Взаимовыгода

— Войну? Что ты имеешь в виду? — Устало поинтересовался я. — Натравим группировки друг на друга, вот тебе и война, — пояснил Орихара. — А ты не думал, что пострадают невинные люди? — Маловероятно, — уверенно заявил информатор. — В этих группировках таких почти нет. — Что за группировки? Всё якудза? — Не только. Приходи ко мне завтра, я все обдумаю и познакомлю тебя с кое-какими материалами. А сейчас мне пора. Футболку завтра отдам. Может быть, — информатор поднялся и пошел к двери. — Что-то мне не нравится эта идея. Неужели нет других способов? — Вяло поинтересовался я, морщась от внезапно накатившего приступа головной боли. — Шизу-чан, — прошептал Орихара, оборачиваясь. — На что ты готов пойти ради брата? — На все, — не задумываясь, ответил я. — Тогда я не вижу проблемы, — развел руками блоха. — А ты… — Да? — Информатор поднял бровь. — Как далеко ты готов зайти ради своей цели? Неужели тебя не останавливает то, что могут пострадать сотни невинных людей, в том числе и дети? Орихара сощурил глаза, блеснувшие красным. — Тоже самое я могу спросить и у тебя. А как далеко ты готов зайти, Шизу-чан, ради слепой мести? Как далеко ты уже зашел? — С этими словами информатор покинул мою квартиру. *** «Как далеко ты уже зашел?». Фраза, брошенная точно насмешка. Выпив таблетку от головной боли, я упал на диван и привычно уставился в до тошноты белый потолок. «Как далеко ты уже зашел?» Если бы блоха только знал, как он прав. Сегодня ночью случилось невозможное. Я переспал с самым ненавистным мне человеком. Блять, я трахнул Орихару! Немыслимо просто. Начинаешь ненавидеть себя за свою несдержанность. Я действительно перешел черту. Какое счастье, что это стерлось из памяти блохи. И мне надо забыть об этом, забыть, забыть, забыть как можно скорее. Как будто бы ничего не было. Как будто бы это не я ночью вдалбливался в худое тело Орихары, как будто бы это не я разрывал его кожу зубами, как будто бы это не я оставлял на нем многочисленные отметины, как будто это все было просто сном. Больным, ненормальным, извращенным, но сном. Меня терзали смутные сомнения, как такой проницательный человек, как Орихара не обнаружил с утра ничего подозрительного, но я предпочел не думать об этом, от одной мысли о том, что блоха мог что-то понять, мне немедленно хотелось исчезнуть с лица земли. Какой позор! Голова раскалывается. Закрыть глаза и немного поспать. Может, станет легче. Может, я проснусь и пойму, что все события последнего месяца – всего лишь дурной сон. Каска будет жив. А Орихары вообще не существует, он лишь плод моего воображения. Но нет. Жизнь слишком жестока, чтобы сделать мне такой подарок. С самого рождения я мучаюсь. С самого рождения на мне весит клеймо монстра. С самого рождения я не такой, как все. С самого рождения я знаю не понаслышке, что такое боль, обида, разочарование, слепая ярость, одиночество. Судьба никогда не была ко мне благосклонна. Я привык всегда быть один. Всегда доверять только себе. Всегда ожидать удара в спину. Я привык к тому, что рядом со мной всегда идет смерть. Нет, я никого не убивал, только сильно калечил. Но я знал, что в любой момент я могу свернуть кому-нибудь шею. Я привык, что меня ассоциируют со смертью. Но я и предположить не мог, что однажды, смерть будет не на моей стороне, что она будет не в моей власти. Что она придет без моего ведома и заберет самого дорого мне человека. К этому я оказался не готов. И теперь я должен отплатить за это. Я знаю, со смертью не шутят, но и с Хейваджимой Шизуо тоже! Спросите у любого жителя Икебукуро. Я должен это сделать, должен. «И тебе совершенно по барабану, сколько невинных людей могут из-за этого пострадать» - мерзко прошептал внутренний голос, и я с ужасом понял, что да, сейчас для меня это не имеет абсолютно никакого значения. Я ни перед чем не остановлюсь. *** Мне удалось уснуть и проспать часа два. Проснулся я в ужасе, потому что понял одну важную вещь: можно похоронить надежду быстро забыть все то, что было у меня с блохой. Потому что, мать его, мне приснилось, как я трахаю его! Точно так же, как было в реальности, с той лишь разницей, что инициатором был я. Это, блять, вообще что?! Если бы он сам не полез ко мне, я бы ни за что никогда не захотел этого поганого кровососа! Бесит, бесит, бесит!!! Теперь, стоило мне лишь чуть прикрыть глаза, я видел обнаженного иформатора, его влажную от пота кожу, красные припухшие губы, полуприкрытые глаза, подрагивающие ресницы, узкие бедра и выпирающие тазобедренные косточки, которые я с остервенением кусал, его дырочку, которая была такой узкой и горячей…черт!!! И самым отвратительным было то, что у меня стоял. Это ненормально. Я сошел с ума. И всему виной этот уродец! Я пошел в душ и залез под ледяную воду. Член настойчиво требовал разрядки, но не мог же я дрочить на блоху! А раз его образ мне так настойчиво лез в голову, то я решил, что будет лучше даже не пытаться представить какую-нибудь симпатичную грудастую девушку, а просто вот так вот справиться с возбуждением. Член, конечно, остался недоволен, но кто его тут спрашивает. Только я вылез из душа, как зазвонил телефон. Я взглянул на дисплей и чертыхнулся: звонил Шинра. Со всеми этими событиями я совершенно забыл о друге, а он ведь просил обо всем ему рассказывать. Только что я скажу теперь? — Я слушаю. — Шизуо, привет! Что-то тебя давно не было слышно. Как ты? — Хорошо. «Отвратительно». — Какие новости? — Да никаких. «Блоху всего-то похищали якудза, а я его спасал». — Совсем? — Расстроено спросил друг. — Как там Орихара? Ты его, надеюсь, еще не убил? — Нет. «Я просто его трахнул». — Что-то ты не шибко разговорчивый сегодня, — усмехнулся Шинра. — Что Изая говорит? Он ищет этого дуллахана? — Ищет. «Уже нет». — У него есть план? — Я не знаю. «Да, он хочет устроить войну». — Шизуо, все нормально? — Обеспокоенно спросил друг. — Ты какой-то странный. — Все в порядке, просто голова раскалывается. «Просто каждое мое слово тебе – ложь». — Ну, ладно, отдыхай. Но как только узнаешь что-нибудь новое, звони! — Попросил Шинра. — Договорились. «Это вряд ли». — Пока! — Пока. Я отключился. На душе было погано. Я никогда не врал своему единственному другу. Шинра всегда был готов поддержать и выслушать. Но я не мог рассказать ему, кем на самом деле является дуллахан, что хочет Изая, какой страшный способ он придумал, чтобы осуществить задуманное и что я не собираюсь этому мешать. И тем более у меня бы никогда язык не повернулся признаться в том, что было между мной и треклятой блохой. Я тяжело вздохнул и щелкнул зажигалкой, закуривая. Шинра, прости, но ты больше ничем не можешь мне помочь. Дальше я сам. *** Когда на следующий день я пришел к Орихаре, то застал его разглагольствующим на тему, почему кофе у Намиэ вышел неправильным. Секретарша холодно посоветовала информатору засунуть этот кофе себе в задницу и сообщила, что у нее полно другой работы, кроме той, чтобы варить шефу еще один кофе по новоявленному орихаровскому рецепту. — Опять над людьми издеваешься? — Поинтересовался я. — Йо, Шизу-чан. Мне просто было скучно, — информатор зевнул. Выглядел он гораздо лучше, хотя губа была немного опухшей, а засосы на шее были еще хорошо заметны. У меня перед глазами незамедлительно встала картина, как я оставлял на нем эти отметины. Я раздраженно тряхнул головой. Опять! Бесит! — Ну, рассказывай, что хотел. — Садись, — Орихара кивком указал на диван. — Как я уже говорил, план предельно прост: натравить друг на друга все существующие в городе группировки. Их много. Например, якудза. Какая самая влиятельная ты уже знаешь – та, лидер которой Шики-сан. Остальные поменьше и поглупее. Их можно не трогать, достаточно того, чтобы Шики-сан вошел в войну, другие же сами подключатся, в силу своей тупости. Но не одними якудза славится наш город. Ты когда-нибудь слышал о «Синих квадратах»? — Нет. Кто они и чем занимаются? — Ничего особенного. Кучка бандитов, собранных вместе. Вот их лидер. Орихара протянул мне фотографию, на которой был изображен неприятного вида небритый мужчина, он улыбался жуткой улыбкой: ему не хватало передних зубов. — Его звать Хаякава Масами. Очень неприятный тип. Наглый и тупой. Любитель обижать слабых. — По нему видно, — согласился я. — Следующая группировка – «Желтые платки». Лидер – шестнадцатилетний школьник Кида Масаоми, — информатор протянул мне следующую фотографию. На ней был изображен светловолосый жизнерадостный парень. Его лицо показалось мне знакомым… — Подожди! Я видел это парня неделю назад в парке, в компании другого, темного, и девушки в очках. — Не мудрено, в одном городе живем, — Орихара хмыкнул. — А видел ты их, я так понимаю, в компании этих молодых людей? — Информатор дал мне еще две фотографии. — Точно, — ответил я, рассматривая снимки. — Рюгаминэ Микадо и Сонохара Анри. С ними тоже не все так просто. Рюгаминэ – лидер «Долларов», самой большой и мирной организации. — Этот парень – лидер? — Не поверил я. — Кто бы мог подумать, да? — Блоха рассмеялся. — И если тебя все еще беспокоят мирные жители, то в «Долларах» их очень много. А это значит, кому как повезет. — А с девчонкой что? Она тоже чей-нибудь лидер? — Нет, но с ней что-то не так. — В каком смысле? — Во всех, — Орихара замолчал, и я понял, что он просто не знает. Еще раз я убедился, что он не всемогущ. — То есть мы имеем три группировки и якудза? И их всех надо перетравить между собой? И как ты собрался это сделать? — Мне нужна еще кое-какая информация, а потом это будет сделать проще простого. — Опять же не говоришь всего, ублюдок, — раздраженно констатировал я. — Если я не говорю, значит, для тебя это пока не важно или не важно вообще. — Ладно, и что дальше? — Я решил не начинать спор, потому что прекрасно понимал, что блоха все равно ничего не скажет. — Дальше я буду продолжать собирать информацию и заполнять пробелы. И иногда мне будет нужна твоя помощь. — То есть мне опять сидеть дома и ждать, пока ты меня позовешь? — Недовольно спросил я. — Можешь прогуляться в кино для разнообразия. — Изаааяяя!!! — О, второй раз, — усмехнулся Орихара. — Что второй раз? — Не понял я. — Ничего. А теперь, если вопросов нет, я попрошу тебя уйти, мне нужно работать, — блоха кивнул на дверь. Мне не оставалось ничего другого, как покинуть офис.