Игрушка по любви

Как только парочка вылетела на улицу, прохожие, как по команде, обернулись. Ещё бы — Хайваджима Шизуо, живой синоним слова «катастрофа», нёсся за девушкой с выражением абсолютной ярости на лице. Обычная сцена — если не считать того, что преследуемый объект носил юбку, хвостик и каким-то странным образом напоминал… кого-то слишком знакомого. — Эй, это не Изая? — с сомнением шептал кто-то. — Не-не, это девка. Видишь, грудь есть. — с уверенностью отвечал другой. Тем временем «девке» приходилось нелегко: за спиной свистели бутылки, мусорные вёдра и, возможно, кусок кондиционера. Правда, все с завидным постоянством летели мимо. Учитывая меткость Шизуо, это было… подозрительно. — Хм. Либо он попал в аварию с точностью, либо... щадит? — с ухмылкой подумал Изая, петляя между припаркованными машинами. Спустя минут двадцать спринта по улицам Икибукуро, когда лёгкие уже вовсю кричали «мы умираем», Изая резко остановился. В следующий миг буквально в сантиметре от его головы просвистел увесистый металлический диск — возможно, крышка от люка. Определять точнее желания не было. — Шизуо-чан, ты с ума сошёл? — с театральным возмущением выдохнул он. — Я же, между прочим, ничего тебе не сделал! Блондин, пыхтя, замер в нескольких метрах и зарычал: — Ты ещё и спрашиваешь?! — Конечно спрашиваю! — Изая скрестил руки и наигранно обиделся. — Ты вообще нормальный? Сидел себе тихо, пил, молчал... Потом — бац, и погнался за мной. Я, между прочим, испугалась. — Не ври! — Шизуо ткнул пальцем. — Ты всегда врёшь! И вообще — ты ментов на меня натравливал, мои фото продавал, бар подставил! И теперь ещё из себя невинную строишь! — Так я и не говорю, что святой. Но на этот раз — честное слово! — Изая сделал жест рукой, как будто клялся в церкви. — Я просто зашёл в гости. И ты первый начал! Если бы я не увернулся, ты бы меня убил. — Что? Я не хотел… в смысле, хотел, но не так… ну… не убить, а просто… покалечить чуть-чуть. — Шизуо сбивчиво замолчал, почесав затылок, будто сам удивился, что только что сказал. — О, логика железобетонная. Просто бриллиант мысли. — Изая закатил глаза и театрально вздохнул. — Не гори, блонди. — Заткнись, блоха. — буркнул тот, нахмурившись. — Ну, раз ты меня пока не размазал по асфальту, я пойду, ладно? У меня, между прочим, планы. Да-да, у блох тоже есть личная жизнь. Удивлён? — Нет. — резко отрезал Шизуо. — Ты идёшь со мной. — Что? Куда? Мне вообще-то на свидание пора. — Изая лениво потянулся. — Парень ждёт. — …Чего?! — Шизуо застыл. — Ты... ты чё, педик? — Тогда поздравляю, Шизуо-чан, ты тоже. Раз с «педиком» недавно целовался. — прищурившись, ответил Изая. — Я не целовался с парнями! — А я, по-твоему, кто? — Ты… ты баба! — Значит, я не могу быть геем. Логика же, Шизуо-чан. О, подожди… Ты её всё-таки иногда применяешь? — Заткнись! — зарычал блондин, уже явно проигрывая спор. — Аааа! С тобой, как всегда, диалог — просто высший пилотаж. Я пошёл. — Изая развернулся на каблуках и сделал два шага. — Стоять. — голос Шизуо был спокойным, но с той самой опасной ноткой. В следующую секунду Изая почувствовал, как его подняли в воздух, как мешок с картошкой, и перекинули через плечо. — Ты охренел?! Что ты творишь, псих!? — Изая заёрзал, размахивая ногами. — Опусти меня, изверг! Горилла! Ублюдок! — Идёшь со мной на свидание. — бросил Шизуо, глядя вперёд, будто это было самое логичное решение на свете. — Ч-чего?! Ты вообще понял, что сказал?! Это даже не звучит как ты! — Что-то не устраивает? — холодно бросил блондин. — Да! ВСЁ не устраивает! — Мне пофиг. — спокойно ответил Шизуо и зашагал дальше, не обращая внимания на вопли у себя на плече. — Икибукуро, запомни это свидание… — процедил сквозь зубы Изая. — Это будет твой конец… Они молча скрылись за поворотом. Один — упрямо молча. Второй — молча, но очень громко. Хейваджиму Шизуо в Токио знал почти каждый — как минимум по слухам о том, как он за один день отправил на покой три торговых автомата и одну стену кофейни. А вот девушку, которую он сейчас нёс на плече, знали всего трое. Один — сам Шизуо. Второй — Синра. А третий, по вполне очевидным причинам, был не в курсе, что вообще происходит. Все остальные, кто встречал их на пути, бросали на эту парочку сочувствующие взгляды. Бедняжка. Попала в лапы бешеной гориллы. Знали бы они, что на самом деле она — сам Изая Орихара, информатор, провокатор и ходячая причина большинства психозов Шизуо, наверняка пожелали бы ей не жалости, а свинцовой тапки от правосудия. Но сейчас оба — и жертва, и палач — молча плыли по улицам, утопшие каждый в своих мыслях. Время шло, и ноги сами привели их в какой-то пустующий парк с изрядным количеством лавочек и отсутствием свидетелей. Шизуо плюхнулся на одну из лавок, не потрудившись даже как-то аккуратно опустить Изаю — просто держал его, будто рюкзак. Наконец, Изая не выдержал. — Может, отпустишь уже? Я, конечно, не против быть твоим аксессуаром, но мне бы хотелось хотя бы дышать. — голос был усталый, но с фирменной издевкой. — Если отпущу, сбежишь. — отрезал Шизуо, закуривая. — Честно — не сбегу. Всё равно день уже пошёл под откос благодаря тебе, так что куда мне теперь? — Попытаешься — ноги сломаю. — пробурчал блондин, но всё же поставил его на землю. Затянулся сигаретой и выдохнул в небо. — Фу! — Изая сморщился. — Шизуо-тян, ну вот зачем? Наше первое свидание, а ты — с перегаром и никотином. Я, конечно, не изнеженная принцесса, но целоваться с пепельницей — уволь. — Не переживай. Привыкнешь. — ухмыльнулся Шизуо и, не предупреждая, дернул Изаю за запястье, притянув ближе. Выдохнул ему в лицо. С наслаждением. — Ты больной! — закашлялся тот, отпихивая его. — Садист! Гора мышц с сигаретой! — Я предупреждал. — Шизуо вдруг резко притянул его к себе и, не дав сказать ни слова, поцеловал. Изая пытался вывернуться, упирался, пинался — скорее по привычке, чем всерьёз. А потом… потом просто перестал. Протест перешёл в игру. Губы ответили, руки потянулись к светлым прядям — из вредности, из дерзости, а может, и оттого, что ему это всё — чертовски нравилось. Шизуо сидел, а Изая, чуть наклонившись, стоял, склоняясь всё ближе. Его пальцы, привычные к клавишам телефона и ножам, сейчас исследовали чужие волосы с удивительной осторожностью. Поцелуй был затяжной. Настолько, что сигарета в пальцах Шизуо догорела и выпала на землю. На удивление — и, возможно, даже на негодование самого Изаи — Хайваджима целовался чертовски хорошо. Вот уж чего он точно не ожидал от этой ходячей катастрофы. Обычно поцелуи для него были механической формальностью — нужной, но пустой. Но сейчас... Сейчас всё было иначе. Движения губ Шизуо были уверенными, неторопливыми, почти властными. А язык этого громилы, привыкший издавать только угрозы, оказался совсем другим инструментом. Слишком уж искусным. И от этого у Изаи в голове зашумело куда сильнее, чем от никотина. Он не заметил, как обмяк в объятиях врага. Или уже не врага? Как по команде, оба оторвались, когда лёгкие стали отчаянно требовать воздуха. Изая тяжело дышал, ещё не до конца вернув себе контроль над телом. А Шизуо… тот просто смотрел с насмешкой. — Ну и как тебе вкус дыма? — блондин слегка улыбнулся. Без агрессии. Просто… наблюдал. — Ммм… не такой отвратительный, как раньше. — Протянул Изая, облизнув губы. — Но, знаешь… я не успел его как следует распробовать. Он резко подтянул Шизуо за ворот жилетки и сам впился в губы. В этот раз поцелуй был другим. Изая не сопротивлялся — наоборот. Он управлял. Он сам задавал темп. Но Шизуо, разумеется, не отставал, принимая вызов и отвечая с такой напористостью, что у Изаи опять едва не подкосились колени. То, что они делают, — не вписывалось ни в одну модель поведения, которую Изая себе выстраивал. Парк был пуст. Город — притих. Шизуо — обнимал. А он, Изая Орихара, в коротких шортах и куртке, позволял себя греть врагу номер один. Слишком абсурдно, чтобы быть реальностью. Слишком хорошо, чтобы сопротивляться. Ни их не волновало, что совсем недавно они готовы были вгрызаться друг другу в глотки. Ни то, что сейчас выглядели как парочка влюблённых подростков. Ни то, что у Орихары до недавнего времени не было ни груди, ни этого дурацкого перепада гормонов. Ничего не имело значения. Только это тепло. Этот огонь. И эта нелепая, но такая настоящая связь. Хотя нет. Одно всё-таки волновало Изаю. Он не знал, как именно это всё потом испортит. Но знал, что обязательно испортит.