Джокер

Майский, сетуя на свою непростую судьбу, и не менее трудную службу, набрал номер матери погибшего второклассника, и назвал адрес, куда женщине стоит подъехать. Процедура опознания была непростой, но все же, необходимой. О том, что будет чувствовать при этом мать, майор старался не думать, и без того было тяжело. Сбросив вызов, Сергей, вместе Белой прошел в буфет. Перед глазами Татьяны до сих пор стояло лицо погибшего ребенка, и брошенный рядом рюкзак, из которого выглядывали тетрадки и робот-трансформер. Почему-то именно эта игрушка заставила Татьяну задержать на несколько секунд дыхание, чтобы не разрыдаться, и только после этого приступить к работе. Майскому было ничуть не проще и они, молча, занялись каждый своим делом. Настроение у обоих коллег было практически на нуле – пока они пытаются работать, маньяк гуляет по улице, да и совесть его явно не терзает. Таня, перешагнув порог буфета, стала варить кофе, а майор, устроившись на одном из стульев, включил новостной канал. Круглов, оторвавшийся от документов, просматриваемых в который раз, кивнул ребятам, и снова уткнулся в бумаги. Диктор что-то бормотал об обстановке на дорогах, а Белая, размешав кофе, поставила на стол чашки, и села напротив майора. Николай, поблагодарил девушку за кофе, и присел за стол, потирая уставшие глаза. Мимо буфета пронесся компьютерный гений, тем самым вызвав легкую улыбку у всех троих. Тихонов передвигался быстро и по немыслимой траектории, грозя снести идущих по коридору коллег. От работы Рогозину отвлек юный гений, который влетел в ее кабинет и, не удержавшись на ногах, распластался на полу. Листки с результатами живописно разлетелись вокруг упавшего молодого человека. - Тихонов!- проворчала испуганная Галина Николаевна, попутно отмечая, что гений цел и невредим, – Доведешь ты однажды кого-нибудь до инфаркта! - Извините. Случайно получилось,- пробормотал компьютерный гений, вставая и поправляя халат, – В общем, я все сделал! - Рассказывай, - полковник отложила ручку, и внимательно посмотрела на Ивана. - Письмо и конверт сделаны из офисной бумаги «Снегурочка», буквы вырезаны из журнала «Cosmopolitan» за 2010 год. Ни частиц, ни потожировых не обнаружено,- начал Тихонов, выкладывая листы на стол,- Но, зато есть пару следов нитрильных перчаток,присыпки, состоящей из талька и ликоподия, и дезинфицирующего средства «Септодерм Хэнде». Им обрабатывают руки хирурги, - глава компьютерного отдела внимательно смотрел на полковника, и снова вернувшись к докладу,- А еще вот, список клиник, где используют такие перчатки и дез.средство,- Иван положил лист перед Рогозиной,- Две частных клиники, и хирургическое отделение,- на этом программист умолк. - Что там с врачами?,- женщина вопросительно посмотрела на сотрудника, делая пометки на листке из органайзера. От разговора Галину Николаевну отвлек телефонный звонок. - Извини,- слова были обращены к Тихонову, и тот замер, не желая мешать. - Да, товарищ генерал,- ответила Рогозина, поглядывая на часы. - Сегодняшняя проверка переносится на неопределенный срок, работайте. Завтра днем на доклад к 14,- с этими словами мужчина нажал «отбой» и присоединился к празднующим. Рогозина сбросила вызов, и отшвырнула телефон в сторону. Детский сад какой то – то будет, то не будет, то готовьтесь, то не стоит. Да и голос у начальства был какой-то странный, а музыка на заднем фоне, пусть и очень приглушенная, наводила на определенные мысли. Раздраженно кинув взгляд на ни в чем неповинный телефон, полковник взяла себя в руки. - По маньяку?- сочувственно посмотрел Иван на начальницу. - Отменил проверку. А по маньяку отчитываться буду завтра,- задумчиво произнесла полковник, и взяла выложенные перед ней листы в руки. - Так что там с врачами?, - если завтра на докладе она ничего нового не сообщит, проблемы начнутся серьезные, а этого очень не хотелось. - Мужчин, подходящих по критериям всего 7,- на стол лег новый документ с эмблемой ФЭС, - Из них уволено за последние полгода всего трое,- программист показал на нужные строчки. На этом Иван замолчал, ожидая указаний. - Пробей всех семерых. Как закончишь, сразу ко мне,- кивнула полковник, а Иван помчался обратно в лабораторию. На бегу, программист чуть не сбил с ног лаборантку, и, пробормотав извинения, скрылся в лаборатории. Следом за Тихоновым в кабинете полковника появился Майский. - Галина Николаевна, родители уже приехали. Пора,- майор вышел обратно в коридор, и спустя пару минут они вместе с родителями прошли в морг. Мать мальчика была в шоковом состоянии, и все еще не верила в реальность происходящего. Отец, который видел ребенка только по выходным, шел сзади, и решал какие-то рабочие вопросы по телефону. Сергей кинул достаточно выразительный взгляд на «воротилу», и, поддерживая мать погибшего под локоть, провел ее в морг. Следом прошел отец, отложивший телефон, и глава ФЭС, в душе не одобряющая идею с опознанием. Через пару минут все было закончено – Валя отогнула часть простыни, отец ребенка, подошедший к столу, тут же растерял свой деловой вид, и побледнел, узнавая сына-второклассника. А дальше ФЭСовцы засуетились над потерявшей сознание Ириной, упустив из вида ее мужа, тут же покинувшего офис Федеральной экспертной службы. Спустя полчаса, когда все улеглось, коллеги поднялись в буфет, чтобы сделать перерыв и немного отдохнуть. Валя занялась кофе, Сергей устроился напротив Татьяны, с отвращением поглядывающей на остатки недопитого кофе. Майор говорил баллистику что-то утешительное, и ее лицо стало не таким мрачным, как до этого. Галя же подсела к Николаю Петровичу, который уже отложил бумаги, и в который раз за день, медитировал над чашкой с кофе, стараясь не заснуть. - Коль, генерал отменил проверку – у них там какое-то празднество. Велел работать,- мрачно усмехнулась полковник, принимая из рук Валентины чашку с кофе. - Не обращай внимания, Галь. Мы этого урода обязательно найдем,- ободряюще посмотрел на полковника Круглов, отпивая свой, уже остывший кофе. От перерыва, по закону жанра, Галину Николаевну, отвлек звонок телефона. Предчувствуя, что звонят по новому делу, Рогозина взяла трубку. - Полковник Рогозина, слушаю,- пока Галя слушала собеседника, ее лицо медленно меняло выражение, а она сама поднялась с места, и поставила чашку на стол. Валя, да и все остальные удивленно смотрели на начальницу, сосредоточенно слушавшую собеседника. - Да, поняла. Сотрудники уже выезжают на адрес,- полковник сбросила вызов, и мрачно посмотрела на ФЭСовцев. - У нас еще три эпизода. Тела обнаружили только что, в соседних дворах. Следов и свидетелей нет,- вздохнув, Галина записала адрес, и протянула листок Сергею. 24 эпизода делали ситуацию просто катастрофичной, а они беспомощно барахтались, не приближаясь к Джокеру ни на шаг. - Урод,- бросил Николай Петрович, поднимаясь с дивана, и делая знак Сергею. - Галь, мы поехали,- мужчины вышли из буфета, оставляя женскую часть коллектива в компании недопитого кофе. Маньяк, и, правда, с ними играл, оставляя после себя с каждым разом больше непонятного. - Тела скоро привезут, Валь, я помогу, - Рогозина полувопросительно посмотрела на патологоанатома. Главе ФЭС хотелось как-то действовать, а не перебирать в сотый раз бумажки. Компьютерный отдел пока собирал данные, а Антоновой и правда помощь не помешает. Три вскрытия в подряд тяжело как морально, так и физически, Галя это знала не понаслышке. - Спасибо, Галь,- едва улыбнулась Валентина, допивая свой кофе. Через пару минут, к сидящим в буфете, присоединился Иван, зевающий на ходу, и передвигающийся медленнее, чем обычно. Антонова быстро сделала ему крепкий и сладкий кофе, и, подав кружку, заняла свое место. - Галина Николаевна, мы пробили всех 7х по базам. Но подходят только трое – по возрасту и учебному заведению: Самойленко Андрей, Игорь Макеев и Леонид Смирнин. На момент совершения всех убийств у Смирнина и Самойленко есть железное алиби - Самойленко в начале октября улетел в Штаты, вернется только на следующей неделе, а Смирнин во время совершения убийств был либо на операциях, либо в Академии на лекциях, - Тихонов выдохнул, отпивая разом половину из чашки. Татьяна, послушав разговор коллег, допила свой кофе, и отправилась дописывать отчет – они всегда ей давались сложно, и всю эту бумажную работу баллистик не любила. Рогозина, выслушав Ивана, погрузилась в задумчивость, и не с первого раза услышала, что к ней обращаются. - Галь, ты в порядке?,- Валентина встревожено посмотрела на полковника, но Галина, тут же отозвалась, возвращаясь в реальность. - Задумалась просто. А насчет Макеева что?,- глава ФЭС взяла в руки разложенные перед ней листы, пытаясь вспомнить хоть что-то о названных подозреваемых. Но естественно, у нее это не получилось – во время учебы в академии, Рогозина больше училась, чем общалась с однокашниками. - Я пойду тогда все приготовлю,- светловолосая женщина ушла, расстроенная тем, что впереди столько работы, и ее дома ждет скандал. - Мне кажется, он больше всего похож на маньяка. Разведен, был сын, но он погиб в 2008 году. Сейчас живет один, уволен из частной клиники три месяца назад, за пьянство на рабочем месте, и как следствие – врачебная ошибка,- программист выкладывал листы, на которых была вся нужная информация. - Но вот проблема в том, что телефона у гражданина Макеева нет, по месту прописки живет семейная пара,- Иван сцепил пальцы в замок, и вопросительно посмотрел на начальницу. - Шутник,- покачала головой Галина Николаевна,- Что-нибудь придумаем,- женщина задумчиво потерла переносицу, и обратилась к компьютерному гению,- Вань, пробей его друзей, жену бывшую. Кто и когда его видел, сам понимаешь,- она ободряюще провела по лохматой прическе Тихонова, и вышла из буфета. Распечатки веером приземлились на стол, а глава ФЭС на свое кресло, пытаясь настроиться на работу. Просмотрев карту, на которой были нанесены места совершения убийств, какой-то логики полковник не увидела, сколько не пыталась. Складывалось впечатление, что Джокеру все равно, где убивать. Значение лишь имел пол и возраст жертв, и это можно было объяснить тем, что у ребенок у Макеева был того же возраста, когда погиб. Женщина по очереди смотрела на фото каждого из подозреваемых.С виду – обычные и непримечательные ничем мужчины, мимо каждого пройдешь, и не вспомнишь, как он выглядел. Таким было большинство преступников и Круглов, как опытный оперативник, всегда говорил, что неприметность, иногда бывает лучшей приметой. Смирнин и Самойленко учились на курс младше Рогозиной, а вот Макеев был одногруппником. Теперь все стало на свои места – и обращение маньяка как к знакомой, и медицинский почерк убийства, и коронное «думай». Игорь, каким его знала Галя, часто использовал это слово, да и манера была свойственна именно ему. Но полученная информация пока не приблизила работников лучшего подразделения МВД к поимке маньяка. Просидев над бумагами час, Галина Николаевна сделала перерыв, чтобы выпить таблетку от головной боли. Две таблетки темпалгина, стакан воды, пять минут, чтобы собраться с мыслями, и снова за работу. Такая вот кабинетная работа раздражала своей монотонностью, но о своих желаниях Рогозина предпочитала забыть, а делать то, что нужно. В который раз за это день, полковника от работы с бумагами отвлекли коллеги, на этот раз лаборантка. - Галина Николаевна, тела уже привезли,- девушка с опаской посмотрела на начальницу, и, получив кивок в знак благодарности, пошла дальше по коридору. По дороге в морг глава лучшей экспертной службы успела пообщаться с Кругловым, который сообщил, что они уже едут обратно. Относительно следов сказать сложно, но, похоже, что так же ничего нет. Сбросив вызов, Рогозина убрала телефон в карман пиджака и стала спускаться вниз. Морг ее давно перестал пугать, или наводить на неприятные мысли, но то, что им сейчас предстоят вскрытия трех маленьких детей, заставило почувствовать отвращение к жизни и вину перед теми, кого они не успели спасти. Напрасно говорят, что она «железная». Вовсе нет, и сейчас полковнику Рогозиной требуется едва ли не вся выдержка, чтобы зайти в помещение спокойно, твердой походкой, как и всегда, и начать переодеваться. Когда Галина подошла к столу с первой жертвой, то почувствовала, как закололо сердце, и всплыла фраза из письма: «Каждая жертва на твоей совести, Рогозина». - Начнем, Валь?- глава ФЭС кинула вопросительный взгляд на бледную Антонову, и они приступили. Спустя три часа патологоанатом накинула простыню на тело девочки, задвинула носилки в холодильник и хлопнула тяжелой дверцей. После всего этого хотелось напиться или закурить, но не предлагать же начальству такое на рабочем месте. Пока Валя устраивалась за рабочим столом, Рогозина, словно прочитав мысли коллеги, произнесла: - Выпить бы сейчас,- полковник давно не работала по основной специальности, и вскрытия дались ей достаточно непросто. - Есть спирт, и сигареты где-то были,- едва улыбнулась светловолосая женщина, понимая, что сейчас Галя «отключила полковника». Сняв напряжение небольшой порцией алкоголя и никотина, Валентина приступила к написанию отчетов, а глава ФЭС вернулась в собственный кабинет.