Пленница трех танцев

      Андерсен захлопнула крышку чемодана, после, откинула волосы с лица. Она поправила свое голубое летнее платье с оборками, скептически посмотрела на себя в зеркало и оглядела спальню. В комнате было тихо, лишь она и Кассандра остались в спальне - все остальные девушки уже собрали вещи и покинули спальню Когтеврана. Все постели были заправлены голубыми покрывалами, а пологи кроватей были аккуратно подвязаны серебристыми веревочками. Люси развернулась и услышала, что Дирк тоже захлопнула чемодан. Ее белокурые волосы были собраны в пучок на голове и несколько прядей выбивались из общей прически.       - Пошли? - спросила Кассандра, и Андерсен утвердительно кивнула. В последний раз оглядев спальню, они спустились в гостиную, оставили свои чемоданы, чтобы эльфы доставили их в Хогсмит на станцию, а сами направились в вестибюль. Вокруг со всех лестниц спускались ученики, все довольно улыбались, понимая, что пора уроков и учебников закончилась. Все разговаривали, обсуждали как они проведут это лето, было так шумно, что Кассандре пришлось чуть-ли не кричать:       - Ты хочешь уезжать? - спросила она, с интересом посмотрев на Люси. Темноволосая кивнула и посмотрела на портрет Кандиды Когтевран, висевший прямо над одной из лестниц.       - Слишком много страшного произошло за этот год.       Действительно, этот год наверное был самым мрачным за всю историю замка... Ралия Бинсер попала в клинику, она ничего не помнила о событиях той ночи, бредила по ночам и кричала. Целители до сих пор пытаются вернуть ей память, но пока - безуспешно. Так же в этом году в Больничное крыло стали попадать ученики с порезами и ссадинами по всему телу. Когда их спрашивали, что с ними произошло и кто причинил им травмы, они лишь мотали головами и говорили, что ничего не помнят. Все учителя молчали об этих событиях, до газет ничего не доходило, иначе, никто не стал бы отправлять детей в школу. Но как известно, шило в мешке не утаишь.       В завершении всех этих странных происшествий - смерть...       После убийства Диан Миртл начались допросы, мракоборцы пытались найти любую зацепку, обвиняли всех, кого могли. Они узнали об этих происшествиях и предполагали, что в этом замешан один и тот же человек - связь была слишком явной. Дети, испуганные происходящим, и еще более запуганные допросами ходили по замку группами и вздрагивали от любого шороха. Люси перестала видеться с Розье, потому что он сказал ей как можно меньше рисковать собой и покидать гостиную Когтеврана.       Люси тоже допрашивали, но девушка толком ничего так и не рассказала. Она знала, что Олив Хормби - однокурсник Диан дразнил ее на травологии. Неуверенная в себе и закомплексованная девушка не вытерпела и убежала прямо с урока. Больше Андерсен не видела Миртл.       В конце концов убийца был найден. Вот только не мракоборцами и детективами, а шестнадцатилетним парнем.       Реддл, староста Слизерина обходил подземелья, проверяя все ли ученики на месте и не шатаются ночью по замку и заметил одного из них. Рубеус Хагрид - ученик третьего курса, возился в одной из классов с огромным деревянным ящиком. Том понял, что здесь что-то не так и несколько минут наблюдал за ним из-за приоткрытой двери. В конце концов, когда третьекурсник сказал что-то про мертвую девчонку, Реддл все понял. Выйдя из-за двери, он попытался обездвижить тварь, убившую Миртл, но не успел. Оно сбежало, а Хагрид, отбросив юношу в сторону, рванул за этой уродливой тварью.       Рубеуса исключили и отобрали волшебную палочку,но многие были недовольны тем, что до Азкабана дело не дошло. Хагрид стал изгоем, он покинул школу, лишь Дамблдор жалел его и предложил работу в замке по достижению семнадцати лет.       А три дня назад Том получил кубок "За особые заслуги перед школой" в торжественной обстановке. А сегодня все должны были покидать замок...        Девушки, наконец прорвались сквозь толпу учеников и спустились в вестибюль, в котором было не меньше народу, но Люси рванула вперед, увидев Эвана. Девушка счастливо рассмеялась и обхватила его за шею руками:       - Я так соскучилась! - Андерсен уткнулась в его плечо носом. Эван был такой теплый и родной, что по телу девушки прошлась мелкая дрожь. Она так долго хотела обнять его, поцеловать, да и просто лежать с ним в обнимку и согреваться от его тела. Она безумно скучала по нему. Розье же довольно рассмеялся и легко потрепал девушку за щеку:       - А как же наш договор не показывать чувства на публике? - он с усмешкой смотрел на свою девушку, которую так давно не видел.       - А тут публики нет, лишь ученики, которые глотнули свободы после учебного года и которым нет до нас дела!       - Такой разговор мне нравится гораздо больше... - усмехнулся слизеринец и аккуратно провел тыльной стороной руки по щеке девушки.       - Там мы отправляемся к тебе в поместье? - спросила Люси, приблизившись к Эвану вплотную. Юноша кивнул и коснулся своим лбом, лба девушки:       - И как можно скорее... - Люси улыбнулась и коснулась его губ своими. Теперь все события, произошедшие в этом году казались ей просто плохим сном, рядом с Розье все проблемы казались маленькими расстройствами. Она прекрасно знала, что Эван защитит ее от всех неприятностей. Розье же пользовался такой удачной возможностью. Он впивался в ее губы, доказывая всему миру, но в первую очередь себе, что она его. Это доставляло не меньшее наслаждение, чем сам поцелуй.       - Мы вам не мешаем? - спросил тихий голос, в котором чувствовалась усмешка. Эван обернулся и рассмеялся:       - Вот ты ублюдок, Родольфус! Когда ты занимаешь спальню старост, мы тебе не мешаем!       - Ага, возможно, я об этом не подумал! - рассмеялся Лейстрендж, прижимая к себе девушку, которая довольно улыбалась, видимо возможность находиться рядом с таким ловеласом как Родольфус уже делала ее счастливой. Люси невольно покраснела от таких слов и выбравшись из объятий прокричала:       - А где Кассандра?       Кассандра Дирк сидела на краю фонтана, опуская руку в прохладную воду и плескаясь в ней. Яркие лучи солнца отражались в воде, заставляя брызги переливаться на солнце. На лице девушка чувствовала тепло от солнца, хотя ей казалось, что тепло шло изнутри. Она отвлеклась от своих мыслей и огляделась. На улице учеников было так же много, они собирались группами и о чем-то беззаботно болтали. Лишь один человек стоял в тени статуи горгулий, парень грустно смотрел на солнце, пытаясь кого-то найти. Девушка поднялась на ноги и медленно направилась в тень, пытаясь узнать, кто это за человек.       - Что случилось? - спросила девушка, подойдя к юноше. Это был Элвис Дайли, лицо его было бледнее, чем обычно, глаза были затуманены. Голос девушки точно вывел его из транса.       - Не твое дело, - попытался сказать он как можно резко, но у него эго не получилось. Когтевранка посмотрела в его глаза, ее оскорбил его тон:       - Слизеринцу не к лицу расстраиваться на людях, - съязвила она, но Элвис не ответил. Он все также смотрел в одну точку и не обращал больше никакого внимания на Кассандру.       - Ну и глупый. Тебе люди пытаются помочь. Да, вы слизеринцы отвергаете чужую помощь, но быть такими гордыми - глупо! И то что ты расстался с Бинсер не означает конец жизни. Да, это тяжело, не спорю, но ты слизеринец и не должен сдаваться. Я уверена, что ты не тряпка, как о тебе говорят, и что внутри тебя есть сила.       Девушка посмотрела на него и подняв голову направилась к фонтану. Ей совершенно не хотелось помогать ему, но она ненавидела эгоистов. Тех, которые начинают горевать из-за одной неудачи, так еще и портят последний день в стенах Хогвартса остальным своим кислым видом. Такой уж у нее был характер, она всегда клала вещи на свое место, воспитывала остальных и сама часто становилась примером для других. Педантичность и сосредоточенность - вот два ее основных качества.       Элвис ошеломленно смотрел вслед когтевранке,после чего поднялся на ноги и выйдя на солнце направился к каретам. У него было над чем подумать. И не только над его словами...       - Кассандра, ты куда пропала?! - Дирк обернулась и увидела испепеляющий взор Люси. Светловолосая не предупредила о том, что она вышла на улицу, но тут над замком раздался громогласный голос, усиленный заклятием:       - Всем ученикам отправляться к каретам. Счастливых летних каникул.       - Вот пошли быстрее... - Кассандра, чтобы избежать криков Люси потянула ее за руку в сторону ворот, за которыми стояли кареты, которые ехали сами собой.

***

      Он снова здесь. В этом мерзком, грязном маггловском мире. Том ненавидел все, что сейчас окружало его, даже запах сейчас был пропитан чем-то гадким. Объяснением этому было то, что вокруг эти низшие существа. Как же он хотел заставить их страдать, наслаждаться каждым криком, который будет издавать его жертва. Он безумно желал истребить этих тварей, убить их всех - до последней женщины, до последнего ребенка.       Скоро, совсем скоро он выполнит последний пункт своего плана. Документы, на имя этого маггла были у него - имя, адрес, все, что нужно было Тому. Этот маггл достоин самой жестокой смерти, и Том с готовностью ее предоставит. Насладится тем, как мужчина будет биться в агонии, будет давиться своей же кровью и срывать голос от ужасной боли. От всех этих мыслей в глазах Тома загорелся красный огонек.       Том стоял между платформами девять и десять, он двинулся вперед, стараясь не встречаться ни с кем взглядами. Он уже попрощался со слизеринцами, так что делать больше здесь нечего.       - Том! Подожди! - юноша повернул голову и увидел, что за ним, таща за собой огромную тележку с чемоданом и совой, идет Энни. Вид у нее был уставший, видимо она уснула в поезде, а сейчас проснулась, все еще не скинув с себя остатки сна.       - Что ты хотела? - спокойно спросил он, глядя в ее глаза. Последняя их встреча была очень холодной, хотя она призналась в том, что ей приятны его объятия.       - Ты...ты не хочешь пожить в моей квартире?       Реддл оглядел девушку, словно думая, что она немного не в своем уме. Она предлагает ему пожить в своем доме, учитывая ее характер. Энни точно не в себе.       - Почему ты это предлагаешь? - удивленно спросил он, глядя на гриффиндорку. Энни пожала плечами и тихо сказала:       - Не знаю, просто не хочется проводить лето одной в этой старой квартире, забитой кучей древних книг. Тем более там есть еще одна комната, и она всегда пустует. А еще... - она опустила взгляд, - насколько я знаю, ты живешь в приюте. Не думаю, что там жизнь сладка.       Том смотрел на девушку и быстро соображал. Эта девушка - родственница основателей. Но на этом ее плюсы заканчиваются, хотя...       Она права, в квартире жить гораздо удобнее, да и для выполнения последнего пункта его плана ему потребуется свободное место. А еще книги...Вот глупая девчонка, она не понимает, сколько полезной информации можно найти в книгах, тем более в очень старых. А еще - мысль о возвращении в этот мерзкий маггловский приют нисколько его не грела. Одним словом это было достаточно выгодное предложение чтобы на него согласиться.       - Хорошо, я согласен, - спокойно сказал Реддл и направился вместе с девушкой к выходу с вокзала. Энни шла сзади него, ибо ей было тяжело тащить тяжелый чемодан.       - Только, Гриффиндор, запомни. Я никогда не прошу о помощи. Если же это случилось, знай - я просто тебя использую.       Девушка посмотрела на него, словно ребенок - непонимающим и грустным взглядом.

***

      Дверь со скрипом открылась и на пороге возникло две фигуры. Девушка протащила свой чемодан в прихожую и поставила его рядом с тумбочкой, на которой стояло несколько флакончиков из-под сладких духов. Над тумбочкой висело зеркало, а на нем по бокам висели какие-то записки и старые фотографии.       - Проходи, гостевая спальня вот эта. Можешь располагаться... - девушка указала на коридор, который был перед ними. Она указывала на левую дверь.       - Спасибо, - сказал Том и протащил свой чемодан к двери в свою комнату. Энни же закрыла за ним входную дверь и направилась по коридору вперед. Она прошла через проем, который вел в гостиную.       Это была комната с темно-синими стенами и окнами, занавешенными голубыми шторами. Камин не горел, царил полумрак, так как окна были закрыты. У одной из стен стоял огромный шкаф с книгами и древними фолиантами, над камином висело огромное полотно, изображающее Хогвартс. Возле камина стояло два кресла и диван, а перед камином находился маленький журнальный столик. Девушка раздвинула шторы и закашлялась от накопившейся в них пыли. Энни открыла оба окна и повернулась, вновь оглядев комнату:       - Работенки тут надолго...хотя, летом делать нечего.       Девушка направилась обратно в коридор и протащила чемодан в свою комнату, которая находилась справа от комнаты Тома. Она раздвинула шторы и поставила клетку с Айрой на подоконник.       - Гриффиндор! Это что?! - девушка резко обернулась на голос.       В комнату ворвался Том, даже не ворвался, а допрыгал до комнаты. Одет он был только в штаны, на его голове была одета красная соломенная шляпа, а сам он был замотан в красные ленточки с ног до головы, и двигался он затруднительно. Глаза его зло сверкали, он смотрел на девушку, точно во всем этом была виновата она.       Девушка удивленно смотрела на него долю секунды, а после разразилась звонким смехом. Со стороны это было действительно смешно. Том попытался подойти к ней, но споткнулся и упал на пол.       - Быстро освободи меня!       - Быстро не получится, магией пользоваться нельзя... - пытаясь остановиться смеяться сказала девушка. Она опустилась на пол и стала пытаться искать конец ленточки, - ты не сильно ударился?       - Освободи меня. Я уже пробовал, они не рвутся! - Том посмотрела на девушку, Энни наконец нашла конец ленты и стала разматывать его.       - Как это тебя угораздило? - спросила девушка, постепенно разматывая Реддла. Он поднял на нее злой взгляд и тихо сказал:       - Я открыл шкаф чтобы разложить свою одежду, в том числе и рубашку, и оттуда сверху вывалилась эта шляпа, из нее появились эти ленты. Магией пользоваться нельзя, а самому распутать их просто невозможно. Я попытался найти тебя, но в той дальней комнате тебя не было, на кухне тоже, а ты потащилась сюда! Это твоя комната?       Девушка кивнула и продолжила распутывать Тома, пытаясь вновь не рассмеяться. Он же тем временем стал разглядывать комнату девушки. Маленькая, уютная комната. Из окошка проходил тусклый свет, слабо освещая ее. Над потолком был подвешен круг, от которого спускались нити с разноцветными стеклышками. Посреди комнаты стояла кровать, заправленная светло-голубым покрывалом. По другой стене стоял шкаф для одежды с резными створками, а напротив кровати стоял туалетный столик с огромным зеркалом, в котором отражалась вся комната. В углу было пусто, видимо, именно туда девушка ставила свой чемодан.       - Ну скоро? - спросил Том, чувствуя, что Энни освободила его левую руку. Девушка кивнула и стала разматывать его вторую руку. На удивление, он заметил, что у нее очень мягкие руки:       - Твоя комната меньше, чем гостевая спальня, - проговорил Реддл, оглядывая интерьер.       - Да, меньше, но очень уютная...       Том почувствовал, что девушка развязала его и, скинув столь ненавистную ему шляпу, поднялся на ноги.       - Там в комнате больше нет таких дрянных вещей, как эта? - девушка пожала плечами и направилась в гостевую спальню. Это была не менее уютная комната, больше по размеру, с небольшим камином и окном. Кровать была двухместная, а рядом с окном стоял шкаф с книгами. Девушка подошла к гардеробу, резко раскрыла створки и подняла взгляд наверх.       Ничего не произошло.       - Видимо это срабатывает всего один раз. Ты везунчик. - девушка развернулась, но тут же увидела его лицо прямо рядом с своим. В его темных глазах горели бешеные и злые огни. Том был ужасно зол на нее, может, она и не была виновата в том, что с ним произошло, но Энни, увидев его засмеялась. Никто, никакая тварь не смеет смеяться над ним. Реддл посмотрел в глаза девушки и сильно дернул ее за руку:       - Не смей смеяться, Гриффиндор.       - Прости, я не хотела тебя обидеть.       Юноша посмотрел на Энни и резко выпустил ее руку, девушка на мгновение потеряла равновесие и ударилась спиной и о пустые полки шкафа. Реддл же посмотрел на нее и, ничего больше не сказав, направился в ванную.       Девушка же нахмурилась и пошла в свою комнату - разбирать вещи.

***

      Том сидел в мягком кресле, откинувшись на спинку. Он читал одну из книг по истории магии, которую достал из старого шкафа, заполненного фолиантами. В камине горел огонь, в комнате было светло, голубые шторы - раздвинуты. Реддл удобнее устроился в кресле и поднял голову, посмотрев на потолок. Вокруг небольшой старой люстры были выложены круги из разноцветной мозаики. Они очень красиво переливались, когда сквозь шторы в ясный день пробивались солнечные лучи.       Юноша вновь вернулся к книге, но вскоре он погрузился в мысли, которые его беспокоили.       Том Реддл Старший. Нет, не отец, маггл. Из-за него Том полукровка. Паршивый грязный маггл из-за которого умерла мать. Он заслуживает только одного - смерти.       Я отправлюсь туда, обязательно, на этой недели. Только Гриффиндор не должна знать!" Хотя...да она и не узнает.       В течении двух недель, который они провели под одной крышей девушка носилась по квартире, словно эльф домовик. Она вычищала все шкафы тряпками, словно служанка. Так же, каждый день она готовила еду на двоих и приносила ее в гостиную. Энни больше не вступала с ним в споры, после того случая с шляпой. Они очень редко разговаривали, как-будто они не знали друг друга вообще. Словно не было этого года - она делала вид, что он не целовал ее, что ее не пытались изнасиловать, что она не знает про убийство и тайную комнату. Так же существовала еще одна странность из-за которой Том мог спокойно вечером покинуть квартиру.       После того, как она готовила ужин и приносила его в гостиную, Том больше ее не видел. Как-будто она исчезала, причем в своей комнате девушки не было. Он прекрасно понимал, что Энни уходила из дома, но почему? В чем была причина?       Его бы не волновала эта странная выходка - это была прекрасная возможность покинуть квартиру и совершить свой план. Но одна из возможных причин задевала его мужское самолюбие и тщеславие. Том считал, что она уходит из дома только потому, чтобы не видеть его. А вот почему она не хотела видеть его...для Реддла оставалось это загадкой.       - Том, пора ужинать, - тихий голос вытащил его из своих мыслей, он повернул голову. Энни поставила поднос с едой на маленький журнальный столик. Реддл кивнул и отложил книгу в сторону, после чего посмотрел на приготовленный девушкой ужин. Готовила она, откровенно отвратительно, а ведь ее мать написала первую книгу по кулинарии. Сегодняшний бифштекс она пережарила, а рис пересолила. Но его как-то это не волновало, да и она практически ничего не съела.       - Энни, - девушка подняла голову, когда он назвал ее по имени, - куда ты уходишь вечером?       Девушка посмотрела на него и попыталась удивиться:       - Что за вопрос? Я никуда не ухожу.       Том усмехнулся и посмотрел на нее - на щеках появился румянец, она нервно стала постукивать пальчиками по поверхности стола:       - Я много раз говорил тебе, ты не умеешь врать. Тебя не бывает в своей комнате вечером.       Девушка выпрямилась в кресле и посмотрела на него, в ее глазах сверкнул зеленый огонек:       - А ты заходил в мою комнату? - в голосе были интонации, которых он давным давно не слышал. Упрямство и недовольство его словами. Том давно уже понял ее стратегию - когда она врет, девушка переводит стрелки на другого человека, хватаясь за его малейший недостаток. Он не реагировал на ее выходки.       - Да, заходил, хотел с тобой поговорить, - он усмехнулся и осушил бокал с клюквенным соком. Гриффиндорка резко поднялась на ноги и посмотрела в его глаза:       - Издеваешься?! Ты не разговариваешь со мной вторую неделю, и после всего этого заходишь в мою комнату без моего разрешения! Вторгаешься в мое личное пространство и еще так нагло об этом говоришь! - девушка топнула ногой от негодования и, резко развернувшись, бегом направилась к лестнице. Том мог поклясться, что на ее щеках блеснули слезы.       - С такой тобой интересней играть, - он дьявольски улыбнулся. * * *       Девушка выскочила на улицу и рванула по аллее вперед. В этом районе находился небольшой сад с озером. Именно в нем она проводила все вечера - там было тихо, тем более у нее было тайное место в этом саду. Она, изредка спотыкалась о стыки плит дорожки, выложенной красной плиткой. Энни все-таки добежала до парка и пройдя через ворота направилась к озеру. Девушка остановилась, оперлась спиной о большой дуб и перевела дыхание после быстрого бега.       Ей было паршиво, кровь кипела в жилах, в горле застрял ком. Энни попыталась контролировать себя и вымученно улыбнулась:       - Сейчас полегче... - прошептала она и направилась к своему местечку. На самом деле полегче не становилось, хотелось выругаться, сорваться на ком-то и лучше бы этот кто-то был Том. Но девушка понимала - если даст вновь волю эмоциям и сорвется на нем, она не простит себя. Реддл может и простит ее, а вот она себя - нет.       Энни подошла к большой иве, старые ветви которой свешивались к самой воде. Ствол у дерева был кривой, а ветви шли в разные стороны. Она пролезла через несколько таких веток и оказалась в маленьком, скрытом от чужих глаз месте. Это место нельзя было увидеть, так как ветви этих деревьев скрывали человека, а он, в свою очередь мог увидеть все озеро и ворота в парк. Вокруг была мягкая зеленая трава, ветви деревьев, которые скрывали девушку успокаивающе шелестели.       Девушка опустилась на траву и поджала колени к груди. Ей очень сильно хотелось плакать, Энни всегда считала, что Том не такой плохой, каким он казался Дамблдору. Даже после убийства Миртл она не могла принять то, что он совершил. Энни напрасно надеялась, что ее кто-то поймет, что ее мелкие проблемы кто-то поймет и поддержит. Она одна, ее не уважают и никто не хочет видеть. Даже Дамблдор сейчас далеко.       Гриффиндор прикусила нижнюю губу и вновь сдержала подступающие к глазам слезы. Она сделала глубокий вдох и выпрямила ноги. Последний раз она чувствовала такую пустоту после того, как оказалась в Хогвартсе первый раз. Маленькая девочка, которую отняли у родителей и забрал совершенно чужой ей человек. Энни просто разрывало на части, ей надо было кому-то высказать то, что было в ее душе, но так как такого человека не было, ей пришлось держаться. А держаться сил не было.       - Черт! - выругалась она, когда по щекам покатились слезы. Девушка сняла с руки колечко и положила его в траву. Окунув руку в мутную воду она брызнула водой на лицо. Парк этот был действительно красивым, даже по воде плавали несколько уточек. Энни огляделась вокруг и легла на траву.       Как же хорошо, когда тебя не видит никто...Как будто тебя нет... - она закрыла глаза и вновь надела колечко на палец. Девушка постепенно успокаивалась, она глубоко дышала и выдыхала через рот.       - Что ты делаешь? - она так резко села, что в глазах у нее потемнело. Мысли, которые только что упорядочились в голове вновь перепутались. Том, отодвинув ветку в сторону, стоял рядом ней и смотрел на нее сверху вниз.       - А что ты здесь делаешь?! - больше удивленно, чем зло спросила гриффиндорка. Найти ее здесь было просто нереально, за шесть лет ее никто не находил здесь.       - Пытаюсь уберечь тебя от глупостей. В таком состоянии ты бы даже машину не заметила и было бы небольшое недоразумение, - Том опустился рядом с ней и коснулся ее руки. Девушка тут же ее отдернула:       - Как ты меня нашел?       - Это было легко. Тебя видно с другого берега, - Том уже силой взял ее руку и сжал ее, - а до этого тебя никто не находил здесь?       Энни закивала головой и перестала вырывать руку, чувствуя, что он сжимает костяшки ее пальцев. Том огляделся вокруг и посмотрел на нее:       - Видимо, ты нашла место, над которым есть барьер. Магглы не могут тебя здесь видеть. А волшебники могут, - он резко дернул ее на себя и девушка рухнула на его колени. Реддл усмехнулся и стал гладить ее по спине:       - Почему гриффиндорка плакала и так расстроилась из-за того, что вошли в ее комнатку...подумаешь...Ты же разрешаешь все мне...абсолютно все... - он выдохнул и спустил руку на ее бедро. Она была безумно теплая, и несмотря на то, что Энни была достаточно крепкая и уж точно не миниатюрная он почувствовал твердое девичье бедро.       Девушка резко дернулась и попыталась вырваться:       - Ты что делаешь?       - Ничего. Просто убедился в том, что ты еще не моя. Не окончательно моя.       - А с чего ты решил что я когда-то стану твоей?       - Потому что ты болеешь очень страшной болезнью - ты умеешь любить. Ты становишься рабыней того, кого ты любишь, а любишь ты меня. Ты страдаешь, плачешь из-за меня. Поэтому любить - это глупо. Я никогда не стану чьм-то рабом.       Девушка вновь дернулась и вырвала свою руку. Она прекрасно понимала, о чем он говорил. Раньше, он лишь издевался над ее чувствами, теперь же он хотел большего.       - Только через мой труп, Реддл. - Том повернул голову и посмотрел в глаза Энни. Голос той был холодным и твердым. Он в первый раз слышал чтобы она так разговаривала с ним. Словно она не потерпела бы никаких других вариантов.       - Только через мой труп, - повторила она, - ты можешь делать что угодно, но это ты не тронешь. Ни за что.       Она отвела взгляд и посмотрела на воду. Сейчас обида и злоба на Реддла сменилась страхом. Том гораздо сильнее нее, теперь, она ругала себя за то, что предложила провести это лето вместе. Он - парень, а Энни - девушка. И сейчас в голове у нее были не самые приятные мысли.       Они сидели так недолго, ни она, ни он не решались нарушить это молчание, но вскоре он почувствовал, что она дрожит:       - Прости, я не хотел тебя напугать, - он коснулся ее руки своей.       - Это неважно, я все тебе сказала. И я дрожу от холода, - Энни поднялась на ноги и отряхнула юбку. Том не спешил подниматься на ноги:       - Твоя душа уже принадлежит мне, осталось только тело. - гриффиндорка пропустила его слова мимо ушей и спросила:       - Ты идешь? - Том посмотрел на нее, после чего помотал головой.       - Нет, я еще побуду здесь, Энни.       Девушка не стала спрашивать почему он остается и, оставив ему еще одни ключи, направилась к выходу из парка практически бегом.       - А вот теперь она не задаст мне лишних вопросов... - усмехнулся Том и посмотрел на гладь озера.

***

      Энни резко села на кровати и огляделась вокруг. В ее ушах все еще стоял дикий крик ужаса и боли, который и разбудил ее. Она узнала голос, но все то, что происходило сейчас ей казалось чем-то похожим на дурной сон. Она ущипнула себя за руку, но больше ничего не произошло. Была глубокая ночь за окном светила луна, из окна дул летний ветерок. Быстро протерев сонные глаза, она поднялась с кровати и открыла дверь. В коридоре было тихо, каждый ее шаг эхом отдавался по квартире. Ей было не по себе, так как в гостиной горел свет.       Она аккуратно приоткрыла дверь и увидев, что было в гостиной рванула вперед и рухнула на пол...       На полу лежал Том, лицо его было бледнее, чем обычно, перед ним стоял котел с побулькивающим в нем зельем черного цвета. Глаза юноши были закрыты, его тело лишь изредка содрогалось в конвульсиях. Он что-то бессвязно бормотал. Его рубашка была разорвана, вокруг него валялись пуговицы, вдоль его груди виднелся длинный порез.       Девушка почувствовала, что по ее щекам покатились слезы ужаса, она потянулась к его палочке и попыталась произнести заклятие, которое, по ее мнению могло привести Реддла в чувство, но тут ее запястье перехватили:       - Не...де-ла-й глу-пос-ти, нель-зя исполь-о-вать ма-гию... - по слогам проговорил слабый голос и девушка посмотрела на него. Том вновь закрыл глаза, на его руке было кольцо и на черном камне переливались красные блики от огня...

Конец первой части