Сегредо

Лежали… Ага, громко сказано… Ну, вообще-то лежащим можно было назвать только Джона. Да и то с большой натяжкой. Шерлок скорее сидел, привалившись спиной к толстому стволу очень старой, здоровенной ели, обхватив руками и ногами прижавшегося к его груди… не только к груди… Джона. Было холодно. Мысль о костре теперь не казалось такой уж опасной… Джон ежился, поплотнее прижимая к себе обнимавшие его руки и с удивлением думал, почему он, Джон Уотсон, который считал себя сильным, привычным к скудному, незатейливому быту взрослым человеком, нежился, впитывая спиной даримое ему тепло совершенно эгоистично. Хотя именно он сейчас должен был согревать и защищать «совершенно неприспособленного» Шерлока от холода и зверья, потому что из них двоих именно он вырос в «домашней обстановке» и близко не знаком с опасностями окружающего их мира… Или Джон все-таки что-то упустил… Но голос совести становился все глуше, неразборчивее ровно настолько, насколько глубоко теплая ладонь забиралась ему под куртку, бездумно разрисовывая ему тело горячими от прикосновения кончиков пальцев завитками… Джон так же бездумно отламывал от уже довольно ощипанной им краюшки хлеба небольшие кусочки и неторопливо скармливал их мягким губам над его ухом. А эти самые губы низким, волшебным голосом, отстраненно и неспешно, словно в запасе у них была не только эта ночь, а все время мира, рассказывал заснеженному лесу удивительную сказку цвета бархатного ночного неба. И Джон мог поклясться, что удивление ярких звезд над их головами, мерцавших сквозь чуть качающие макушки деревьев, ничуть не уступало его удивлению от услышанного. -…Они носят шкуры диких зверей, добытых ими же с помощью простых силков, стрел и копий… У них нет земледелия… и живут они только охотой… Они не знают музыки, потому что у них нет инструментов, на которых они могли бы играть… Свою историю они передают потомкам в преданиях, сидя возле дровяных кострищ и не зная письма… Их жилища сложены из грубого камня и покрыты сушеной травой… Зимы там суровы, многоснежны и яростны, как хищники, что живут в их лесах… А земли плодородны и девственно-нетронуты ни плугом ни бороной… Голос усыплял, убаюкивал, и Джону уже казалось, что это не Шерлок шепчет ему на ухо, а сам лес бормочет сказки, слышанные когда-то далеко в детстве… Из-за блаженной дремоты он почти пропустил момент, когда ритм рассказа сменился… - … о ком это, Джон?... Как ты считаешь? Простой вопрос… Не стоило даже просыпаться… - Легенды о Диких… В детстве нам много таких рассказывали… - он был почти обижен… - Сказки о стране за горами… монахи нам читали в своих книгах… Гарриет всегда боялась, что дикие люди в звериных шкурах придут ночью и заберут ее в свои каменные пещеры… Ага… зато сейчас… она любого Дикого за пояс заткнет… Над головой насмешливо заухало… Шерлок смеялся… - Дикие, говоришь… Книги… Конечно, Джон, это сказания из книг… Я тоже читал это. В детстве. Все те книги, что были в Большой библиотеке Сегредо… И я тоже думал, что это про Диких… Вот только написаны они были не здесь… - Нет? А где? За морем?.. – Джон не понимал, а когда он не понимал, он чувствовал беспокойство… - Не за морем. Я понял это, когда увидел твою деревню. Книги написаны много веков назад… В долине за горной грядой. В стране Диких… Но не про них… Они были написаны про людей из долины Соом. Это ВАС они считали дикими… Если бы уверенные руки не держали бы его так сильно, а бесконечные, крепкие ноги не обвивались вокруг его щиколоток, Джон вероятнее всего бы вскочил. Так ему немедленно потребовалось взглянуть в странное, неуловимо меняющее выражение лицо, хозяин которого говорил сейчас ужасные вещи. Он так и не понял, шутит он или говорит серьезно… То, что он сказал сейчас, было невозможно, неправильно… - Давно… очень давно они пересекли эти горы и нашли здесь цветущую плодородную долину, что одним концом выходила на морское побережье, а второй преграждал Северный Предел – отвесные скалы, закованные вечными льдами… Люди, которых они обнаружили по эту сторону, были охотниками и собирателями. Свои жилища они строили из больших тяжелых валунов и накрывали их тростниковыми крышами… Помнишь свой дом? Ничего не напоминает?.. А ваши поля? Как давно вы их засеваете зерном?.. пятьдесят лет?.. сто?.. а что было до ЭТОГО?.. Твой дед получил свой надел после войны сорок лет назад… а ваше оружие… Да ты и сам знаешь, что такое хорошая сталь… А теперь вспомни меч, спрятанный в вашем сарае… прости… Джон, я видел ваши механизмы, устройства… вы не знаете угля, подъемников, шестерен… ваша письменность пришла из-за моря… как и музыка, искусство… ремесла… Вас было не так уж и много, места вполне хватало, вы не имели обыкновения воевать… Захватить это место было бы очень просто… За горной грядой живет много Домов… Таких, какие появились теперь и здесь… Поднялись и укрепились… И не все они были воинственны… НАШ дом был против захвата и выстроил свою крепость в Бутылочном Горле, в главной точке вторжения. Мои предки не хотели войны… «Война - последний довод дураков…» Они хотели дать молодому народу время, чтобы он успел выйти из младенчества и возмужать… Веками Сегредо сдерживало аппетиты лордов с той стороны и объединяло новые дома с этой… Но теперь что-то изменилось… КТО-ТО больше не хочет просто соседствовать… КТО-ТО хочет забрать ВСЕ… Джон почти успокоился… Услышанное не могло быть правдой… Просто такого быть не могло… Но одна-единственная мысль зудела у него в черепе, царапала его острыми коготками, и не было никакого другого способа от нее избавиться, как выпустить наружу… - Шерлок… Так ты… Дикий?.. - Нет, Джон… Дикие – это вы. Но если ты спрашиваешь, то… да, семья Холмс пришла из-за Северного Предела. Нам не нужны ваши земли. Мы стражи на границе… Как это могло быть? В голове стало пусто, гулко и страшно. Все, во что он верил, к чему привык и чем мог гордиться, оказалось просто страшной сказкой, рассказанной ночью… Те, кого они привыкли считать дикими племенами, варварами и кровожадными убийцами, на самом деле были Древним Народом, оставившим после себя обелиски с надписями на Старом языке, предания, искаженные временем, не понятые потомками и… - Ночные Твари... – наконец Джон вернулся к исходной точке. С этого начался этот разговор. Им он и должен закончиться. – Что с ними? Ты ведь не просто так мне все это рассказал? Шерлок беспокойно под ним повозился, очевидно, тоже чувствуя себя не слишком уютно… Вздохнул в уже согретое его губами ухо… - Нет. Не просто так. Ты спросил, что мы ищем… Ночные Твари охраняют входы в Сегредо… Это были НАШИ звери, Джон… Мы приручили их и привели в это место… Но они давно одичали и иногда нападают на… Он не договорил. Джон все же вырвался. Не помня себя от ярости, он вцепился Шерлоку в куртку на груди и несколько раз приложил его о землю. Тому сильно повезло, что они протоптали не весь снег на поляне. - Твою мать!.. – заорал Джон так, что сонная ночная птица, пристроившаяся на ветке над ними, испуганно захлопав тяжелыми крыльями, сорвалась со своего насеста и заметалась среди деревьев, сшибая с их макушек сосульки. – Это ваше зверье столько лет убивает и калечит, а ты только сейчас об этом мне говоришь?.. Да еще так спокойно! Шерлок безропотно переждал, пока его топили в сугробе, зажмурившись и закрыв голову руками. И только когда Джон выдохся и упал рядом, судорожно хватая разинутым ртом морозный воздух, выкарабкался из снежного месива и сел. - Прости. У Уотсона только и хватил сил, чтобы швырнуть в него пригоршню снега. - Прости, Джон, - повторил Шерлок. – Мы ничего не можем сейчас с этим поделать, а воевать на две стороны Сегредо не в силах… Тебя не просто так взяли в крепость… Это было возмещение ущерба… вроде того… Еще одна пригоршня… - Ненавижу… Шерлок не ответил, и Джон приподнялся. Съежившаяся фигура одиноко сидела рядом, как потерявшийся волчонок. Виноватый, ненужный. С настила из лапника они сползли, и теперь «не совсем друг», или «совсем не друг» потихоньку замерзал. В злой, обреченной пустоте. Опять. Джон зажмурился от ударившей его в сердце боли, проглотил все проклятия, что скопились у него в пересохшем рту, подполз, и обнял напряженные, вздрагивающие плечи. - Я идиот… Я знаю… Можешь звать меня диким… если хочешь… если я тебе еще не слишком противен… - он гладил Шерлока поверх мехового капюшона, как ребенка. – Мы дождемся утра и найдем эту твою… дверь… Да?.. Доберемся до Хупера… и вернемся… Сколько у нас шансов? - Ни одного. Шерлок поднял голову, и Джон увидел нагло-смеющиеся глаза. И вновь услышал довольное уханье… Чертов манипулятор опять выглядел донельзя довольным победителем. Джон выругался и снова толкнул его в снег.