Я иду домой

Холм оказался даже ближе, чем рассчитывалось. Более того, он был напичкан приятными сюрпризами – рытвинами, похожими на пещерки, не более трех-четырех шагов внутрь холма, мелкими, однако, освобождавшими все-таки от необходимости «копать». Одну из них, самую глубокую, и облюбовал новый знакомец. Искусавший губы в мясо за время их перехода Джонни мысленно застонал, но с видимой активностью взялся помогать Хантеру устраиваться на ночлег. Только когда запас того, что могло сойти за дрова, был заготовлен, небольшой костер горел в глубокой земляной яме, а одеяла лежали вокруг него, Джонни, наконец, позволил себе присесть. Пить ему не хотелось, есть почему-то тоже. Обгоревшая кожа пекла немилосердно, и заново вернулись тошнота и сильная слабость. Хесс понимал, что ничего серьезного с ним не происходит, и болезнь была следствием исключительно ожога, но легче ему от этого не становилось. - Так какую религию вы исповедуете, Хантер? – просто чтобы поддержать беседу, поинтересовался он, стараясь уложить пострадавшую ногу так, чтобы не испытывать мучительной боли. – Или я не так понял, и эта ваша миссия состоит в чем-то другом? Хантер на мгновение прекратил копаться в сумке. - Сынок, - проникновенно сказал он, - разве я допытываюсь, где и как ты потерял свои пожитки? Джонни осторожно потрогал ноющее колено, метнув в спутника мрачный взгляд. Тот всецело был занят сумкой: внутри что-то позвякивало, шуршало, несколько раз Джонни услышал отчетливый щелчок. Наконец Хантер поднялся. - Скоро вернусь, - бросил он, расстегивая плащ. Джонни моргнул. Его взгляд точно стрелка компаса уткнулся в.... - Э.... - пробормотал Хесс. - Такого большого я еще не видал. Хантер вслед за Джонни опустил взгляд. - Чертовски здоровенная штука, - горделиво подтвердил он, прикрываясь полой плаща. - Сиди здесь. Никуда, ха-ха, не уходи. Таб нырнул в темноту, а Джонни еще раз моргнул, просто чтобы отогнать видение прочь. "Определенно, - подумал Хесс, - я видел то, что видел. Там точно был он, толстый как удав, короче чем у нормальных... Интересно, как он его носит? Налево кладет, или направо, и не мешает ли при ходьбе?" Джонни помотал головой: Хантер распахнул плащ всего на несколько секунд, но у Джонни были молодые глаза, и цепкий взгляд. "Гранаты и квадратные бруски с ладонь, - подумал Джонни. - Но зачем ему мотки проволоки? И...все-таки, как он таскает дробовик под плащом?". Со стороны пустоши не доносилось ни звука. Хесс прислушивался и вертел головой, пока ему не надоело. От тепла его стало клонить в сон. - Дьявол! Джонни выпрямился, разглядывая вернувшегося миссионера. Его плащ покрывали свежие разводы, сапоги по самое голенище тоже были в пыли. Достав что-то из сумки, Хантер присел рядом с Джонни. - Держи. На колени Хессу шлепнулась туго скатанная тряпка. Пока Джонни разглядывал её, Таб поворошил костер палкой. Ярко вспыхнул огонь. - Сунуть тебе в пасть что-нибудь прикусить? - Зачем? - удивился Хесс. Хантер подпер щеку ладонью. - Чтобы орал потише. Джонни помотал головой. Нога распухла, каждое движение причиняло ему боль, а самое неприятное, что кроме Хантера вокруг не было ни души, которую заботила бы конечность Хесса. Из двух зол он выбрал меньшее. - Вытерплю, - процедил он, стискивая зубы. – Действуйте… док.