Бугимен

Похладный ночной ветерок пробрался под одеяло. Крис завозился во сне, зарываясь в одеяло. Полупробуждение. Грань между сном и бодрствованием. Если в такой момент ничто не мешает, человек засыпает вновь и на следующий день даже не вспомнит о том, как его сон чуть не был прерван. Крису не дал заснуть шорох. Мальчик замер. Остатки дремы слетели с него, когда шорох повторился. Крис открыл глаза и оглядел комнату, ожидая увидеть маминого кота, забравшегося на полку, чтобы сбросить на пол его фигурки трансформеров, или гоняющего по полу носок. Кота в комнате не было, более того, дверь оказалась плотно закрыта. Решив, что ему показалось, Крис закрыл глаза, но шорох повторился, а затем из-под кровати раздался звук работающего мотора заводной игрушки и что-то ударилось о ножку кровати. Почему-то стало не по себе. Особенно от наступившей тишины. Крис замер, а затем… «Вор-вор-вор!» – заводная игрушка отъехала назад, еще один удар, и снова, снова, снова, со все большей силой. – «Вор!» Пересилив себя, Крис свесился с кровати и заглянул в темноту под ней. Прямо перед его носом стоял яркий луноход. Крис даже не сразу вспомнил, откуда у него эта игрушка. А, да, отжал у какой-то мелюзги в школе. Больше ничего, кроме лунохода, пары заводных машинок и сломанного парусника под кроватью не было. Ну, если не считать пыли, носков и крошек. Что могло издавать тот неприятный звук – непонятно. Крис уже совсем собрался снова лечь спать, когда луноход вдруг замигал фарами, поднял и опустил игрушечный бур и, развернувшись, поехал прямо на него. «Вор-вор-вор!» – А-а! – Крис подпрыгнул, мигом взлетев на кровать. Руки дрожали от невесть почему пробравшего ужаса. Игрушка между тем выехала на середину комнаты и замерла там, не подавая признаков жизни. Постепенно придя в себя, Крис сообразил, что луноходы сами по себе не ездят. Кто-то должен ими управлять. Вспомнилось, что вещица при ближайшем рассмотрении оказалась радиоуправляемой, и пульт остался у малыша. «Ах, вот оно что! Значит эта мелюзга решила пошутить. Сидит себе под окном и жмет на кнопки. Ну ладно, сейчас он у меня получит». Сразу успокоившись, Крис осторожно спустил ноги на пол, бесшумно подкрался к окну и, резко отдернув занавеску, выглянул наружу. Под окном никого не оказалось. Крис нахмурился. «Вор-вор-вор!» Луноход развернулся, разогнался и врезался ему в щиколотку. – Ау! Зараза! – Крис поймал беспокойную игрушку, потер второй рукой ушибленную щиколотку, выпрямился, повертел луноход в руках. В лунном свете тот выглядел как-то зловеще. Фары поблескивали, словно пристально смотрели на Криса. Клешни манипуляторов и бур словно занесены для удара. Матовые бока с нарочито яркими символами НАСО и звездно-полосатым флагом кажутся наощупь теплыми. Днем Крис видел, что в запаенной кабинке сидит игрушечный космонавт в скафандре, но сейчас космонавта было не различить. Только темнота за стеклом. Густая, чернильная, живая. Крис передернул плечами, осторожно поставил луноход на стол и забрался обратно в постель. Напоследок еще раз глянул на игрушку. Та стояла мирно и спокойно, и двигаться не собиралась. Выдохнув, Крис закрыл глаза. «Вор-вор-вор! ВОР-ВОР!» Звук рос, приближался, от него задрожали стены, завибрировало стекло в окне, кровать заходила ходуном… Крис вскрикнул, подпрыгнул и… проснулся. Комната была залита бледным лунным светом. Тихая. Безопасная. И луноход стоял там, где он его оставил: на столе. Крис выдохнул, вытер выступивший на лбу пот, закрыл глаза. «В-в-в-в…» Резко сев в кровати, Крис уставился на луноход. Нет, не движется. Фары не горят. Вот только… а не дальше ли он стоял от края стола? По спине пополз холодок. Проглотив комок в горле, он зарылся поглубже в одеяло. «Вор-вор-во… Бзынь!» Луноход с грохотом свалился со стола. Крис сжался в комок. «Взззз… Взззз…» Проклятая игрушка упала на бок и никак не могла перевернуться. Хорошо… Пусть себе визжит… Батарейки рано или поздно сядут. Все равно не подберется. Почему его так пугала возможность того, что луноход подъедет поближе, Крис и сам не знал. «Вззз… Жррррр, хтр… Уиу… ВОР!» Крис тихонько заскулил. Перед глазами как живая встала картинка: луноход, орудуя своими манипуляторами, переворачивается, встает на колеса и медленно, вальяжно едет к нему. «Вор-вор-ВОР!» Тишина… «ВОР!» Звук прозвучал совсем рядом, прямо над ухом, и был он более глухой и утробный, чем положено звуку мотора игрушки, словно по комнате ездила настоящая машина. А потом что-то вцепилось в угол одеяла и потянуло его на пол. Крис взвыл, вцепился в ускользающую последнюю защиту. Бесполезно. Одеяло рывком слетело с него и было отброшено в угол. Крис сидел на постели, обхватив себя руками, его трясло, и все же он боялся открыть глаза. Боялся увидеть… «ВОР!» В глаза ударил яркий свет прожекторов. Против желания Крис посмотрел. Луноход стоял перед кроватью. Огромный. Уже не игрушка, а чудовищная машина смерти, вооруженная множеством манипуляторов. – Мама… – вместо крика с губ слетел только жалобный шепот. – Мамочка… Крис почувствовал, как течет по бедрам, пропитывая матрац, горячая моча, но это было сейчас последнее, что его волновало, потому, что луноход поднял с противным визгом манипуляторы и схватил его за запястья, потянул вверх. Он сопротивлялся, брыкался, орал как резаный, поражаясь тому, что никто не пришел на крик, пока не увидел медленно втекающую под дверь лужу чего-то черного, густого. В проеме полуоткрытой двери, на секунду выхваченная светом фар, мелькнула фигура матери. Она лежала в луже собственной крови, среди вывороченных скользких колец кишок. Лицо прорезано красной улыбкой. Слишком широкой, словно кто-то распилил лицо огромной острой пилой, а потом вывернул края раны и сшил ее в таком положении. На руке не хватало пары пальцев. Сердце и легкие любовно извлечены из тела и разложены рядом на полу, словно на анатомическом экспонате для медиков. Почему-то запомнилось осторожно, чтобы не раздавить, извлеченное глазное яблоко, венчающее груду органов словно вишенка чудовищный торт. Кот валялся рядом с пробитым (просверленным?) черепом. Крис обмяк и заскулил. А луноход-убийца между тем вытянул еще пару клешней и перехватил ими щиколотки жертвы, распяв ее как на дыбе. Фары шевельнулись, словно два огромных глаза, свет прожекторов скрестился на мальчишеской фигурке, болтающейся в воздухе над кроватью. С какой-то задумчивостью ожившая игрушка, переросшая взрослого человека, подняла малый бур и нацелила его на колено Криса. Он заорал, орал долго, не замолкая, и пока сверло впивалось в сустав, высверливая в нем полость, и пока с чмокающим звуком покидало его, и пока жуткая ожившая игрушка загоняла в колено длинный тонкий штырь. Брызнул фонтан крови. Нога непроизвольно задрыгалась, несмотря на адскую боль. Луноход парой механических движений перенацелил бур и опустил его на второе колено, одновременно занося еще один манипулятор, увенчанный дисковой пилой. Крис сквозь алую пелену, застилавшую глаза, сквозь залившую их кровь, смотрел, как диск с визгом раскручивается, как опускается ему на живот, распиливает ребра и грудину, как луноход тянется к выпадающим внутренностям, деловито забирая пробы «грунта». Кричать уже не получалось, только хрипеть. «ВОР!» Игрушка развернулась, очередной манипулятор – тонкие изящные гнутые щипцы – подцепил ноздри Криса, расширил их. Что-то проникло в нос, пробило перегородки и впилось в мозг, взбалтывая его словно блендером. Вспышка. В этой последней вспышке агонии Крис увидел сидящего в кабине лунохода космонавта. Тот улыбался во все румяное пластмассовое лицо и таращил на него стеклянные глаза. – А-а-а-а-а! – Крис забился и скатился с кровати. Сердце вылетало из груди. Некоторое время он приходил в себя, осознавая, что все увиденное – и расчлененная мать, и буры, и собственные внутренности, намотанные на манипуляторы, – было просто кошмарным сном. Далеко не сразу он осмелился посмотреть на луноход. Тот стоял на краешке стола и словно бы насмешливо скалился, по крайней мере, передний бампер выглядел сейчас как оскаленная пасть. Крис сглотнул. – Это был сон. – Вор, – отозвался луноход, включая фары. Крис снова заскулил, отползая на заднице назад, пока не уперся спиной в кровать, рванулся, чтобы бежать, больно ударился локтем, и опять проснулся. На кровати. Весь в поту и моче. Лунохода на столе не было. Тихонько взвыв от ужаса, Крис заозирался, ожидая увидеть игрушку притаившейся в каком-то углу в засаде. Нигде. Ни в одной тени. Ни под стулом, ни среди разбросанных по полу коллекционных фигурок. Всхлипывая, Крис включил весь свет в комнате, даже достал из коробки давно забытый ночник и зажег фонарик. Легче не стало. Мелюзга! Это сопливая мелюзга напустила на него злой дух! Мелюзга провела какой-то мерзкий ритуал вуду! Призвала темного бога вроде Ктулху, или кто уж там у колдунов есть! Вселила в луноход, чтобы отомстить ему, Крису! А колдовство действует и на свету. Оставалось только найти луноход, пока он сам не нашел Криса, и уничтожить его. Избавиться. Пересилив себя, он наконец заглянул под кровать. Проклятая тварь, а он уже не сомневался, что этот луноход проклят, что в нем поселился какой-то злой дух, стояла там. Некоторое время Крис всхлипывал, затем нерешительно протянул руку, резко схватил своего механического мучителя как ядовитую змею. Луноход оставался безжизненным. Прикидывался, сволочь. Но Крис-то знал правду. Не выпуская чудовище, держа его на вытянутой руке, он нашел коробку побольше. Запихал луноход в нее и обмотал проводом от приставки. Нет. Этого мало. Монстр вырвется. У него есть манипуляторы, буры, пилы, лазеры. Вырвется и снова набросится на него. Надо поскорее избавиться от этой проклятой игрушки. – Я знаю, что это ты, – пробормотал Крис, криво усмехнулся, не замечая, что из уголка рта на пижаму течет слюна. – Знаю. Ты хочешь его вернуть, да? Я тебе его верну. Вместе с колдовством. Пусть он режет тебя, колдун малолетний. Пусть тебе снятся эти сны! Выбравшись на улицу, всхлипывая, вздрагивая и озираясь на каждую тень, Крис припустил к дому Бобби. Коробку с луноходом он держал на вытянутых руках.