Глава 3.
30 ноября 2013 г., 01:51
So stop your cheap comment 'cos we know what we feel
Октябрь 1977-го. Лондон
– Сид! – эхо разнесло крик по темноте переулка. Он отразился от грязных кирпичных стен, вместе с ветром шевельнул обрывки газет и заставил вздрогнуть кутающегося в кожанку басиста.
Вишес обернулся. Было холодно, пронизывающий ветер забирался под куртку. Тусклые фонари едва освещали узкую, зажатую между домами улочку Лондона. Поблескивали лужи и битое стекло.
Быстрым шагом, изредка срываясь на бег, по переулку шёл Роттен. Он шагал прямо по лужам, и ветер трепал полы его плаща и рыжие волосы.
– Чего тебе? – неприветливо встретил его Сид.
– Куда ты идёшь? – Джон выглядел встревоженным и, не зная, куда деть руки, теребил плащ.
– Какое тебе дело? – Вишес не собирался ждать ответа, но Джон схватил его за рукав, не дав уйти.
– Стой! Да что с тобой? Что я такого сделал, что ты уже четвёртый день злишься на меня?
– Ничего. Ты не сделал ничего. А теперь отвали.
Лайдон остался стоять, глядя, как Сид бредёт прочь, сутулясь и пряча руки в карманах куртки. Однако так быстро сдаваться Джон не собирался, он не любил такого к себе отношения. Метнувшись вперед, он догнал Вишеса у выхода из переулка. Сид устало закатил глаза, снова увидев его перед собой. Да сколько можно?
Кажется, Вишес действительно разозлился, но Джон понял это лишь когда ударился спиной о кирпичную стену.
– Долго ты ещё будешь надо мной издеваться? – удивительно спокойно произнёс Сид.
– Издеваться? Поясни. Я вот ничего не понимаю.
– Вот именно, Джон. Ты идиот. Ты не врубаешься.
В соседнем фонаре замигала и взорвалась лампочка. Стало чуть темнее, но полная луна все также освещала проулок и застывшие в нём фигуры.
Лайдон, действительно, почувствовал себя идиотом.
Сид вздохнул, опёрся одной рукой о стену, другой сгрёб воротник плаща Джона и тряхнул посильнее. Затем склонил голову и заговорил, сначала тихо и размеренно.
– Я всегда старался стать для тебя лучшим другом из всех возможных. Я всегда был рядом. Ещё с колледжа. Таскался за тобой везде, по улицам, барам, в магазин Макларена. Наблюдал из толпы на концертах. Я был счастлив, когда ты позвал меня в группу. Я принял данное тобой имя. Старался помогать тебе, поддерживать тебя во всём.
Лайдон завороженно следил за неторопливым движением губ друга, окутанный его низким голосом, и старался осознать каждое произнесённое слово.
– Но ты эгоист, Джон, – голос Сида зазвучал громче и эмоциональнее, – Все это знают. Ты слушаешь только себя, замечаешь лишь то, что хочешь. Мне приходится подстраиваться под твоё вечно меняющееся настроение. Я пытался показать тебе… Приставал, делал разные глупости. Более явных намёков и придумать нельзя. Ты, конечно, всегда послушно удивлялся моим выходкам, но, – Сид прикрыл глаза и поморщился, – Боже, как легко ты отбрасывал их в сторону! Ты ни разу не потрудился подумать! Я устал пытаться. Тебе хорошо с Норой? Пусть так. Я сваливаю из твоей жизни вне группы. Всё.
Джон попытался поймать взгляд друга, но Сид уже не смотрел на него. Он, наконец, высказал всё, что так долго сдерживал внутри. И теперь был готов начать все с начала. С Джоном или без него, ведь страница уже перевёрнута и каждый должен сделать выбор.
– Эй, голубки! – окрик раздался с той стороны, откуда они пришли. Джонни поначалу даже не понял его смысла – ему, привыкшему к поведению Сида, и в голову не приходило, что они стоят слишком близко друг к другу. – Вы, случаем, не те паршивцы из Sex Pistols?
Роттен повернул голову в направлении звука и недовольно поджал губы: на расстоянии не более десяти шагов ухмылялись трое парней, явно находящихся в алкогольной эйфории. Классические тедди-бои в брюках-дудочках, будто сбежавшие из 50-х. Такие частенько заглядывали в магазин Макларена. На ногах парни держались скверно, и в другое время было бы довольно просто избежать драки, просто сделав ноги. Но не в этот раз – сами того не осознав, ребятки произнесли заветное «Sex Pistols», а значит Сид, все ещё являющийся главным фанатом группы, не уйдет отсюда без драки. Джон уже почувствовал, как Вишес напрягся, хотя басист даже не пошевелился, не взглянул на тедди.
– Сидни, – предупреждающе протянул Роттен, наблюдая за сокращающимся расстоянием до противников.
Тедди-бои, хрустя кулаками, остановились в нескольких шагах от замерших Пистолетов. Сид медленно повернулся, закрывая собой Джонни, со щелчком раскрыл появившийся будто из ниоткуда складной нож.
– У вас какие-то проблемы, ребят? – вызывающе начал Вишес. Джон вздохнул – после такого начала можно быть уверенным – проблемы будут. Только вот у кого? Сид явно нарывался. Хотя выглядел он сейчас уверенно; Джонни почти забыл, что его друг совсем не умеет драться.
Правда, вспомнил он об этом довольно скоро, когда Сид пропустил удар в лицо, и перстень на руке одного из тедди оставил на его щеке широкую кровоточащую полосу. Вишес отпрянул от неожиданности, но тут же рванул обратно – исполосовал ножом грудь и живот расслабившегося тедди-боя. Не глубоко, но болезненно.
Раненый временно выбыл из строя, уступая место двум товарищам. Те насели на отмахивающегося Сида с двух сторон, тесня к стене.
Ждать дальше всеми забытый Джонни не стал – тихонько обойдя увлёкшихся противников, он сцепился с парнем, отмеченным ножом Сида. Тот, хоть и неважно держался, зажимая раны рукой, как раз готовился к мести: подобрал валявшуюся рядом пустую бутылку. Несколько обменов ударами и тедди отползает к стене, держась за грудь и кашляя. Джон вытер ладонью кровь с разбитой губы и подобрал выроненную бутылку.
Тем временем Вишес уже потерял нож и упёрся спиной в стену. Отбиваться ему пока удавалось, но тедди уже предвкушали победу.
Ухмылялись они до тех пор, пока об голову одного из них не разбилась бутылка. Парень тихо осел на брусчатку, а его удивлённый друг получил увесистый пинок от Сида и растянулся рядом с товарищем.
Озлобленный Вишес подобрал нож.
– Проваливайте! – рявкнул Роттен, перехватывая Сида и даря проигравшим время подняться, забрать бессознательного друга и свалить из злосчастного переулка.
– Какого чёрта ты меня держишь? – возмутился Сид, когда торопливые шаги тедди-боев стихли на соседней улице.
– Чтобы ты не убил этих придурков, Сидни.
– Я что, похож на психа?
Джонни хитро ухмыльнулся:
– Как всегда, – и отпустил друга.
– Ты дерёшься, как девчонка, – проворчал Вишес, убирая нож.
– Иди на хрен, Сидни. Я спас твою шкуру, – устало ответил Джон, сползая по стене вниз. Сел на холодные камни и прикрыл глаза.
Вишес опустился на корточки рядом с ним, заглянул в лицо друга. Вздохнул и большим пальцем стёр кровь с губ Лайдона. Тот удивлённо распахнул веки.
– Сидни… – он нахмурился и поджал губы, собираясь с мыслями, – Прости меня, ладно? И… мне нужна твоя поддержка. Я один не справлюсь.
– Ну, – Вишес улыбнулся, – У тебя есть Нора, Рэмбо, София. Ты же Джонни Роттен. Ты не можешь быть один.
Джон посмотрел на него своим фирменным укоризненным взглядом.
– Ладно, не злись, – Сид успокаивающе поднял руки. У него ни с того ни с сего улучшилось настроение, – Я же твой друг.
Роттен радостно улыбнулся, но тут же смутился собственных эмоций.
– И это… Ну, ты говорил, что я не замечал, не думал, – Джон с трудом подбирал слова, – Ты не прав. Просто, всё это так… Ну…
– Трусишь? – перебил Сид и гадко ухмыльнулся.
Лайдон возмущённо поднял взгляд: трусом он никогда не был. Хотел что-то сказать, но передумал. Вишес смотрел выжидательно, всем своим видом выражая ехидство.
Грязно выругавшись, Джон, неловко сменив позу, поцеловал Сида. Тут же испугался и отпрянул, глядя на друга загнанным зверёнышем.
– Вот и умница, – Вишес заржал и поднялся на ноги, – Нора сегодня у тебя?
– Нет. У них с Арианной семейный вечер, – насупившись, ответил Джонни.
– Отлично. Тогда иди домой, а я приду чуть позже, договорились?
– Так, стоп, – вспомнил Джон, – Ты так и не ответил, куда ты идёшь.
Сид смотрел себе под ноги и молчал.
– Ну? – Роттен внимательно следил за движениями басиста.
– К Нэнси. У неё сегодня вечеринка, – пробубнил Вишес.
– Но зачем? – Джон встал и теперь удивлённо заглядывал в лицо друга, – Ты же сам недавно говорил, что она тебя достала?
Сид наконец посмотрел на Роттена, и тот заметил, что басист Pistols выглядит уставшим.
– Мне нужна доза, Джонни, – грустно ответил он.
– Но ты же обещал завязать, – Лайдон напряжённо пытался понять.
– Во-первых, я обещал попытаться. А во-вторых, я пытаюсь, но сразу это не выйдет, врубаешься? Я уменьшаю дозу, клянусь тебе.
Джон задумался.
– Хорошо. Я пойду с тобой.
– Зачем? Ничего хорошего ты там не увидишь. Тем более, ты ненавидишь Нэнси.
– Мне так хочется.
– Контролируешь? – Сид усмехнулся.
– Присматриваю, – Джон сладко улыбнулся в ответ.
***
Квартиру на окраине Лондона Нэнси снимала вместе с подругой. Та была наркоманкой со стажем и, что не удивительно, зарабатывала на героин проституцией. Они жили на третьем этаже, и Пистолетам пришлось долго подниматься по загаженной лестнице. В одном из пролётов, прямо на лестнице, лежало тело. Сид быстро проверил пульс молодого человека и, перед тем, как идти дальше, пояснил Джону: «Это Том. Жив пока, но ему недолго осталось, слишком давно на героине. Намного дольше меня».
Дверь в квартиру была изрезана чьим-то ножом, кнопка звонка вырвана. Вишес открыл её пинком, и из темноты в лица ребят дохнуло затхлым теплом, запахом перегара и чем-то горелым. Вместе с запахом донеслись негромкие звуки музыки и множества голосов.
Дав глазам немного привыкнуть к полумраку, Вишес зашёл внутрь. Джонни старался держаться за ним и не отставать. Сразу в коридоре они наткнулись на целующуюся парочку, копошащуюся на полу у стены. Те не обратили на пришедших ни малейшего внимания.
Первым делом Пистолеты заглянули в кухню. Джон с отвращением оглядел сидящего на табурете парня, пускающего что-то по вене, и лежащую у его ног девушку. Первый изредка мычал и раскачивался из стороны в сторону, а вторая вообще не подавала признаков жизни. Помимо них в кухне была ещё одна девушка, хрупкая, в старомодном платье. Она стояла у плиты – варила кофе, пока не обернулась на звук шагов.
– Привет, Сид, – девушка заулыбалась, затем удивлённо округлила глаза, – Ой, Джон, привет. А ты здесь зачем?
– У меня к тебе тот же вопрос, Арианна, – Роттен нахмурился: папочкой он себя, конечно, не считал, но какое-то чувство ответственности всё-таки присутствовало. – Ты почему не с матерью?
– Ты не подумай, я ничего не принимаю. Просто несколько друзей тут зависли, я им еды принесла. На пару минут зашла, по дороге из магазина. Ма ужин готовит, а меня за вином отправила.
– Хорошо. Я тут тоже ненадолго.
– Кофе хотите? – Ари Ап вернулась к плите.
– Не в этот раз, – ответил Сид, заглядывая в маленький холодильник – как и ожидалось, пустой, – Лучше скажи, где Нэнси?
– Так она в гостиной, там ищите.
– Ладно, спасибо, – Лайдон обернулся, выходя, – Не задерживайся тут.
– Конечно.
Проходя коридор, ребята встретили ещё нескольких человек, знакомых и не очень. Кто-то шёл сам, кого-то несли. С кем-то приходилось здороваться, кого-то игнорировать.
Дверь в спальню была заперта изнутри, и Сид не стал туда стучаться, прошёл мимо. Стоило ему сделать шаг в заполненную людьми и мусором комнату, которую здешние посетители звали гостиной, как к нему подлетела Нэнси. Аккомпанируя себе диким хриплым визгом, она повисла на Вишесе.
– Сид! Мой Сидни пришёл! Где ты был всё это время? Я искала тебя! – затараторила она, не отпуская парня.
У Джона от этого зрелища и визга сразу начала болеть голова. Он огляделся, замерев на пороге: в откровенно маленькой комнате помещался почти десяток человек. Они заняли все горизонтальные поверхности – кресла, несколько табуретов, подоконник, а те, кому не хватило, растянулись на полу. Чистотой помещение похвастать не могло, запах немытых тел и дешёвого алкоголя бил в нос, так что Джону уже хотелось отсюда уйти. Люди походили на больных зверей – тихонько выли, несли чушь, слепо пялились в стены. Наркотики не были чужды Роттену, но ничего подобного он раньше не видел. И не желал больше видеть. Слишком сильно всё это напоминало психиатрическую больницу.
Из собственных мыслей Джона вырвал крик Нэнси:
– А этот что тут делает? – блондинка, наконец, отлепилась от Сида и только сейчас заметила, что он пришёл не один. – Зачем ты привёл его в мой дом, Сид? Ты же знаешь, что он ненавидит меня!
– Детка, мы сейчас уйдём, – мягко произнёс Вишес, пытаясь отвлечь её внимание на себя. – Не волнуйся. Скажи мне, у тебя есть что-нибудь для меня?
Джонни, устав наблюдать эту сцену, отвернулся, прислонившись к косяку двери. Он слышал утвердительный ответ Нэнси, слова благодарности от Вишеса; слышал, как она клянчит у него деньги и как он отдаёт ей последние фунты. А потом Спанджен, наконец, заметила ссадину на лице Сида.
– Что это? Сидни, откуда это? Тебе больно?
Джон слышал, как Вишес пытается объяснить ей происхождение царапины, но девушка быстро пришла к собственным выводам:
– Это всё из-за Джона! – в её голосе появились истеричные нотки. – Всё из-за него! Я знала, что нельзя оставлять тебя с ним!
От неожиданности Лайдон обернулся, как выяснилось, только для того, чтобы получить удар в челюсть от этой далеко не хрупкой дамочки. Джонни, разозлившись, ответил пощёчиной и оттолкнул Нэнси к Сиду. Тот крепко схватил её.
– Нэнси, не смей! Перестань!
Визги и крики перемешались с истерическими рыданиями.
– Грёбаная шлюха, – буркнул Роттен и направился к выходу из квартиры, слыша, как блондинка ругается в ответ.
***
Когда Вишес вышел на улицу, Джон прикуривал уже третью сигарету. Сид присел на бордюр рядом с другом, вытянул ноги на проезжую часть. Мимо, возмущённо гудя, пронеслось такси.
Сид собрался что-то сказать, может, даже извиниться, но не успел:
– Она идиотка, Сидни. Ты не должен с ней видеться.
Вишес нахмурился:
– Это не тебе решать, Джонни. Я разберусь.
– Как скажешь, тебе виднее, – Джон медленно затянулся, глядя на проезжающие машины. Продолжил, спустя несколько вдохов, – Просто, мне кажется, что всё это плохо кончится.
– Всё, что связано с наркотой, всегда плохо кончается, я знаю, – Сид рассмеялся. – Но я же не собираюсь быть наркоманом, – его голос звучал уверенно, – я скоро закончу с этим дерьмом. Веришь?
Лайдон молчал, глядя на огонёк сигареты. Он ни в чём не был уверен, всё менялось слишком быстро. Бешеное время. Земля всё время уходит из-под ног и становится всё труднее пытаться удержать равновесие.
Вишес вцепился костлявыми пальцами в плечо Роттена, с тревогой уставясь на него.
– Ты веришь мне, Джонни?
Тот мотнул головой, дёрнулся, еле слышно буркнул:
– Угу, – и снова замер. Через три затяжки сигарета обожгла ему пальцы, и он затушил окурок о собственный ботинок. Поднялся.
– Пошли отсюда, – и Сид послушно потянулся следом.
– А что дальше? Что теперь? – поинтересовался Вишес через три квартала молчания по дороге к квартире Джона. Тот сразу догадался, о чём речь:
– Ничего, – произнёс он поспешно. – Всё как прежде.
Сид ухмыльнулся, умудряясь на ходу заглядывать в лицо хмурого Джонни, подначивая его. Роттен не выдержал, взволнованно воскликнув:
– Я не буду с тобой трахаться!
– Хо-хо, – Вишес весело расхохотался, – Это мы ещё посмотрим!
