Проклятые

2 курс. «Семья — это слабость, а от слабостей нужно избавляться». Он хочет мести, а она не знает кому и чему верить. Друг или враг? Вопрос жизни и смерти её близких.

Лили сидела в кресле, поджав под себя ноги. — Ты всего лишь плод моего воображения, — бормотала она снова и снова. — Глупая девчонка, — воскликнул он и неожиданно подлетел к ней, — неужели ты думаешь, что твоя маленькая головка способна выдумать такой кошмар? Он гладил её по лицу, по волосам, а с губ не слетает хищная улыбка. Сердце бешено колотилось в груди, так и норовя оттуда выскочить. Лили боялась, а он торжествовал. — Что тебе нужно? Почему ты не оставишь меня в покое? Он мерил шагами комнату. Лили хочет сказать, что не будет ему помогать, но слова застревают в горле, а слёзы обжигают и текут по лицу. Как? Как она может ему противостоять? Он останавливается и медленно поворачивается к ней. Сердце пропускает удар. Лили в отчаянии качает головой. Мысль о том, что она может в состоянии невменяемости вонзить нож в спину своего отца вызывала в ней первобытный ужас. И в то же время она понимала, что ни в силах бороться с его влиянием. Одно лишь его появление, слово, и она испытывала страх на грани обречённости, что ничего уже нельзя сделать. Он говорил, она отрицала, но оба знали, кто выиграет в этой битве. — Ты пока ещё не понимаешь, какой подарок предоставила тебе судьба в моём лице. Вместе мы завоюем мир. Растопчем старый и воздвигнем новый. Нас будут почитать и бояться. Нам будут подчиняться. Стоит только захотеть. Любовь — это слабость. Ты любишь свою семью, и они твоя слабость. А от слабостей нужно избавляться. — Ну и где они? — Роза возмущённо воззрилась на Лили, но та только пожала плечами. Джеймс встретил в книжной лавке Ника и потащил его смотреть на мётлы. А родители разбрелись по магазинам, так что за ними наблюдал дядя Перси, который радости от этого не испытывал. — Скоро должны быть, — Лили съела ещё ложку мороженого и поняла, что в прошлый раз шоколадное было вкуснее, а это какое-то странное на вкус. Что за экзотические фрукты туда входили, можно было только догадываться. — Вечно твой брат что-нибудь вытворяет, — Лили закатила глаза, старая песня. Альбус улыбался себе под нос. — Что тут у нас происходит? — Люси и Хьюго подошли со своими порциями мороженого. — Ничего, — Роза сложила руки на груди. — Взбодрись, сестрёнка. Съешь мороженого. Делюсь своей порцией. От сердца отрываю, — Хьюго протянул ей порцию своего шоколадного мороженого. Роза недовольно на него взглянула, на что он невозмутимо улыбнулся. — Что ж, дети, едим и идём искать ваших родителей, — дядя Перси сел рядом с Розой и поставил рядом порцию своего лакомства. — Но ведь они сами нас быстрее найдут. — Поверь, Люси, если запустить ваших мам в магазины, они оттуда выйдут только под страхом смертной казни или пока всё не скупят, — дядя Перси засунул в рот ложку мороженого. Лили сразу заметила перемену на лице Люси, а потом уже посмотрела на её отца. Тот покрывался волдырями, которые тут же лопались. Скандал был страшный. Дядя Перси разнёс всю администрацию этого заведения. — Вот мороженое Фонтескье было качественным, а эти мошенники кладут в него всё, что не попадя! Нет, я доберусь до начальства. Пусть знают, как травить посетителей! Об этом мороженщике ходили легенды. Кто-то утверждал, что его убили, когда грабили ларёк, кто-то — что он скрылся, продав этот самый ларёк по выгодной цене. Лили обещала встретиться с Ванессой и сходить с ней в несколько магазинов, а заодно и поговорить. В течение лета они регулярно переписывались, но общение вживую всё же было куда приятнее. Договорившись с тётей Гермионой о встрече через час, Лили унеслась на встречу подруге. Та уже ждала её в назначенном месте. — Мерлин, Ванесса, вы все с ума посходили с этим квиддичем, — взвыла Лили, когда подруга поволокла её к витрине с новыми моделями мётел. — Я хочу попробоваться в команду вратарём. Что в этом плохого? — подруга жадно впилась глазами в витрину, где стояла новая модель Молнии-100, — Она прекрасна. Лили совершенно не разбиралась в мётлах и что прекрасного подруга нашла в обычной деревяшке, было для неё загадкой. Но говорить об этом вслух она не решилась, потому что в ответ получила бы сотню возражений. Летать Лили так и не научилась. Хотя в летние каникулы она даже и не пыталась оседлать метлу. Что толку, если деревяшка и есть деревяшка в твоих руках. Тут, как ни крути, либо оставить всё как есть, либо пытаться сломать себе шею дальше. Оглянувшись вокруг в поисках магазинчика поинтересней, Лили вдруг застыла. На мгновение даже дыхание остановилось. Напротив стоял Он и с интересом наблюдал за ней и за её подругой. Его рот скривился в улыбке, от которой в душе у Лили поднялось отвращение. Ни на минуту, ни на секунду он не оставлял её в покое Ванесса уже находилась в магазине и, пока Лили отсутствовала, успела присмотреть себе метлу. — Ты что, хочешь её купить? — Нет, к сожалению. Но отец обещал ко дню рождения. Они вышли из магазинчика и отправились гулять дальше, по дороге успев себе купить по большому леденцу на палочке, настолько огромному, что за ним можно было спокойно спрятать лицо. — Он больше не ходит за тобой? — спросила всё-таки Ванесса после минутного молчания, которое возникло между ними в процессе поедания сладости. — Нет, — соврала Лили. — Может, он решил оставить тебя в покое? Лили напряжённо посмотрела вперёд, а потом повернулась к подруге: — Пообещай мне одну вещь. — Хорошо. Какую? — Поклянись, что ни при каких обстоятельствах ты никому об этом не расскажешь. — Лили… — Ванесса, это очень важно. — Хорошо. Я клянусь!

***

— Нет! — Лили вынырнула из сна и невидящим взором уставилась в противоположную стену. Не один кошмар, так другой. Последние два месяца Лили просыпалась в холодном поту. Раскалённое железо и кровь. Она находилась в каком-то подвале и была прикована цепями к стулу. Это всё, что удалось выцепить из сна, который просто тонул в криках боли. Было необъяснимое чувство дежавю, как говорил Роберт, что это когда-то происходило с ней на самом деле, просто она этого не помнила. Зная из предыдущего опыта, что такие ощущения до хорошего не доводят и могут оказаться правдой, Лили вовсю размышляла, где и при каких обстоятельствах могла оказаться прикованной цепями в каком-то непонятном подвале. Ответов, как и следовало ожидать, не нашлось. Сходив в ванную и хорошенько всполоснув лицо холодной водой, она вернулась в комнату с мыслью о том, что, если эти кошмары не прекратятся, она точно сойдёт с ума. Завтрак оказался на удивление семейным. Все были в сборе. Отец читал «Ежедневный пророк» и пил кофе, Ал и Джеймс уплетали за обе щеки омлет с ветчиной. Причём второй так и норовил вместе с завтраком съесть и вилку. — Джеймс, ешь помедленнее. Такое ощущение, что тебя не кормили двое суток, — Джинни Поттер, очаровательная в домашнем халате и тапочках, подливала мужу кофе, попутно заглядывая в газету, которую он читал. Идиллия, ничего не скажешь. Отец выглянул из-за газеты и лукаво посмотрел на старшего сына. — Растущий организм, что поделаешь, — сказал он и, поправив очки, вернулся к чтению. Большущий чёрный кот прыгнул на стол, пока его никто не видел, и стащил оставшуюся после завтрака четверть колбасы. — Маньяк! — крикнули все трое на него, но наглющее животное успело скрыться за поворотом. Отец удивлённо посмотрел на детей. — Маньяк? Это что кличка такая? — Угу, — Лили угрюмо уставилась в тарелку, жуя свою порцию омлета и думая над тем, как будет наказывать эту зверюгу. По-другому и никак не назовёшь. — Странная кличка для кота, — мама всё ещё смотрела в ту сторону, где скрылся кот со своей добычей, — Кто её вообще придумал? — Гриффиндорская община, — прожевав последний кусок, отозвался Джеймс. Что это ещё за слово такое, «община»? Где он вообще его откопал? Но что верно, то верно, в подборе имени её коту участвовал весь их факультет. Кроме Лили, которой пришлось ласково сократить его до Мани. И тут появился он… Обошёл стол и встал за спиной отца. Он часто появлялся, когда их семья была в полном сборе. Лили смотрела на него и ждала, что же он будет делать. Но он стоял и только наблюдал, ехидно улыбаясь. После завтрака она поднялась наверх, и Он последовал за ней. Он мучил её во сне и наяву. Иногда ей казалось, что всё превратилось в один сплошной непрекращающийся кошмар. Продолжая вести дневник, она каждый день перечитывала его, чтобы убедится, что это происходит на самом деле. — Думаешь, поможет? — Он скептически поднял бровь, смотря, как она вынимает из-под подушки заветную тетрадку. Лили передёрнула плечами. За два месяца она так и не смогла справиться со страхом, который он на неё наводил. Хотя где-то глубоко внутри она понимала, что каждый раз ожидает его появления. Не как раньше, с нетерпением, но всё же. Она раскрыла тетрадь на заложенной странице и обмакнула перо в чернила. Что же писать? Про кошмары или про то, как она боится? Кто он ей? Друг или враг? Она его боится, а дружба на этом не основывается. С Ванессой ведь не так. А если враг? Лили прикусила кончик пера. Ей не хотелось считать его врагом. Ей хотелось иметь в его лице друга. Но возможно ли это? После того, как он поступил, и после того, что она о нём узнала? Не поворачиваясь к нему, она знала, что он за спиной, смотрит, что она пишет. Лили спросила. — Ты ведь не собираешься уходить? — Нет. И зови меня по имени, — Лили повернула голову и увидела, как он подошёл к окну и задумчиво посмотрел на улицу, — Том. Нам стоит быть ближе друг к другу. Так друг или враг? Кажется, она совсем запуталась. Ей хотелось, чтобы он оставил её в покое и в то же время она отчаянно этого боялась. Но никто знает, что он выкинет, чего захочет от неё. А главное, на что она пойдёт ради него? — Мерлин, почему всё занято? — Ванесса негодовала. Лили её полностью поддерживала. Ни одного свободного купе. И всё старшекурсники или совсем другие факультеты. — Так, ладно, — Лили не выдержала и толкнула дверь одного из купе, где сидели Ал и Роза. Они как раз что-то обсуждали, когда Лили и Ванесса нагло вломились, — Мы к вам. Роза протянула руку Ванессе. Подруга пожала руку в ответ, и они наконец-то сели. Маня, он же Маньяк, сразу вылез из корзины и распластался у Лили на коленях. — Чем ты его кормишь? — воскликнула Роза. Несмотря на все прочие недостатки кузины, в числе которых были правильность и занудство в сложной форме, она всё же очень любила животных. И вид в меру упитанного кота её умилял. Благо, она не надела ничего зелёного, а то протянутая для поглаживания рука грозила быть в меру покусанной. Маня открыл один жёлтый глаз, чтобы посмотреть на того, кто говорил, и довольно замурлыкал, когда рука Розы несколько раз провела у него под подбородком и за ухом. Наглец. — Он такой милый, — проворковала кузина. Ал продолжил начатый разговор, к которому очень скоро присоединилась и Лили. Разговор, конечно же, был о Зельеварении. Ванесса закрыла лицо рукой и покачала головой. Два любителя зелий в одном купе — это было слишком. За всё время поездки Лили успела наговориться с братом так, как не разговаривала за все свои двенадцать лет. И почему ей всегда казалось, что Ал любил одиночество и не очень предпочитал чьи-либо компании, кроме Розы и ещё пары личностей? Он ведь умел шутить и его было очень интересно слушать. А ещё Лили заметила, что у него такой же взгляд, как и у отца. То, что глаза у них одинаковые, это она знала. Но вот выражение глаз — точь-в-точь. И ей это нравилось. Безумно нравилось. Можно сказать, она влюбилась в своего брата заново. Лили по-своему любила всех членов своей многочисленной семьи. Но после этой поездки ей стоило пересмотреть их с Альбусом отношения. — Роза, а где Ал? — Лили остановила кузину напротив гостиной Равенкло. — В гостиной, должно быть. А что? — Можешь его позвать? Это срочно. — Хорошо, — нехотя ответила она. У Лили, просидевшей весь прошлый вечер за книгами, возникло множество вопросов, на которые мог ответить только брат. Она приходила сюда почти каждый день и неизменно натыкалась на кузину, которой всегда приходилось звать Ала. Альбус вышел через минуту. — Лили? — он устало улыбнулся и потёр переносицу. У неё загорелись глаза, как бывало в последнее время, когда она взахлёб пыталась объяснить ему то, что хотела от него услышать. — Ты свихнулась? — Роберт сел напротив рядом с Уиллом и обвёл рукой лежащие на столе учебники, — Это что, всё по Зельеварению? — Да, — Лили неохотно оторвалась от конспектов и посмотрела на друзей. — Мы только вторую неделю учимся. Нам не могли столько задать. — Ну… этого нам не задавали. Я просто решила внеклассно позаниматься. Уилл и Роберт переглянулись и поняв, что с ней бороться бесполезно, удалились играть в плюй-камни. Лили недовольно на них посмотрела. — На мой взгляд, тебе стоило бы подтянуть ЗОТИ, — Том склонил голову прямо над самым её ухом. Лили бросила на него беглый взгляд и снова вернулась к книгам. Если она заговорит с ним здесь, её сочтут за сумасшедшую. В их отношениях, если это можно было так назвать, были большие проблески. Хоть его навязчивой идеей всё ещё было избавиться от ее семьи и возможно заново воскреснуть с ее помощью, а потом завоевать мир, он всё же проявлял уважение к её личному пространству, и когда она чем-то занималась, старался её не тревожить. Поэтому, чтобы сократить их общение до минимума, Лили пошла во все тяжкие. Учёба стала для неё своего рода защитой и отговоркой. Но всё же иногда, а в последнее время всё чаще и чаще, Тому становилось скучно, и он врывался в её мир, словно ураган, сметая все преграды. Она видела его шестнадцатилетним мальчишкой, что совсем не вязалось с тем, что она о нём знала. Да и когда он умер, ему было семьдесят два года. Холодный ветер хлестал по лицу, но подруга, несмотря на это, на удивление хорошо держалась в воздухе. Как только на день рождения ей прислали метлу, Ванесса сразу же записалась на ежегодный отбор в команду. Вратарём её не взяли, а вот охотник из неё получился неплохой. Лили и Уилл присутствовали почти на каждой её тренировке, если капитан команды Хаффлпаффа не выгонял их с поля, объясняя это тем, что они их соперники и не должны присутствовать на тренировках. Первый матч сезона — Гриффиндор против Хаффлпаффа. — Ты молодчина, — ободряюще сказала Лили, когда они направлялись в сторону замка. Уже темнело и редкие звёзды стали появляться на небосклоне. — Кто это там? — Уилл показал в сторону леса, где на опушке собралась какая-то компания из четырёх человек. — Пойдёмте отсюда, — Ванесса поёжилась. — Там кого-то бьют, — Лили внимательно всмотрелась в темноту. — С чего ты взяла? Может, они просто разговаривают? Лили! Но она, не слушая, пошла в сторону тех людей. При ближайшем рассмотрении это оказались студенты Слизерина. У дерева был прижат первокурсник с Гриффиндора. Как только Лили подошла, те даже не стали ничего говорить, а только, усмехнувшись, удалились. Лили подбежала к мальчику. — Ты в порядке? — в ответ он кивнул головой, — Ну хорошо. Пойдём в замок. — Слышал, ты сегодня Томаса от Слизней спасла, — Джеймс приземлился на диван рядом с Лили. — Я только отвела его в замок — Он теперь тебе оды сочиняет. С чего бы это? Неужели только отвела? — Джеймс! — Лили стукнула его книгой по колену. -Ай! Больно же! — А не надо мне тут всякие намёки делать. — А на что я намекал? Я всего лишь сказал, что ты не просто его отвела, но и спасла из лап Слизней. — Да не спасала я его. Они ушли сразу же, как только мы появились. Ты, кстати, не спрашивал, что им от него было нужно? — Кажется, там семейные разборки, — брат неопределённо махнул рукой, — Кто-то из них приходится Томасу кузеном. — Понятно. — Но ты молодец. Не бросить в беде — это многого стоит. Кстати, тут наслышан от твоих друзей, что ты решила стать мастером зельеварения. — Я убью Роберта! — Да ладно. Они же просто переживают, что ты заучишься и превратишься в страшную зубрилу, — Джеймс состроил рожицу, — Как наша Роза, например. — До неё мне ещё далеко. — Ну не скажи. Если ты с такой регулярностью будешь посещаешь гостиную Равенкло, то курсу так к четвёртому будет не отличить. — Как ты… — Узнал? Ал нажаловался, что ты не даёшь ему покоя. Каждый вечер его навещаешь. Можно спросить, о чём вы постоянно так долго беседуете? — Вот у него и спроси. — Ты что, обиделась? — А ты что за мной следишь? — Я твой старший брат. Это моя обязанность. И да, чуть не забыл. Раз уж мы заговорили об этом, — Джеймс взъерошил волосы на затылке, — Ты бы не так часто надоедала Алу, а то Роза ещё приревнует. — Он мой брат. Чего ей его ко мне ревновать? Или… подожди, ты что хочешь сказать, что они… это… — Не знаю, как они, но она точно.

***

В канун Хэллоуина уже с утра запахло печёной тыквой, и у всех сразу появилось праздничное настроение. На уроках больше занимались практикой, нежели теорией, чему все студенты были несказанно рады. — Пять баллов Хаффлпаффу, — Тед поощрительно улыбнулся и пошёл дальше осматривать работу студентов. — Молодец, Ванесса, — Лили положила руку на плечо подруги. У неё единственной за этот урок получилось превратить Арнольда, её сову, в кубок. Собственно, в этом не было ничего удивительного. Так же, как Лили нашла себя в Зельеварении, Ванесса нашла себя в Трансфигурации. А вот Маньяк всё ещё сидел на краю стола и лениво умывался, ожидая, когда же его хозяйка наконец проявит себя. — Давай, Лили. У тебя получится, — подбодрила её подруга. — Ну что ж… — Лили глубоко вздохнула, — Фера Верто! Кот, всё так же вылизывая себя в каком-то скрученном состоянии, жалобно мяукнул и превратился в кубок. Такой черный, с изображением кота, недобрые глаза которого уставились на Лили. — Пять баллов Гриффиндору. Только Лили, в следующий раз попробуй превратить его полностью, — прошептал Тед и прошёл мимо. — Я же говорила, — самодовольно заметила Ванесса. Лили просияла. Если полёты ей и не давались, то хоть в трансфигурации были какие-то сдвиги. — Ну, наконец-то, — Том был как всегда. Её успехи его радовали. Она это видела, и от этого на душе становилось тепло. Хоть она каждый раз и напоминала себе, что ему не стоит доверять, но редко когда ей удавалось пересилить себя и не улыбнуться его замечаниям. Последний урок закончился, и студенты радостно высыпались в коридор. Лили распрощалась с Ванессой и отправилась в гостиную Гриффиндора. Как жаль, что они не учились на одном факультете. В гостиной был гвалт. Как и обычно, после занятий все собирались здесь, а потом уже шли по своим делам. Лили почти сразу же наткнулась на Хьюго и Люси. Никогда не унывающие, почти что близнецы Уизли. Но не успела она им сказать хоть слово, как к ним подбежал запыхавшийся старшекурсник. — Что случилось? — в сердце Лили закрался страх при виде встревоженного лица гриффиндорца. — Роза в Больничном крыле… Упала с лестницы. Лили, а вместе с ней и Хью, влетела в Больничное крыло и тут же затормозила у входа. Рядом с койкой кузины сидел Альбус, низко склонив голову. -Что и следовало ожидать, — Том выглядел торжествующим. -Заткнись, — выкрикнула Лили и, резко развернувшись, выбежала в коридор. Внутри вскипала обида. Хотелось спрятаться. «Никого не хочу видеть! Пусть любят друг друга до смерти. Мне плевать!». Она открыла первую попавшуюся дверь и вошла. Это оказался туалет для девочек. Спрятавшись в одной из кабинок и поджав под себя ноги, она так и просидела почти до вечера. В голове метались не очень хорошие мысли. Ненависть, зависть и внутренний голос, как гадкий подстрекатель. К ужину Лили спустилась в Большой зал. Ал и Роза сидели за столом своего факультета. Волосы кузины были распущены, и мелкие завитки рыжих волос спадали на лицо, придавая ей миловидности. Они смущённо улыбались друг другу, изредка перекидываясь парой-тройкой фраз. — Эй, Лили, что случилось? Ты так выбежала из Больничного крыла, что только пятки сверкали, — Хьюго сидел напротив и уже доедал ужин. — Вспомнила кое о чём очень важном, — отозвалась Лили и отыскала глазами Ванессу. Та о чём-то переговаривалась с сокурсником. Ночью Лили не спалось. После того, как она в третий раз за ночь проснулась в холодном поту, спать уже не хотелось. Спустившись в гостиную, она застала Тома возле камина. — Сколько можно меня мучить? — Ты сама себя мучаешь. Мерлин, ну за что ей всё это? Опустившись на диван, она поджала под себя ноги и уставилась на огонь. Слегка знобило. Не то от сквозняка, не то от недавних кошмаров. — Почему я вижу это подземелье и цепи? Чувство, будто это уже когда-то было со мной, будто в другой жизни. — Память всегда обманчива, — Том подозрительно ухмыльнулся. Неужели в этом тоже какой-то подвох? — Ты ведь знаешь, почему, верно? — Пожалуй. — Скажи мне. Я должна знать. — Зачем? Есть вещи, которые лучше удержать на задворках памяти и не вспоминать до поры до времени. Иначе они могут свести с ума. Ты боишься сумасшествия? — Я уже сошла с ума, разговаривая с человеком, который мёртв. — Есть вещи гораздо хуже. И сколько бы она не пыталась добиться от него ответа, он был неприступен. Что-то тёмное было в его замыслах, и Лили неосознанно боялась. В день матча по квиддичу погода совсем испортилась. Дождь лил, как из ведра, с самого утра. — Поттер, — старшекурсник с Гриффиндора окликнул её, когда она собиралась идти на завтрак, — передай вот это своему брату. Он отдал ей в руки свёрток. — Что это? — Очки для команды. Из-за этого дождя играть будет сложно. Лили кивнула и пообещала, что передаст. Но на завтраке Джеймса или кого-то из его команды не оказалось, и Лили решила отнести очки сразу в раздевалку. Но и там никого не оказалось, кроме Малфоя. — Что ты здесь делаешь? Слизеринская раздевалка в другом месте, — но не успела Лили что-либо сделать, как её придавили к стене и зажали рот рукой. — А ну тихо, Поттер, — Малфой, всё так же зажимая ей рот, поволок её в шкаф, — Дёрнешься — плохо будет. Вокруг свисала куча тряпья квиддичной сборной, когда-то позабытого или специально оставленного. Малфой на удивление оказался не слабаком, и вырваться у него из рук было не просто. Дверь в раздевалку скрипнула и туда по очереди зашли игроки команды. Лили от своей беспомощности разве что не завыла. Ну что маленькая девочка может сделать против него? Фред, как капитан команды, прочёл наставления, когда все переоделись, и все дружно вышли. Малфой выволок её из шкафа сразу же, как только все дружно вышли из раздевалки, и наставил на неё палочку. — Только попробуй дёрнуться. — Что ты сделал? — Лили в ужасе смотрела на него. Ну где же ты, Том, когда так нужен? — Всего лишь немного поколдовал над метлой твоего брата, — губы растянулись в усмешке, — А теперь ты остаёшься здесь, а я пойду наблюдать. — Гад, — крикнула она ему вдогонку, когда дверь за Малфоем закрылась и запечаталась с другой стороны. — Признаться, я ожидал большего с твоей стороны, — Том обошёл лавочку и встал напротив неё. — Ты был здесь? Ты всё это время был здесь и не помог. — Ты сама должна была справиться. Но, видимо, я тебя немного переоценил. Лили со злостью сжала кулаки. Нужно было собраться и переключить своё внимание с этого… призрака на решение проблемы. — Раз уж ты такой умный, тогда может знаешь, как открыть эту дверь? — Лили в бессилии опустилась на лавку. Ни «Алохомора», ни таран скамьёй — ничего не помогало и она уже подумывала выпрыгнуть из окна. — Знаю, — по его губам расползлась улыбка. — Тогда может подскажешь? — Хорошо. Повторяй за мной, — он достал палочку и направил её на дверь. Но сразу Лили ничего не далось. Как бы она не хотела, как бы не была зла. — У меня не получается. Может, попробовать что-то другое? — она умоляюще посмотрела на него. — Нет. Повторяй. Раз за разом. Время медленно утекало в неизвестность, а Лили с каждой новой минутой всё больше горячилась из-за неудач. Ей представилось, как Джеймс на неисправной метле летит вниз и на большой скорости разбивается о землю. Ведь кто знает, что сделал Малфой с его метлой. — Бомбарда! — крикнула она, и дверь разнесло в щепки, а её взрывной волной отнесло к другому концу раздевалки, впечатав в стену. — А вот это уже лучше, — довольно заметил Том. Лили с трудом встала на трясущиеся ноги. Пререкаться с ним было некогда, и она бегом бросилась к трибунам. Наверняка игроки были уже в небе. Но она могла предупредить профессоров. Уже возле поля она заметила огромное количество людей. — Что случилось? — она обратилась к первому попавшемуся студенту. Но тут же толпа начала расступаться и перед Лили на мгновение мелькнуло мертвенно-бледное лицо Ванессы. Нет! Этого не могло быть! В больничном крыле было пусто и тихо. Ванесса лежала на одной из коек и, кажется, спала. Как так вышло, что тяжёлую травму получил не Джеймс, чья метла была заколдована, а игрок совсем другой команды, Лили долго не могла понять, пока не наткнулась на Хьюго. Он тоже был новичком в этом году, и по доброте душевной Джеймс отдал ему свою хорошую метлу взамен его. Во время матча та вышла из строя, и, пока её носило из стороны в сторону, он успел налететь на Ванессу. Поэтому при падении она и получила основной удар. — Повезло мне. При первом же матче грохнуться с метлы, — Ванесса смотрела на неё и пыталась улыбаться, но видно было что ей очень больно. — Ты не виновата, — Лили накрыла ладонью её руку. Не хотелось ей рассказывать Джеймсу про метлу. Зная его горячность, она могла предположить, что Малфою попадёт по первое число. А если особенно повезёт, не только от Джеймса. Но сказать было надо. Иначе вся её семья рассорилась бы в один вечер. И признаки этого Лили заметила сразу же, как только вошла в гостиную. Видно было, что Джеймс и Хью успели повздорить. Все сидели в маленьком родственном кружке и хмурились. Поэтому, собравшись с силами, она рассказала им причину неисправности метлы. — Вот гад! — в сердцах воскликнул Хьюго. Брат резко вскочил, намереваясь пойти выяснять с Малфоем отношения. — Джеймс, не кипятись. Надо подумать, что будем делать, — остановил Джеймса Луи. Тот покорно сел. — А что решать? На дуэль за такие дела, — Ник, похоже, разделял мнения друга, что просто так на тормозах лучше ничего не спускать. — Но наш факультет могут лишить баллов из-за этого, — попыталась вклиниться Лили. Но похоже все были настроены решительно и её с Луи голоса ничего не решали. — Здесь дело принципа, Лил, — сказал Ник. Она посмотрела на него. В этом году они реже пересекались. Крам меньше таскался за Джеймсом, и его было почти не видно. Но, кажется, на их дружбу это никак не влияло. Так и не сумев переубедить своё семейство, Лили и Луис отправились в спальни. На утро в гостиной царил переполох. И сказать с первого взгляда, из-за чего, было совершенно невозможно. Лили выцепила из толпы оравших студентов Френка спросила в чём дело. — Джеймс устроил дуэль с Малфоем. — С ним всё в порядке? — этого и следовало ожидать от её братца. А вот чего ожидать от слизеринца? Вопрос. — Ну, как сказать, они все трое в Больничном крыле и сейчас с ними разбираются деканы факультетов и директор. Только бы всё было хорошо. — А почему все так орут? — спросила она на выходе из гостиной. — Ну, — Френк немного замялся, — когда факультет лишают ста баллов за одну ночь трудно оставаться спокойным. — Сто баллов? — Лили в ужасе раскрыла рот. — Со Слизерина пятьдесят. Так что Джеймсу лучше полежать на лечении подольше, пока всё не уляжется. Так ему и передай. Ты ведь к нему? Лили кивнула и выбежала из гостиной. Но вот почему её брат вечно во что-нибудь, да вляпывается? Но поговорить с братом не удалось, так как директор всё ещё была у него. В этот и последующие дни тоже. Целительница упорно твердила, что всем троим нужен покой. Ванессу тоже навещать было нельзя. Поэтому неделя, которая была отведена под её лечение, прошла угрюмо и тянулась, кажется, вечность. Гриффиндор разделился на три лагеря — тех, кто считал Джеймса виноватым в этой дуэли, тех, кто его оправдывал и тех, кто оставался в стороне и молча наблюдал за спорами первых двух. А со стороны Слизеренцев поползла угроза. Как оказалось, сторонников и обожателей у Малфоя хоть отбавляй. Поэтому Лили в первый же день испытала на себе всё презрение, которое могут испытывать чистокровные. Шептались за спиной, посылали записки с угрозами или напрямую угрожая. Лили первое время думала, что это сестра Мафлоя так мстит за брата. Но та была спокойна и ничем не высказывала своё отношение к ней. А вот Капиталина Уорингтон, влюблённая в него, со стайкой других слизеринских девчонок не раз делали выпад в её сторону. Собственно, другие гриффиндорцы тоже страдали. Особенно Уилл. — Все как будто с цепи сорвались, — говорил он, прижимая руку к разбитой голове. Дерек «случайно» попал в него заклинанием на уроке ЗОТИ. — Мистер Дерек, минус двадцать баллов со Слизерина. Мистер Долгопупс, вам нужно в Больничное крыло, — профессор Бенсон помог Уиллу встать. — Я его провожу, — вызвалась Лили, и они вышли из класса. Мадам Помфри промыла рану на голове Уилла и вышла за заживляющим зельем. — Я на минутку, — сказала Лили и, пока целительница отсутствовала, подошла сначала к Ванессе, а потом к брату, который лежал в нескольких койках от неё. Ник был здесь же. — Рад тебя видеть, сестрёнка, — Джеймса потрепал её макушке, когда она присела на краешек койки. — Вы как? — она посмотрела на закадычных друзей. — Нормально. Только скучно, — отозвался Ник, — Как там на свободе? — Всё так же. Когда вас выписывают? — Дня через два, если повезёт. — Мисс Поттер, — укоризненно сказала целительница и Лили поднялась на ноги. — Ну, мне пора. Выздоравливайте. — Мы здоровы, как гиппогрифы! — сказал Джеймс, подняв кулак вверх, и добавил, — Будь осторожней. Лили кивнула и направилась к выходу, где её уже ждал Уилл. — Может, поможешь, раз такой умный? — Лили с силой опустила увесистый том на столик и запоздало оглянулась по сторонам. Но, кажется, никто ничего не заметил. Том усмехнулся. — Если попросишь. — Я прошу, — Лили устало потёрла глаза. Что может быть плохого в том, что он ей поможет освоить парочку заклинаний? Раз уж Джеймса опять где-то носит, а никого из родственников поблизости не было. Идти к Алу тоже не очень хотелось. После того случая с Розой она старалась как можно меньше его отвлекать, чувствуя себя рядом с ними лишней. Том встал рядом и как в прошлый раз достал палочку. Лили повторяла за ним движения и слова, следовала его советам и через несколько минут в гостиной повалил снегопад. Большие хлопья снега, как настоящие. Даже такие же холодные. — Ну, это не далеко от правды, — быстро сказала Лили. Том скептически поднял бровь. Снег — это ведь замороженная вода. Так что всё было не так плохо. Старшекурсники быстро справились с природной стихией и очистили гостиную. К полуночи Лили освоила заклинание, наконец-то наколдовав воду в своём бокале. — Тебе надо многому учиться, — заметил Том. Лили испытывала к нему чувство благодарности за то, что он так терпеливо ей всё объяснял. К слову сказать, его перемены настроения её очень терзали. То он был спокоен, как удав, то вспыхивал при каждом удобном случае. И она никогда не знала, что от него ожидать. Дни летели с неимоверной скоростью. Наступил декабрь, и вот им уже скоро нужно было ехать на каникулы домой. Все были в предвкушении праздников, когда за неделю до отъезда на информационной доске появилось объявление, переполошившее всех студентов. — Ну вот, так всегда. Почему всё веселье с четвёртого курса? — Арабелла Дангерет в возмущении опустилась в кресло. — Потому что вы ещё маленькие, — сказал кто-то из старшекурсников. Рождественский бал должен был состояться через неделю, но, увы, туда могли попасть не все. Первые, вторые и третьи курсы должны были сидеть в этот вечер в гостиных. Ужасная несправедливость. И всю оставшуюся неделю они с завистью наблюдали, как девушки обсуждали свои наряды и причёски, а юноши решали, кого же им пригласить на бал. Самое забавное было наблюдать за Джеймсом, который вовсю пытался добиться расположения Фелиции. Но каждая его попытка заканчивалась неудачей. — М-да, дружище выбрал ты себе девушку. Она же непробиваемая, — заметил однажды за завтраком Ник. До бала оставалось два дня, а Джеймс ни на шаг не приблизился к цели. Лили завидовала им белой завистью. Ей тоже хотелось на бал, но, к сожалению, ещё года два ей предстояло просидеть в гостиной. В этот день была суматоха и даже те, кто не участвовал в этом событии, невольно подчинялись всеобщему чувству ожидания праздника. Всё утро и день были посвящены подготовке. Для младших курсов ужин прошёл чуть раньше и всё оставшееся время никто не знал чем себя занять. Как всегда, Люси и Хьюго нашли выход из этой ситуации. Они значительно переглядывались и перебрасывались фразами между собой. Даже не зная их, можно было бы догадаться, что они что-то задумали. Первыми показались юноши, а за ними и девушки. Кто-то смущённо краснел, подавая руку своему партнёру, кто-то светился от счастья. Смотреть на них было одно удовольствие. — О, Ник, ты уже при параде, — сказал Роберт, когда Крам подошёл ближе. Тот светился, как начищенный галеон. — А Джеймс где? — Лили не смогла сдержать улыбку при виде Крама. — Ушёл за своей партнёршей. — Так всё-таки Фелиция не согласилась? Ник кивнул. В этот момент подошла Эмили, красивая светловолосая девушка с четвёртого курса, и подала руку Нику. — Идём? — Идём, — сказал гриффиндорец и, подмигнув всем на прощание, повёл даму к выходу. — Да ладно, — челюсть Роберта разве что не упала на пол, когда с лестницы спустилась Фелиция в ярко-зелёном платье и почти полностью открытым верхом. Она оглядела гостиную и тут же к ней подошёл Кристиан Вуд. Гриффиндорка спокойно подала ему руку и под восхищённые, завистливые и непонимающие взгляды вышла из гостиной. — Кажется, сегодня кто-то умрёт, — заметила Уилл. Да уж. Если Джеймс не убьёт Вуда, так точно покалечит. Гостиная быстро опустела, и все уже успели поникнуть, желая оказаться в Большом зале. — Слушайте, ну что нам будет, если мы спустимся вниз и одним глазком посмотрим на то, что там творится? — предложила Оливия Стивенс. Все усиленно закивали. — Кстати, Уизли уже давно ушли. — Вот! — С нас снимут баллы, — возразила Иоланта и сложила руки на груди. — Нас не заметят. И мы тихо-тихо, как мышки. Идти собрались немногие, и Лили была в их числе. Перспектива сидеть в гостиной и тихо киснуть её не радовала. А если поймают… Ну, так что с того? Они сами закрыли их. Пробравшись окольными путями к Большому залу, из которого были слышны звуки музыки, они остановились в нерешительности. Что же дальше? Эвилина Бурке с третьего курса предложила проникнуть в помещение, смежное с Большим залом, где обычно обитают учителя. Сказано — сделано. Кажется, никого особо не тревожило, что им может влететь по первое число за такое вторжение. В помещение проникли быстро. И на счастье там никого не оказалось, кроме… — Уизли! — О, и вы здесь, — Хьюго радостно улыбнулся и предложил всем собравшимся присоединится к ним. Они как раз заканчивали колдовать над чем-то. Динамичная музыка за дверью сменилась медленной, и Роберт шутливо пригласил Оливию на танец. Та, краснея, согласилась. Хьюго, отложив свои дела, подал руку Эвелине, из-за чего Люси недовольно хмыкнула. Крылышки на её спине заметно зашевелились, но этого, по счастью, никто не заметил. Карл закружился в танце с Арабеллой. А Лили, не теряя времени, схватила в охапку Уилла. Никто не знал, как танцевать. Все наступали друг другу на ноги, при этом весело хохоча. Зайди кто-нибудь в этот момент, то не поверил бы своим глазам и наглости гриффиндорцев. Музыка закончилась и все разошлись в стороны. Уизли активировали какую-то непонятную штуковину и попросили разойтись. — Сейчас что-то будет, — в предвкушении сказал Роберт. И правда. Хьюго и Люси чуть приоткрыли дверь в зал и выпустили агрегат. Тот, искрясь и лавируя между испуганными в миг студентами, пролетел до середины зала и взорвался красочным фейерверком. — Здорово! — крикнул кто-то рядом. — А теперь бежим! — скомандовала Люси и все смеясь высыпались в коридор. — Наперегонки! Кто быстрее до гостиной! — Предложил на бегу Хью и все с радостью его поддержали. Уже на верхней ступеньке лестницы Лили заметила, как из зала выбежала, рыдая, Фелиция, а за ней Джеймс. — Я тебя ненавижу, Поттер! — крикнула она в сердцах. И Лили, не желая слушать продолжения, поспешила догонять сокурсников.