Почти родной

И все же Германия оказался несколько другим. Несмотря на то, что Стан почти не участвовал в войне, он получил огромное количество территорий – это была своеобразная благодарность от Третьего рейха за то, что он присоединился к ним. Такое поведение удивляло Болгарию, однако он не пытался пойти против действий немцев. Богомилов наблюдал за разрушением Европы и всего мира со стороны, помогая Германии лишь в малом – просто не мешал ему громить все вокруг и изредка помогал оружием. Он отказывался от военных действий с его стороны, обосновывая это тем, что ещё не отошел от Первой мировой. Болгарин не пошел даже на Грецию и на Югославию, которая образовалась вокруг Сербии. Все это обосновывалось одним – Стан не хотел окончательно подрывать доверие России к себе. Его страна раскалывалась напополам: одна половина хотела поддерживать фашистов, другая – коммунистов. Вторая группа ничем не уступала первой, хотя и не имела своей «утки» в правительстве. Сам Болгария поддерживал прорусские настроения и с удовольствием бы в них поучаствовал, если бы статус страны не обязывал его слушаться во всем лидеров. Правда, со временем все же пришлось выйти из положения постороннего наблюдателя: Болгарии пришлось объявить войну Америке и Англии, так как опасался агрессии со стороны Людвига по поводу его бездействия. Хотя и тут болгарину не пришлось слишком много воевать: Артур жил на острове в другой части Европы, а Альфред и того дальше. То, что творили во всем мире немецкие фашисты, повергало Болгарию в шок. Узнав о холокосте, который они затеяли, он уперся в свои принципы и отказал Людвигу в выдаче евреев, живущих на его территории. Как бы Германия ни бесился, ничего он с этим поделать не мог. Как назло, в правительстве случился надлом: царь умер, оставив после себя малолетнего наследника. Тот, конечно, не мог самостоятельно управлять страной, поэтому ему помогал наставник, который был ярым сторонником немцев. Это очень не нравилось Богомилову, ведь этот человек, хотя и не являлся официально царем, держал всю власть в своих руках, и от этого могли сильно пострадать болгарские коммунисты. Советскому Союзу пришлось хуже всех, и болгарин знал об этом, хотя и не пересекался ни с одним из его членов. Россия просил о помощи в своих посланиях – не ответив при этом на первое! – и Стан был рад помочь ему. В стране нарастало движение Сопротивления, в которое входила не только коммунистическая партия, но и другие, желающие просто помочь. Вся эта группа превратилась чуть позже в Отечественный фронт, который наперекор всей государственной власти помогал Советскому Союзу. *** -Стан, ты можешь говорить? Болгария держал трубку у уха и не мог поверить в происходящее. Ему звонил Россия, от которого уже долгое время не было ни ответа ни привета. Его голос был непривычно хриплым и даже немного дрожащим: после пережитого Ивану было непросто прийти в себя. Да и война ещё не кончилась, могло быть ещё хуже. -Конечно, что случилось? -Как дела? Странно – мало того, что звонит в самый разгар военных действий, так ещё и просто интересуется, как дела. -Все хорошо, не пострадал… -Отлично. Я знаю, что ты в союзе с Германией, — болгарин напрягся, но Брагинский, как ни странно, не стал его упрекать, — И на твоей территории часто что-то происходит. -Да, это так, но… -Думаешь, я мог это просто так оставить? – в голосе русского послышался смешок, — Выгляни в окно… По-прежнему ничего не понимая, Богомилов положил трубку на стол и, подойдя к окну, отдернул занавески. На площади, около которой сейчас находился Стан, были тысячи болгарских людей, но никто из них не держал в руках оружия. Все радостно кричали, кто-то свистел, у детей, сидящих на плечах отцов, в руках были разноцветные флажки, а дома были украшены красными знаменами. Люди подбрасывали в воздух шляпы и цветы, встречая кого-то. Болгария глянул чуть дальше: по площади ехали танки с солдатами в советской форме, выглядывающими из машин и временами выпускающими в воздух залпы. От удивления Богомилов потерял дар речи. Все, что он смог сделать – выбежать из помещения и ворваться в толпу людей, не обращая внимания на возмущенное ворчание. -Что здесь происходит? – крикнул он какой-то девушке, потому что шум стоял невероятный. -Немцев выгоняют, — смеясь, ответила ему она и громко, совсем не по-женски свистнула, засунув пальцы в рот. Болгарин, придя наконец-то в себя, широко улыбнулся. Все хорошо! Россия снова пришел ему на помощь, хотя в ней и не было сильной нужды. Помогает… Помогает тогда, когда самому нужна помощь. А раз нужна, то Болгария был готов её предоставить.