Там, за горизонтом

- Да как они посмели? Старшая из колдуний бесновалась в своём кабинете. Только что она получила письмо, в котором сообщалось, что две её лучшие ученицы предали её. Ладно бы они посмели просто пойти против совета колдуний, но нет же, они избрали самое худшее из предательств. Старшая была в крайней степени ярости. Прощать подобное она не собиралась. - Значит, решили пойти против нас, - прошипела колдунья, оборачиваясь в сторону стоящей у двери светловолосой женщины. Та кивнула в ответ. - Что же, они сами подписали себе смертный приговор. Никто не смеет насмехаться над нашей властью, тем более предавать нас. - Они заплатят за свой опрометчивый поступок, сестра, - проговорила женщина с улыбкой на устах. - Именно. Собирай совет. Будем решать, какое наказание они понесут. В любом случае это будет смерть. Осталось лишь выбрать один из вариантов, что приведёт предательниц к ней. Светловолосая улыбнулась ещё шире, поклонилась и скрылась за дверью кабинета. Никто не смеет предавать совет колдуний. Эти две нахалки посмели пойти против, теперь им одна дорога - жестокая и мучительная смерть.

***

Совет был собран немедленно. В него входили лишь сильнейшие колдуньи, чей авторитет не подлежал сомнению ни у кого. В сущности, этот сбор был лишь формальностью, все прекрасно понимали, каким будет решение. С самого формирования круга колдуньи ненавидели мужчин. Это являлось одним из важнейших условий. Мужчина - низшее существо, пригодное лишь для силовой работы, как защита женщины, обеспечение её питания и тому подобное. В крайних случаях мужчина необходим для процесса размножения, но лишь с теми женщинами, что не имеют никакой ценности. Это самые слабые и страшные особы, у которых нет никакой силы. С младенчества девочек отбирали из семей по определённым критериям, заведённым в круге. Нет, это делалось не принудительно, девочки сами решали пойти в колдуньи. Быть в числе избранных, значит, иметь власть, силу, деньги, молодость, красоту... Этого хотели большинство, они это получали, вступив в круг колдуний. Кто же был против, а это лишь единицы, были ничтожны. Одним из главных условий было полное отрешение от мужчин. Колдунья, коли посмеет вступить в связь с этими низшими существами, став женщиной в истинном смысле этого слова, теряет свою силу, становясь никчёмной, простой женщиной. Девушки настолько привыкают к своей силе, что лишение её сродни смерти. Все колдунью смотрят на мужчин не то что с высока, а как на грязь под ногами. Они видят в них лишь инструмент для своих целей, но никак не для того, для чего их создала природа. В них не видят ровни. В той части маленького мира, что оказался окружён барьером, где правление было полностью подчинено колдуньям, рождаемость катастрофически снизилась. Колдуньям негде было брать новых воспитанниц. Отсюда круг решил, что необходимо уже расширить границы, тем самым установить свою власть повсюду. Лишь якобы они, мудрые и сильные властительницы, имеют право править миром. Тех же, кто посмеет им перечить, не сдавшись добровольно на их милость, ждёт смерть. Этот план по завоеванию остальной территории состоял давно. Колдуньи постепенно, шаг за шагом, расширяли свои границы, пока не достигли земель лордов, граничащих с ними. Естественно, те, кто получили силу от властелина, не собирались уступать свои владения кому-либо. Вот тут-то и началась война. Ранее лорды не ссорились, сидя каждый у себя, в чужие дела не лезли. Сейчас же всё изменилось. Поскольку Фуука была одной из тех, кому властелин даровал часть своей силы, она посмела пойти против остальных лордов. Главным её аргументом было то, что все остальные являлись мужчинами, низшими созданиями, а значит, обязаны были подчиниться ей, как великой и могущественной женщине. Те посмели ей перечить, отказались сдаться на её милость и совета колдуний. Сейчас же колдуньи вели бои с одним из лордов. Его звали Эй. Он был просто помешан на воинском искусстве. Все в его владениях, будь то женщина или ребёнок, обязаны были изучать военное дело, уметь держать в руках оружие, пользоваться им, знать тактику и стратегию... На его землях постоянно шли учения. Такая мини-война на своей же территории. Помимо него колдуньи взялись одновременно и за второго лорда, чьи владения граничили в данный момент с ними. Его звали Чоуза. Этот человек постоянно проводил какие-либо эксперименты. В его владениях все постоянно болели непонятными хворями. Чтобы люди быстро не умирали, Чоуза приказал выдавать им раз в день какие-то пилюли, что помогали противостоять различным заболеваниям, что сам лорд наводил на округу. Никто не знал, действительно ли они действуют или просто пустышки. В любом случае никто не смел перечить. Бежать некуда, с одной стороны идёт завоевание колдуньями, а с другой - лорды, что опаснее смерти от болезни. И вот в это время, когда колдуньям необходима сила каждой из воспитанниц, две из них посмели сбежать. Причём не абы какие, а одни из лучших и сильнейших. Совет был в ярости. Круг колдуний принял решение пойти на штурм земель тех, кто приютил предательниц. Два лорда - Эй и Чоуза - не ожидали подлого удара колдуний в спину, пав под их натиском. Естественно, что они сопротивлялись, но было поздно. Совет понёс огромные потери, лишившись большого числа воспитанниц, но собирался восстановить силу и мощь из числа девушек в завоёванных землях. Теперь колдуньи собирали силы, направляясь на земли двух самых могущественных лордов, коим властелин когда-то даровал свою силу. Атаковать обоих кругу было не под силу, поэтому совет долго совещался, решая, на кого первого падёт их карательная длань. Выбор пал на графа Харуно Кизаши. Его владения находились на достаточном отдалении от его сподвижника, герцога Учиха Фугаку, поэтому колдуньи решили атаковать резко, исподтишка, как и с предыдущими лордами. Прямой бой имел бы для совета катастрофические последствия. Обман и предательство - единственный вариант, которым можно одолеть врага такого уровня. Только действуя из тени, на отдалении, колдуньи могли надеяться на успех. Учиха не успеет прийти на помощь другу. Если не полный дурак, а колдуньи знали, что Фугаку очень умён, он станет готовиться к войне, дабы не только защитить себя, но и отомстить за друга. Против этого хитрость уже не поможет. Колдуньи знали, что придётся использовать свой козырь, но это было крайне опасно. Выживут после этого лишь единицы, но данный вариант был единственным выходом, который круг видел для достижения своей цели. Когда падут Учиха и Харуно, власть колдуний станет безграничной. Другие лорды не так сильны, им нечего противопоставить могуществу совета. Они сдадутся, вся безграничная власть окажется в руках колдуний.

***

- Господин, - слуга, тяжело дыша, ворвался в покои герцога, протягивая конверт, - срочное послание. Фугаку взглянул на лист бумаги. На нём была печать графа Харуно. Что за срочность? Брюнет взял послание, разорвал печать, открыл конверт, пробегая глазами по строчкам. Микото, сидевшая рядом на небольшом мягком диванчике, взволнованно глядела на мужа, лицо которого менялось с каждым прочитанным словом. Сжав ладонь с зажатым в ней листом бумаги, герцог закрыл глаза, откинув голову на спинку кресла. Женщина жестом руки приказала слуге удалиться, что тот и поспешил сделать, потом подошла к мужу, опускаясь перед ним на колени. - Дорогой, что случилось? Что там? Фугаку молчал какое-то время. Казалось, что он вообще спит, поскольку совершенно никак не реагировал ни на что. Потом медленно открыл глаза, поднялся и подошёл к камину. - Эти мрази перешли черту дозволенности, - прорычал он, глядя на пляшущие языки пламени. Микото взглянула на смятый лист бумаги, что остался лежать около кресла, где только что сидел герцог, взяла его в руки, развернула и углубилась в чтение. Пробежав глазами по строчкам, она вскрикнула, прикрыв ладонью рот. - Нет. Как такое возможно? - прошептала она, не в силах отвести взгляд от письма. Глаза женщины защипали слёзы, руки дрожали. Выронив лист, Микото зарыдала, спрятав лицо в подол юбки, коей пыталась утереть слёзы. Фугаку молчал. Через несколько мгновений он резко развернулся, направляясь прочь из комнаты. Где-то в коридоре послышался его звучный голос, отдающий приказы. Ещё через промежуток времени послышался сигнал боевого горна. Трубили военный сбор. Микото всё ещё сидела на полу, когда муж вернулся в комнату. - Я ведь знала, - прошептала она, невидящим взглядом глядя в одну точку. - Я чувствовала, но пыталась успокоить себя, считая, что это лишь моё воображение после известий о примыкании к ним Эя и Чоузы. Я не предупредила. Это я во всём виновата. Слёзы с новой силой хлынули из глаз женщины. Герцог подошёл ближе, обнимая жену. - Ты не виновата, - шептал он, гладя Микото по волосам. - Клянусь, они заплатят за это своими паршивыми жизнями. - Они придут сюда? - Наверняка. - И что ты собираешься делать? - Всё, что в моих силах. - А как же... - Я позабочусь об этом. В этот момент раздался стук в дверь. На пороге стоял гонец. - Господин, я жду Ваших указаний, - проговорил мужчина. - Скачи к нему, отвези письмо, - проговорил Фугаку, вставая и направляясь к столу. - Я должен знать ответ. Он что-то быстро написал на листе бумаги, сложил, запечатал печатью с гербом своего клана, потом взял скомканный лист, что пришёл с известием ранее, добавив к своему посланию. - Это должно быть доставлено как можно скорее. - Да, господин. - Если что, ты знаешь, что должен делать. Гонец кивнул. Герцог передал конверты, а когда воин удалился, вернулся к жене. - Думаешь, они... - начала Микото, но Фугаку её перебил: - Нет. Я уверен, что всё обошлось. - Но ведь они могли... - Любимая, я знаю Кизаши. Он бы не допустил этого. - И что теперь? - Ждать ответ. И готовиться к войне.

***

Через месяц армия колдуний вторглась в земли герцога Учиха. Армии сошлись в кровавой резне, которую уже давно не видела земля. Бои были крайне ожесточёнными. Фугаку был один, его армия уступала в численности захватчикам, что собрали силы с завоёванных земель. Воины сражались отчаянно, но численность взяла верх. В итоге армия колдуний окружила замок герцога, загнав всех внутрь. Взять замок приступом было просто невозможно. Оставалось лишь брать измором. Люди были уставшими, измождёнными. Запасы провизии и воды быстро заканчивались. То, что сопротивленцы не сдадутся, было не новостью для колдуний, но им это и не нужно было. Они знали, что те, кто заперт в замке, в любом случае выбрали бы смерть, так что биться будут до конца. Ни о каком намёке на то, чтобы сдаться, как в случае с Эем и Чоузой, речи и идти не может. Учиха знал, что остались считанные дни. Герцог прекрасно осознавал, что им не протянуть долго, но и сдаваться живым не собирался. Да, они все умрут, но и заберут с собою всех, кого смогут из этих мерзких тварей. Частые вылазки сделали своё дело, армия колдуний несла многочисленные потери. Но ведь и числу воинов герцога тоже был предел. С каждым днём их становилось всё меньше и меньше. Колдуньи торжествовали. Близился час их триумфа.

***

Прошла неделя. Ночь укутала землю чёрным саваном, скрывая следы того кошмара, что люди сотворили. Стоило луне показаться из-за туч, освещая мир своим призрачным светом, становилось жутко от созерцания всего ужаса войны. Скоро рассвет, значит, начнётся очередной штурм. Накануне прибыли сами главные колдуньи. Видимо, решили ударить последними по жалкой горстке оставшихся в живых, тем самым присвоив себе всю победу. Что же, они всегда так поступали. Все обитатели замка знали, что утренний штурм станет последним. Им не пережить его. Закат уже никто из них не увидит. Но никто не переживал по этому поводу, все давно смирились со своей участью. Они были готовы умереть, но не склонить головы перед мерзкими колдуньями. По тёмным и тихим коридорам шёл высокий мужчина. За ним по пятам следовала женщина. Доспехи герцога были проломлены, одежда изорвана. Были видны забинтованные раны. Учиха молча направлялся в самый дальний конец замка. Это крыло считалось чуть ли самым мрачным, поскольку являлось частью скалы. Вниз спуститься было невозможно. Отвесная стена проходила параллельно горе, а в каком-то метре от подножия располагалась пропасть. Насколько глубоко её дно? Никто не знал. Ширина пропасти составляла около двадцати пяти метров, а за ней шли дремучие леса, в которых человек вряд ли когда-либо появлялся. Возможно, изредка, но и то лишь на окраину могли забрести воины. Места тут дикие, неизведанные, полные опасности. Но это единственное место, куда никто не пойдёт, чтобы попытаться взять приступом замок. Просто невозможно. Высота абсолютно отвесной стены составляла порядка пятидесяти метров. Зацепиться было совершенно не за что. По горам не было никаких шансов пробраться. Четыре узеньких окна были пригодны лишь для проветривания. Пролезть через них человек не может, а если и удастся, то от падения с такой высоты его ничто не спасёт. Герцог остановился около одного из окон, глядя на звёзды, что постепенно тускнели на небе. Рассвет близок. Микото стояла рядом молча, даже не шевельнулась. Через пару минут послышались шаги. Из темноты вышли трое воинов, что несли огромный свёрток. При их приближении стало ясно, что это толстая верёвка. Герцог опустил на пол плетёную узкую корзину, что держал всё это время в руках, взял один конец длинного каната, обвязал ручку, потом поднял корзину и подошёл к окну. - Ты ведь помнишь всё, что я сказал? - проговорил Учиха, глядя в небо. - Не волнуйся, всё будет хорошо. Микото лишь всхлипнула у него за спиною, но не проронила ни слова. Фугаку молчал несколько мгновений, а после положил в корзину свой меч, протиснул её в щель окна и стал спускать. По мере того как корзина опускалась, мышцы мужчины напрягались всё более. Вскоре к герцогу присоединился один из тех, кто нёс верёвку, потом и другие. Чем дальше отдалялась корзина, тем тяжелее она становилась, ведь прибавлялся ещё и вес каната. - Я боюсь, - послышался голос герцогини. - Всё будет хорошо, любимая, - проговорил Фугаку. - А если... - Успокойся. Вскоре в руках мужчин остался лишь крошечный кусок каната, а вес говорил о том, что корзина ещё не достигла земли. В этот момент послышался сигнал горна. - Они начали атаку, - произнёс один из воинов. - Что же, всем приготовиться, - сказал Учиха. Мужчины отпустили канат, который молниеносно исчез в окне. Воины побежали к главным воротам, а Фугаку подошёл к Микото, сжимая в объятиях и крепко целуя. - Они не получат мою силу, - прошептал мужчина. - Меч им никогда не достанется, а без него все их усилия тщетны. - Да. - Ты готова? - Я всегда готова. Они двинулись на встречу судьбе. Пусть это их последний бой, но умрут они вместе.

***

Последний приступ был не менее ожесточённым. Кровь лилась рекой. К вечеру всё было кончено, замок взят, все его обитатели уничтожены. Колдуньи применили свой козырь, высвободив всю ту энергию, что копили годами. Это было поистине катастрофическое зрелище. Казалось, что сама земля расколется сейчас на мелкие кусочки, обратится в пыль. Людей буквально разрывало изнутри. Но всё же остались единицы, что выжили. Внешний мир был уже не тот. Сила, что они высвободили, в буквальном смысле слова изменила облик земли. Оставшиеся в живых колдуньи торжествовали, увидев результаты, тела герцога и герцогини. Но их радость была омрачена известием, что могущество лорда заполучить им не под силу. Именно меч Фугаку и был вместилищем той части силы, что властелин некогда даровал своим приемникам. Поиски шли в течение огромного количества времени, но не привели к успеху. Они не знали, что нужно искать и где. Меч исчез, а с ним и надежда колдуний на мощь одного из сильнейших лордов. Мало того что они не получили силу графа Харуно, что каким-то образом тоже имел другое вместилище для силы, о котором никто не знал, которое колдуньи не сумели найти, так и в этот раз их постигло разочарование.

***

Над горой земли, что нанесло жутким ураганом, стоял человек. Он склонился, разгребая насыпь руками, стараясь не оступиться, чтобы не сорваться в пропасть. Вскоре его взгляду предстала корзина. - Что тут у нас? Стряхнув пыль с ткани, в которую была завёрнута корзина, он откинул её, заглянув внутрь. Губы дрогнули в слабой улыбке. - Не думал, что я ещё когда-либо увижу тебя в такой близости. В прошлый раз мне хватило "знакомства" с тобою. Взгляд мужчины прошёлся по содержимому. Усмехнувшись, словно что-то решив для себя, он поправил маску, скрывавшую половину его лица, взял в руки корзину и, аккуратно ступая, дабы не сорваться с обрыва в пропасть, направился прочь.