Истина

Моргана очнулась на кровати в своих покоях, пытаясь понять, как она здесь оказалась. Сосредоточившись на последних воспоминаниях, она почувствовала нарастающую злость. Артур сбежал! Сбежал прямо у нее из-под носа! Проведя рукой по волосам и нащупав небольшую шишку, колдунья вздохнула. Она была уверена, что успела направить силу посоха на Эмриса, который, надо признать, весьма неожиданно появился в Камелоте. Эта мысль заставила Моргану самодовольно ухмыльнуться. Она упустила Артура, но зато лишила магии своего смертельного врага. На улице вечерело — значит, она провела в постели практически весь день. Что ж, братец хорошо постарался, однако без магии Эмриса он далеко не уйдет. Нужно было бы немедленно отправить за ними патруль, но Моргана не хотела делать этого сейчас. Она справилась с поставленной задачей и заслужила некоторую передышку. Моргана кое-как поднялась на ноги, подошла к окну и открыла его. Слегка закружилась голова. Сильный ветер, ворвавшийся в комнату, заставил волосы колдуньи подняться в воздух. В этот миг раздался негромкий стук в дверь. Не оборачиваясь, Моргана разрешила войти. - Миледи, - обратился к ней знакомый хрипловатый голос короля Бастарда, - рад, что вам уже лучше. Моргана слегка улыбнулась. - Не вашими усилиями, милорд. Я полагаю, у вас есть серьезное оправдание тому, что вы упустили Артура Пендрагона и его сообщников? Она сказала это абсолютно спокойно, повернувшись к Бастарду лицом на последних словах. Король же выглядел так, словно проглотил лимон. - Хочу вам напомнить, Моргана, что условия, на которых я согласился помочь вам, не обязывали меня исправлять ваши ошибки. Вы сами упустили как своего брата, так и его друзей. В этом нет ни моей вины, ни вины моих людей. - Это не совсем так, - голос ее похолодел, и она немного прищурила глаза. - Ваши люди были околдованы Эмрисом. - А я предупреждал вас, миледи, что сначала нужно было разобраться с колдуном. Они остановились друг напротив друга, и некоторое время Моргана молча сверлила Бастарда взглядом. Он отвечал ей тем же, ни на секунду не отворачиваясь. Спустя несколько минут колдунья все же отвела взгляд. - Пошлите людей на поиски. Далеко мой дорогой братец все равно не уйдет. Какую-то секунду король колебался, прежде чем ответить. - Как пожелаете, миледи. Он слегка поклонился и вышел из покоев Морганы. Пройдя несколько шагов по коридору, Бастард остановился и вытащил из внутреннего кармана небольшой кристалл, пульсирующий светло-желтым цветом, будто живое сердце. Он нашел его несколько часов назад во внутреннем дворе замка, недалеко от того места, где колдунья собиралась казнить служанку и старика-лекаря. Король понимал, что это определенно магическая вещь, но не спешил показывать его Моргане. Ведьме незачем знать обо всем, что происходит в королевстве. Возможно, ему стоит лично возглавить поиски короля Камелота. *** Они ехали практически весь день — так быстро, насколько им позволяли дорога и погода, резко испортившаяся после того, как они покинули пределы Камелота. Артур пытался сохранять ясность ума, но с каждым часом это удавалось ему все труднее. Он видел, что Гаюс на пределе, а старик-колдун и вовсе не приходил в себя, судорожно дыша и едва слышно что-то бормоча себе под нос. Когда очередной шумный вздох мага заставил Артура обернуться, Гвен осторожно приложила ладонь к старческому лбу. - У него лихорадка. Нам нужно где-то остановиться, Артур, иначе он долго не протянет. Секунду король Камелота просто разглядывал ее: волосы растрепаны, под глазами залегли круги, в одежде застряли мелкие ветки и прутики. Она сама сидела в седле, держась лишь за собственную волю и выдержку. - Если у нас голосование, - негромко сказал Гаюс, переводя дыхание, - то я за. Нам всем нужен отдых, а волшебнику еще и лечение. Поджав губы, Артур лишь кивнул и поехал вперед. Начинало темнеть. Поднялся сильный ветер, в небе сверкали молнии. Практически отчаявшись найти укрытие в этой кромешной темноте, король лишь в самый последний момент ухитрился увидеть нечто, сильно смахивающее на пещеру. Артур направил лошадь туда и понял, что не ошибся. Вместе с Гвен они перетащили старика-колдуна внутрь, а Гаюс поспешил следом. Пока король и служанка искали сухой хворост, чтобы разжечь костер, лекарь изо всех сил старался привести в сознание своего подопечного. Мерлин негромко постанывал и заходился кашлем, что очень не нравилось Гаюсу. Он видел, что огонь посоха пронзил мальчишку, и не сомневался в том, что маг лишен своей силы, но в таком случае личина Эмриса должна была спасть с него, так как не было магии для ее поддержания. - Мерлин, - тихо сказал Гаюс, удостоверившись, что ни Артура, ни Гвен поблизости нет, - ты меня слышишь? Ответом лекарю стал лишь очередной судорожный вздох. Потрогав лоб подопечного, Гаюс поморщился. Если лихорадка не спадет, последствия могут быть ужасны. Дождь стал лить сильнее, вдалеке слышались раскаты грома, а ветер бушевал так громко, что стены пещеры, казалось, выли от его «прикосновения». Гвен уснула у костра, свернувшись клубком, а следом за ней задремал и Гаюс, велев Артуру будить себя через каждые полчаса. Король не мог спать и, чтобы чем-то занять себя, принялся бросать мелкие ветки в огонь. Он проиграл. Моргана в Камелоте, его рыцари — в подземельях, а колдун, вероятно, закончит свою жизнь в этой темной сырой пещере. У него абсолютно ничего не осталось. Был бы хоть кто-то... Хоть кто-нибудь, кто сказал бы ему, как поступить в этой ситуации, как вернуть все на свои места... От безысходности и отчаяния Артур с треском разломил ветку, которую крутил в руках несколько последних минут. Посмотрев на сломанные кусочки пару секунд, он отбросил их в огонь. Внезапно он услышал какую-то возню позади себя и обернулся. Эмрис, пытаясь то ли встать, то ли перевернуться на бок, случайно задел рукой кору дерева, в данный момент служившую миской. Король встал и попытался помочь старику, как тот вдруг резко схватил его за руку. - Артур... - колдун, казалось, задыхался, но цепкой хваткой держал ладонь короля. - Сейчас... ты... не злись. Я обещал... и ты... ты увидишь. Прости... - Что...? - начал было король, как вдруг глаза старика полыхнули золотом, и он, потеряв сознание, повис на руке Артура. Король было хотел броситься будить Гаюса, как вдруг его внимание привлекла борода волшебника, почему-то становившаяся короче с каждой секундой. Артур застыл, не в силах пошевелиться, глядя, как на его глазах восьмидесятилетний старик стал медленно превращаться в того, кого он знал столько лет... Король не мог выдавить из себя ни единого звука. Он отказывался верить своим глазам и ощущениям. Перед ним лежал Мерлин — бледный, изможденный, больной, но все же Мерлин. Артур непроизвольно сделал шаг назад, не в силах принять правду. Его слуга... Все эти годы... - Нет... - пробормотал король, хватаясь руками за голову, - нет... *** Он был где-то очень далеко. По крайней мере, ему так казалось. Он не припоминал, чтобы в Камелоте была пустыня, а значит, он определенно где-то за пределами королевства. Куда хватало взгляда — всюду лишь огромное море песка, и ничего больше. Прищурившись от яркого солнца, которое немилосердно жгло глаза, Мерлину ничего не оставалось, как просто идти вперед. Он шел очень долго, по ощущениям, несколько часов, но солнце оставалось на месте, сбивая волшебника с толку. Мерлин обернулся. Он стоял точно на том же месте, откуда и начал идти. Думать было очень трудно, глаза слипались и хотелось пить, но он не позволял себе расслабляться. Нужно было идти дальше. Он знал, что нужно, но не помнил зачем. Очень медленно в голову пришла мысль, что во всем происходящем замешана магия. Стараясь открыть глаза шире, чтобы веки перестали слипаться, Мерлин с невероятным усердием заставил себя сделать еще пару шагов. Остановившись прямо под палящим солнцем, волшебник задрал голову, приоткрыв рот и глубоко дыша. Горячий воздух обжигал горло, будто пытаясь выжечь искру жизни из тела мага. Он не знал, сколько простоял так. Времени здесь либо не существовало, либо оно шло по-другому. Мерлин не отвергал и третий вариант — с ним что-то не так и это всего лишь галлюцинации. Волшебник пытался вспомнить хоть что-нибудь, но его воспоминания сейчас казались каким-то миражем; чем-то далеким и нереальным. Старый лекарь... Колдунья с темными волосами и ледяным взглядом... Заносчивый и высокомерный принц, которому он должен был помочь объединить земли Альбиона... Как же его звали...? Мысли путались. Переплетались друг с другом, создавая запутанный клубок из различных эмоций и образов, абсолютно не сочетающихся друг с другом. Никаких имен — лишь навязчивое чувство, будто он что-то упустил, чего-то не заметил или о чем-то забыл. И он должен был сделать что-то. Что-то очень важное. Но... что? Как же тяжело! С неимоверным трудом он пробивался сквозь туманные воспоминания, вытекающие, словно вода сквозь пальцы, когда он пытался сосредоточиться на одном из них. Солнце все сильнее и сильнее припекало голову, и Мерлину стало чудиться, будто он видит фигуру, одетую в красное. Очень знакомую фигуру. Когда человек приблизился к нему, волшебник увидел, что это был старик. Его длинная белая борода и волосы развивались на горячем ветру. Он шел не спеша, опираясь на деревянную палку и изредка бросая настороженные взгляды на небо, прикрывая глаза рукой от нещадно палящего солнца. Мерлину стало любопытно. Его одолевали два противоречивых чувства: с одной стороны, ему казалось, что он смутно знает этого человека, но с другой - было в нем что-то такое, что бросало волшебника в дрожь, несмотря на жару. Старик остановился в нескольких шагах от Мерлина, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Оно было мрачным, а взгляд казался невероятно древним и пронизывающим насквозь. Волшебник слегка нахмурился, поставив ладонь козырьком, чтобы солнце не резало глаза, и продолжал смотреть на странного знакомого незнакомца. - Кто ты? - спросил Мерлин и почти не узнал собственный голос — настолько он был слаб. Старик не спешил с ответом, все еще пристально вглядываясь в лицо юного мага, словно ища там нечто особенное. Несколько минут спустя он все же решил ответить. - Некоторым я известен под именем Эмрис, - голос пожилого человека был звучен и буквально перекрывал вой ветра. У Мерлина что-то шевельнулось в памяти. Да, ему определенно было знакомо это имя. - Ты выведешь меня отсюда? - с надеждой спросил волшебник, оборачиваясь по сторонам. - Я не знаю, куда мне идти. Старик, по-прежнему опираясь на свой посох, медленно подошел к мальчишке. Снова пристально оглядев его с ног до головы, Эмрис поднял левую руку и прикоснулся ко лбу мага, прикрыв глаза. Несколько секунд он был абсолютно неподвижен, но уже в следующее мгновение резко убрал ладонь и отвернулся. - Ты под действием сильнейшего заклятия, - сказал старик не оборачиваясь, - поэтому многого не помнишь и чувствуешь слабость. Ты лишился значительной части собственного «я», и теперь твой организм пытается справиться с этим. Несколько минут Мерлин пытался осознать сказанное Эмрисом. Лишился части? Что это значит? - Я не совсем... - начал было волшебник, но старик перебил его. - Я помогу тебе вернуться, но это будет нелегко. Ты должен быть сильным, чтобы выполнить свое предназначение. - Эмрис в упор уставился на волшебника, и Мерлин, с трудом сглотнув, кивнул. - Но я все равно не... - Доверься мне, Мерлин. - Старик протянул магу руку, и тот, немного поколебавшись, взял ее. Было в голосе седобородого такое, что заставило Мерлина поверить его словам. Как только их ладони соприкоснулись, волшебник почувствовал, как его стремительно уносит в водоворот каких-то громких, но неясных звуков. Жара стремительно превратилась в холод, пробирающий до костей. Сознание прояснилось, и Мерлин внезапно вспомнил, что с ним произошло. Он почувствовал, что лежит на чем-то холодном и твердом, а рядом кто-то шумно дышит. Насилу разлепив глаза, он осознал, что видит силуэт Артура. Волшебник все еще пребывал в теле старика, но знал, что магия скоро развеется окончательно, и король увидит его истинное лицо. Схватив Артура за руку, он попытался сказать ему, предупредить... Но он был слишком слаб. Мерлин ощущал, что последние крохи магии покидают его так же стремительно, как и сознание. Перед тем как окончательно упасть во тьму, он ощутил горечь оттого, что теперь, когда Артур узнает правду, он не сможет показать ему все те магические чудеса, которым он научился за последние годы... *** Артур сидел около входа в пещеру, укутавшись в плащ и уставившись в пространство, абсолютно не замечая мелких капель дождя, падающих на него. Он сидел так несколько часов, пока Гаюс ухаживал за своим подопечным. После того как на глазах у короля старик-колдун превратился в его слугу, Артур молча разбудил лекаря и вышел на улицу. Все происходящее было настолько нереальным, что король несколько раз оборачивался назад, каждый раз ожидая увидеть Эмриса, но вместо него был Мерлин, по-прежнему сильно смахивающий на призрака. Артур не стал задавать вопросов. Это было выше его сил — понять и принять все так, как есть. Король потер руки под плащом, пытаясь хоть немного согреть холодные пальцы. Он старался оттянуть тот момент, когда придется вернуться внутрь, разбудить Гвен, поговорить с Гаюсом... Хотя о чем он? Гаюс был в курсе, Артур понял это по реакции лекаря, когда тот увидел Мерлина. И король, даже если бы был в нормальном состоянии, не мог винить старика в том, что он скрыл истинную сущность слуги... Это угнетало. Неужели все эти годы он был настолько слеп? Как такое вообще могло произойти? В какой момент его лучшим другом стал колдун? Это был удар. Удар, после которого не каждый сможет подняться. Артуру становилось дурно при одной лишь мысли, сколько возможностей было у Мерлина убить его. Он не знал, на кого злится больше — на себя за чудовищное слепое доверие или на слугу, который все время казался ему идиотом... Шмыгнув носом, Артур снова уставился в пустоту, вспоминая о многочисленных передрягах, в которых они побывали вместе. Король иногда удивлялся тому, как удачно они выпутывались из различных неприятностей, но всегда списывал это на свое везение. Везение... У его персонального ангела-хранителя, оказывается, было имя. И он не смел произносить его вслух. За спиной послышались шаги, но Артур не оборачивался. У него не осталось сил. - Сир, - негромко сказал Гаюс, присаживаясь около него, - вам нужно погреться. - Ты знал, - Артур не собирался говорить это таким тоном, но слова вырвались прежде, чем он успел совладать с ними. Король повернул голову к лекарю и увидел, как тот потупил взгляд. Никаких оправданий. Что ж, вполне ожидаемо. Некоторое время они молчали. Король слышал, как за спиной тихо трещали ветки. Так много дней, проведенных в походах. Ночевки в лесу. Но именно в этот раз все абсолютно по-другому. Истина. Наконец-то он увидел ее. - Я понимаю, как вам сейчас тяжело, Артур, но Мерлин отдал все, что у него было, чтобы мы смогли выбраться живыми из Камелота. - Лекарь на секунду замолчал, ожидая, что Артур захочет что-нибудь вставить, но король молча продолжал смотреть в никуда. - У меня нет оправданий. Но это то, что я должен был сделать, иначе, узнай бы ваш отец о Мерлине, он бы казнил его. У Артура не было возражений. Все было бы именно так. И если еще несколько часов назад он не хотел ничего слышать о слуге, то сейчас у него были вопросы. И он знал, что Гаюс сможет на них ответить. - Почему? - Артур прищурил глаза, заметив, как лекарь поднял голову. - Почему ты не выдал его? Отец всегда считал тебя доверенным слугой, даже другом. И ты осмелился предать его. Впрочем, так же как и... Мерлин меня. - Вы многого не знаете, сир. - Гаюс тяжело вздохнул, и Артур почувствовал, что это действительно так. Он действительно не знал. Но вслух ответил совершенно противоположное: - Я знаю достаточно. Мерлин, или Эмрис — он колдун и... и по законам Камелота его ждет смертная казнь. Артур не стал слушать то, что собирался ответить Гаюс. Он просто встал и пошел вперед. Ему нужно было время. Он должен был побыть в одиночестве. *** Первыми вернулись звуки. Разожженный костер, негромкое завывание ветра и чьи-то осторожные шаги совсем рядом. Затем запахи: сырость и что-то сильно напоминавшее луковый суп Гаюса. А потом и ощущения: твердый, шершавый каменный пол, холодная повязка на лбу. Оставалось лишь зрение. Мерлин глубоко вздохнул и открыл глаза. Первое, что он увидел, это лишь свод пещеры, в которую они приехали после того, как покинули Камелот. Приподнявшись на локтях, отчего небольшой лоскут ткани упал ему на грудь, волшебник увидел Гвен, неторопливо помешивающую какое-то варево в импровизированном котле. Заметив, что Мерлин очнулся, служанка резко вскочила на ноги, смотря куда угодно, только не на мага. Она провела руками по волосам, а затем как-то неуверенно скрестила их на груди, очевидно, стараясь придать себе более уверенный вид. Мерлин не мог быть сказать точно, но ему показалось, что в глазах Гвен он увидел что-то отдаленно напоминавшее страх. - Гвен, - он попытался улыбнуться, но мышцы лица свело болью, и поэтому получилась какая-то гримаса, - я очень рад тебя видеть. Она какое-то мгновение вглядывалась в его лицо, а затем улыбнулась краешками губ. - Гаюс говорит, что тебе станет лучше со временем, - она снова попыталась улыбнуться, и на этот раз у нее практически получилось. - Не могу сказать, что это плохо. - Мерлин попытался сесть, чувствуя нависшее напряжение между ними. Он понимал, что Гвиневра хочет задать какой-то вопрос и сейчас просто собирается с духом. Волшебник уже догадывался, о чем она спросит. - Это правда? - выпалила она, внимательно вглядываясь в лицо Мерлина и все еще стоя у костра с воинственным видом. - Когда я проснулась, то увидела... - она опустила взгляд на свои пальцы, а затем снова посмотрела на волшебника. - Гаюс рассказал мне. - Ну, - Мерлин, слегка улыбнувшись, хмыкнул, - раз Гаюс рассказал тебе... - Мерлин! Он перестал улыбаться, заметив, что она смотрит на него абсолютно серьезно. Мерлин вздохнул. Он много раз представлял себе этот момент, но даже и подумать не мог, что все произойдет именно так. - Да, Гвен. Но боюсь, что все уже изменилось. - Волшебник нерадостно усмехнулся. - Я лишился своей силы. Так что теперь я простой парень. Когда-то ты сказала мне, что тебе нравятся такие. Она усмехнулась и прикрыла глаза рукой. - Да. А ты ответил, что не так прост, как кажешься. - Гвен помотала головой и перевела взгляд на мага. - Мне до сих пор не верится, что ты... ты был волшебником, Мерлин. Почему ты не рассказал мне? Мальчишка пожал плечами. - Не хотел навлечь на тебя опасность. Ты даже не представляешь, сколько раз я собирался рассказать все, но меня постоянно что-то останавливало. - Мерлин перевел взгляд на огонь, будучи мыслями где-то очень далеко. - Я думаю, тебе нелегко приходилось, - ответила Гвен, садясь около волшебника. - У Артура характер не сахар, - она улыбнулась, - наверное, ты не раз хотел использовать на нем магию? Маг также улыбнулся. - О да. Иногда, когда он сильно меня доставал... Но я почти всегда умел сдерживать себя. Гвен тепло посмотрела на Мерлина, который мыслями снова унесся куда-то далеко. Некоторое время они просто сидели молча, думая каждый о своем. Буря закончилась, стало рассветать. Девушка поежилась, и Мерлин, сняв куртку, накинул ее на плечи Гвен. Благодарно кивнув, она вдруг спросила: - И что теперь будет? Я имею в виду сейчас, когда ты лишился магии? - Не знаю, - пожал плечами Мерлин, - но шанс остановить Моргану все равно есть. - И ты веришь в это? - внезапно раздался твердый и непреклонный голос Артура, который с мрачным выражением на лице, скрестив руки на груди, стоял, опираясь на влажную стену пещеры. Мерлину стало холодно от того взгляда, которым король смотрел на него. Он словно пронизывал насквозь, и теперь, без собственной силы, маг чувствовал себя невероятно маленьким и ничтожным. Волна горечи пронеслась сквозь все его существо. Мерлин должен был быть готов к подобной реакции короля, но эти холодные глаза и властный тон, вопреки всему, стали для него неожиданностью. Артур продолжал стоять, немилосердно сверля слугу взглядом. Волшебник молчал, не зная, что именно он должен был сказать. Через несколько минут король не выдержал и отвел глаза в сторону. - Могу сказать тебе лишь одно, Мерлин. - Он посмотрел на слугу, а затем снова в сторону. - Первым моим решением было немедленно казнить тебя. Но я думал почти всю ночь и... И понял, что кое в чем ты действительно был прав. Ты спас нас. За это... кем бы ты там ни являлся, я дарую тебе жизнь, но... Но ты изгоняешься из Камелота без права на возвращение. - Артур... - попыталась встрять Гвен, но король жестом остановил ее. - Это мое окончательное решение. Сразу после того, как с Морганой будет покончено, ты уйдешь. - Артур стал выжидательно смотреть на волшебника, очевидно, ожидая какого-нибудь подтверждения. Мерлин судорожно сглотнул и, не глядя Артуру в глаза, ответил: - Как пожелаете, милорд. Король хмуро кивнул и отвернулся, собираясь уйти, но, сделав пару шагов, остановился. Постояв несколько секунд в нерешительности, он обернулся, будто собираясь сказать что-то еще, но вдруг передумал. Одарив Мерлина непонятным взглядом, Артур развернулся и ушел, снова оставаясь один на один со своими сомнениями.