Господин Инквизитор

- Молли, быстрее, что ты мыкаешься?! - Холмс, прибывая явно не в настроении, подгонял девушку. Он с каким-то омерзением смотрел на ягодное платье, которое она вновь рискнула надеть. – Насыпь несколько крупинок щелочи в колбу. Хупер заправила выбившую прядку за ухо и вытряхнула содержимое маленькой стеклянной лопаточки в колбу. Полностью! Она с ужасом взирала на бурый дым, поднимающийся от пенистой темной жижи, в которую превратился прозрачный раствор, приготовленный Шерлоком. Инквизитор кинул пробирку в мойку и включил воду. - Давай я уберу, - справившись с дрожью, произнесла девушка. Адепт Света медленно развернулся, его лицо скривилось от гнева. - Ты продолжаешь оттачивать умение портить мою работу?! Как я устал от тебя! - Шерлок, это случайность. Я не хотела, прости. - Прости - всего лишь никчемное слово, которое никогда ничего не исправит. Глупое сочетание звуков, которым людишки пытаются переложить свою вину на случай. Предательские слезы, свидетельствующие о женской слабости навернулись на глаза. Молли глубоко вдохнула, пытаясь их скрыть, ведь она не хотела, чтобы этот человек наслаждался видом её ранимости. Резко развернувшись, она выбежала из лаборатории. В холле наспех зашнуровав ботинки и застегнув дрожащими руками пуховик, Хупер вышла на улицу. Прочь из этого дома, прочь из тюрьмы. Крупные снежинки медленно опускались на землю. Морозный воздух приятно холодил разгоряченное лицо, успокаивая хаос мыслей. Девушка осторожно ступала по снежной корке, спускаясь вниз к кованной ограде, к которой более двух месяцев назад её привез черный ройлс. Она просто шла, глубоко погруженная в свои размышления. Порыв прошел, её бравада улетучилась как дым, оставив горькие размышления о своей судьбе. Выхода не было, Молли не выживет без защиты инквизитора, но как долго будет продолжаться эта иллюзия, как долго адепту Света будет она интересна? Осмотревшись, девушка поняла, что не понимает где находится. Вместо того чтобы идти по проселочной дороге, по которой всегда можно вернуться к усадьбе, она углубилась в лес. Стало холодней и Молли накинула красный капюшон на голову. Руки заледенели, но их хотя бы можно было спрятать в карманы, в отличии от пунцовых коленок. Она присела на пенек, растирая замершие ноги, проклиная себя за то, что выскочила на улицу не удосужившись нормально одеться. Все же беглянка из неё никудышная. На рукав села маленькая бабочка, светло-голубая, как ясное летнее небо. Хупер аккуратно дотронулась до пуховика, и бабочка пересела на её правую руку, но лишь на секунду, чтобы потом расправив крышки, упорхнуть прочь, скрывшись за деревцем. Молли поднялась и, скользя ладонью по гладкой коре, перешла на ту сторону леса. Воздух мгновенно нагрелся, став по-весеннему теплым. Аромат цветов, смешанный с терпкостью мха, влажной после дождя земли. Жар полуденного солнца слепил глаза, и она устремилась к спасительной тени громадного черного дуба. Он был необычайно высок, и своим массивным стволом напоминал скорее древнего исполина, с жилистыми мышцами рук, исчезающих в кроне темно-зеленой листвы. Ламия ощутила странную робость и замедлила шаг. Она чувствовала нечто, исходящее из этого древа: древнее, сильное, мужское... Но маленькая бабочка присела ей на плечо, успокаивая, призывая не боятся. Молли дотронулась до шершавого, изрезанного тысячью глубоких морщин тела дуба. Это было необычайно, упоительный экстаз, когда она почувствовала, что он её принимает. Сила, подобно теплой пульсации скользила от кончиков пальцев к центру ладоней, по рукам к сердцу, к животу. Хупер, рассмеявшись, тряхнула головой, освобождаясь от бесполезного сейчас капюшона. Скинув куртку, она, оставшись лишь в тонком трикотажном платье, вышла на середину полянки, подставляя свои руки золотым лучам. Впервые ей овладело настолько полное ощущение счастья, радости, что хотелось закричать во всю мощь или закружиться в безумной пляске. Молли чувствовала себя свободной, невообразимо прекрасной, сильной своей женской сутью. Она упала на зеленый ковер, в ложе, сплетенное из трав. Если бы здесь был инквизитор, он бы не счел её никчемной, он, возбужденно дрожа, просил хотя бы об одном взгляде карих глаз. Ламия, прищурившись, присмотрелась к облакам. Два из них напоминали кустистые брови адепта Света. Хихикнув, она представила Шерлока, и мелкие облачка, сгруппировавшись и быстро переместившись по небосклону, «создали» бледно голубую радужку под светлыми густыми бровями, спинку носа, ямочку над верней губой и манящую полноту нижней. Он был подобно любовнику, сотканному из воздуха, нависающим над женским телом. Любовнику, который никогда не завладеет ею без её согласия. Молли вцепилась в траву, ощущая новую порцию силы, струящуюся по сосудам. Ламия прикрыла веки. «Молли», - произнес низкий мужской голос с легкой хрипотцой. «Молли, Молли», - повторили её имя сотни тысяч голосов, исходящих из каждой травинки, листочка, черноты земли и лазури неба. «Молли», - позвал её вековой дуб. «Проснись», - прошептала, живущая в ней. «Пробудись, Молли!» Шерлок устало откинулся на спинку кресла. Эксперимент не заладился с самого начала, он был невнимателен, и странное тянущее чувство пустоты, засевшее глубоко внутри, там, где у обычных людей располагалось сердце не давало свалить все на банальную усталость. Он почти сожалел о резких словах, сказанных Молли, ведь она не заслужила такое отношение. Невинная как ребенок, но несущая клеймо первой женщины, совращенной Змеем. Её ли вина, что Холмс к ней привык? Ведь его раздражение, нарочитая грубость были лишь жалкими попытки прекратить дальнейшее сближение с девушкой. Только с появлением в своей жизни Молли Хупер инквизитор понял, как был одинок. Ледяной панцирь, крепко сжимающий душу, долг перед церковью и семьей, недоверие к женской природе, все ориентиры рушились. Сначала он не понимал природу этого, но осознал, что ему комфортно в присутствии Молли, работая вместе с ней. Странные сны и фантазии - лишь телесный уровень его познания загадки девушки. Его интереса к ней, более приземленного и простого, но находящего рядом с тем спокойствием и теплотой, которые охватывали инквизитора, будучи рядом с Молли, но в тоже время идущие в разрез этому умиротворению. Шерлок никогда не жил под одной крышей с женщиной, с которой были близкие отношения. Но с ламией он не делил ложа, да и никогда не планировал разделить. Он потер виски, стремясь избавится от вороха мыслей. - Шерлок, Молли исчезла, - Взволнованная Марта без стука ворвалась в лабораторию, - Что если её забрали ... они? - Не говорите глупостей, миссис Хадсон, - резко осек женщину адепт Света. – Вы же знаете, я не ограничиваю её передвижение в пределах поместья! Если мисс Хупер нет в доме, то она отправилась прогуляется. - Но Шерлок, её нет около четырех часов! Холмс рассеянно взирал на экономку, но справившись со своим изумлением, сказал: - Вы заглядывали в её комнату. Вещи на месте? - Да, но... Инквизитор обогнул Марту, направляясь в холл. Там он внимательно осмотрелся, примечая белую вязанную шапочку девушки, шерстяные перчатки, аккуратно лежащие на полке. - Значит, она не сбежала, на вряд ли мисс Хупер рискнула податься в бега без вещей. Если только не сломя голову под наплывом обиды. Он проверил бумажник, лежащий в кармане темного пальто. Банковские карты и наличность были на месте. Обреченно вздохнув, Шерлок обмотал шею шарфом. - Я верну её, миссис Хадсон. На улице было холодно, и он пожалел, что подобно Молли пренебрег перчатками. Хупер ушла из дома около четырех часов назад, но в то время снег уже пошел на убыль и потому легкие следы девушки были различимы зорким глазам инквизитора. Он последовал по вмятинам квадратных каблучков девушки, отмечая, что ничьих следов поблизости не было. Достигнув границы ограды, Шерлок вышел к проселочной дороге. Но к сожалению, снегопад здесь продолжался дольше, скрывая замысел ламии. Немного постояв на припорошенном гравии, инквизитор принял решение отправиться в лес. Холмс довольно быстро напал на след девушки, поскольку та, блуждая, умудрилась сломать несколько веток. Вот пенек, на который она присела отдохнуть и растереть замершие ноги. Бывший воин Света огляделся по сторонам. То, что он увидел вдалеке, заставило тревожно сжаться сердце. Это было человеческое тело, припорошенное снегом. Шерлок кинулся к Молли, откидывая руками белую пушистую массу с заледенелого лица. Она дышала, редко, неглубоко, но дышала. Инквизитор принялся растирать бледные пальцы, щеки, лоб, подбородок девушки, тормоша её, но она оставалась безучастна к его действиям, и, казалось, спала, но то был сон смерти. - Проснись, Молли! Проснись, черт тебя подрал! – Шерлок со всей силой тряс Хупер, так, что её голова болталась словно у сломанной куклы. - Перестань, ты мне голову оторвешь, - слабо пошептала девушка. Мужчина, ликуя, прижал её на мгновение к своей груди. Затем сняв шарф, он обмотал им голову Молли, оставив лишь прорези для глаз, и сняв свое пальто, укрыл им ламию. Осторожно подняв девушку, он понес её к усадьбе. Марта уже ждала его, открыв настежь входную дверь. - Шерлок... - Миссис Хадсон, сейчас не время для вопросов. Вскипятите воду, приготовьте чай с мелиссой и липой, добавьте меда. Надеюсь, вы помните где лежат грелки Майкрофта? Заполните их водой и отнесите все это в комнату мисс Хупер. Откинув пальто в сторону, он бережно положил свою ношу на кровать, застеленную коричневым покрывалом. Дернув за язычок молнии, Холмс аккуратно снял красный пуховик с девушки и, расстегнув крохотные пуговички платья, стянул его через голову. Молли лежала, одетая лишь в нижнее белье и тонкие бежевые чулки. Он легко касаясь, избавил от них девушку, разглядывая её ноги. Красные, но, пожалуй, не все так плохо, только легкое обморожение. Просто чудо, учитывая сколько времени она могла пролежать в снегу. Шерлок заботливо укрыл ламию одеялом, принесенным миссис Хадсон, укладывая под голени и стопы грелки. - Ты на меня не сердишься? – услышал он тихий голос Молли. Её лицо было безмятежно, а глаза закрыты. - Нет. А теперь спи, Молли, - инквизитор подавил желание провести по русым волосам. Она что-то шептала и он склонился, чтобы разобрать её слова. - Ты пробудил меня, Шерлок, - прошептал монотонный чужой голос, исходящий из уст Хупер. Её веки приоткрылись, тьма следила за ним. *** Утром он проснулся от сильной головной боли. Раскрыв воспаленные глаза, Шерлок увидел потолок своей спальни. Странно, но он даже не помнил, как добрался до комнаты, Холмс как будто провалился в темноту, в забытье. Инквизитор присел на кровати, захлебываясь в мучительном кашле. Чертово прошлое, проклятие заядлого курильщика, для которого две пачки сигарет ежедневный необходимый минимум. И как итог вчерашней прогулки - обострение хронического бронхита. Его душило, он хрипел, задыхаясь, пытаясь откашляться. В спальню заглянула миссис Хадсон, но Шерлок лишь взмахнул рукой, гоня её прочь. Никому не позволяется видеть его в моменты слабости, даже близким. Экономка застыла в дверях и вместо Марты в комнату зашла Молли. Она не выглядела больной, напротив, кожа её сияла здоровьем, а на щеках горел мягкий румянец. - Жалко, что у меня нет фонендоскопа. Но, надеюсь, термометр найдется? – Хупер, присев на кровать, спросила миссис Хадсон. Та, кивнув, скрылась из вида. - Хочешь поиграть в доктора и пациента? – его голос был скрипучий, как несмазанная дверь. - Я бы не хотела, чтобы ты стал моим пациентом! – ответила Молли, внимательно смотря на адепта Света. Шерлок вытер пот со лба, да, он забыл кем были «пациенты» девушки. - 101,6°F(27)! – воскликнула Хупер, вытащив наконечник электронного термометра изо рта Холмса. – Миссис Хадсон, я напишу название лекарств, нужно будет съездить в город и купить их в аптеке. Правда, я не могу выписать рецепт... - Все в порядке, Молли, когда узнают, что это для Шерлока, отпустят без проблем. Инквизитор и ламия остались вдвоем. Она продолжала сидеть рядом с адептом Света, которого знобило под пуховым одеялом. - Что назначила? – вывел её из задумчивости хриплый голос мужчины. - Зиннат(28), лазолван, жаропонижающее... - Зиннат? Почему не противовирусное? - Толку то, все равно завтра придется присоединять антибиотики, ведь бронхит хронический. Ты неплохо разбираешься в антибиотиках. Шерлок хмыкнул: - В фармакологии, Молли. - У тебя медицинское образование? – у патологоанатома удивленно приподнялись брови. – Разве у инквизиторов..., - она смущенно замолчала. - Договаривай, Молли. Разве у инквизиторов может быть иное образование, кроме семинарии? Или теологического факультета? Но войны Света могут прийти в Церковь из мирской жизни. Я дипломированный химик, но ты права, семинария тоже была, как и три курса медицинского. - Почему не продолжил учиться? - Не это было моей целью. - А что было твоей целью? - Расследования, ведь следствие - одна из функций Святой Инквизиции. И я достиг в этом определенных успехов. - Шерлок... Я снова возвращаюсь к вопросу о своей судьбе, что со мной будет? – спросила девушка, впившись взглядом в худое лицо. - Ты будешь жива, пока не инициируешься. - Но ведь этого никогда не случится? - Пожалуй, - он прикрыл веки, не в силах сказать правду. – А сейчас, иди, я устал и хочу вздремнуть. «Скоро приедет Майкрофт и все закончится, - Шерлок стремительно погружался в тяжелый сон. – Мне придется вынести приговор Молли». (27)Градус Фаренгейта (обозначение: °F) — единица измерения температуры. Назван в честь немецкого учёного Габриеля Фаренгейта, предложившего в 1724 году шкалу для измерения температуры. На шкале Фаренгейта точка таяния льда равна +32 °F, а точка кипения воды +212 °F (при нормальном атмосферном давлении). 96 °F принята нормальная температура человеческого тела, у Шерлока температура тела соответствует 38,5°С (28)Зиннат - цефуроксима аксетил, цефалоспориновый антибиотик II поколения, фирма-производитель GLAXOSMITHKLINE, лидер фармокологической промышленности Великобритании.