Проклятые

Лили сильно приложилась головой о пол и тихонько застонала. Кому-то повезло больше, и он приземлился на неё, тем самым окончательно придавливая её к полу. В глазах всё ещё прыгали зайчики, летали птички и сверкали звёздочки, от чего разум ещё какое-то время приходил в себя, пытаясь адаптироваться под обстановку. Сверху оказалась Элен. Она была без сознания и Лили с трудом спихнула её с себя. Видимо эта девушка спокойно могла перенести какие-то душевные терзания, но перемещения во времени полностью её выжимали и будто выплёвывали. Ей было почти что жалко равенкловку. — Где мы? — спросила Ванесса, с помощью Лили, поднимаясь на ноги. Она уже успела оглянуться и понять, что это место уже ей знакомо, но окончательно сформировала за них мысль Кассиопея. — Площадь Гриммо 12. — Мы снова не дома, — простонала Ванесса и отвернулась к двери, будто та могла дать ответы на все вопросы. — Почему вы не хотели, чтобы я ещё раз встречалась с Неоптолемусом? — спросила Лили у присутствующих, замечая, как Ванесса и Кассиопея переглянулись. Последняя показательно закатила глаза. — Ради Мерлина, только не сейчас, хорошо? — А когда? Когда сюда ворвётся толпа людей Короля и прижмёт нас к стенке? Или явится Крэбб, и я не буду знать, чего мне, по вашему мнению, опасаться? — Лили, слушай, никому из нас лучше с ним не пересекаться. Это плохо для будущего. Даже хуже, чем если бы ты встречалась с Волан-де-Мортом. — Какого чёрта? — дверь отворилась, и на лицах у всех выступили разные эмоции. Элен и Кассиопея были в недоумении, Ванесса крайне удивлена, а Лили выразила всё что думала непечатными словами. — Вы, как и те парни — из будущего? Всеобщий ступор длился не долго, его нарушила Малфой. — Эти парни внизу? — Да, — кивнул рыжей головой Рон Уизли и задержался взглядом на Лили, что-то решая для себя. А пока он это делал, они прошмыгнули мимо него и направились на кухню. Правда на последнем пролёте, возле лестницы их ждала вся честная компания, состоящая из её родственников. — Вы кто? — отец, ещё юный бойкий, наставил на них палочку и загородил собой остальных и проход. — Они тоже из будущего, — крикнул позади них дядя Рон, явно враждебно к ним не настроенный и весь так и светившийся интересом. Лили снова обернулась к отцу. — Нам нужно вниз, — сказала она спокойно. — Откуда нам знать, что вы не… — Просто поверь, — ответила она, всю силу убеждения вкладывая в голос и взгляд. Краем глаза она заметила, как Джинни Уизли презрительно фыркнула и сложила руки на груди. Они расступились перед ними, давая пройти. Что происходило здесь, ещё стоило понять. Потому что Лили ума не могла приложить, кто мог проболтался на счёт их присутствия здесь, и главное по какой причине. А потому до момента истины стоило быть на стороже. Скрепя сердце и собрав всю силу воли в кулак, они переступили порог кухни, где уже была куча народа и их не заметили. Честно говоря, Лили бы ещё не удивило, если бы это был кто-то из Круга, тот же Сколд, например. Но вот увидеть Ника и Скорпиуса она никак не ожидала. Да ещё тот факт, что они рассказали о том, кто они и откуда просто выбивал из колеи. По Лицу Кассиопеи было понятно, что та не в духе, лоб прорезали морщинки, а в глазах загорелся опасный огонёк. Кто-то повернул голову в сторону Лили и тут же отшатнулся от неё, как от привидения, врезавшись в соседа, которым оказался Артур Уизли. Все, как по команде стали оборачиваться на невнятные возгласы про привидения и ещё что-то в этом духе. Краем глаза Лили выцепила в углу Бенедикта, который при виде их побледнел, до синевы на коже, и тем самым очень стал напоминать не то труп, не то то самое привидение, о котором столь упорно твердил впечатлившийся мужчина рядом с её дедушкой. Хотя привидения всё же были реалистичнее. Все в этой комнате были ей знакомы, если не лично, то кого-то из них она видела на старых фотографиях, слышала о них из рассказов. Они были частью войны, частью истории и раньше казались такими далёкими, такими величественными. А сейчас это были люди, смотревшие на них с опаской и подозрением. Грозный глаз Грюм, державший на прицеле палочки Ника, окинул их своим волшебным глазом, и Лили даже показалось, что он что-то прорычал, настолько он внушал не то чтобы страх, но трепет точно. А ещё её поразило каменное лицо Северуса Снейпа, который таранил её взглядом и казалось хотел увидеть насквозь. Его точная копия в их времени — Клод, и то был не так безэмоционален и казался более живым. Лили задержала на нём взгляд чуть дольше. — Ещё одни, — проговорил кто-то сбоку. Лили не успела определить кто, потому что все как-то медленно начали смыкаться вокруг них, и теснить к Нику и Скорпиусу. — Что здесь происходит? — спросила шёпотом Лили у Скорпиуса. Тот посмотрел на неё так, будто она сама должна была догадаться. — Сыворотка правды, — сказал Ник, кидая мрачный взгляд в сторону Снейпа. — А они умнее, чем могли показаться, — хмыкнула Кассиопея. — Ну и что нам с ними делать? — задал кто-то вопрос. — Нужно дождаться Дамблдора, — отозвался Ремус Люпин, которого до этого Лили не замечала. При этом её пронзила мысль, что Теда среди них нет. Ванессу видимо тоже взволновал этот факт, потому что она пару раз оглянулась вокруг. — МакЛагген, не вертись! Иначе нас тоже напоят сывороткой правды, а мне как-то не хочется слушать твои откровения, — сказала Кассиопея чуть грозно. Хаффлпаффка фыркнула, но огрызаться не стала. — А если это люди Того-Кого… — попытался высказать кто-то свое предположение, но его прервал голос тёти Гермионы. Точнее ещё просто Гермионы, молодой, полной сил и отваги. — Они называют его по имени, а как мы знаем, Пожиратели смерти никогда не осмелятся на это, — сказала она, только появившись на кухне вместе с остальными. — Они ещё малы для Пожирателей, — сказала в их защиту Молли Уизли, Лили благодарно ей улыбнулась. — Да какая разница! Может они вообще под оборотным. — Тогда запрём их в библиотеке и узнаем через час, — отозвался Сириус. — Может мы успеем улизнуть? — без надежды спросил Ник, наклоняясь к уху Лили, но слышали его и все остальные. — Как? Камин находится в противоположном конце кухни. — Он намекает на то, что мы должны вступить в схватку с Орденом Феникса и пойти напролом, — заметила Кассиопея. — В любом случае это провальная затея. Нам не нужны враги в их лице. — Ну знаешь, друзьями их тоже не назовёшь. — Так хватит шептаться! Все за мной, и только попробуйте что-нибудь выкинуть, — сказал грозно Аластор Грюм. Все расступились, пропуская их. Ник заметил раньше, и Скорпиус, как оказалось тоже, он сразу же схватил её за руку и оттолкнул назад. Тот же миг луч какого-то проклятья пролетел всего в паре сантиметров от них. Лили врезалась в кухонную тумбу спиной и скривилась от боли. Ей удалось быстро среагировать и достать палочку, так как в неё опять летело какое-то проклятье. Их было двое, и они были невероятно быстрые, так как успевали делать наступление за наступлением, пока они оборонялись и никак не могли сделать ни единого выпада. Весь Орден Феникса же прижался к стене и не вступал в их конфликт. Правда Лили краем глаза видела, как отец пару раз порывался за них вступиться, но его останавливали. Кассиопея, прикрываемая своим братом, накинулась на ближайшего нападавшего и вонзила нож ему в плечо. Пользуясь замешательством, Ник обезвредил второго, ловко вырубив его ударом. Лили уже успела подойти ближе, чтобы рассмотреть нападавших, когда первый из них скинул Кассиопею с себя. Под капюшоном оказалась Джудит Поуп, одна из приближённых Короля. Она злорадно улыбнулась и направила палочку на Лили. Всё замедлилось, будто воздух загустел, и всем стало сложно в нём двигаться. Она видела резкий немного импульсивный взмах палочки Джудит в мельчайших деталях, хоть и не сомневалась, что он занял не больше нескольких секунд, как менялись в лицах Ник и Кассиопея. Они бы не успели. Даже со способностью Ника. — И что будешь делать, дорогая? — Меролл появилась рядом с ней, — Она застала тебя врасплох? Но не забывай, кто учил тебя, и на что ты способна! Борись! В Лили начинала закипать злость. Она готова была на то, чтобы выпустить ей парализующее заклятье прямо в сердце, чтобы то перестало биться, но только большим усилием воли она чуть сдвинула палочку вниз. Ответный взмах, ещё резче и быстрее и заклятье Лили ударило рядом с Джудит и откинуло её назад. Её же проклятье улетело в потолок и рассыпалось салатовыми искрами. — Она что пыталась тебя убить? — спросил ошарашенный Ник, хотя что его так поразило? — По-моему это было очевидно, — сказала Кассиопея, подходя ближе, — Не плохой выпад, — она подмигнула Лили. — Нет, я о том, что она действительно пустила в тебя непростительное! — И может Король сказал избавиться от нас? — Он и понятия не имеет кто мы. — Скорее всего это было спонтанно. — Знаешь, желание убивать спонтанно попахивает безумием. — Вся наша жизнь сплошное безумие. И желательно не оставлять их так, потому что если Король от них что-нибудь узнает, нам не то что крышка, он нас расчленит и повесит у ворот своего особняка, — сказала Кассиопея только что не лязгнув зубами для картинности, так зловеще это звучало. — У него нет особняка. — Ну где-то же он обитает со своей армией. — Так хватит пререкаться, — сказала Лили Нику и Кассиопее, первый угрюмо отвернулся к лежащему человеку и потянул его на верх, поднимая и укладывая себе на сильные плечи. — Отнесу его в гостиную, — сказал он безапелляционно и как само собой разумеющееся. Скорпиус взмахнул палочкой и поднял в воздух Джудит, левитируя её следом за Ником. Все собравшиеся и всё ещё находившиеся на кухне тихо наблюдали за происходящим, как за спектаклем. У кого-то явно был шок или немое восхищение силой Ника, кто-то откровенно глазел на Лили. Этим кто-то был Бенедикт, к которому присоединился Снейп и Грюм. А также удивление и страх, читались на лицах членов Ордена Феникса. — Однако же наглости вам не занимать, — нарушил молчание Кингсли, чуть усмехаясь. Все остальные ощутимо вздохнули, будто до этого затаили дыхание или им запретили дышать. Лили скептически относилась к этому темнокожему мужчине, если не сказать предвзято, но это всё ещё было в будущем и она уговаривала себя сейчас, что всё это не имеет отношения к данному случаю. — Нам нужно их допросить, потом делайте с нами, что хотите, — сказала Лили, чуть приподняв подбородок и выпрямив непроизвольно спину, придавая себе важный вид. Она прошла мимо всех и в коридоре её схватила за руку Кассиопея. — Что это значит «Делайте с нами, что захотите»? Ты в своём уме? — шептала она горячо ей на ухо. — Это было не буквально. Пока мы разберёмся с Джудит и её приятелем, мы успеем что-нибудь придумать и уйти отсюда до прихода Дамблдора. — Чем это тебе старикашка не угодил? — У нас с ним не сходятся мнения, — уклончиво ответила Лили. Не говорить же ей, что тот против её общения с Томом и винит её в том, что она каждый раз придаёт ему сил и уверенности в том, что он может завоевать мир. Малфой, да и все остальные поддержали бы его. Они вошли в гостиную и уже собирались закрыть дверь, как на пороге показался Кингсли и Сириус. — Вы же не думаете, что мы дадим вам полную свободу воли? — Сириус подмигнул им, — Тем более что мы до конца не знаем кто вы. И не исключено, что вы шпионы Волан-де-Морта. Все переглянулись и нехотя согласились, ибо спорить с ними не было времени. Заручившись тем, что те только будут наблюдать и их будет не видно и не слышно, они уселись позади пленённых. Лили это немного коробило, так как те могли услышать много лишнего, того, что было бы опасно знать вообще, а им особенно, но она тешила себя мыслью, что они смогут выкрутиться из этой ситуации. — Ну что приводи их в чувства, — сказала Кассиопея Скорпиусу, но среагировал первым Ник, плеснув водой из палочки на Джудит, а потом и на её приятеля. Это был темноволосый парень с мягкими чертами лица, почти что детскими, и если бы не знать, что он только что на кого-то покушался, то и вовсе можно подумать, что тот ангел во плоти. Джудит зло всех оглядела и гордо вскинула голову скалясь. — Так-так вот это компания подобралась, кто бы мог подумать? Беглый преступник, сестра заключённого в Азкабан, сиротка, потомки Пожирателей. Пожалуй, мы вас недооценили. — Не гримасничай, Поуп! Скажи, зачем вы здесь? Что замышлял Король, когда планировал попасть в это время? — Ты наивен, Крам, если думаешь, что выложу тебе всё как на ладони. — Для начала я решил спросить нормально, но ты ошибаешься, если думаешь, что у нас не припрятана парочка запасных планов. — С удовольствие посмотрю на то, как вы их достаёте, и ни один из них не работает, — улыбнулась Джудит. Ник попеременно с Кассиопеей бились над ней долго, но кроме издёвок в свою сторону ничего не добились. А пока они это делали, Лили перешла ко второму пленнику, который сидел в противоположном углу комнаты. — Как тебя зовут? — спросила она мягко. Парень посмотрел на неё обиженно и с опаской. — Эрик, — сказал он тихо и косясь на Поуп, которая была полностью увлечена Ником и пока не замечала их. — Эрик, что вы здесь делаете? — спросила она, даже не оглядываясь. На вряд ли он знал больше Джудит, но это могло бы быть хоть что-то. — Мы должны были выследить тех, кто прибыл вместе с нами и привести к Королю. — По-моему вы явно пытались меня убить, а не просто привести, — сказала Лили. -Это не было предусмотрено. Никто не ожидал вас, а тебя тем более. — Почему? Лили немного оскорбилась, но виду не подала. Она ожидала, что Эрик продолжит, но он молчал. — Почему? — ещё раз спросила она, чуть повысив голос. — Давай я помогу, — сказала неожиданно Элен, появившись у неё за спиной. — Я справлюсь, — сказала Лили, встряхивая рыжей головой. Элен скептически на неё посмотрела, но не остановилась и подошла к парню, обхватив его голову руками. Глаза Эрика округлились, зрачки расширились, а на лице застыл ужас. Будто все страдания и боль мира были у него перед взглядом, будто он был вовлечён во что-то мрачное и зловещее. Это напомнило момент с Энни, когда та притворилась слепой в первое их знакомство. Элен отпустила его через пару минут, встряхнув руками, как от чего-то противного. — Сейчас должен всё рассказать. — Что ты сделала? — Небольшой эмоциональный всплеск. — Небольшой? Он же таким может на всю жизнь остаться и нам от него ничего не добиться, — Лили бросила взгляд на потерянного парня, вертящего головой по сторонам. Элен хмыкнула и отошла в сторону. Какого чёрта она вечно лезет не в свой огород? Лили негодовала и готова была взорваться, обрушив на Забини поток нецензурных слов. Скорпиус был увлечён мыслями Джудит и пока не обратил внимание в их сторону. Лили переминалась с ноги на ногу и нервно прикусывала губы. — Мы с Тони любили встретиться и выпить по бутылочке пива, разговаривая о том, о сём. Он был забавный, говорил о политике, международных отношениях и итальянской кухне: о пасте с сыром пармезан, пасте с песто, с добавлением оливкового масла и кедровых орешков, Пармской ветчине, Оссобуко с трюфельным ризотто из Ломбардии. Он много чего знал и мог рассказать. Лили подняла голову на Эрика, который говорил отсутствующим голосом, провалившись за грань воспоминаний — в прошлое. Возможно, он уже начал сходить с ума. — Тони был хорошим. Люди вот, правда, совсем его не ценили и использовали доброту. А он всегда говорил, что всё справедливо. И то, что мы получаем тоже. Мы имеем то, что заслуживаем, — на последней фразе Эрик как-то странно всхлипнул и поднял голову, но посмотрел не на Лили, а в сторону Джудит и в глазах его отразилась тоска и отчаяние. Он молниеносно вскочил со стула и кинулся на девушку. Никто не ожидал такой реакции, поэтому не сразу спохватились. Эрик уже прижал Поуп к полу и приставил нож к её горлу, на котором от лезвия выступила пара капель крови. — Ты, за всё ответишь! — скрежетал он сквозь зубы. — Очнись, Эрик! Они тебе всё внушили! — Что ты с ним сделала? — спросила Лили у Элен. — Эмоциональная встряска. Мы часто прячем некоторые эмоции глубже остальных, но зато, когда они выходят наружу это может дать результат. — Ты думаешь, труп Поуп в штабе Ордена Феникса тот самый, нужный нам результат? — вспылила Лили, чуть ли, не накинувшись на Забини. — Он умер из-за тебя! Он готов был отдать жизнь и всё что у него было, только, чтобы ты его ценила! — орал Эрик и вдавливал нож чуть глубже в шею, рука у него жутко тряслась, и он мог совсем не рассчитать силы и зарезать свою соратницу. — Эрик, успокойся, — начала было Лили, медленно к ним приближаясь, — Мы можем это уладить. — Нет, не можете! Никто не может! — выкрикивал он, — Мы все обречены! Ты обречена! Он не оставит нас в покое! Видимо он всё же немного ослабил хватку и Джудит немедленно этим воспользовавшись, ударив его под дых. Перекатившись с ним по полу, она оказалась сверху и ударила его ножом несколько раз, прежде, чем её от него убрали. Лили подбежала к Эрику и упала рядом с ним на колени. — Ему нужно помочь! — сказала она, оглянувшись на Ванессу, у которой глаза были полны страха. Как же всё нелепо! Почему так несправедливо? Она водила палочкой над его телом и ждала, пока Сириус принесёт заживляющее. Эрик неожиданно схватил её за руку, не давая закончить заклинание. — Не дай мне уйти с этими воспоминаниями. Нельзя, чтобы я помнил о вас. Они не так просты, как кажутся. — Эрик, ты сейчас не в том состоянии… — Он прав! — из-за спины появился Скорпиус и сел рядом с парнем, напротив Лили, — Они найдут способ всё узнать. — Это слишком большой стресс! Он может не выжить! — воскликнула Лили, смотря на Скорпиуса молящим взглядом. — Держи её, — кивнул он ей за спину, и крепкие знакомые руки обхватили её прежде, чем она успела вырваться вперёд. — Отпусти меня, Ник! Отпусти, пожалуйста! — шептала она, пока Малфой, спокойно наставив палочку на Эрика, выводил все воспоминания из его разума. Последнее, что отразилось на лице совершенно незнакомого ей парня — было спокойствие. Он забыл. Навсегда. У Дамблдора были дела. Возможно, он уже сейчас разыскивал крестражи или любое упоминание о них, а может что-то другое поважнее, но он обещал прибыть с утра и до этого времени их разместили в одной из комнат на третьем этаже. Лили молчала. Она не проронила ни слова после того, как закрылись глаза Эрика, как стёрли память Джудит и отправили с трупом обратно к Королю. Вся злость утихла, осталось только какое-то ноющее чувство вины, которое она всячески подавляла. Ей нужно было подумать. Нужно было выбрать другую тактику. Нужно было признать, что её действия спонтанны и долго они так не протянут. Он сказал: «Особенно тебе». Что это могло значить? Конечно, же она догадывалась, что о её связи с Терри знали, но вопрос в том, насколько близок был Эрик к нему, чтобы обладать такой информацией? Лили всё-таки думала, что Бриг сильно об этом никому не рассказывал. И эта фраза… она говорила о том, что Терри всё ещё не терял надежды переманить её на свою сторону. И возможно у неё в этом плане были свои преимущества. Когда все заснули, она спустилась вниз за водой, и чтобы ещё раз всё хорошенько продумать. Да этот дом был более живым, чем в её времени. Здесь царил дух незаконной деятельности и героизма. Буквально пропитывал им весь воздух. — Не спится? — в дверях показался отец, видимо тоже мучимый жаждой по среди ночи. Он стоял босиком и в пижаме в дверном проёме и жутко смущался, попеременно то ероша волосы, то поправляя очки на переносице. Лили улыбнулась. Она была безумно рада его видеть. Хотелось прыгнуть к нему на шею и обнять так крепко, как только могла. — Да, — она кивнула на стакан с водой, который держала в руках. — Мы до сих пор не знакомы. Я — Гарри. Гарри Поттер, — он протянул ей руку. Лили колебалась, не зная, как ответить, кто она. С одной стороны, как показывал опыт с Сириусом, Дамблдор скорректировал в прошлых раз его и всех остальных воспоминания. Значит, был вариант, что тоже самое произойдёт и в этот раз. Тем более, что ей безумно хотелось в этом признаться самой и иметь в виде отца того самого человека, которому можно было довериться. — Я — Меролл. Меролл Макпорт, — соврала, соврала в очередной раз! Похоже, это не лечиться и засело на уровне ДНК. — Да? — он как-то недоверчиво на неё посмотрел, — Сириус сказал, что та девушка, которая пыталась тебя убить, назвала тебя Лили. Чёрт бы побрал Джудит! Надо было выкручиваться. -И так меня тоже называют, — пробормотала Лили, — Всё очень запутанно, Гарри. Тебя ведь можно так называть? -Да, конечно, — отец поправил очки на переносице, — Вообще-то меня так все называют, так что и ты можешь. Он немного помолчал, а потом задал вопрос. — Я видел, как ты переживала из-за того парня. Вы были знакомы до этого? Лили покачала головой, а потом осознав, что он мог этого в темноте не увидеть, ответила: — Нет. Впервые его видела. — Кажется, ты очень добрый человек. Не все так могут сопереживать. — Порой это слишком дорого обходится. — Может это того стоит? — А ты в это сам веришь? Вся эта твоя борьба с Волан-де-Мортом, с его приспешниками никогда не заставляла тебя задуматься о том, что будь ты чуть жёстче в каких-то моментах, то мог бы многого избежать? — Возможно, но тогда бы я больше походил на него самого — одинокий и всеми ненавидимый. — Стать чуть жёстче, не говорит о том, что нужно сразу хотеть завоевать мир или убить кого-то. Это говорит о том, что в момент, когда он нажмёт на твою слабость, ты сразу же не сломаешься, и не вылетишь с намеченного пути, поддаваясь чувствам вроде ярости или мести, вины или страсти. Лили говорила о том, что было в её мыслях, что вот уже давно её тревожило и вызывало сложную дилемму, которую она была не в состоянии решить одна. Но на пару с отцом, который так же очень многое пережил и на данный момент не терзался предрассудками, она надеялась на ответы или так называемые озарения. Полночи они провели беседуя друг с другом. То между ними возникал жаркий спор, и они яро жестикулируя пытались доказать свою позицию, то отвлекались на мелкие воспоминания и тихо посмеивались в кулак. В душе Лили на эти мгновения воцарилось спокойствие, хоть и не долгое. Поэтому поднявшись наверх, она почти сразу же забылась сном, правда, не таким радужным, как хотелось бы. Ей снились темнота и холод мраморных плит под ногами. Будто кем-то влекомая, она шла вдоль бесконечных мрачных стен, от которых веяло ужасом. Вот перед ней возникла дверь, и она не думая открыла её. Несколько десятков оттенков зелёного ударило ей по глазам: от книг, шкатулок и абажуров, до ковров и балдахинов. Окна, огромные от потолка и почти до самого пола были распахнуты настежь. На улице бушевала буря. Листья ещё совсем зелёные врывались в комнату и словно сумасшедшие кружились в воздухе, пока у них были силы, а потом опадали на пол, и только изредка пытались подняться обратно вверх, словно хотели вернуться обратно, на дерево. Вдруг всё неожиданно стихло, окна сами по себе захлопнулись, заставляя ветер от неожиданности врезаться в стёкла и заставить их звенеть. И когда Лили в следующий раз открыла глаза, ожидая проснуться в комнате на площади Гриммо 12, она была ошеломлена тем фактом, что никуда отсюда не делась. Она стояла посреди этой самой комнаты полностью одетая и даже в сапогах, хотя во сне на ней была лишь пижама, а ноги сводил холод. За дверью послышались шаги, и она поспешила спрятаться за портьерой. В дверь кто-то стремительно вошёл, а кого-то насильно притащили, судя по звукам. — Я хочу, чтобы ты повторил это ещё раз, — сказал властный и до боли знакомый голос. — Они здесь. Двое из Круга и Макпорты схлестнулись в штабе Ордена Феникса, говорят, они хотели убить одного из них. — Кого же? — Её. Лили затаила дыхание, обратившись полностью в слух. — И что? — в голосе совершенно безразличие. — Она не далась. — Хорошо. Можешь идти. Лили чуть отодвинула портьеру, когда услышала удаляющиеся шаги, и увидела, что Том всё ещё не один. Кто-то лежал возле его ног, и он явно не собирался с ним церемониться. — И так ты снова здесь, — проговорил он, обходя его, — Неужели прошлый раз тебя ничему не научил? — наставив на него палочку, Волан-де-Морт применил к нему Круциатус, судя по воплю, который донёсся из уст лежавшего. «Мерлин, неужели это не сон?» — подумала Лили в ужасе. Сердце просто перестало биться, сжавшись в комок, где-то в углу грудной клетки. Вопрос «Как же я здесь очутилась?» благополучно уполз на второй план. Всё было настолько реально, что действительно хотелось очутиться во сне, пусть даже в самом худшем кошмаре. Нет, она утрировала. Это не было бы кошмаром, всего лишь плохим сном. Потому что в душе она всегда знала, что Том был способен на жестокость, пытки и убийства. Другое, что она никогда этого не видела и иногда считала его совсем другим. — Ты сбежал к Дамблдору, как подбитая собака. Я не послал никого за тобой. Но раз уж ты явился сам… — ещё один взмах палочкой. Лили готова была закрыть уши руками, но была всё ещё шокирована, так что не могла даже пальцем пошевельнуть или двинуться с места. Она не слышала, что отвечал лежавший, но на какой-то момент ей показалось, что голос ей смутно знаком. — Мне нужно место нахождение Ордена Феникса, — продолжал Тёмный лорд. Он показался бы спокойным, если бы не его змеино-хищное выражение лица. Его что-то встревожило, и судя по всему сильнее обычного, раз уж он взялся за того, кого когда-то отпустил. Что судя по всему вообще было не в его привычке. — Я ничего не скажу, — услышала наконец Лили голос Бенедикта, который тоже каким-то поистине магическим образом оказался в лапах Волан-де-Морта, — Можешь сколько хочешь меня пытать, — сказал он обречённо, хотя порыв был явно геройский. — Ты либо кого-то покрываешь, что само по себе глупо, либо пытаешься казаться храбрецом, не имея при этом ни капли ума, — усмехнулся Волан-Де-Морт, приставляя палочку прямо к его лицу и ведя вверх, — Мне нужно кое-что, что имеет важность для меня и это что-то в твоей голове. Он не произнёс ни слова в слух, но Лили догадалась, что он применил «Легилименс» к Бенедикту, что было очень и очень нехорошо во всех смыслах. А когда всё это начало переходить границы, и Том медленно стал острым концом палочки нажимать на глаз, и оттуда потекла кровь, Лили не выдержала. К тому времени она уже частично пришла в себя и могла совладать со своими первичными эмоциями. — Экспеллиармус! — произнесла она и палочка Тома отлетела в сторону. Правда не на долго, почти тут же он приманил её к себе, и взглянул на неё красными глазницами, в которых плескалось безумие. Она не сомневалась, что он мог её в эту же минуту здесь и убить. Надо было иметь при себе неслыханную наглость, львиную долю храбрости и быть на всю голову сумасшедшей, чтобы обезоружить самого Волан-де-Морта и думать, что можно после этого будет выжить, ну или хотя бы поговорить с ним. Но Лили всё же надеялась на то, что человечность в этом тёмном человеке не совсем загнулась от нескончаемого мрака и холода гуляющего, как сквозняк в его душе. — Оставь его в покое! — будь она не так возбуждена и взволнованна, она бы подивилась своему властному и бесстрашному тону, но на данный момент она молилась лишь о том, чтобы голос не дрожал, иначе дело было бы загублено на корню. Опасность чуть угасла в кроваво-красных глазницах, и Том даже с интересом на неё взглянул, будто спрашивая: «И что же ты мне сделаешь?» Бенедикт, пользуясь случаем, уполз в угол, чтобы не попасться под горячую руку Тёмного Лорда снова. — Мне доложили, что вы снова здесь. Орден Феникса? — либо спросил, либо констатировал, либо просто усмехнулся, будто она совершила какую-то глупость. — Мы не на чьей из ваших сторон, — просто отмахнулась Лили. — Тогда, что ты здесь забыла? Она даже не знала, что ответить на это. И решила пропустить этот вопрос, воспользовавшись его методом «Вопросом на вопрос». — А ты видимо не так рад меня видеть, как в прошлый раз? — знание его в молодости и некоторых аспектов его жизни немного развязывало ей руки и в то же время могло составить пару пунктов в её приговоре, который Том мог собственноручно ей подписать, если решит, что она слишком много себе позволяет. — Неужели ты считаешь, что я способен на такие чувства, как радость встречи или печаль расставания? — спросил он. — Я думаю, что ты просто напускаешь на себя маску безразличия, говоря, что не способен что-либо чувствовать. Ты чувствуешь! Просто понятия плохого и хорошего у тебя смазаны были изначально. — Это большое заблуждение с твоей стороны… — Неужели? Как человек незаурядного ума, скажи, способен хоть кто-то не знавший ни боли, ни разочарований, ни предательств, не познав их сполна и не выявив из них поучительных уроков, пройти такой путь, какой прошёл ты? Чтобы ты не говорил о жажде власти и прочем, здесь кроется нечто другое, просто ты сам этого признавать не хочешь. Ты чувствуешь! Только это не розовые пони, радуга и прочая чушь! — на последней фразе Лили почти сорвалась, но вовремя взяла себя в руки. Это было заранее безнадёжно — убедить человека, погубившего не один десяток жизней, что он не такой уж и плохой и место его на стороне добра. Но дело в том, что добра то как раз и не было, так же, как и зла. Потому что они уже давным-давно тесно переплелись между собой, образуя нечто более страшное посередине. Они боролись с чем-то серым и непонятным, а значит просто ориентироваться на плохое и хорошее было уже не так верно в их случае. Вокруг них было сплошное серое пятно, и всё что они могли — это примкнуть либо к чуть тёмной его стороне, либо пристроится в чуть светлой его части. Том ей не верил и просто не хотел понимать, она видела это в его глазах и выражении лица. Просто это был не тот человек, который был готов измениться, поверив словам, какой-то приходяще-уходящей личности в его жизни. Не известно, как далеко бы зашла их дискуссия, продолжи они в таком же духе, но за её спиной неожиданно кто-то возник, она почувствовала это по колебанию воздуха, удивительно, как обостряются все органы чувств, когда тебя пытаются постоянно убить, и по выражению лица Тома. Он схватил её за руку и оттолкнул назад. Быстро сориентировавшись, что будет совсем не хорошо, если увидят её лицо, Лили, чтобы скрыться, наколдовала первое, что пришло ей в голову. И только потом обернулась, чтобы встретиться лицом к лицу с Королём. В кипенно-белом плаще и маске он выглядел грозно. Пожалуй, на его сражение с Томом она бы посмотрела с удовольствием. Ей было интересно, кто же всё-таки возьмёт верх. Логичнее всего было предположить, что победу одержит Том. У него и опыт и знания были за плечами, а Терри только вступил на эту стезю. Без слов они вступили в схватку, оба пользуясь невербальной магией. Обстановка накалялась с каждой секундой. Вскоре, вслед Королю появилась и его свита в виде Джудит Поуп и Стива Сколда. Сколда Лили, не задумываясь отправила в нокаут, и тот падая разбил оконное стекло. Том и Терри уже давно выбили дверь и переместились куда-то в другую часть особняка. Лили осталась один на один с Джудит. Опять. Но теперь у неё были основания недолюбливать эту особу и хотеть ответить ей сполна. На этот раз присутствие Меролл не понадобилось. Лили и сама понимала, что нужно сражаться и защищать свою жизнь, поэтому со всей страстью и всеми силами, на которые была способна, накинулась на Джудит, буквально за несколько минут притеснив её к стене. Палочка уже лежала на полу и Лили готова была её обездвижить, но всего секунда промедления и та накинулась на неё, как дикая кошка, опрокинув на спину и сев сверху, пытаясь задушить. Было нечем дышать. Воздух будто выкачали из лёгких. И словно в вакуумном контейнере, Лили пыталась хоть немного захватить воздуха и сбросить эту фурию с себя. Цепенеющими пальцами Лили обхватила палочку и обездвижила Поуп. Ту сразу же сковало, и она скинула тело с себя, пытаясь отдышаться. Неподалёку лежал Бенедикт, бледный, с окровавленным глазом. Лили подбежала к нему, пряча глубже отвращение от увиденного, и помогая остановить кровь. Глаз уже успел вытечь и сделать было уже практически ничего нельзя. — Что ты здесь делаешь? — спросила она. — Я увидел тебя по среди ночи, идущей по лестнице, и ты никак не реагировала на мои отклики. Он замолчал. Боль исказила его лицо. Лили вздрогнула. — Тебе нужно в св. Мунго. — Моя палочка, — простонал мужчина, вспомнив о том, что было для него самым главным на данный момент. — Не важно, — Лили помогла ему подняться и, придерживая его, подвела к камину, на котором приметила горшочек с летучим порохом, — Никому не говори, что я здесь. И особенно держись подальше от блондина, с которым я прибыла сюда. Будет совершенно не кстати, если Скорпиус и все остальные явятся сюда. Мужчина исчез в зеленоватом пламени, морщась и сутулясь от боли. Лили тяжело вздохнула и обернулась к Джудит, которая всё ещё лежала неподвижно на полу, там же где она её и оставила, неподалёку от Стива. Но она не успела что-либо сделать с ними, потому что в комнату ворвался Король, как вихрь в белом плаще, грозной и стремительной походкой. Он даже не затормозил, направляясь к телу своего соратника и палочкой притаскивая к себе тело Джудит. Лили видела сквозь чёрную вуаль на своём лице, как в последний момент исказилось лицо под маской Короля, когда он заметил её. Как он в бессилии сжал кулаки… — Авада Кедавра! — выкрикнул он, влетая в комнату. Зелёный луч направился прямиком к белому пятну и исчез вместе с ним, мелькнув напоследок зеленоватым отблеском. Сказать, что Волан-де-Морт был в ярости, это не сказать ничего. Он бросил взгляд на застывшую возле камина девушку, и не то прорычал, не то прошипел от злости взмахнув палочкой и разбив в дребезги всё что стояло на полке, сама же она треснула так, что только чудом в этот же момент не обвалилась. Меролл не дернулась, даже не пошевелилась и не вскрикнула. Она пару секунд продолжала смотреть на то место, где только что исчез Король, а потом обернулась к нему. Должно было признать, что чёрная шляпка с вуалью не только шла ей, но и бережно укрывала черты лица и выражения на нём. Поэтому, даже если она была напугана, то понять это было невозможно. Её фигура выражала полное спокойствие и это подействовало на него так же. Пару мгновений спустя он уже мог спокойно думать, а не крушить всё подряд из-за случая с Королём. Он не считал это поражением, или неудачей, он считал, что не смог лишь должно ему ответить. Пока. — Мой Лорд, — в комнату вбежал Селвин. Он сразу же заметил Меролл и встал в нерешительности, что же с ней делать, переводя взгляд с него на неё. — Ты опоздал, Селвин. Думаю, в тебе уже нет надобности. Тот хотел было возразить, но увидев недобрые намерения в глазах своего господина, если он ослушается, сразу же ретировался, бросив заинтересованный взгляд в сторону девушки. Двери за ним закрылись. — Селвин? У него случаем нет дочери? — Элизабет, кажется, — сказал он, — Вы знакомы? — Нет, — слишком быстро ответила она и тут же перевела разговор на тему насущную, — Что нужно было Королю? — Я думал, ты об этом знаешь больше, чем я. — Я тебя удивлю, но хоть мы и из одного времени, но цели преследуем разные. Плюс, запланировано было только первое перемещение, все остальные побочные, и до этого он всеми силами пытался вернуться обратно. Поэтому не понятно, что он здесь забыл, — сказала она, а потом добавила, — Если только Неоптолемус всё ещё не работает на тебя. — Нет. Он исчез, ещё в восемьдесят первом. Мои люди ищут его, но пока о нём ничего неизвестно, — он поморщился в очередной раз. Не каждый раз к нему обращались на «ты». И обычно это был кто-то вроде Дамблдора. Меролл промолчала и прошла к столу, снимая шляпку с вуалью. — Но дело видимо всё равно в нём, — сказала она, присаживаясь на стул. Её лицо было задумчивым, немного встревоженным, а потом в мгновение выражение на нём сменилось удивлением и даже страхом. Она поднялась со стула и схватила пергамент со стола. Он знал, что она там увидела, но вот её реакция была немного удивительна, с учётом того, как она на всё спокойно на всё реагировала. — Это список из гостиной, — сказала она вслух, но не поворачивая голову в его сторону, — Зачем он тебе? Волан-де-Морт промолчал. Собственно, он не собирался не перед кем оправдываться. И его даже в какой-то степени забавляло то, что она действительно думала, что это сработает. Меролл не стала допытываться, её взгляд упал на остальные бумаги, которые он мог бы одним жестом заставить исчезать, но раз её заинтересовал список, то ему было безумно интересно, что же последует дальше. — Мой Лорд, — в комнату даже без стука вновь ворвался Селвин, но, увидев грозное лицо повелителя, замолк так внезапно, что Волан-де-Морту это понравилось ещё меньше. Он уже сжал палочку, готовясь испытать своего подчинённого. Глаза его расширились от страха, все мускулы на лице напряглись. Правда, прежде чем рухнуть на пол, сражённый Круциатусом, его взгляд переместился к нему за спину, где определённо что-то происходило. Селвин остался лежать возле стены, как мешок с костями, иногда подрыгивая конечностями. Волан-де-Морт обернулся как раз, когда Меролл брала горсть летучего пороха из разбитого возле камина горшка. — Знаешь, надо отдать тебе должное, на какой-то миг я действительно подумала, что в тебе осталось хоть что-то… — её трясло, зубы чуть ли не скрипели, так плотно она сжимала челюсти, стараясь держать себя в руках. Похвально, однако. Послышались приближающиеся шаги, и на пороге показался недавний его пленник, за которым должен был присматривать Петтигрю. Видимо вот что пытался донести до него Селвин. Тот остановился, как вкопанный на пороге комнаты и метнул непонимающий взгляд в сторону девушки. Это было всего лишь мгновение, а потом он пересёк комнату и, схватив Меролл за руку, скрылся в камине. — Послать за ними? — спросил голос за его спиной. — Нет. Чем раньше они скроются из этого времени, тем быстрей всё придёт в норму, — ответил Волан-де-Морт, — Лучше восстанови бумаги, кажется, наша общая знакомая унесла с собой оригинал, — он обернулся к Неоптолемусу, который появился, как всегда кстати. Они вывалились из камина на площади Гриммо, при этом сменив несколько злачных заведений, чтобы запутать след. Было уже утро, робкие лучи солнца проникали сквозь решетчатые окна на кухне, где завтракала прекрасная половина Ордена Феникса, Сириус и Ремус. Кто бы знал, что они такие ранние пташки. Шокированные лица, и палочки наизготовку, того и гляди отправят в нокаут, но больше всего был изумлён Ремус Люпин, у которого при виде Теда только челюсть не отвисла для полной картины. — Это кто ещё? Тоже из будущего? — спросил Сириус приподнимая брови от удивления. Тед бросил в её сторону изумлённый взгляд. Лили пожала плечами, показывая, что объяснять придётся долго и лучше не сейчас. — Можно чего-нибудь попить? — как-то слишком робко спросил крестник отца. Ну, да сутки в компании Пожирателей, навряд ли те позаботились о такой мелочи, как жажда пленника. — Эм… Воды? — у Ремуса прорезался голос, но выражение удивления всё ещё осталось. — Нет, — сказала Лили, подходя к столу, — Здесь определённо нужен другой градус. Это подойдёт! Она выудила из кухонного шкафа бутылку огневиски. — Эй! — Вот только не надо читать монолог о вреде алкоголя, — она наполнила стакан и протянула его ошарашенному Люпину-младшему. Тот нехотя, но допил до дна, и Лили наполнила бокал снова. А пока он задавался вопросом «Пить или не пить?» Налила и себе, ибо была на грани срыва. — Я так полагаю, ты мой сын, — спросил Ремус определённо не вовремя, потому что именно в этот момент Тед решился на второй бокал и его содержимое от услышанного выплеснулось обратно наружу. Почему-то у Лили было явное желание поязвить, на манер Кассиопеи. Но она себя сдержала. — Думаю, этот вопрос должен повиснуть в воздухе, — она схватила ошарашенного Теда и потащила наверх. — Какого чёрта происходит, Лили? — вопрошал Люпин зловещим шёпотом, пока они поднимались по лестнице. — Во-первых: Лили осталась в 2024, и, если кто-то узнает обо мне, вопрос будет похлеще, чем был сейчас, а во-вторых — произошла сыворотка правды, и Скорпиус с Ником выложили кто мы и откуда. Поэтому лучше избегать вопросов на тему, касающуюся будущего. — Тед, — Ванесса кинулась к нему на шею, как только они зашли в спальню, где остановились Скорпиус и Ник. А вот что там делали полностью экипированные дамы был риторический вопрос, ибо скорее всего уже стало известно о судьбе Бенедикта. — Что случилось? Где тебя успело так потрепать? — задал вопрос Ник, глядя на рваный костюм Люпина. — Меня занесло к Пожирателям. А так как они думали, что я из Ордена Феникса, то решили держать в подземельях, периодически пытаясь выяснить, где их штаб. — А как вы встретились? — спросила Ванесса, кивнув на Лили. — Случайно, — произнёс Скорпиус с каменным выражением лица, взирая на неё. Лили покачнулась и вцепила рукой в стол. — С тобой всё в порядке? — Ник подошёл к ней, беря за плечи и обеспокоенно заглядывая в глаза. — Да. Огневиски на голодный желудок не лучшая идея, — пробормотала она, отгоняя усталость ослабевшей рукой. — То есть как случайно? — Я проснулась уже там. Не понимаю даже как. — То есть ты хочешь сказать, что во сне пришла к нему? — спросила Кассиопея, приподнимая светлые брови. — Тебя это удивляет? — Меня это не удивляет, а поражает. Похоже на одержимость, — констатировала Малфой. «Ну, спасибо, на добром слове!» — подумала Лили про себя, — «Быть одержимой Тёмным Лордом. Что может быть безумнее?» Ванесса и Тед ушли в другую комнату приводить его в порядок, по возможности сменить или очистить одежду. Как только дверь за ними закрылась, Ник обернулся к остальным. — Кажется, у нас возникли проблемы посерьёзней. — О чём ты? — спросила Кассиопея. — Когда он оттаскивал Джудит Поуп от того парня, она применила некую силу, для которой требуется искусное владение палочкой, но она это сделала голыми руками. — Выкачала воздух из лёгких, — сказала понимающе Лили, припоминая схожее ощущение пару часов назад. — Они такие же, — сказал наконец Ник. — Нет! Невозможно, — воскликнула Кассиопея, — Только не говорите, что мы имеем дело с такими же фриками, как мы? — Выходит, что именно так, — подала голос Элен. Похоже, добраться до спальни и нормально поспать в этот раз ей было не суждено. Почти сразу после Теда и Ванессы к ним таки пожаловал Дамблдор. Он был один, как не рвались за дверью Снейп и Сириус он их не пустил. — Что ж, вы снова здесь, — проговорил он, выразительно смотря на Лили. — Вы ведь снова сотрёте им память, как и Мародёрам в прошлый раз? — спросила она. Все остальные молчали. Конечно, он удалит все воспоминания из самых светлых голов своей организации. Лили не сомневалась, она бы тоже так сделала. Другое дело, что было немного обидно за это. — Не стану отрицать, вы внесли смуту, и знание, которое идёт с вами опасно. Дамблдор сказал своё веское «Не опасны!», и весь дом, кажется, вздохнул с облегчением, но бдительности не потерял. Лили уже пробиралась окольными путями к спальне, чтобы хотя бы час, но успеть подремать. Постоянное и неусыпное бодрствование плохо на неё влияло. По бокам раздались хлопки аппараций, и она уже успела вытащить палочку. — Эй-эй! Поумерь пыл, — дядя Джордж поднял руки, заранее сдаваясь. — Я понял, — констатировал дядя Фред, — С тобой шутки плохи. — В последнее время нервы немного шалят. Не принимайте на свой счёт, — она устало улыбнулась. — Тогда ты не будешь против чашки чая, — Фред весело ей подмигнул. — И пары провокационных вопросов? Собственно, согласия то её и не требовалось. Потому что они уже пришли к одной из комнат, где оказалась вся честная компания в виде отца, матери и дяди Рона с тётей Гермионой. Все смотрели на неё, как на привидение. Где-то она уже это видела… Ей вручили действительно чашку чая (почему-то до конца думалось, что чай был всего лишь приманкой) и усадили рядом с Гермионой, которая во всю накинулась на близнецов. — Нельзя вмешиваться во время! Могут быть последствия! — Дорогая, Гермиона, ну что будет от пары вопросов? Лили молча отпила глоток чая, покосясь на отца. «Что будет от пары вопросов? Да, в принципе ничего. Они всё равно об этом не вспомнят». — И так больше всего меня интересует. Поженятся ли наши Рон и Гермиона и будут ли у них рыжие дети? — выпалил Фред, и его брат пульнул в него подушкой. — Спросил бы что-нибудь про себя, — буркнул Рон. — А что мне про себя спрашивать? Я и так себя знаю, — сказал он спокойно, — Так как? Это уже было адресовано Лили. Та расплылась в улыбке, так что лицо Рона совсем стало кислым. — Фред, ты просто не представляешь насколько ты прав. — Так неправильно, — Грейнджер вскочила с места, — Я не буду это слушать! — Парень, она не хочет слушать про вашу дальнейшую жизнь… — …Бедняжка. Гермиона уже открыла дверь, собираясь уйти, но на пороге столкнула с Кассиопеей. — Ты же вроде собиралась спать? — она перевела взгляд на Лили. — Допью чай и иду, — она кивнула на чашку и не спеша отпила ещё один глоток. — Чай? Что правда, — из-за плеча появился Ник, — Люди в этом времени совершенно не умеют веселиться. — Знаешь… Зверь, чтобы быть весёлым, не обязательно пить, курить или… — О не продолжай Дитя Тьмы, дочь мрака и безумия! — Ник картинно закатил глаза и выставил руку вперёд. — Они что всегда так? — спросила у неё Джинни Уизли. — Большую часть времени суток, — Лили ухмыльнулась. М-да… чистой воды театральная постановка. Пожалуй, не хватает только немного смятенья. — Люди, вы не думали начать встречаться? — на тот момент, когда она это произносила, это всё ещё было шуткой, но потом Лили и вправду задумалась об их отношениях. Было бы забавно. Кассиопея смерила её холодным взглядом. — По-моему недавно ты сама на него претендовала? Лили пожала плечами. — У меня поменялись вкусы. — Что значит «У меня поменялись вкусы»? — воскликнул обиженный Ник, — Я что стал несъедобным? — Знаешь, тема «съедобного-несъедобного» актуальна только для тебя. Ты один в этой комнате питаешься людьми, — своим обыденным тоном заметила Кассиопея. Гарри поперхнулся чаем, и Джинни испуганно постучала ему по спине. Рон звонко сглотнул за спиной Лили. Да, похоже они на нервной почве немного перегнули палку. — Кто питается людьми? — в дверях появилась Ванесса, и Лили поняла, что пора им ретироваться отсюда, пока не разыгрался полномасштабный спектакль. — Никто, — сказала она, — Наш милый Некромант, просто пошутила. — Конечно, — мило оскалилась Кассиопея, — Как я могла так обидеть нашу милую зверюшку? — Весело у вас, ребята, — присвистнул Джордж. — Не то слово! Лили уже поднялась и направилась к двери, когда её окликнул Гарри. Он немного помялся и поправил очки на переносице. — Я выживу? — задал он главный вопрос. Лили его понимала. Наверное, даже лучше, чем он себе представлял. — Да. Он имел право знать, имел право на надежду. Пусть не будет воспоминаний о ней, но он будет чувствовать её сердцем. Ей удалось пробраться в спальню и уснуть, правда, ненадолго. Когда она в следующий раз открыла глаза, то увидела над собой Скорпиуса, нависшего над ней, как грозовая туча. Она со стоном опрокинулась на подушку и прикрыла тяжёлые веки. Всё ещё хотелось спать, да и в голове кто-то отыгрывал безумную музыку на барабанах. «Что думаешь по этому поводу?» — спросила она мысленно, ибо не хотела шевелить даже языком. А Скорпиус, чуяло её сердце, так просто уходить не собирался. В ответ она получила лишь молчание, поэтому снова пришлось открыть глаза и кое-как усесться на кровати. — Не люблю разговаривать с трупами, — пояснил он, на её возмущённый взгляд. — Ага, как же. Поговорил бы тогда сам с собой, ты это любишь, а я бы послушала, ну так для разнообразия. — Откуда такая язвительность? — Ты же говоришь я слишком добрая, обещаю исправиться. Как видишь, уже делаю успехи, — Лили натянуто улыбнулась и снова вернулась к теме разговора, — Так что ты думаешь на счёт всех этих списков и проекта «П» в столе Волан-де-Морта? — Я не думаю, а точно знаю, — сказал абстрактно Скорпиус, не меняя выражения лица. — Может пояснишь? — так и не дождавшись продолжения, спросила она. Ей изрядно поднадоели эти тайны. — То, что я прочитал в мыслях маленько Неоптолемуса, я ни сказал никому, потому уже тогда знал кем он станет и что принесёт с собой. Остальные узнали об этом, когда мы в прошлый раз искали тебя. И их это не порадовало, — Скорпиус вздохнул, на лице появились признаки эмоций, он нервничал и почему-то боялся ей говорить, то что собирался. Лили молчала, ибо не хотела показаться бестактной и нервной, какой была последние несколько дней. -Мать Неоптолемуса, сестра Фиделиса была замужем за магглом, Аароном Коулманом. Они погибли, когда мальчику было три. И его первое имя было и есть до сих пор — Джон Коулман. Дальше можно было не продолжать. У Лили просто упало сердце. Как мог маленький милый мальчик, превратиться в такое чудовище? В человека, чьи руки уничтожили столько детских надежд и желаний, разорвали в клочья судьбы? Перед глазами у неё всё ещё стояло невинное выражение детского лица, и было сложно осознавать в кого это лицо превратилось. Или же она была виновата, отдав его воспитание Тому? Нет. Уж в этом она была не виновата. Ей вспомнились рисунки в папке и холод пробежал по позвоночнику. Сама того не понимая она свела вместе двух совершенно безумных магов. Но была ли в этом её ошибка, или так было нужно? Неоптолемус, или Джон Коулман претворял свои детские рисунки в жизнь, шаг за шагом приближаясь к этой ужасной цели. Хуже всего было знать, что он её всё же достигнет, ценою десятка маленьких ни в чём не повинных жизней. Король и его Круг так же были экспериментом Коулмана. И в это Лили верилось с трудом. Потому что выходило так, что они совершенно его недооценили. Какие способности были у Терри, что они сделали за пару лет из него безумца с жаждой власти? — Пожалуй, эта папка была не к чему, — она кивнула на тумбочку возле кровати, — Она всего лишь доказывала, что мы и так знаем. — Не совсем. До этого момента мы не знали, что с этим был связан Волан-де-Морт. — Ах, да. Знать всё с самого начала и не сказать ни слова — это в вашем стиле. — Не надо меня с ним сравнивать! — зло проговорил Скорпиус, похоже, это действительно его оскорбляло. — Хорошо, — она вздохнула, — Но это всё на что я способна. Не надо ждать от меня пылких «Спасибо» и поцелуев. В какой-то степени ей было за себя стыдно и хотелось извиниться, но она уговорила себя тем, что он и так в её голове, так что если у него в голове есть мозг, а он у него есть, то он не будет на неё обижаться. — Прошу прощения, — деловито сказала она, — Но мне бы хотелось отдохнуть. Скорпиус удалился, а она укрылась одеялом с головой, ожидая, что вместо сна будет перебирать в голове всё, что было услышано и сопоставлено. Но этого не случилось. Буквально через пару минут, она на удивление быстро и спокойно погрузилась в сон. Ей снилась большая просторная спальня с огромной кроватью по середине. Она стояла возле окна в просторной белой рубашке с распущенными рыжими волосами, ей было от чего-то хорошо. Из окон лился мягкий солнечный свет, заливая собой всё вокруг. Можно было подставить лицо и купаться в нём. На талию легли сильные нежные руки, и подхватив, оторвали от пола. Лили не видела лица, но ощущала всем телом, что знает того, кто держит её сейчас, как пушинку и кружит по солнечной комнате. Ей было хорошо и спокойно, как короблю в тихой гавани. Не хотелось ни куда бежать, а просто лежать и утопать в тёплых объятьях. То, что было в этом сне Лили хотела сохранить до самых плохих времён, когда уже ничего не сможет осветить ей путь. Пусть эта солнечная комната, эти объятья и поцелуи будут греть её замерзающее сердце. Пожалуй, чего совсем никак нельзя ожидать после пробуждения, так это то что можно врезаться лбом в каменную плиту. Лили пошарила руками вдоль себя, так как дальше тоже было что-то вроде стены. И ей даже думать не хотелось, что было таких минимальных размеров. Что-то упиралось ей в спину и создавало дискомфорт. На груди у себя она обнаружила палочку, поэтому взмахнув ей по направлению вверх, с удивлением наблюдала, как каменная глыба отлетела к противоположной стене. Она вылезла из импровизированного ящика и спустила ноги на пол. Рядом раздался знакомый грохот, и она пригнулась, пока одна за другой каменный крышки улетали в противоположные стены. — Какого… — это был Ник, она узнала его голос и выпрямилась. Собственно, она разделяла его мнение. — Мы что в склепе? — Ванесса решила просто констатировать факт. Все переглянулись, скользнув мимоходом по гробам, в которых лежали до этого. Забавно было то, что похоронили их уже с кем-то. Так, то что упиралось в спину Лили было чьей-то тазобедренной костью. Она мысленно попросила прощения у усопшего. Хотя не взялась бы на сто процентов утверждать, что была жива сама. — Интересно знать, что это за массовое воскрешение из мёртвых, — задумчиво произнесла Кассиопея, подходя к одной из стен и освещая её палочкой. — Я думаю выход здесь, — сказала Элен, показывая в противоположный угол помещения, где и вправду виднелись очертания двери. Открыть её было на удивление не сложно. И когда они оказались на свежем воздухе, по среди кладбища, стоило задаться вопросом, как они здесь очутились? Ибо это не было похоже не предыдущие разы. Аппарировав туда и обратно, Ник подал им свежую газету. — Мы вернулись, — со вздохом облегчения сказала Ванесса, отдав газету Малфою, и порывисто обняла Теда.