Проклятые

81 год назад Солнце клонилось к закату, громадным алым диском заслоняя горизонт. Лёгкий ветерок теребил воздух и игриво шелестел в листве. Он стоял в тени деревьев, как тень столетий или дух мести. Он ждал своего часа. Палочка в складках мантии даровала чувство спокойствия и уравновешенности, будто всё было под контролем. Он купил её за пару галеонов с рук в Косой аллее, а точнее в её ответвлении, так что теперь можно было даже не думать, что министерство уличит его в применении магии. Да всё оно так и было. Никто, кроме него самого не знал о его нахождении здесь, а тем более никто не смел и догадываться о его замыслах. Он прибыл сюда этим утром. Дом Мраксов находился на отшибе, вдали от маггловских глаз. Стоял весь заросший и обветлявший, как иссохший старик на исходе лет. Словно только откроешь дверь, и он тут же рухнет. Он прошёл внутрь и палочкой осветил помещение, сплошь заросшее паутиной и населённое мелкими существами. Тут не было ничего ценного, кроме пары разбитых глиняных горшков с плесенью внутри и одной чугунной сковородки. Вещей тоже почти не было, только старые лохмотья, напоминающие тряпки, висели в шкафу. Он даже не успел пройти и пары шагов от дома, как наткнулся на Морфина. Он нёс в руках убитую змею, так как труп предыдущей истлел на двери до скелета и вызывал не так много отвращения, как свежеубитая. Надо сказать, что мило побеседовать с вышеупомянутым родственником так и не получилось, тот почти сразу набросился на него швыряя в него проклятья одно за другим. Поэтому пришлось его связать верёвками и применить режущее заклятье, дабы показать, что с ним шутки плохи и лучше ответить на его вопросы по- хорошему. Надо отдать дядюшке должное - держался он долго, но потом выложил всё как на духу, аж до пятого колена просветил его на счёт предков. Но ему было важно другое — его мать, и он выжал из Морфина всю информацию о ней, выжал до капли и ушёл, оставив его связанным. Поместье Реддлов лежало прямо у подножья холма, и со своего места Том мог спокойно наблюдать, как семейство из трёх человек вышло из машины, маггловской передвигающейся на колёсах коробки, и важно вошло в дом. Рука непроизвольно сжала палочку. Он презирал мать за то, что она связалась с магглом. Ни капли жалости не было в его сердце, когда он думал о том, как она корчилась от боли производя его на свет, как испускала дух. Но дикая ненависть теребила его душу, душила огненными пальцами, когда он представлял, что его отец бросил умирать в нищете её и его, тогда ещё не родившегося и обречённого остаться сиротой, а сам вернулся к богатеньким родителям и спокойно жил все эти годы. Ветер будто усилился и похолодел, по небу поползли тучи, нагоняя на землю мрак. Том оглянулся по сторонам, чтобы удостовериться, нет ли кого поблизости. Пора было спускаться к поместью Реддлов, и не хорошо, если за ним увяжется непрошенный гость. Где- то между деревьев слабо замерцал тусклый свет. Приглушённый треск, как от молнии и он вдруг померк, оставив нехорошее предчувствие. Том двинулся вперёд, продираясь сквозь густой кустарник и зло одёргивая цепляющуюся за него мантию. Идти пришлось недолго, буквально через несколько минут он вышел на поляну. Света здесь уже не было, но зато неподалёку, возле корней деревьев, что- то копошилось. Он не стал спрашивать помочь ли, не подал руку, просто стоял в стороне и смотрел, как какой-то человек медленно и неуверенно поднимается на ноги. — Аппарация довольно сложная наука, а для тех, кто её не освоил, ещё и довольно опасная, — сказал Том. На него подняли глаза в которых отразилось на короткий миг лишь удивление, а потом и оно померкло. Девушка окончательно выпрямилась и гордо на него посмотрела, можно было бы сказать что с высока, если бы Том не был выше неё на голову. Приподнятый подбородок, упрямый взгляд… — Как же мне повезло тогда, что я встретила такого обеспокоенного человека, как ты, — сказала она с нескрываемым сарказмом, резким движением откидывая волосы назад. Она оглянулась по сторонам и правильно определив направление направилась в сторону спуска с холма. Ветер всё усиливался, нагоняя на небо тяжёлые свинцовые тучи, которые вот- вот грозились разинуть пасть и пролить на землю потоки воды с градом, приправляя всё это шквалистым ветром. Том спустился следом за девушкой, которая уже успела довольно далеко уйти в перёд и продолжала быстрым шагом идти дальше, даже не оборачиваясь. Она то и дело поправляла капюшон, который сдувало усиливающимся ветром, и словно от чего- то бежала или от кого- то. Он оглянулся на особняк Реддлов, в окнах мерцал свет от электрических светильников, а за одним из них он разглядел мужской силуэт. Возможно, это был его отец. Том резко отвернулся, сбрасывая наваждение. Устраивать самосуд, когда здесь находился ещё один волшебник, и который к тому же ещё его и видел, было глупо. И куда опаснее было, если эта девчонка набредёт на хижину Мраксов и обнаружит там связанного Морфина. Не раздумывая больше ни минуты, он пустился догонять незнакомку, но не бежал, а лишь быстро шёл, большими шагами преодолевая расстояние между ними. Догнал он её буквально через несколько минут. Она стояла на перекрёстке и крутила головой по сторонам, думая куда идти. Том остановился неподалёку, ожидая, когда она сама повернётся в его сторону или примет какое- то решение. Яркая вспышка молнии и раскат грома пронеслись по окрестности, словно кто- то свыше издавал боевой клич, перед тем, как напасть. И с неба хлынул поток воды, стеной отделяя его от незнакомки. Том наложил на мантию водоотталкивающее заклинание, но видно было всё же плохо. Он прошёл некоторое расстояние в поисках девушки, но та бесследно исчезла, словно растворилась в водной пелене, как тень. Том не стал дальше её искать, зайдя в заброшенный дом, что находился неподалёку, на главной улице, обильно поросший кустарником и плющом, а мох уже давно прижился на фундаменте. Разведя огонь в камине, он уселся в кресло напротив, размышляя над тем, что принёс ему этот день. Вне всякого сомнения он был плодотворным и богатым на ценную информацию. Помимо того, что он узнал достаточно много о своих родных, которые, впрочем, не внушали ему ни капли уважения, скорее даже наоборот - Морфин вызывал лишь презрительную усмешку, а отец - жгучую ненависть. Те же, кто почил, с миром были ему безразличны и не вызывали никаких эмоций. Он их не знал и возможно даже, что это было и к лучшему. Завтра Том снова отправиться в поместье Реддлов, чтобы увидеть в глазах своего отца- маггла страх перед ним. Губы растянулись в победоносной улыбке, в предвкушении сладкой мести, о которой он мечтал, кажется, с рождения, с того самого момента, как его мать испустила дух и оставила одного… Дверь распахнулась и на пороге оказалась та самая незнакомка. Том окинул её придирчивым взглядом, отмечая, что та промокла до нитки. Вода текла с неё ручьём, будто её только что окунули в озеро. Она с трудом закрыла дверь и привалилась к ней спиной, видимо устав бороться со стихией и совершенно выбившись из сил. Собственно, сочувствовать и помогать ей он не спешил, предпочитая уютно сидеть в кресле, нежась перед жаром камина, который уже успел достаточно растопиться. — Ужасная погода, не правда ли? — спросил он как ни в чём не бывало, растягиваясь в злорадной усмешке. Девушка устало бросила в его сторону взгляд и прошла в соседнюю комнату, на ходу снимая мантию, под которой на удивление оказалось милое до тошноты светло- зелёное платьице, что совершенно ей не шло. Он не знал почему и не хотел вдаваться в подробности. Время шло, уже перевалило за полночь. Он то проваливался в сон, то тут же из него выныривал терзаемый не то кошмарами, не то предчувствиями. Жаркая пасть камина дышала прямо в лицо и от того сны становились насыщенней и яростней. Том в очередной раз открыл глаза, бросив взгляд на окно, за которым всё ещё лил дождь, и кажется не собирался останавливаться. Он встал с кресла и, пройдясь по гостиной, заглянул в соседнюю комнату, где в ужасе прыгали тени. В какой- то большой ёмкости горел странный синеватый огонь, рядом, на диване, спала девушка, укрывшись почти с головой одеялом. Спала она не спокойно, хмуря лоб и сгребая под себя одеяло. На утро Том проснулся рано. Дождь поумерил свой пыл и всего лишь немного моросил. Девушки уже и след простыл, только огонь догорал в чане, как единственное доказательство, что она вообще существовала.

***

Какова была вероятность, что первым, кого она встретит в этом времени, будет именно он? Главное, чтобы он ни в коем случае не узнал, кто она, а значит находиться рядом с ним было не желательно. Всю ночь её мучали кошмары, а под утро она буквально убежала из того дома, на ходу накидывая на себя мантию. Первым делом стоило ещё раз осмотреть ту местность, куда её перенесло. Вдруг следом за ней последовал кто- то ещё. Она поселилась в маггловской гостинице, свободно пользуясь магией, так как её палочка не была ещё зарегистрирована в министерстве. Лили заглянула на Косую аллею в надежде, что сможет найти там хоть кого- то из своего времени, но тщетно. Весь день она слонялась от магазина к магазину, думая над тем, куда могло занести её друзей. К тому же у неё было совсем немного галлеонов с собой, что несколько ограничивало. Теперь эта затея со спасением мира казалась такой глупой. Она теперь была здесь почти одна, никого не зная и без понятия, что нужно было делать. Глупо было надеяться, что всё будет просто, что Король сразу же заявит о своих намерениях, что они спасут кого- то и все с миром вернуться обратно. Не было чёткого плана, они первоначально не знали на что шли. Мерлин, какая она дура! На следующий день, проведя бессонную ночь в компании последних выпусков «Ежедневного пророка» выясняя, что необычного произошло в эти дни, она снова вернулась на Косую аллею, дабы разыскать хоть какую- то информацию об искривлении временного пространства и чем это могло грозить. В Хогвартс ей всё равно было не попасть, а вот книжный магазин как раз находился в её распоряжении.

***

Два дня спустя, когда Том уже намеревался вновь вернуться в Литтл-Хэнглтон, в Дырявом котле он столкнулся с одной странной девушкой, которая смотрела на него с другого конца паба полными ужаса глазами. Собственно, он не придал бы этому особого значения, мало ли чудаков на свете, если бы перед этим не встретил ту незнакомку на холме, имени которой даже не знал. Было над чем поразмыслить, ибо это было странно. Через месяц с небольшим он вновь отправится в Хогвартс, пожалуй, единственное место, куда он стремился больше всего. Он знал, что как только ему исполниться семнадцать, то спокойно сможет покинуть приют, в котором, к слову сказать, он почти не появлялся всё лето, обитая в особняке школьного товарища Дариуса Мальсибера. Тот был моложе Тома на год и питал к нему чувство уважения сродни восхищению. Родители его не были против Тома, так как он мог понравиться абсолютно любому, если очень этого хотел. Какой- то молодой человек в серой мантии преследовал его от самого Дырявого котла. Том заметил его сразу, только тот так и не приближался к нему, выслеживая с безопасного расстояния. А тем временем на глаза ему попалась недавняя незнакомка, которая накинув капюшон на голову, двинулась в книжный магазин. Прежде чем пойти за ней, Том критически оценил намерения того человека, что остановился возле одной из витрин и косо за ним поглядывал. Мерлин, у него определённо было плохо с конспирацией. Он, незаметно достав палочку и быстрым движением наложив «Конфундус», незаметно скрылся с места происшествия. Думая, что мог бы поступить с этим неосторожным волшебником куда хуже. — Здравствуй, — он подошёл сзади, и девушка вздрогнула, мгновенно захлопнув книгу, будто почувствовала его кожей. «Время и пространство. Искривление» — прочитал Том на форзаце. Это интересно. Она перехватила его взгляд и поспешила поставить книгу на место. — Какого чёрта ты здесь забыл? — Увидел на улице, как ты входишь и решил поздороваться, — сказал он, с удовольствием отмечая, как она мечется, пытаясь уйти. Но он спокойно стоял у неё на пути, намереваясь выяснить что та скрывает. Не просто так же она так вела себя так странно. — И тебе здравствуй, — сказала она тоном таким, будто хотела побыстрей избавиться от него. Хотя может так оно и было, только вот он имел на неё совсем другие планы, поэтому отпускать так просто не собирался. — Как твоё имя? — Это так важно? — Ради приличия. Когда мы в следующий раз столкнёмся… — Мы не столкнёмся в следующий раз, — перебила она его. — Так в этом уверена? Она усмехнулась и покачала головой, пробормотав при этом что- то вроде «сумасшествие». — Меролл. Меня зовут Меролл. — Тебе не идёт. — Что? Имя? — она, кажется, была удивлена. — Да, — просто заявил Том, — И имя, и это платье. Девушка разразилась заливистым хохотом. Том внимательно на неё посмотрел, дожидаясь, когда она успокоится. — Какое всё несочетаемое, — хохотнула она, — Мне можно пройти, или будет допрос с пристрастием? — И ты не спросишь, как зовут меня? — Это не столь важно, — она пожала плечами, а он нахмурился. Наглая и самодовольная девчонка! — Но правила приличия ведь требуют? — Том Реддл. — Очень приятно, Том, — сказала она, прищурившись. — Ай! Извините, — худенькая девушка с длинной косой резко затормозила перед Меролл, чуть в неё не врезавшись и только каким- то чудом не уронив увесистую стопку книг. Том закатил глаза. Гриффиндорцы! Вечно куда- то спешат, а эта так и норовит нарваться на неприятности. Он красноречиво посмотрел на неё, выжидая, когда та пройдёт мимо, чего так и не случилось, так как та налетела на Вальбургу и всё- таки уронила стопку с книгами. — МакГонагалл, ты мне ногу отдавила! — взвыла Блэк, не вовремя появившись из-за стеллажа. — Ничего я тебе не отдавила! — пробубнила упрямо девушка, собирая в спешке книги. — Ещё как отдавила. Если я на празднование собственного дня рождения буду хромать… — грохотала слизеринка, раздуваясь от негодования. — Не будешь, — подала голос Меролл, кивая на ноги Блэк, — Всё ведь в порядке? Та вздулась ещё больше, но сдержалась от едкого комментария. — Удивительно, что так. Гриффиндорка благородно кивнула в сторону Меролл и удалилась, гордо перекинув на спину косу. — Прекрасно выглядишь, Вальбурга, — сказал в свою очередь Том, но не с целью подбодрить, а, чтобы не показалось, что он остался в стороне. — Спасибо, — ответила та, смягчаясь и примирительно обратилась к Меролл, которая не стесняясь ухмылялась, — Мы не знакомы. Я — Вальбурга Блэк, — и при этих словах вся вытянулась, показывая всю свою стать. Истинная Блэк. Это то и нравилось Тому в ней. Перед ней было невозможно устоять, она сражала своей непоколебимостью и убеждениями, сражала одним своим появлением. Ей можно было восхищаться бесконечно. И этот её выпад в сторону неучтивой незнакомки показывал, кто был здесь хозяином положения. Том с интересом наблюдал кто из них победит. Про себя он решил, что на стороне Вальбурги и если победа будет на её стороне, то он с лёгкостью сможет забыть про тот интерес, который в нём вызвала эта рыжая бестия одним лишь своим равнодушием к нему. — Меролл, — отозвалась она, прямо смотря на слизеринку. — Недавно в Лондоне? — Проездом, — уклончиво ответила девушка и бросила в его сторону мимолётный взгляд, заметив, что он внимательно за ней наблюдает, от Вальбурги это тоже не укрылось и она удивлённо приподняла тёмную бровь. — Что ж, если вы ещё задержитесь на день-другой, то может сможете прийти на празднование моего дня рождения? Видимо её она тоже заинтересовала. — Думаю, что мы ненадолго. — И всё же, милости прошу, — гнула свою линию Вальбурга, — Томас, надеюсь, ты тоже появишься. Не хотелось бы скучать среди бесполезных разговоров. — Я приду, — он учтиво склонил голову, провожая Блэк, а когда поднял взгляд снова, то Меролл уже не было. Это было забавно, она опять исчезла, не сказав и слова на прощание. Том упорно не хотел называть свой интерес к ней чем- то большим, потому что знал, что как только ореол тайны спадёт с её головы, она станет такой же скучной, как и все. — Мисс, я настаиваю, — донеслось снизу. Хозяин «Флориш и Блоттс» стоял на пути у девушки в сером плаще, — Верните на место. — Не понимаю, о чём вы, — нагло заявила девушка, сжимая в руке палочку, намереваясь выбраться из лавки любым способом. — Я видел, я видел! — взвизгнул хозяин лавки, чуть ли, не подпрыгивая на месте. Девушка взмахнула палочкой, тотчас же отправив его в другой угол магазинчика, где он врезался в полку и на него посыпались пергаменты. Том подошёл к нему, когда тот уже поднимался из груды свитков. — Всё в порядке, — отозвался тот, поправляя на себе сюртук. — Что она украла? — Ничего, совершенно ничего. Я верно ошибся, — пробормотал мужчина сокрушённо. — Возможно очень ценное и незаконное, — протянул Том, в упор смотря на продавца. — Нет, нет! Не говорите никому, — прошептал мужчина в отчаянии, вцепившись себе в волосы. — Так что это за книга? — О борода Мерлина, за что мне это, за что?! — Мистер Макмиллан, вы же хотите вернуть эту вещь? — Очень. Вы ведь мне поможете? Вы добрый человек? — мужчина вцепился в его мантию. — Конечно, — ответил Том таким тоном, что не оставалось сомнений в этом. — Эта книга — ценнейший дар. Она единственная в своём роде. Мне доверили её сохранение. — И вы положили её на самое видное место? — То, что лежит на виду, порой бывает ценнее того, что скрыто в подземелье, — изрёк мистер Макмиллан, — Но она… она знала про Древо. — Древо? — Там записаны все волшебники Англии, которые когда-либо здесь проживали. Любое родство, даже с магглами, всё. От этой книги ничего не скроешь, она знает иногда даже больше нашего. — И как же ей это удаётся? — Магия, — благоговейно прошептал хозяин лавки, поднимая глаза к потолку.

***

— Можно снять комнату? — спросила Лили у хозяина Дырявого котла, устало облокотившись о стойку и высыпав туда оставшиеся галлеоны. Мужчина угрюмо кивнул и отвернулся к ящичку за ключом. Она была настолько разбита, что добраться до маггловской гостиницы просто бы не хватило сил. Ключ был чуть заржавевший и сальный, прошедший не через один десяток рук. Даже думать не хотелось о том, что скрывалось за дверью, которую он отпирал. — Думаю, девушка передумала, — из рук выхватили ключ и положили обратно на стойку, стряхнув в ладонь нетронутые галлеоны. — Касс… — Паршиво выглядишь, — сказала Малфой, окинув её придирчивым взглядом и схватив под руку повела вверх по лестнице, на ходу бросив хозяину: «Она со мной». — Давно ты здесь? — спросила Лили, проходя в комнату и садясь в кресло. — Со вчерашнего вечера. Перенесло на какой- то богом забытый холм, — отозвалась Кассиопея. — Странно, я уже здесь два дня, — пробормотала Лили, — И я хочу есть. Вчера она перехватила только кусок сочной и прожаренной индейки и немного салата, так что теперь в животе призывно урчало, призывая хозяйку образумится и соизволить уже закинуть в пустой желудок хоть что-нибудь. — Ну на ужин нам, наверное, хватит, — произнесла Кассиопея, встряхивая кулаком с её галеонами. — Надо было лучше подготовиться, — сказала Лили. — Ну, нам было немного не до этого, — отозвалась Малфой и скрылась за дверью. Лили посмотрела в зеркало, стоявшее в углу. В нём отражалось нечто забитое и жалкое, что совсем не напоминало её прежнюю. Она бы теперь даже и не отказалась увидеть там Меролл вместо себя. Она не хотела говорить Тому своё настоящее имя, опасаясь, что в будущем это может навредить её предкам. И когда он сказал, что ей совершенно не идёт это имя, она рассмеялась, потому что сам того, не подозревая, он зрил в самый корень. Даже будучи с ней не знаком, он, казалось, знал её наизусть. — Поттер, я бы, конечно, сейчас съязвила, но ты выглядишь так, будто поцеловалась с дементором. Не хочешь сказать в чём дело? — сказала Малфой, появившись в дверях. — Это время просто так на меня действует, я чувствую себя здесь не в своей тарелке. — Не удивительно, мы же ещё не родились, — проговорила Кассиопея, расставляя на маленьком столике ужин. Они поделились новостями и информацией, которую удалось добыть. Как оказалось, у них не было ровным счётом ничего. А ещё их было только двое, когда как Круг скоро должен был уже что- то предпринять и было бы не плохо знать, что именно, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Ночью Лили спала плохо, ворочаясь с боку на бок. Она всё от кого- то бежала, а потом, устав, остановилась и в следующую минуту провалилась в чёрную пропасть. Был гул от множества человеческих голосов, слепило от неожиданного света, а наконец прозрев увидела над собой Тома, склонившегося почти к самому её лицу… — А- а- а! — воскликнула она и упала с довольно высокой кровати, в одно мгновение придя в чувства. — Поттер, ты рехнулась? — с кровати свесила светловолосая растрёпанная голова Кассиопеи, — Ты чего так орёшь, мёртвого же разбудишь! — Кошмар, — пробубнила Лили, забираясь на кровать снова и потирая ушибленный копчик. И спрашивается, чего она так испугалась? Ей снились вещи и похуже. Но тут она испугалась не Тома, явно не его. Ей было страшно во сне, но чего она боялась? Может это подсознание так выражало свою реакцию на происходящие? Она ещё не успела задремать, когда вдруг раздался грохот выбитой, наверное, с ноги двери и в комнату вбежало два человека с палочками наизготовку. Лили в свою очередь мигом вытащила свою из- под подушки. — Остолбеней! — Экспеллиармус! — Протего! — Денсенжео! — Протего! Лил, стой! Это мы! Рядом лежащая с ней Кассиопея, тоже успевшая вовремя сориентироваться и вооружиться, возмущённо застонала. — Да вы издеваетесь! — У меня только один вопрос, — сказал Ник, удивлённо на них воззрившись, — Почему вы в одной постели? — Из всех вопросов ты задал самый идиотский, Крам! — отозвалась Малфой, слезая с кровати и утаскивая за собой единственное одеяло. — Эй, — Лили схватила его за угол и потянула на себя. — Успокойся, Поттер! Один уже всё видел, — она многозначительно посмотрела на Скорпиуса, который стоял рядом с Ником и оценивал обстановку, — Другой, возможно, никогда не увидит. Дай ему шанс, — Малфой рывком дёрнула на себя одеяло, оставляя Лили в одном нижнем белье. — Ты… слизеринка! — выругалась Лили и, взмахнув палочкой, приманила мантию, висящую на стуле. Ник немного был смущён, опустив глаза, он таранил взглядом пол, а Скорпиус самодовольно улыбался. — Как вы здесь оказались? — Подумали, что вам некуда деваться и вы остановитесь здесь, а потом услышали крики и подумали, что на вас напали. — Крам, ты слишком много думаешь, тебе это определённо вредно, — сказала Кассиопея, проходя мимо него уже полностью одетая, — Я уже здесь второй день, а она третий, и вы только до этого додумались? — Второй? Третий? — удивлённо спросил Ник. — Нас перенесло сюда только вчера днём, — отозвался Скорпиус, поглядывая на Лили. Видимо от него не ускользнуло то, что она встречалась с Томом. — Такой разброс во времени. И почему всех не перенесло в одно место? — Ответ знает, наверное, только Король, — сказала Лили. А чего они ожидали? Никто из них не имел ни малейшего представления о том, что из себя представляли те часы и как они работали. И теперь их раскидало в разных направлениях. Лили не нашла в тех книгах, что находились во «Флориш и Блоттс» ничего, что могло бы объяснить их ситуацию. Люди годами занимались исследованиями в этом направлении, а она хотела почерпнуть всё и сразу из двух- трёх книг, просто пробежавшись по ним глазами. Значит, оставалось лишь найти такого человека в этом времени. Но первоначальной задачей всё же было выяснить, что замышлял Король со своими приближёнными и не дать ему это сделать, по возможности самим не умерев при этом. — Только давайте договоримся, если они всё же намереваются убить Волан-де-Морта, мы им не мешаем, — сказал Ник, выразительно посмотрев на Лили. — Не надо на меня так смотреть. Моя семья больше всего в этом заинтересована, — огрызнулась она. Как бы не было плохо от одной этой мысли, она всё же понимала, что таким образом спасёт магический мир от кровопролитной войны. — Ну будем считать, что у нас какой- никакой, но план. После недолгих рассуждений Ника и Кассиопею послали на разведку, а Лили и Скорпиус должны были выяснить, кого можно было навестить, с вопросом о пространстве и времени. Самым лучшим вариантом было вновь вернуться во «Флориш и Блоттс», но при входе в магазин висела табличка «Закрыто», и пришлось отправились в Лютный переулок, где Лили ещё ни разу не довелось побывать. — Мы берём вот эти, — сказал Скорпиус юркому продавцу с большой проплешиной на голове и положил два фолианта на прилавок. Продавец, оценив на глаз вес его кошелька, сразу загнул цену. Лили даже было чуть не вмешалась, но Малфой показал, что всё в порядке и путём не хитрых махинаций снизил цену до более приемлемой. — У тебя талант манипуляций, — сказала Лили, выходя из магазина. — Имею на это право, — ухмыльнулся он. Пожалуй, на этот раз это сыграло им обоим на руку. Никто из них четверых сильно не заботился о деньгах, когда все дружно собрались останавливать Короля. Собственно, никто и не предполагал, что всё так обернётся. Скорпиус сказал, что с Ником они стащили пару кошельков у магглов и обменяли их деньги на Косой аллее, так как воровать у самих магов было чревато. У некоторых из них кошельки были заколдованы и ещё повезёт, если палец не откусят при попытке кражи, не говоря уже о том, чтобы сунуться в Грингготс, где гоблины похлеще драконов охраняли богатства. — Ах, вот как! Мы значит там трудимся во благо наших брошенных на произвол жизней, а они по магазинам шляются, — негодовала Кассиопея, когда они с Ником вернулись с разведки. Собственно, ничего существенного они всё равно не приобрели, пара склянок с зельями на случай, если кого- то из них ранят, сменная одежда и ужин. Кошелёк Скорпиуса был аннулирован. Но лучше, чем вообще ничего. Лили мало когда задумывалась о деньгах, как об главном аспекте в жизни, она никогда в них не нуждалась, потому что её всегда обеспечивали родители, и ей казалось, что есть вещи и поважнее. Малфои скорее всего чувствовали себя не лучше неё, после шикарного то особняка, прислуживающих домовых эльфов и без лимитного счёта в банке. Но поразительно, как меняется представление о вещах, когда сталкиваешься с ними нос к носу в самой критической ситуации. Когда нечего есть, когда ютишься в маленькой комнате вчетвером, когда приходится воровать вещи, в такой ситуации более масштабные проблемы уходят на второй план. — Ник! — воскликнула Лили возмущённо, даже не донеся вилку до рта. Друг уплетал ужин с такой быстротой, что постепенно опустели ближайшие к нему две тарелки: с хлебом и беконом, который к слову сказать так никому и не удалось попробовать. — Крам, тебя легче убить, чем прокормить, — сказала Кассиопея, недовольно косясь в его сторону и вгрызаясь в куриную ножку. — Я хочу есть! — Все хотят. — А ещё говорят, что слизеринцы единоличники. — Я зверь! Мне нужно много пищи, иначе я кого-нибудь ночью съем… с голоду, — печально изрёк Ник и таким жалостливым взглядом проводил порцию спагетти, которую Лили старательно накручивала на вилку, чтобы не свалились, что они у неё встали поперёк горла. Кассиопея посмотрела на него так, будто говорила, что пусть только попробует откусить от неё хоть кусок и она ему что-нибудь отрежет, и это будет не язык. Ночевали все в одной комнате, разделив её барьером на женскую и мужскую половину. Но сначала пришлось изрядно побороться за место на кровати. В конце концов оно досталось Лили и Кассиопее, так как Скорпиус и Ник опасались, что те будут порицать их всю ночь, не давая спокойно спать. — Экономия, — брезгливо произнесла Кассиопея, залезая под одеяло и устраиваясь по удобнее, — Знаешь, что странно? — М? — Лили перевернулась на бок. — Призраков нет. Может, наши способности зависят от времени? Те, кого мы видели и к кому были привязаны здесь живы, и мы почти что нормальные. — Ты как- то грустно об этом говоришь. — Это немного не привычно.

***

«Чистота крови на век» — гласил герб Блэков, горделиво возвышаясь над головами присутствующих и будто напутствуя новому поколению. День рождения Вальбурги праздновали с размахом. Это были не долгожданные семнадцать, а всего лишь шестнадцать, но Блэк, любившая внимание, не хотела упускать возможность собрать под своей крышей все сливки молодёжи, большинство которых приходились ей родственниками. — Тут поговаривают, — начал Лестрейндж, — Ты не подумай, я этому не верю, но слухи… Том заинтересованно на него посмотрел. Если о нём говорили, то это было либо хорошо, либо не очень… — Говорят, что твой отец маггл, а мать предательница крови. — И кто говорит? — спокойно и вежливо спросил Том, будто интересовался погодой. Учиться на Слизерине полукровкам было всегда не просто, особенно если один из родителей был магглом. Можно сказать, что ему в каком- то роде повезло — он не знал ничего о своих родителях до того момента, как в Хогвартских архивах не обнаружил имя своего деда, в честь которого и было его второе имя — Марволо. А до этого говорил, что его родные все сплошь чистокровные. Маленькая ложь во благо выживания на таком факультете, среди змей. Он любил змей. И его приняли, как своего. Можно сказать, что своим упорством и умом он завоевал место под солнцем. И когда говорили подобные вещи в его адрес, он понимал, что ни у кого нет и не может быть доказательств каково его происхождение, но подобные слухи всё же были опасны. — Круцио! С этим словом вспомнилось всё его детство, вся его ненависть сначала к чистокровным, а потом к магглам и грязнокровкам. Никто! Никто не смел тыкать его носом в его происхождение. А кто посмеет, тот очень сильно об этом пожалеет. Юноша остался лежать на полу в подсобке, которую Том предварительно звукоизолировал, чтобы не возникло лишних неприятностей. Он уже был готов вернуться к остальным, как ни в чём ни бывало продолжить разговор с Рудольфусом, как на пороге гостиной увидел Меролл в компании какого- то блондина, который ей совершенно не подходил, так же как- то платье и имя. Сегодня же на ней было простое чёрное платье, не вычурное и очень элегантное, а рыжие волосы свободно распущены по плечам. — Всё- таки решили прийти? — спросил он, подходя к ним и взглядом оценивая блондина, который скривился при его появлении, чем ещё больше настроил против себя. — Мы решили задержаться в Лондоне ещё на пару дней, — ответила Меролл, чуть улыбнувшись в знак приветствия. Вальбурга повела их представлять родителям, а к Тому подошли братья Лестрейндж, заинтересованно поглядывая на вновь прибывших. — Что за семейство? — Макпорт, кажется. — Не слышал о таких. Они чистокровные? — Похоже на то. Уехали жить в Болгарию в начале века, теперь вот путешествуют. Меролл и её троюродный брат Скорпиус, который приходиться ей женихом, она здесь с братом, а он с сестрой, — просветил всех Рабастан, самодовольно ухмыляясь. — Свежая кровь в наших кругах всегда кстати, — отозвался Рудольфус. Болгария значит. Том посмотрел в сторону Макпортов, отмечая, что держаться они не так, как все чистокровные. Особенно она. Скованность в движениях, взгляды по сторонам были почти неуловимы, но он видел её, если не насквозь, то ровно настолько, чтобы понять, что здесь ей не по себе. Скорпиус ушёл в сторону мистера Крэбба, и Том не преминул воспользоваться случаем. — Я знаю, кто вы, — сказал он тихо, довольно близко приблизившись к ней сзади. Девушка вздрогнула, и по её коже поползли мурашки, образовывая «гусиную кожу». — И кто же? — она обернулась, прямо смотря на него, будто с вызовом. — Приспешники Гриндевальда. Она удивлённо приподняла бровь. — Он самый тёмный волшебник этого столетия, а сейчас набирает мощь. Совершенно ясно, что его цель — завоевать мир, а значит его сторонники находятся не только на территории Болгарии. — Если мы оттуда, это ещё ничего не значит. — Но нельзя отрицать, что ведёте вы себя довольно странно для большинства чистокровных семей. Вы приехали инкогнито, ни с кем не общаетесь и видно от кого- то скрываетесь, судя по тому, что ты всё время оглядываешься по сторонам, — закончил Том, выжидающе на неё смотря. Но речь на неё произвела небольшой эффект. Она лишь тяжело вздохнула и покачала головой. — Не хочешь пройтись? — Нет. Том чувствовал острую потребность в том, чтобы выдавить из неё всё, что она скрывала, но почему- то ничего из того, что он обычно применял, не действовало. Может дело в том, что он с самого начала с ней не играл? Что показал, кем являлся на самом деле? А теперь он об этом едва уловимо жалел, потому что никакие чары обаяния не могли помочь. Угрожать? Пытать? Нет. Нужно что- то другое. — Почему же? — Фраза «я не хочу» тебя не устроит? — Нет. — Тогда. Я не хочу идти с тобой, — сказала она и ушла. Опять. Присоединившись к своему троюродному брату и мистеру Крэббу, сидевших в углу гостиной. — Красивая девушка. Кто она? — спросил, стоявший неподалёку, Карлус Поттер у своей спутницы. — Меролл Макпорт. — Прекрасное создание. Том бросил в его сторону презрительный взгляд. Этот гриффиндорец не был почётным гостем в этом доме, Вальбурга его не переносила. Но он являлся мужем её двоюродной тёти Дореи, которая в данный момент была беременная их первенцем и находилась дома, а вместо неё его сопровождала её сестра Кассиопея, к двадцати семи годам так и не вышедшая замуж. Поэтому приходилось его терпеть всем. — Ты мне снилась, — сказал он. Девушка подняла на него карие глаза, пытаясь, наверное, понять зачем он это сказал. Том протянул руку и коснулся её щеки. Меролл вздрогнула и взяла его за руку, пытаясь её отвести, и чуть прикрыв глаза от смущения. — В недавнем кошмаре, — закончил он, с сожалением освобождая свою ладонь, так как с другой стороны парка к ним шёл её троюродный брат. — Даже так, — она облегчённо выдохнула, — Если это должен был быть комплимент или что-то в этом роде, то затея провалилась.

***

— Не ори на меня! — воскликнула Лили, когда они поднимались в комнату в Дырявом котле. — Ты сама не знаешь, чего хочешь! — продолжал Скорпиус на повышенных тонах. — Ты не имеешь права! — Он опасен! — Я сама разберусь! — зло цедила сквозь зубы Лили. Да какое он вообще имел право говорить ей что делать и с кем общаться? Она всего лишь сошлась с Томом ближе, чем обычно. И впервые прикоснулась к нему, к живому. Это было какое- то очень странное чувство. Скорпиуса это бесило, и он метал молнии направо и налево. — Не разберёшься, — сказал он, останавливаясь перед дверью, а потом резко её открывая, — Какого… — Ник! — Лили вошла в комнату и была шокирована до глубины души, так что на несколько последующих секунд просто потеряла дар речи. Кассиопея лежала на полу в полураздетом состоянии, а над ней нависал Ник в одних штанах с обнажённым торсом и отросшие за лето волосы спадали ему на глаза. — Это не то, что вы подумали, — моментально сказала Кассиопея, сталкивая с себя Крама, который в общем- то и не сопротивлялся. — Я на это очень надеюсь, — сказала Лили, переводя взгляд с одного на другого. — Они пытались друг друга убить, — объяснил ситуацию Скорпиус, кивая на пол, где позабытым лежал столовый нож. Видимо Малфой всё же решила исполнить свою угрозу. Как нашкодивших детей Кассиопею и Ника рассадили по разным углам, откуда они сверлили друг друга свирепыми взглядами. Лили ходила кругами по комнате и допрашивала их, пытаясь выяснить, что случилось. Скорпиус стоял в углу созерцая эту картину, а потом просто ушёл, хлопнув дверью напоследок. Они проводили его взглядом, но никто ничего так и не сказал. Если они будут друг на друг бросаться, то грош им цена. Как они могу кого- то остановить, если не могут справиться сами с собой? Они и так не были особо дружны, а тут дело могло обернуться так, что они ополчаться друг на друга и перегрызут горло одной тёмной ночью. Лили сидела до поздней ночи, читая приобретённые книжки. Кассиопея и Ник уже легли спать, а Скорпиус так и не вернулся, что начинало беспокоить. Отложив фолиант и пройдясь по комнате, она вышла за дверь, намереваясь найти Малфоя и отчитать его по всем статьям. Тот нашёлся внизу, за одним из столов, в углу, с бутылкой огневиски. Она села напротив него. — А если тебя увидят? — О нас уже знают чистокровные, у нас есть легенда, если что, то мы просто похожи, — монотонно произнёс Скорпиус, выпивая залпом стакан. — И всё же… Он посмотрел на неё затуманенным взглядом, в котором было осуждение. Лили опустила голову. Это всё из- за неё. Она их сюда затащила. Быстро поднявшись на ноги, она вышла из Дырявого котла, в сторону немагического Лондона. Все магазинчики уже были закрыты, но люди всё ещё встречались на тротуарах. Лили шла в тени фонарей, надвинув капюшон на голову, так что напоминала тень. Ник и Кассиопея категорически не могли находиться рядом друг с другом, Скорпиус ревновал к каждому столбу, а Элен и Ванесса неизвестно вообще попали сюда или остались на той поляне. Лили винила себя за то, что случилось. Может ей стоило ничего им тогда не говорить и отправиться сюда одной? Да, наверное, так было бы лучше. Только вот уже ничего было не сделать с этим, также, как и с чувством вины. Ей вспомнились слова Тома. Том… Что с ней происходило оставалось загадкой даже для неё самой, так как она начала понимать, что он был всё же ей не так безразличен, как казалось. В её мире он был назойливым, эгоистичным призраком, а здесь это был человек. Живой, из плоти и крови, с не истерзанной душой и планами на жизнь. И то, что её постоянно сталкивало с ним, не могло не наводить на определённые мысли. Это была наивная влюблённость в человека, которого она знала с самого рождения, без которого уже не представляла своей жизни. Здесь он был другим, и ей казалось, что она сможет его изменить, сможет сделать лучше. Рассвет смущённо показался на горизонте, смывая с неба ночь и звёзды. Лили подошла к набережной, где вода тихо плескалась о камни год за годом шлифуя их. Там был лишь один мужчина в знакомой тёмно- фиолетовой мантии и таким же цветом волос. — Тед, — Лили была удивлена и в то же время очень рада этой встрече. Крестник отца поднял голову на голос и цвет его волос быстро сменился на светло- голубой. Она кинулась к нему на шею, готовая от радости его чуть ли не расцеловать, — Ты тоже здесь. — Уже и не надеялся кого- то из вас здесь встретить, — сказал он, — Вчера весь день бродил по Хогсмиду, а потом на Косой аллее и вот теперь здесь… Ванесса с тобой? — Нет, — Лили покачала головой, — Ник и Малфои только. Может её не перенесло, также, как и Элен? Что произошло, когда я кинулась к часам? — Из леса вышел Чарли со своими людьми. Дафна осталась с ними, а все остальные последовали за тобой. Когда часы перевернулись в последний раз вас поглотила белая вспышка. Я оказался слишком близко, поэтому меня тоже задело, но вы точно оказались в ней все вместе. — Ты говоришь, что весь день провёл в Хогсмиде и на Косой аллее? Значит, ты прибыл сюда только день назад? — А ты нет? — Я здесь уже четвёртый. — Видимо мы прибываем сюда друг за другом. — А в каком порядке мы бежали, ты помнишь? — Ты, потом Кассиопея пыталась тебе догнать и остановить, почти сразу Скорпиус и Ник, за ними Элен и Ванесса. — Выходит, кто был ближе к часам тот в таком и порядке попал под их воздействие, — проговорила Лили, — И, если ты здесь, значит, Ванесса и Элен тоже уже должны были быть здесь. — И где их искать? — Хороший вопрос, потому что разброс может быть очень непредсказуем. То, что мы встретились вообще удача. Что Ванесса успела тебе рассказать о том, зачем мы здесь? — Ничего конкретного… Она только сказала, что вы знаете о замыслах Короля и хотите его остановить, — сказал Тед, — Как у вас вообще ума на это хватило? Это же своего рода самоубийство! Не прощу себе, что вообще вас сюда пустил! — Ты не виноват, — Лили положила руку ему на плечо. Они отправились обратно в комнату в Дырявом котле, но к их общему удивлению там никого не оказалось, а вещи были разбросаны, что- то и вовсе разбито, говоря о том, что причина их отсутствия была совсем не мирная. — Остолбеней! — из угла выскочил парень в сером плаще, в котором она без труда узнала Стива Сколда, бывшего друга Джеймса. Он сильно изменился, лицо приняло ожесточённое выражение, что мало напоминало всегда улыбчивого Стива, любителя заключать пари. Лили порадовалась тому, что у них с Тедом были на головах капюшоны иначе бы они точно были раскрыты. — Протего! — отразил Тед и послал в его сторону ответное заклинание, отодвигая Лили к выходу. Они выскочили из съёмной комнаты, пока Сколд распутывал путы, которыми его связали, и аппарировали из коридора прямо в парк. Благо так рано там никого не было. — Это был Стив Сколд? — Он самый, — выдохнула Лили, — И, кажется, мы опять потерялись с остальными. — Думаешь, они знают, что прибыли сюда не одни? — Скорее, когда Кассиопея и Ник следили за ними, то их заметили. — Вы ещё за ними и следили? — Тед был шокирован до глубины души, — Ты хоть понимаешь, что это было глупо? Да чтобы этому профессионально научиться требуется ни один год учёбы в Академии аврората, а вы просто… — Мы не знали, чего они хотели… — А теперь знаете? — Нет. — Я же говорю… — Но зато мы узнали, что они обосновались в маггловском доме, замаскировав его чарами невидимости как для магглов так и для волшебников. Ник подслушал разговор одного из них, подобравшись поближе. Их где- то человек двадцать: сам Король, его приближённый круг из шести человек и остальных не меньше десяти. Судя по количеству, в котором они сюда прибыли, это что- то из разряда массовых убийств. Тед покачал головой. — Откуда вы вообще прознали куда они собираются? — У меня свои источники, — туманно ответила Лили. Не говорить же про Генри и то, что она довольно близко сотрудничает с министром, а уж тем более нельзя ему было знать про Ванессу. Если она захочет, то пусть сама расскажет о своих способностях. Но для начала стоило её всё же найти. Где находились остальные, она не знала даже примерно, но всё же тешила себя надеждой, что им удалось уйти невредимыми. В конце концов они вчера договорились встретиться с мистером Крэббом, где уж она точно отыщет Скорпиуса. А пока они с Тедом отправились в ближайший маггловский магазин конспирироваться. — Я не буду перекрашивать волосы! — категорически заявила Лили, после того, как были выбраны вещи. — Твои очень заметные. — Сказал человек, у которого волосы с синеватым оттенком, — пробубнила Лили. — Хотя бы заколи их. Лили скептически посмотрела на него через отражение в зеркале. Она спокойно относилась к своей внешности и её устраивало в ней всё, от кончиков пальцев до корней рыжих волос. Они были своего рода визитной карточкой, по которой её узнавали. Поэтому она категорически не хотела их перекрашивать. Тед облачился в тёмно- фиолетовый костюм, под цвет своей мантии, которую он превратил в котелок и по- модному надел на голову, отрастил усы и изменил цвет глаз со светло- карего на серый. Лили с завистью посмотрела на его манипуляции, которые, казалось, не стоили ему лишних усилий, тогда, как ей пришлось изрядно помучиться с причёской на голове, а потом ещё и с изменением цвета глаз, который ей совсем не понравился, и она всё вернула на прежнее место. Тед предложил решение проблемы, надев ей на голову чёрную шляпку с вуалью, получилось очень даже прилично в сочетании с чёрным с красными вставками платьем. — Тебе не кажется, что мы слишком заметны среди магглов? — пробормотала Лили, держа Люпина под руку. Чувствовала она себя не в своей тарелке и как будто на всеобщем обозрении — То, что выделяется из толпы не так привлекает внимание, как серые мыши, прячущиеся по углам, скрывая лица капюшонами. Они видели нас в мантиях, значит, будут искать именно «мышей». — Всегда хотела спросить, почему ты ушёл из аврората? — Мари никогда не нравилась моя работа. Слишком ненадёжная, слишком опасная и непредсказуемая. Один раз я пропал на неделю, а потом ей сообщили, что меня ранили в бою и я нахожусь в св. Мунго. Я дал ей слово, что уйду из аврората, но не сдержал его, потому что под руку подвернулось ещё одно дело и меня попросили помочь. Тогда Мари собрала вещи и уехала во Францию, написав письмо уже оттуда. Я работал несколько месяцев без выходных, как проклятый, а потом Гарри, опасаясь за моё состояние замолвил за меня словечко в Хогвартсе, где ему тогда предлагали должность преподавателя ЗОТИ. Сам он работать там не стал, его должность занял нынешний профессор Бенсон, а меня отправили преподавать Трансфигурацию. Аврорат такое место, куда идут люди, которым заведомо нечего терять, а если есть, то они будут там несчастны. Там нужно выбирать что- то одно: либо работа, либо семья. — Ты думал, что после твоего ухода она вернётся? — Первое время меня ещё посещала эта мысль, но она не написала мне ни строчки после того, как ушла. И тут прислала приглашение на свою свадьбу. — Поедешь? — Думаю, в этом нет смысла. Они шли вдоль улицы довольно медленно, никуда не спеша, так как до назначенной встречи с мистером Крэббом оставалось ещё много времени. И Тед решил первым воспользоваться подвернувшимся обстоятельством. Чтобы расспросить то, что его интересовало. Главным образом это касалось Ванессы, а потом уже всех остальных. Его удивляло, что в это время они решили отправиться именно этим составом и это помимо того, что он видел её с Малфоем в обнимку. Он это не сильно одобрял, но видимо считал себя не в праве говорить об этом так как тоже был не без грешен. Рассказывать о том, почему они вшестером оказались в одной упряжке Лили не стала, отделавшись лишь фразой «Это долгая история». Но разговор на эту тему был не закончен и ей ещё предстояло об этом с ним поговорить. Она понимала, что это не честно скрывать от него правду, но в тоже время совсем не представляла, как заявит ему кто они на самом деле. Простым методом вычитания они со Скорпиусом нашли двух людей, занимающихся исследованиями в области времени и пространства. Но один из них находился на данный момент в Европе, а другой на их счастье, в Англии. Мистера Крэбба не оказалось дома, он был на дне рождении своей племянницы Вальбурги Блэк куда они собственно и отправились. Им удалось установить контакт с ним, и он пригласил их на следующий день к себе в гости, где мог бы просветить в основных правилах перемещений, так как Фиделис Крэбб был одним из разработчиков Маховика времени и на данный момент работал над более масштабным проектом. Домик, в котором жил «повелитель времени», был довольно уютный с наружи: с клумбами петуний и эшольции возле крыльца и ухоженным газоном. Дверь открылась сама, как только они назвали свои имена и цель визита дверному глазку, выглядящему, как настоящий человеческий с белком и зрачком, и время от времени мигающий в дверном отверстии. Скорпиус уже был здесь. Лили выразительно на него посмотрела, как бы спрашивая, что случилось, но его лицо не выражало особых эмоций, только светлая бровь вопросительно изогнулась при виде Теда. — О, мисс Макпорт, — в комнату вошёл сам мистер Крэбб. Это был пожилой мужчина восьмидесяти лет, такой худой, что кожа на лице неприятно сморщилась, будто высохла от недостатка воды. Но он довольно часто улыбался, что делало его довольно приятным, — Я как раз собирался показывать свой проект. Вы не против? — Конечно, нет, — сказала Лили, следуя за хозяином дома. Она ожидала глубоких спусков в подземелья под дом, так как тот был очень мал, чтобы в нём разместить достаточно вместительную лабораторию среди жилых комнат. Но они наоборот начали подниматься вверх по лестнице и поднимались минут пять хотя с наружи дом был обычным двухэтажным. Но, как и у большинства магических домов, он был с секретом, а потому они вышли на довольно широкую полуоткрытую площадку круговой формы с потолком в виде купола. Сначала Лили показалось, что одна его половина находится под открытым воздухом, но потом заметила еле различимое стекло, которое давало такой эффект. Это странное помещение было уставлено и увешано шестерёнками и какими- то диковинными механизмами, а неподалёку от них даже что- то напоминающее каркас для гигантских песочных часов, в два раза больше тех, что были на поляне, но весьма грубой работы и заброшенных, так как метал уже успел заржаветь и покрыться слоем пыли. — Время тонкая материя. Многие считают, что, вмешавшись в него мы можем изменить то, что когда-то не получилось. Поэтому и был создан Маховик времени. Пара часов назад, и ты успеваешь предотвратить катастрофу. Но помимо великих целей можно пустить эту вещь и на свои нужды, и на гнусные дела. А что если бы Маховик мог отправлять не на пару часов назад, а намного дальше? На годы и даже десятилетия? Это заманчиво не правда ли? — говорил мистер Кребб, подходя к обычному деревянному ящику, на верхней крышке которого был нарисован символ бесконечности, точно такой же, что и сделанный искусным мастером из белого золота на кольце мужчины. Фиделис взмахнул палочкой, и символ засветился жёлто- зелёным светом. Панели отъехали в сторону, а на верх выплыли уже знакомые песочные часы, правда пока в них была только прозрачная жидкость. — Они работают? — спросил Тед, и мистер Крэбб смерил его насмешливым взглядом. — Молодой человек, если бы они работали, то они бы стояли не здесь, а где-нибудь в министерском отделе Тайн. Пока они переносят только на день или два в перёд. Проблема заключается в том, что эти два дня приходится где- то проживать вдали от себя. Представляете, если вас занесёт на десятилетие назад? Можете даже и не дожить до своего эксперимента, для других пропасть в один прекрасный вечер, или состариться за одну ночь. Мало привлекательная перспектива. Я хочу, чтобы они могли переносить в будущее, возвращать в изначальную точку — это решило бы все проблемы. — Дядя, дядя, а это правда люди из будущего? — маленький светловолосый мальчик лет восьми стоял на пороге комнаты и смотрел на них, как на что- то диковинное. У Лили даже перехватило дыхание, и она оглянулась на Скорпиуса, который таранил взглядом ребёнка. Тед тоже был немного шокирован и переводил взгляд с одного на другого, готовя оправдание словам малыша. — Неоптолемус, я же говорил сидеть в своей комнате, — Фиделис подорвался с места и поспешил выпроводить ребёнка за дверь. Тот вырвался из- под руки дяди и подбежал к Лили, задрав голову, чтобы лучше рассмотреть. — Я видел вас, — сказал он, чуть помолчав. — Ну хватит уже, — мистер Крэбб потянул его за руку, явно начиная нервничать. — Но я видел её. — Где ты меня видел? — спросила Лили осевшим голосом. От чего- то ей вдруг стало жутко. — На плакатах. Они были такие… — он развёл руки в стороны, явно показывая что- то большое. Фиделис был очень бледен, а когда он выводил ребёнка за дверь, тот упирался всеми руками и ногами и продолжал выкрикивать «Они!» — Не обращайте внимания на моего воспитанника. Его мать умерла и с того времени он немного не в себе, — вздохнул Фиделис. — Бывает, — спокойно сказал Скорпиус, будто только что ничего особенного не произошло. Лили бросила в его сторону вопросительный взгляд. Бывает абсолютно всё в жизни, в этом она уже не раз убеждалась, но почти всегда не случайно и имея на то причину. Когда мальчик заявляет, что они из будущего, да ещё и говорит про какие- то плакаты с её изображением. Значит он точно знает, что говорит, а его дядя что- то скрывает. Стоило об этом спросить Скорпиуса, который вёл себя до неприличия спокойно. — А что за зелье в этих часах? — Это обычная вода. Я работаю над новой формулой и загружаю её в часы только когда хочу проверить результат. Так можно избежать происшествий. То есть кражи. И не мудрено, что такую вещь захотят присвоить себе. Удивительно, что мистер Крэбб вообще решился им её показать. — А каков принцип действия этих часов, если они начнут работать? — Чем больше часы, тем больше в них входит эссенции, тем дальше они могут перенести. Те, — он показал на заржавевший каркас неудавшейся машины времени, — рассчитаны всего на два оборота, на один туда и на один обратно, могли бы перенести сразу на двадцать лет назад что весьма неудобно. Я мыслю гораздо шире. Один оборот- десять лет, два — двадцать. Можно при желании попасть во времена основателей и построить Хогвартс. Если человек перемещается не один, то разброс возможен в день или два. — Интересно. Вы ведь ещё не открыли формулу, но знаете, как они в точности будут действовать? — Я знаю, чего хочу добиться, другой результат меня просто не устроит. Довольно смелое и самодовольное заявление. Ни в каких опытах нельзя быть на сто процентов уверенным в одном результате, существуют как минимум несколько процентов погрешности. Но судя по всему, а точнее по тому, что они всё же находились здесь, он таки добился своей цели в точности, как и хотел. Они попали точно к изобретателю Часов Времени. — Что же нужно сделать, чтобы попасть обратно, если тебя, скажем, к примеру, занесло на восемьдесят один год назад? — Снова вернуться к часам. И, когда все будут в сборе, они сами вернут всё на круги своя. Правда, я до конца ещё не выяснил радиус, в котором они действуют. Он колеблется от ста метров до двухсот, но думаю через пару месяцев всё получится, — задумчиво произнёс мистер Крэбб, поглаживая корпус часов. — А как часы распознают кого отправить назад, а кого нет? — Это интересный вопрос, так как первоначально я хотел ввести индекс крови, чтобы через какой- то промежуток времени они сами возвращали того, кто с ними отправился. Но в полевых условиях это не совсем удобно, да кто- то и вовсе боится крови. Собственно, проще было поставить счётчик. Они запоминают количество людей, которое отправило сюда, и такое же количество оно отправит обратно. — А изменить это как- то можно? — Теоретически, если уметь, то да. Но это очень трудоёмкий процесс и придётся запускать часы вручную. Так как основное заклинание рассчитано на стандартную работу. А вообще вы задаёте довольно интересные вопросы, над которыми мне стоит ещё подумать, — улыбнулся Фиделис. Они ещё вместе попили чай и, распрощавшись с хозяином дома, собрались уходить. Маленький мальчик вновь появился, словно из неоткуда и протянул Лили маленькую карточку с её портретом. — У тебя талант к рисованию, — сказала Лили, поблагодарив его и положив карточку в маленькую сумочку. Скорпиус перенёс их в какой- то сумрачный переулок, где их уже ждал Ник. При их появлении он растянулся в улыбке, чуть ли не до ушей, крепко обнял Теда, как старого друга и на радостях поднял Лили и покружил в воздухе. — Тысяча гиппогрифов, как же я рад вас видеть, — воскликнул он. — А где Кассиопея? — Лили оглянулась по сторонам. — Мы должны были уже встретиться здесь, как и договаривались. Она уже изрядно задерживается, — сказал Ник угрюмо. — Что вообще произошло в той комнате? — спросил Тед. — Утром Малфой влетел в комнату и заорал, что люди Круга в Дырявом котле и спрашивают про новых постояльцев. Мы с его сестрой вскочили, как ненормальные и только тут заметили, что тебя нет, — Ник посмотрел на Лили, — Времени на раздумья не было, поэтому мы условились встретиться здесь, а потом аппарировали в разные места. Вы что- то узнали у Крэбба? — То, что нам придётся ещё раз сойтись с Кругом или выследить его на расстоянии ста метров, чтобы отправиться обратно, — сказала Лили, мельком взглянув на Скорпиуса. — И так дамы и господа, — начала торжественно Кассиопея, явившись чуть ли не из воздуха и своим громким голосом заставив всех вздрогнуть, — мы наконец- то все в сборе. Из- за её спины выскочила Ванесса и кинулась сначала к Теду, а потом к Лили чуть ли не задушив в объятьях. За Ванессой показалась Элен. — Только у нас небольшая проблемка, — заметила Малфой, прерывая всеобщую радость. Ник заметил Забини и хотел было кинуться к ней, но она как- то отстранённо на всех смотрела, что заставило его резко затормозить на полпути. — Наша мисс приложилась головой о временную ось. Хорошенько так приложилась, что не помнит даже, как её зовут и откуда она. Так что на ваше усмотрение, что вы хотите с ней делать и как вправлять мозги, но советую сделать это побыстрее, так как утром нас чуть не застали врасплох наши же враги, перед которыми у нас, вроде как, должно было быть преимущество. Ванесса вкратце поведала их историю, как они попали в это время и как несколько дней им пришлось отсиживаться в заброшенном маггловском доме. Хорошо, что при Элен была Ванесса, иначе бы на её поиски ушло бы куда больше времени. Но все были в сборе, Ник наконец узнал, что нужно было Кругу здесь. Собственно, существовал целый список дел, которые они должны были выполнить. Первоначально они должны были раздобыть некую книгу Инсангвине, а потом убить представителей нескольких чистокровных и не очень семей. К последней категории относился Том. Собственно, этого и следовало ожидать, просто Лили не хотелось думать об этом. Здесь он был безобиден и, не смотря на свой не сладкий характер, не так опасен, как мог бы стать. — Даже и не думай, — сказал Скорпиус серьёзно у неё над ухом. Лили повернула голову в его сторону и смерила гневным взглядом. — Я и не думаю. Они не его одного хотят убить. Все остальные семьи могут тоже пострадать просто потому что их дети выбрали не тот путь. — Мы оба знаем, что твоей истиной целью за спасение является он. Ты же говорила, что люди не меняются? Замечательно, теперь он ещё и её же фразы ей приводит. — Я не знаю, — она покачала головой, — Мы можем ему не помогать, но других обязаны спасти… — Я никому ничего не должен! Ни миру, ни кому бы то ни было, как и все кто сюда попал. — Тогда что ты здесь забыл? Зачем пошёл со всеми остальными, раз ничего не интересует кроме себя самого? — Ты как ребёнок! — процедил он, начиная злиться. — И ты не лучше! Ноешь всю дорогу, как маленький мальчик, у которого отняли игрушку. — Любимую игрушку. — Печально, что ты меня так расцениваешь, — сказала Лили, повышая голос. — Конечно, Он ведь не такой, и никогда при жизни и при смерти тебя не использовал! — А ты видимо ему подражаешь? — А ты готова терпеть только его манипуляции. Так что признайся хотя бы самой себе, что жить не можешь, чтобы он не стоял у тебя за спиной и не говорил что делать!

***

Сначала это было даже забавно. За ним следили, а он время от времени сбивал их со своего следа, когда уже совсем надоедало. Ради развлечения экспериментировал с проклятиями. Но долго играться с ними он не стал. После второго такого случая всего за неделю он решил твёрдо выяснить, кто эти люди и что им нужно непосредственно от него. Но видимо человек, стоящий за ними был достаточно серьёзен и силён, так как те не поддавались никакому допросу. А вчера вечером кто- то напал на братьев Лестрейндж и в схватке погиб младший — Рабастан. Рудольфус клялся всеми богами, что отомстит за смерть брата и превратит жизнь каждого в ад. Можно было бы взять его с собой, но те, кто убил Рабастана нужны были ему живыми, от мёртвых толку было бы мало. На этот раз Том не церемонился, припася для преследователей и убийц кое- что посерьёзнее. Собственно, когда он с ними закончил, то отправил с совой послание Рудольфусу с их местонахождением. Пусть отведёт душу. А сам отправился в так называемый штаб, где по словам допрашиваемых творилось самое интересное. С его стороны можно было узнать и больше, но те двое сказали про Белого Короля, могущественного и самого сильного, так что ему не терпелось встретиться с ним лицом к лицу. Дом кишел грязнокровками. В гостиной, на стене в разном порядке висели фамилии чистокровных семей, среди которых были Лестрейнджи, Блэки и даже Поттеры. Том незаметно прошмыгнул на верхний этаж, где находились покои «его величества» и чуть не столкнулся с кем- то из его приближённых, вовремя спрятавшись за ширму. Из приоткрытой двери доносился яростный женский голос: — Ты их упустил, Сколд! Ты их упустил! Что может быть проще поймать кого- то из нашего времени? Ты хоть понимаешь, как он будет зол? — Я видел рыжие волосы, — сказал в своё оправдание некий Сколд. — Ты что теперь в каждой огненной шевелюре будешь её видеть? Она мертва! Мы её похоронили и точка! — Но круг ещё замкнут, ты не можешь этого отрицать. — Этому есть другое, логическое объяснение, чем то, что Дама ещё жива. — Ты просто хочешь на её место! — У тебя паранойя! Том оставил разборки этих двоих позади, хотя то, о чём они говорили было весьма познавательно. В другой комнате он нашёл того самого Короля, тот сидел на стуле с высокой спинкой, словно на троне, расправив полы белой мантии. Напротив стоял постамент с маленькой книжкой, напоминавшей больше блокнот или дневник. Никаких украшений на обложке, ни каких надписей, ни что не указывало на то, чем это могло быть, но то, что эта вещь занимала такое почётное место, говорило о многом. — Я ждал тебя, — проговорил мужчина в кресле, обернувшись. Пол его лица закрывала белая маска с едва заметными непонятными символами на одной её стороне. Тёмные глаза из прорезей с интересом смотрели на Тома. — Неужели? — он прошёл в комнату, — Чем я заслужил такое внимание? — Пока ещё ничем. Поэтому будет лучше для всех, если я тебя убью. Том усмехнулся. Наглость этого господина начинала переходить все границы, а его самодовольное заявление вызывало смех. — Если вы полагаете, что это будет так легко, то должен вас разочаровать. — О, нет! Это было не легко. Я проделал огромный путь, многим пожертвовал ради этого. Поэтому будет превосходно, если цель оправдает средства, — проговорил Король и встал со своего трона, направляя на него палочку.

***

Они неслись по пятам двух несостоявшихся убийц во весь опор, прекрасно зная, что те могу привести их в их штаб, а там уже сработают часы и они снова вернуться в своё время. Только по счастливой случайности, а может по велению судьбы в тот самый момент, как только они вышли из подворотни с намеченным планом действий, сразу же наткнулись на Дорею Поттер и её отца, которые сражались с двумя людьми в серых плащах. Лили обезоружила противника своей прабабки, а Ник кинулся за ним вдогонку, когда тот попытался скрыться. А вот отца Дореи они спасти не успели. Того сразил луч смертельного непростительного, когда нападавший в панике из- за того, что его напарник сбежал, попытался убить его дочь и тот заслонил её собой. Так как Скорпиус, Кассиопея и Ванесса успели аппарировать в намеченное место до этой потасовки, то Лили с помощью Теда и моральной поддержке Элен, которая вообще не понимала, что с ней происходит и следовала за ними по пятам, отправила обоих домой. Все снова сошлись уже возле штаба магглорождённых, точнее возле места, где он должен был по определению находиться. Ник гнал одно из них во весь опор и как раз чуть отстал, чтобы тот расслабился и попытался спрятаться. Элен пришлось оставить неподалёку в маленьком кафе, строго настрого приказав не высовывать носа. Слажено, и почти как одна команда, руководимая поочерёдно то Тедом, который в этих операциях был спец, то Лили, которая в тайне от него вносила свои коррективы. Собственно, ворвались они внезапно и первые десять человек, что находились на первом этаже, были обездвижены сразу. А там выскочил весь приближённый круг Короля, от которого было просто так не отвязаться. Джудит Поуп сошлась в яростной схватке с Кассиопеей и сложно было сказать, кто из них одержит верх. Ник теснил Стива Сколда, грозясь размазать его по стенке отнюдь не заклинанием, и грозный рык из-под капюшона прекрасно это подтверждал. Ванесса сражалась с Софией Линтон, студенткой Хаффлпаффа. Та держалась довольно уверенно, и подруга еле успевала отбивать её проклятья. В конце концов, когда Линтон её стеснила к лестнице, Ванесса изменила свою ипостась и, юркнув под руку девушки, вернула свой прежний облик, и продолжила обороняться. Тед, который в этот момент отправил Микаэля Уолтера в книжный шкаф, был шокирован тем обстоятельством, что его девушка анимаг. Об этом говорило его замешательство в несколько секунд, за которые Уолтер успел вновь прийти в боевое положение. Лили обойдя всех, неслась на верх, так как Короля среди его подчинённых не было, а так как он не мог пропустить мимо ушей грохот, что творился внизу, то значит был занят чем- то очень серьёзным. Она как раз вбежала по лестнице на верх, когда кого-то с силой вынесло в коридор и приложило головой об стенку. — Том? — она была так удивлена, что даже не сразу отреагировала на появление Короля и ей пришлось уворачиваться от его проклятья. Том пришёл в себя и снова оказался на ногах, сжимая окровавленной рукой какую- то тетрадь. Они одновременно взмахнули палочками и два луча пробили щит Короля, так что его вновь откинуло в комнату. Он упал на стул с высокой спинкой, тем самым его сломав. — Впечатляет, — сказал Том, кидая в её сторону оценивающий взгляд. — Аналогично, — вторила ему Лили, закрывая дверь в комнату. Хотя навряд ли это остановит Короля на долго, но она надеялась, что за это время отправит Тома дальше от дома. Они сбежали с лестницы, где их новоиспечённый отряд почивал на лаврах, обезвредив почти весь приближённый Круг. Ника не было, он уже скорее всего отправился за Элен, поэтому времени было в обрез. Они проводила Лили и Тома удивлёнными взглядами, а она почти вытолкала его за дверь. — Уходи, как можно дальше, — сказала она ему, снимая капюшон с головы. — Убегать? — спросил он усмехаясь. — Хочешь рискнуть и остаться? — Так кто вы такие? Откуда? Тот человек знал кто я и что могу сделать, в то время, как я сам об этом ничего не знаю. — Тебе лучше этого не знать, поверь, — Лили тяжело вздохнула. Ник аппарировал с Элен прямо на порог дома и чуть не столкнулся с Томом, но ничего не сказал и просто провёл свою девушку в дом. — Прощай, — сказала она, берясь за дверную ручку. — Может это не прощание. Откуда ты знаешь? — Я на это надеюсь, — сказала Лили и вошла в дом. И в тот же момент, не дав им времени, чтобы прийти в себя, яркая вспышка белого света озарила глаза.

***

«Меня зовут Том Реддл». Чернила медленно впитались в пергамент. «Здравствуй, Том. Я — Инсангвине». «Кто ты?» «Книга, которая отныне и по крови принадлежит тебе». Том расплылся в улыбке.