камни, волшебник заклинанием разжег костер. Ветки стали негромко потрескивать под волшебным огнем, а маг приблизил руки к теплым языкам пламени и стал растирать их. Перекусив, волшебник подсунул сумку себе под голову и укрылся небольшим одеялом, которое взял с собой. Огонь по-прежнему продолжал гореть, отражаясь в открытых голубых глазах мага. Мерлин внезапно вспомнил, как тепло по вечерам в покоях Артура, и невольно задумался, чем же сейчас занимается принц Камелота? Ох нет, уже не принц. Мысли путались, мага клонило в сон. Уже засыпая, он вдруг подумал, до чего же хорошо, наверное, быть драконом. Всегда можно согреться или куда-нибудь улететь... *** Артур стоял в полном одиночестве, готовясь выйти навстречу своей судьбе. Волосы зачесаны назад, красный плащ мягкими складками спадает с плеч, а меч, подаренный Эмрисом, покоится в ножнах. Почему-то принц решил, что так будет правильно, но не мог объяснить свое решение даже себе. Он чувствовал себя разбитым и раздавленным. А еще преданным. Ему потребовалось немного времени, чтобы найти замену Мерлину, который позорно сбежал, хотя Артур и не совсем понимал его решения. Принц был зол, растерян и абсолютно сбит с толку непонятным поведением своего слуги. Когда он показал записку мальчишки Гаюсу, тот побелел как мел и натянуто подтвердил, что вещи Мерлина исчезли так же, как и он сам. Но что бы там ни было, лекарь утверждал, что его подопечный обязательно образумится и вернется. Что касается термина «образумится», то Артур в это практически не верил. А насчет другого... Он не мог лгать себе. Он сомневался. В итоге настроение у будущего короля было ниже подземелий Камелота. Его вырубили заклинанием и предали в одночасье. И кто? Старый колдун с замашками благородного рыцаря и идиот-слуга, которого он считал своим лучшим другом. Хотя да, идиотом его теперь назвать сложно, так же как и другом. Еще одним интереснейшим открытием этого утра для Артура стало то, что старика Эмриса в замке вообще никто не видел, кроме него самого. И если принц еще мог объяснить это использованием магии, то с Мерлином все было куда более запутанно. По словам стражи, никто из них не покидал пост и не видел уходившего мальчишку. Одной лошади в конюшне Артур все-таки не досчитался, а значит, Мерлин уехал верхом. Но никаких следов обнаружено не было, и Артур стал подозревать неладное. В его голове одна невероятная догадка сменяла другую со скоростью лесного пожара, и принц уже не был уверен ни в чем. С одной стороны, покинуть его в такой важный день Мерлин бы отродясь не решился по своей воле, сославшись на то, что, видите ли, «ему надоело быть постоянно недооцененным» и так далее. С другой стороны, что принц мог знать о том, что на самом деле чувствует и думает его горе-слуга? Он не в первый раз задумывался над тем, чем именно руководится мальчишка, принимая решения? Не мозгами, это точно. В итоге Артур дошел до того, что стал считать приход Эмриса и странное исчезновение Мерлина связанными между собой. Но каким образом? Тут у него возникло лишь два варианта: либо старик (явно руководствуясь не здравым смыслом) по каким-то своим причинам похитил Мерлина, забрав не только его и вещи, а еще и заставив написать послание, чтобы Артур не сомневался в добровольном и трусливом уходе собственного слуги. Зачем же? Неясно. Либо (принц считал этот вариант наиболее невероятным) они с самого начала были в сговоре, и Мерлин лишь ждал прихода своего сообщника в Камелот. В последней теории было очень много пробелов и самым важным было то, что Эмрис, насколько мог судить Артур, был на его стороне. И даже если Мерлин помогал ему, у колдуна не было причин забирать мальчишку с собой. Разве что случилось нечто невероятное, с чем старик-волшебник не мог справится в одиночку. Из-за них к началу коронации Артур успел принять не одну настойку от головной боли, которая практически не проходила с самого утра. И теперь, понимая, что правду он узнает только от Мерлина, и гадать, собственно, сейчас бессмысленно, принц сосредоточился на настоящем моменте. Дверь, ведущая в тронный зал, отворилась, и Артур, гордо вздернув подбородок и глядя прямо перед собой, уверенно пошел вперед, стараясь выглядеть величественно и непринужденно. Он всегда думал, что в этот день почувствует себя по-особенному. Но ничего подобного не происходило. Несколько сотен пар глаз были устремлены на него, но среди них всех лишь одни заставили его сердце учащенно забиться. Гвен стояла рядом с Гаюсом, который выглядел немного потерянным из-за отсутствия подопечного. Она с полуулыбкой смотрела на то, как ему, Артуру, надевают корону, и вместе со всеми остальными приветствовала нового короля. Именно в тот момент он поклялся себе, что однажды народ так же поприветствует и ее — его королеву.