Почти родной

Ответа на письмо Бранимира от России не было. Серб злился и волновался, но не стал больше писать ему, понимая, что это будет слишком. По всему дому Турции ходили разные слухи. Кто-то говорил, что Россия умирает, кто-то – что он сразу перестал существовать, а некоторые заявляли, что он уже почти восстановился и собирается отомстить Франции и попутно захватить всю Европу. Стан не верил ни одной из этих «легенд», а лишь ждал личной встречи с Иваном. Как-то Болгарии пришло короткое письмо от него со словами: «Я в порядке». Богомилов цеплялся за эти слова, как утопающий за соломинку, в надежде увидеть Брагинского живым и здоровым. *** Ночью Богомилов проснулся от стука в дверь. Он долго откладывал вставание с постели, оправдывая себя тем, что это ему приснилось, но барабанили слишком уж настойчиво. Тихо ворча, Стан поднялся и открыл стучавшему. На пороге, как ни странно, стоял Греция. В его руках был огарок свечи, который своим светом придавал Гераклу весьма устрашающий вид. Позади грека стоял Сербия, всем своим видом показывая, что считает Карпуси полнейшим идиотом. Он даже попытался привлечь внимание брата, крутя пальцем у виска и косясь при этом на Грецию. -Можно войти? – монотонно поинтересовался парень. «Как порядочный», — злобно подумал Богомилов, но кивнул. Карпуси вошел в комнату, Бранимир последовал за ним, шепнув брату: «Он ненормальный какой-то». Геракл уселся на кровать, вопросительно смотря на парней. Встретив точно такие же взгляды, он удовлетворенно кивнул самому себе. Болгарин почувствовал, как скрежещет зубами от злости Благоевич, и усмехнулся про себя. -Ты что-то хотел? – спросил Стан у гостя. Тот задумался. -Да, — ответил он и замолчал. -Ясно, — поняв, что слова из грека нужно вытаскивать щипцами, сказал Болгария, — И что же? -Я хочу организовать между нами троими тайную организацию против Садыка, — меланхоличным тоном заявил Карпуси. -Обалдеть можно, — не удержался от сарказма Бранимир, но Греция, кажется, его даже не услышал. -Я все продумал, даже название есть, — чуть живее сказал грек, — Вы согласны? Со стороны серба послышалось «пфф», и Стан дал ему локтем под ребра, призывая заткнуться. -Ну, я даже не знаю… — протянул он, — А поподробнее можно? -Можно. Организация «Филики Этерия», состоящая из сербов, греков и болгар, будет заниматься бунтами против Османского ига, — улыбнулся Геракл. -Понятно, — на полном серьезе сказал Сербия, хотя и чувствовалось, что он едва сдерживается от смеха. -А как переводится это твое Филите… — попытался спросить Богомилов, но грек опередил его с ответом: -Общество друзей. Братья обменялись взглядами, говорящими примерно об одном. -А с чего это ты вдруг захотел бороться с Аднаном? – задал свой вопрос Бранимир. Греция в задумчивости замолчал. -Потому что он меня бесит, — выдал он после долгого размышления. «Логика!» — пронеслось в голове у Стана, а вслух он сказал: -Ну, это трудный шаг. Мы подумаем. Греция кивнул и вышел из комнаты, не забыв забрать свою свечку. Она, кстати, не была никому нужна – луна прекрасно все освещала. Болгария и Сербия обменялись долгими взглядами. Благоевич захихикал. -Неадекватный какой-то, — выразил свое мнение он. Болгарин улыбнулся. -С кем не бывает, — миролюбиво заметил он, — Хотя я его побуждений вообще не понял. -Что делать-то будем? – спросил серб. -Вступим в его нелегальное сообщество, пусть радуется, — ответил болгарин, — Вряд ли с его восстаниями что-нибудь получится, но отказывать неудобно как-то. -Ну ты даешь… — усмехнулся серб, — ладно, я спать пошел, а то этот идиот поднял посреди ночи…