Незапертые чувства

Просыпаюсь от неприятного чувства холода. Откидываю руку влево и нащупываю пустоту. Пита нет рядом. Я открываю глаза и снова прикрываю их, чтобы привыкнуть к свету от ночника. Беру часы с тумбочки, которые сняла ночью. Надеваю их на руку. Сейчас половина седьмого. А это значит, что мне пора убираться отсюда. Скоро подъем, проснется Хеймитч. К тому же, у Прим явно появятся вопросы, когда она поймет, что я не ночевала дома. Поднимаюсь на ноги и подхожу к зеркалу. Выгляжу отдохнувшей, на щеках легкий румянец. С удивлением замечаю, что мышцы больше не ноют. Беру расческу Пита и пытаюсь привести волосы в порядок. Это весьма проблематично, я всегда сплю с косой, а Пит вчера распустил ее. Закончив с волосами, на цыпочках пробираюсь к двери. Слышу шум воды, доносящийся из ванной. Значит Пит ушел в душ, пока я еще спала. Несколько секунд размышляю стоит ли подождать его. Думаю, что все-таки лучше уйти. Открываю дверь и осторожно выглядываю в коридор. Никого. Быстро перебегаю в свой отсек. На пороге я замираю и прислушиваюсь. Тихо. Значит Прим еще спит. Я иду к своей кровати и ложусь дожидаться подъема. Простынь и одеяло очень холодные. Меня передергивает. Я закрываю глаза и представляю себя в кровати Пита, в его объятиях. Тепло, комфортно и спокойно. Хочется так спать каждую ночь. Я сладко потягиваюсь. Наша жизнь сейчас далека от идеальной. Нам трудно справляться с переменами. Но сейчас я стала чувствовать себя намного лучше, уверенно. Сейчас у меня есть плечо, на которое я могу опереться. Как мы выбираем спутника жизни? Это должен быть человек, который всегда готов поддержать в трудной ситуации. Человек, с которым легко и спокойно. Тот, кто ценит нашу жизнь выше своей, и ради кого мы сами готовы умереть. Пит для меня и есть такой человек. Я хотела умереть ради него. Того же желал и он. Я не могу себе представить каково это – лишиться его. Даже не хочу пытаться. Нам трудно друг без друга. И я хочу проводить с ним каждый день и каждую ночь.

* * *

Я стою и наблюдаю за моим «утёнком». Она зевает и сонно трет глаза. Прим всегда было трудно просыпаться по утрам в отличие от меня. Сестра медленно идет в ванную. - Тебе помогла мазь? – спрашивает Прим. Ее глаза полузакрыты, и она задевает плечом дверной косяк. - Да, очень, - я немного краснею, вспоминая ночную «процедуру». – Я думаю, остальным она тоже очень пригодится. Прим включает воду и начинает чистить зубы. - Мама всю ночь была в больнице? – интересуюсь я. - Да, и сегодня мы вдвоем там останемся на ночь, - сестра радостно машет зубной щеткой. - Не слишком ли это для вас обеих? – ворчу я. – Это не влияет на твою школу? Прим отрицательно качает головой и улыбается. Она обожает больницу. Её хлебом не корми, дай только укол сделать или поставить капельницу. Я тихонько смеюсь. Моя сестра - самый юный врач Панема. Наш разговор прерывает тихий стук в дверь. Я кидаюсь к ней и быстро открываю. Это Пит. На нем белая футболка и темно-синие брюки. Обычная форма Тринадцатого дистрикта. Но даже в ней он потрясающе выглядит. Его волосы еще слегка влажные после утреннего душа. Я улыбаюсь и молча впускаю его в отсек. - Готова к завтраку? – спрашивает он. - Пит! – из ванной вылетает Прим, на ходу вытирая лицо полотенцем. - Доброе утро, Прим! – Пит указательным пальцем трогает сестру за нос, на что она отвечает ему заливистым смехом. Мы все вместе выходим из отсека и идем на завтрак. Пит берет меня за руку. На второй у него виснет Прим. - С тех пор, как ты вышел из больницы, я тебя совсем не вижу! – расстроенно говорит она. - Мы теперь соседи. Ты можешь заходить, когда захочешь, - улыбается ей Пит. Сестра начинает что-то быстро щебетать. Он отвечает ей. Я не вникаю в их разговор. Я просто любуюсь самыми дорогими людьми в моей жизни. От того, как они легко и непринужденно общаются между собой, в груди разливается приятное чувство тепла. На завтраке к нам присоединяются остальные. Прим очаровала всех моих друзей. До этого у них не было возможности познакомиться с ней поближе. - Обязательно заходите сегодня в медпункт, - говорит Прим. – Я для всех приготовлю такую мазь. - Спасибо, солнышко! – подмигивает ей Финник. – Для наших старых костей такие нагрузки смертельны. Сестра покрывается легким румянцем. Одэйр любого может ввести в краску одним лишь словом или простым подмигиванием. Через пару минут у всех нас одновременно начинают пищать часы. Звук такой, что хоть уши затыкай. Я быстрее нажимаю на кнопку сброса сигнала. - 07:30. Учебная часть, кабинет 329, - вслух читает Джоанна. – Кто знает, где это? - Я знаю где это. И нужно поторапливаться, если не хотите опоздать на занятие. Сейчас уже 07:25. Я поворачиваю голову назад. За нашими спинами, скрестив руки, стоит Гейл. Как всегда, подкрался незаметно. - Привет, Гейл! – улыбается ему Прим. - Привет, - подмигивает ей он и растягивает губы в улыбке. Вот он, мой настоящий Гейл. Он всегда любил мою сестру и не ответить улыбкой он ей не мог. От обиды немного щемит сердце. Почему я всегда обязательно должна кого-то терять? Мне хочется, чтобы все было как раньше. Мы с Гейлом друзья, позволяем себе отпускать шуточки про Капитолий, смеемся, вместе охотимся. Вероятно, нельзя иметь в жизни все и сразу. Нельзя дружить с одним мужчиной, а любить другого. Дружбы между мужчиной и женщиной не существует. Есть только невысказанные слова, скрытые чувства и эмоции, ревность и фальшь. - Чего сидим? – Гейл по очереди оглядывает нас. – Подъем и за мной. Он разворачивается и идет к выходу из столовой. Прим провожает его задумчивым взглядом: - Что это с ним? - Он у нас теперь помощник Боггса, - я пожимаю плечами. Мы все вместе встаем и, бросив подносы на конвейер, идем вслед за Гейлом.

* * *

Теоретические занятия оказываются очень скучными. Словно, нас отправили сюда, чтобы ограничить наше свободное время. Мне не понадобится боевая стратегия. Самое главное для меня – убить Сноу. И как только я окажусь в Капитолии, во что бы то ни стало выполню свою миссию. Смотрю на Пита. Он задумчиво водит карандашом по страницам своего блокнота. Его мысли также далеки от темы лекции. Я задумываюсь, что будет с нами, когда мы окажемся на поле боя? Мы уже прошли две Арены рука об руку. Но это Капитолий. Позволит ли он мне нарушить приказ и отправиться к президентскому дворцу? Пойдет ли он со мной? Ответ прост – пойдет. Вопрос скорее в другом. Хочу ли я сама, чтобы он отправился со мной? Если нас постигнет неудача, погибнем оба. Возможно, нас захватят в плен и нам придется съесть морник. Что лучше? Погибнуть вдвоем или кому-то из нас остаться в живых и волочить свое тяжкое существование, лишившись любимого человека? Сердце сжимается от мрачных размышлений. Я знаю точно, что я не хочу жить в мире, где нет Пита. Вот и ответ. Лучше умереть вместе. Но что нас будет ждать после смерти? Многие верят, что умирая мы должны воссоединиться со своими любимыми. Вера – хорошее слово. Нам необходимо во что-то верить, чтобы не терять надежды и силы духа.

* * *

Я лежу на большом валуне, подставив лицо солнцу. Тренировка на открытом воздухе оказалась ободряющей. Боггс не смог присутствовать, поэтому командование легло на плечи Гейла. Пробежка по пересеченной местности. Для Энни и Джоанны она оказалась более проблематичной. Они еще не оправились после вчерашнего. Но самое основное сегодня – ловушки. Гейл по ним специалист. Я знаю их все наизусть, поэтому могу позволить себе немного расслабиться. Я слушаю пение птиц. В этот момент не хочется ни о чем думать. Сейчас, хоть этот миг будет кратким, я чувствую себя свободной. Раскидываю руки, словно птица, расправляющая крылья. Хочется улететь отсюда подальше, вдохнуть воздух полной грудью. - Прогуливаешь тренировку, Кискисс? Я замираю. Боюсь пошевелиться, словно могу спугнуть его. Мои глаза закрыты, но я слышу, как Гейл подходит и присаживается на траву рядом с валуном. Я молчу, ничего не отвечаю. Жду что он скажет дальше. Опасаюсь, что могу снова начать грубить. - Я понимаю, ты не хочешь говорить со мной… - Где остальные? – спрашиваю я. - Тренируются ставить ловушки. Я принес новые, которые мы сделали вместе с Бити. Тебе стоило бы взглянуть на них, - Гейл глубоко вздыхает. – Посмотри на меня, Кискисс. Я резко сажусь, открывая глаза и поворачиваясь к нему. - Смотрю. Доволен? Гейл опускает глаза. - Я делаю тебе больно. - Делаешь, - киваю я. – Ты был моим другом. И в одно мгновение ты заявляешь, что мы никогда не были друзьями. Что я должна чувствовать? - Прости, - тихо говорит он и смотрит мне в глаза. Снова это происходит. Снова я не могу злиться на него. Не сейчас. Не тогда, когда в его глазах столько боли. - Я тоже делаю тебе больно, - я перевожу взгляд на свои руки. Мы молчим некоторое время, не в силах взглянуть друг на друга. - Ты сам все испортил, Гейл, - наконец, говорю я. Он удивленно смотрит на меня. - Все могло быть иначе. Ты мог признаться мне. - И что изменилось бы? – спрашивает он. - Я не была безразлична к тебе. Ты дорог мне. Мы могли быть ближе, чем напарники по охоте, ближе, чем просто друзья. Я встаю с валуна и подхожу к ближайшему дереву, поворачиваясь спиной к Гейлу. Провожу по шершавой коре ладонью. - Я могла бы полюбить тебя… - по моим щекам начинают течь непрошеные слезы. Я плачу по той жизни, которая могла у нас быть, если бы мы сбежали до Квартальной Бойни. Может, мы были бы счастливы, живя в лесу. - Могла бы? – Гейл встает и подходит ко мне. Я не отвечаю, лишь тихо всхлипываю, быстро вытирая слезы. - Ты плывешь по течению, Кискисс, - тихо говорит Гейл. – Тебе пришлось отправиться на Игры. Тебя заставили играть в любовь. Он любит тебя. И тебе пришлось. Ты не любишь проблемы. Ты не боролась. Я резко поворачиваюсь к нему. - Не боролась? - во мне просыпается гнев. – Я думала о тебе постоянно. Ты не знаешь каково мне было знать, что ты видишь каждый наш с Питом поцелуй! Но иначе я не могла спасти свою семью и тебя! - И Пита, - хмыкает Гейл. - Ты быстро предала свои мысли. - Мы ничего не можем изменить, - я вздыхаю. – Я люблю тебя, Гейл. Ты… Он подходит вплотную ко мне. Я не успеваю ничего сказать, как он притягивает меня к себе и целует. Его объятия такие сильные, что мне становится трудно дышать. Вырваться я не смогу, поэтому решаю даже не пытаться. Я позволяю ему целовать себя, молясь о том, чтобы Пит находился сейчас как можно дальше и не увидел нас. В этот момент я понимаю, что не ошиблась. Гейл целует меня, а я ничего не чувствую. Через несколько секунд он отстраняется и смотрит мне в глаза, словно пытаясь прочесть мои мысли. - Ты мой друг, - шепчу я. – Пит – моя жизнь. Гейл отходит на два шага назад. - Ты так чувствуешь? - Я так чувствую. Он молча кивает, разворачивается и через несколько секунд скрывается из виду. Я прислоняюсь спиной к стволу дерева и закрываю глаза. Я чувствую, что Гейл еще не поставил точку в наших отношениях. Но хоть немного, но мне стало легче.