«The sunset rising above the darkness»

      Бывают моменты, когда тебе очень хочется что-то исправить, но ты не можешь ничего поделать, ничего изменить. Ты не можешь стереть другим память или заставить их иначе относиться к тебе. Можно желать чего-то светлого и хорошего, но в итоге ты получишь осуждение и горечь. Разве она хотела, чтобы так получилось? Сансет грустно перебирала мелкие камушки, угрюмо уставившись бесцветным взглядом на горизонт, видневшийся с их пещеры. Недалеко виднелась сожженная чёрная трава, а среди нее почерневшими лапами тянулись к серым тучам деревья. Маленький лиловый носик все ещё отчетливо улавливал запах горелого. Было ощущение, что огонь никуда не делся, только заснул, ведь его жар и дым всё ещё витали в воздухе словно незримые призраки. Сансет хотела отвести взгляд от мрачной картины, но её уши уловили знакомые шаги. Девочка приподняла уши, с надеждой переводя взгляд на золотистую львицу, так не вписывающуюся в окружающую серость. Её мама ощутила её взгляд, но, бегло повернувшись в сторону пещеры, она посмотрела будто сквозь свою дочь и незамедлительно вернулась к распоряжениям.       – Пембе! Думаю, нам не помешает добавить воды вот сюда! Здесь всё ещё идёт дым; в этом дереве все ещё тлеют угли. В любой момент это может вызвать новый пожар, особенно сейчас.       – Конечно, королева Киара! Чека и Лулу также взяли по отряду, чтобы проверить другие территории на предмет подобных деревьев. Период дождей никогда не был простым, – согласно кивнула матриарх слонов, издав утробный звук хоботом. Невдалеке ей ответили тем же, и тогда несколько слонов у водопоя принялись набирать хоботами воду, чтобы затем вылить её на скрывающие опасность акации.       – Делмар! – позвала Киара, обернувшись в сторону Прайдрока.       Сансет оживилась, услышав родное имя, но даже его обладатель одарил львёнка только мимолётным взглядом и спешной улыбкой, поторапливаясь к её матери. Это очень задело девочку, и она опустила голову, тяжело вздыхая и отбрасывая коготками камушки. Краем уха она следила за разговором, который ей, впрочем, был непонятен и чужд, за исключением одного – произошло что-то плохое, в чём есть её, Сансет, непосредственная вина. Вина столь глубокая, что теперь её игнорируют даже её близкие.       – Королева Киара! – подбежав к львице, лев важно поклонился, покосившись на матриарха слонов. – Герцогиня Пембе!       – Доброе утро, Делмар! – слониха явно обрадовалась старому знакомому, поскольку её голос приобрел мягкие нотки. – Газели и антилопы больше не беспокоят?       – Нет, не беспокоят. И я ваш должник за это!       – Ну что ты! Я всегда рада помочь тебе, ты же знаешь! Ты смог уговорить тех гнусных мышей уйти в другое место, а это много стоит. Но, право же, разве стоит так себя перетруждать? Я слышала, ты сейчас ещё занимаешься и подготовкой детишек? Как жаль, что у такого хорошего льва нет львят! Но я могла бы тебя познакомить с одной бродячей львицей, она подруга моей кузины. Конечно, она старше тебя, но тебя это вряд ли смутит... Её зовут...       – Пембе, – мягко, но требовательно перебила длительный монолог Киара, – полагаю, что Делмар сможет навестить тебя на днях, но сейчас у нас куда более весомые вопросы.       – Верно, моя дорогая, – шумно вздохнула слониха. Хоботом она дружелюбно взъерошила гриву Делмара, а затем отправилась контролировать своих подчиненных. – Куда ты льёшь?! Не видишь, это дерево совершенно зелёное!..       – Спасибо, – хмыкнул Делмар, привычно поправляя гриву. – Ты хотела что-то узнать?       – Да, насчет последствий пожара и его урона. Насколько всё серьёзно? – в голосе королевы сквозила озабоченность и усталость, и заметив это, лев не торопился с ответом, обдумывая, как смягчить его.       – Касательно влияния на жителей Прайдленда это сказалось не более, чем любой другой случай возгорания. К тому же эти земли не были частью пастбища. Только птицы и грызуны из-за своей близости к этим участкам вынуждены терпеть этот запах. Жертв мы также не понесли благодаря заблаговременным указаниям и действиям. Только один муравейник сгорел, чем недовольна одна семья муравьедов, – кратко изложил Делмар, но Киара не была глупой и обратила внимание на скрытый подтекст.       – Это не «любой другой» случай, – нахмурилась львица, мрачно вздохнув. – Я не утренняя роса и не испарюсь из-за твоих слов. Я прошу тебя доложить ВСЮ обстановку.       – Что же, – Делмар коротко кивнул и сухо продолжил, – объективно этот пожар не нанес особого ущерба прайду или его землям, но он нанёс ущерб репутации. Вашей репутации. – Глаза льва вспыхнули в дневной серости, и на миг блеснул его недовольный оскал. – Они утверждают, что Сансет намеренно подожгла саванну! Среди зверей быстро расползлись дурными языками различные убеждения в том, что она – порождение Шетани и была рождена для уничтожения Прайдленда.       – Это очень нехорошо в нынешнее время, – только и произнесла Киара, на какой-то миг прикрыв уставшие глаза. – Будь внимательнее, ладно? Среди недовольных всегда могут найтись особо активные. Мне не хватает вести внутреннюю бессмысленную борьбу в такое время.       – Они не хотят, чтобы она возвращалась в общую пещеру, – после минутных колебаний выдохнул лев. Киара вздрогнула, но только криво усмехнулась в ответ.       – Им не стоит за это переживать. Кажется, маме и Санни понравилось здесь, – при упоминании родных голос Киары смягчился и потеплел, но когда она подумала о несправедливых суждениях, она вновь нахмурилась. – И я не хочу, чтобы злые сплетни коснулись ушей моей дочери.       – Верно, но будет лучше, если ты выступишь с объяснениями перед главами кланов. Часть из них собралась у Прайдрока.       – Тогда нам стоит поторопиться.       Сансет навострила уши и с надеждой посмотрела на две фигуры, разворачивающиеся в противоположную сторону. Её мама и дядя Делмар о чём-то ещё беседовали, вовсе не собираясь навестить её. И лишь ощутив пристальный взгляд львёнка, Делмар на миг обернулся и бегло улыбнулся малышке, дружелюбно кивнув ей, но это было вовсе не то, на что она рассчитывала. Даже её бабушка принесла ей сегодня еду в пещеру, не отводя на общий завтрак, который ей так понравился ещё позавчера... Позавчера. Тогда был прекрасный день, наполненный встречами, играми и вкусным сочным мясом, а вчера она умудрилась начудить так, что сегодня ей совершенно не весело.       – Всё хорошо, котёнок? – мягко поинтересовалась Нала, дремавшая позади внучки.       – Посему меня все ненавидят? Я зе извинилась... Я не хотела, – всхлипнув, Сансет с болью взглянула на бабушку. Недолго думая, Нала ласково притянула внучку к себе и, устроив её в своих лапах, осторожно уложила свою голову, согревая маленького львёнка.       – Тебя не ненавидят, Сансет. Глупости какие! И с чего ты это взяла?       – Мама со мной не разговаривает. Даже дядя Делмар не играет со мной, – тихо ответила Сансет, грустно уткнувшись в бабушкин мех. – И ты тоже злисся.       – Мы можем злиться, Сансет, но лишь потому, что ты нас очень напугала и твое непослушание добавило маме хлопот и проблем. Но это не означает, что мы тебя ненавидим, – вздохнула Нала, миролюбиво прилизывая чёлку Сансет. – Твоя мама королева, и ей сейчас нужно устранять последствия твоих деяний. От неё этого ждут, Санни. Это не её желание, но это её долг как королевы.       – Эм... – Сансет растерялась, слушая речь своей бабушки. – А что такое долг? Деяния? Послесия?       – Прости, забываю, что ты хоть и умная, но ещё очень маленькая, – улыбнулась Нала, призадумавшись над объяснениями. – Деяния – это твои действия, в нашем случае – поджог. Последствия – это результат, итог, то, что мы получаем благодаря нашим действиям. В нашем случае это пострадавшая часть саванны. А долг... Долг – это то, что ты выполняешь потому, что так надо, а не потому, что ты так хочешь. Например, долг твоей мамы как королевы – заботиться о королевстве, как матери – заботиться о тебе. А твой долг – не попадать в такие ситуации и не огорчать нас с мамой, слушаясь нас.       – Понятно, – кивнула Сансет. Повернувшись так, чтобы видеть лицо бабушки, она огорченно произнесла: – Но я не хотела ничего плохого, правда! Мозет, я хотела, стобы было другое послестивие. Я хотела, стобы вы попробовали мясо. Его секотал огонь, и после оно было вкусним-вкусним!       – Ох, Сансет, – в глазах её бабушки отобразилось понимание, и вместе с тем – доля отвращения и разочарования, – мы не едим жареного мяса!       – Посему? Оно вкусное... – непонимающе смотрела на неё Сансет. Ей казалось это крайне удивительным, ведь она ни капли не пожалела, что её посетила идея положить немного своего обеда на тлеющие угли! Насыщенный аромат, шипящие соки и особый вкус сделали её обед куда более интересным, чем обычно, а относительная лёгкость подобного приготовления позволяла сделать это доступным блюдом в рационе прайда.       – Это противоречит закону Круга Жизни, – ответила Нала, удивленно обнаружив искреннее недоумение на мордашке Сансет. Она предположила, что, возможно, её внучка и права – сама Нала никогда не ела ничего подобного, потому ей сложно возразить или согласиться насчет вкуса. Львица знала лишь, что это осуждается, равно как и злоупотребление и чревоугодие. – Мы убиваем животных, чтобы выжить. Из того, что мы не съедаем, прорастает зелень, которую ест наша потенциальная добыча. Как и из нас самих, когда мы умираем. Если сжигать мясо, то оно становится мёртвым. Из него ничего не растет, а это преступление, Сансет. Мы не какие-нибудь дикари наподобие людей!       Нала осеклась, но её слова было достаточно для того, чтобы пробудить интерес в глазах львёнка. Сансет заинтригованно подняла голову и с нескрываемым любопытством посмотрела на бабушку.       – Людей? Кто это?       – Я точно не знаю, но знаю, что они похожи на лысых обезьян, которые едят всё, что только можно есть. И они жарят и варят свою еду, используя воду и огонь... Я не знаю, для чего они это делают, но это ужасно. Тимон и Пумба, отцы твоих знакомых подопечных Рафики, встречались с ними. Говорят, что они даже используют наши шкуры для утепления своих жилищ или для собственного искусственного меха, ведь собственный у них очень беден.       Львица замолчала, с тревогой всматриваясь вдаль. Дождь, прошедший вчера, сегодня вновь будто набирал силу и потому не торопился демонстрировать её. Дождь был бы полезен, но вот гроза... Они не редки в этот период и крайне опасны. Сансет, переваривая информацию, тоже пока молчала, обдумывая свои вопросы.       – Если они похожи на лысых обезьян, то как они убивают таких, как мы? Разве лев не самый опасный хищник?       – Среди животных – да, пожалуй. Но люди... Они не впечатляют физической силой, ростом или размером, но они находчивы и хитры. Говорят, их дома похожи на муравейники, а некоторые из их жилищ достигают небес! А для охоты они используют палки с острыми концами или же другие палки, которые вызывают гром и огонь. В отличие от других животных, они убивают всех подряд, даже когда не голодны. Они всеядны и потому крайне опасны для всех жителей саванны.       – А вдруг они придут сюда? – поежилась Сансет, опасливо осмотревшись вокруг, будто страшные люди вот-вот окружат их. Она попыталась представить голого и бесшерстного Рафики, но её фантазия нарисовала столь отвратительное чудище, что видеть их вживую Сансет не хотела бы.       – Нет, милая, не бойся. Эти земли благословлены их отсутствием, – усмехнулась Нала, с любовью прижимая к себе внучку. – И даже если они явятся сюда, то я защищу тебя от любых бед. Сперва им придется сразиться со мной!       – И со всем прайдом, – хихикнув, добавила Сансет, успокоившись в своей детской убежденности, что её родные смогут сразиться с чем угодно. Но вспомнив о том, что её мама сегодня её игнорировала, а отец и вовсе невесть где, Сансет замолчала, опустив уши. Уткнувшись в плечо бабушки, она тихо всхлипнула. – Но мама и папа не станут меня защищать. Они меня не любят...       – Это не так, – возразила Нала, с беспокойством понимая, что ей нечем это подкрепить так, чтобы внучка ей поверила. Она же не может рассказать ей всю правду! Во всяком случае, не сейчас. К счастью, идею ей подала сама Сансет, которая будто и не слышала её слов.       – Она так злилась на меня из-за огня... Посему?       – Понимаешь, Сансет, у твоей мамы есть причины не любить огонь. Когда-то давно она попала в ту же ситуацию, что и ты.       – Правда? – львёнок заинтересованно поднял мордашку, с недоумением смотря на бабушку – разве её мама могла попасть в такую ситуацию? Она-то точно слушалась своих родителей!       – Да. Это была её первая самостоятельная охота – проверочное испытание после общего обучения, которое является одним из многих других, которые определяют дальнейшую специализацию. Твоя мама стала охотницей, но лишь после пересдачи экзамена. Первый раз возникли... непредвиденные обстоятельства. В саванне загорелся огонь, и твоя мама оказалась в его эпицентре. Как и ты, она оказалась окружена огнём, и она потеряла сознание из-за густого дыма... Её вовремя спас твой отец. Благо, он проходил неподалёку и увидел её. Всё обошлось благополучно, но с тех пор твоя мама боится огня. А тут ты, такая маленькая и беззащитная, оказалась в схожей ситуации! – Нала сама заволновалась, вспомнив тот ужасный день. И ведь её муж предупреждал об опасности, которая может грозить их дочери! Но кто его слушал? А Киара тогда очень была зла за присмотр Тимона и Пумбы... И в итоге хорошо, что Симба места себе не находил и первым заметил пожар... И как же хорошо, что и сама Киара спустя много лет тревожно оглядывалась, пока не увидела огонь! И в обеих ситуациях рядом был старый и верный мажордом, способный быстро разглядеть среди языков пламени нужную напуганную фигурку... Вздрогнув от невидимого холода позабытого страха потерять второе свое дитя и от страха вновь потерять свою внучку, Нала прикрыла глаза и шумно вздохнула. Переведя взгляд на обеспокоенную малышку, она грустно улыбнулась. – Она очень за тебя испугалась.       – Выходит, мой папа – герой? – оживилась Сансет, едва скрывая гордость в голосе. Её бабушка так не считала, но, вынужденная признать правоту этих слов касательно того случая, она молча кивнула, ещё больше разжигая восторг внучки. – Наверное, он и сейчас спасает других зивотних!       – Да-да, Санни, твой папа молодец, – едва скрывая неуловимую для детей саркастическую нотку, Нала всё же улыбнулась, заметив, как повеселела её внучка.       – У него такие красивые голюбие глаза! И добрая улыбка! И грива светлая, как он сам!       – Ты сейчас описываешь папу или дядю Делмара? – усмехнулась Нала. Сансет же не поняла её шутки и озадаченно посмотрела на бабушку.       – Папу, – не вполне уверенно ответила она. – У него же голюбые глаза, как у меня?       – У тебя разноцветные глаза, – напомнила Нала, с грустью отметив, что сейчас они одинаково посеревшие и даже мало отличающиеся друг от друга. Сансет ответила ей уставшим и укоризненным взглядом.       – Знаю, я визу в отразении! Но так быстрее звуцит. И не так глупо, – фыркнула девочка, с гордостью выпятив грудь. – У меня трёхсветные глаза! Голюбой цвет! Зилёный! Красный! Это зе редкость, да, ба?       – Ещё какая, – согласно кивнула Нала, явно не разделяя восторга Сансет, ведь то, что она так любит рассматривать на водной поверхности и чем так гордится, является причиной, по которой её мать вынуждена сейчас общаться со многими животными, доказывая, что её дочь вовсе не порождение злых духов. – И вот у твоего отца тоже зелёные глаза. Только более тёмные. И грива у него тёмная. Вы же с ним похожи окрасом!       – Да? – робко и неуверенно спросила Сансет. Призадумавшись, она смутилась. – Да. Да, я помню папу.       – И как его зовут? – внимательно посмотрела на внучку Нала, заметив, как растерялась Сансет. – Назови имена нашей семьи.       – Я...       – Как твоё имя?       – Сансет, мама Киара, бабушка Нала и папа... эм-м... Папа? – Сансет принялась перебирать все имена в голове, которые помнила. Навязчиво вертелось имя Делмара, но она знала, что её отца зовут не так. Гени и Веледи тоже ясно представали перед ней полноценными образами. Но когда она пыталась зацепиться за туманный образ крупного тёмного льва, имя ускользало от неё. Решив найти подсказку во внешности отца, она напряглась, припоминая его черты. Большой розовый шрам привлёк её внимание. Да, у её отца был шрам на левом глазу. Может, это ответ? – У него был шрам на глазу... Его звали Шрам?       – Н-нет, его точно не звали Шрамом, – на миг блеснувшие в темноте глаза напугали Сансет, но дальше её бабушка вполне миролюбиво произнесла: – Шрамом звали твоего... прадедушку. Но ты была близка. Его зовут Кову*, Сансет.       – Кову... – повторила Сансет, но было заметно, что она не помнит этого имени. Это немало озадачило Налу.       – Пожалуй, я поговорю с твоей мамой. Вам двоим было бы полезно пойти и навестить твоего папу, а я займусь всеми вопросами вместо неё.

***

      Несколько позднее в тот же день Сансет имела возможность убедиться в том, что её бабушка умеет сдерживать обещания. Она не рисковала оставить внучку одну, потому она прибегнула к другому способу найти дочь, помимо варианта отправиться прямиком к Прайдроку. Она могла, конечно, взять с собой Сансет, но ей не хотелось, чтобы малышка оказалась в эпицентре косых взглядов и резких слов. Гораздо проще было издать рев, а затем дождаться ответного с Прайдрока. Сансет с любопытством разглядывала свою бабушку, которая под своей женственностью и мягкостью скрывала необычайную силу: кто бы мог подумать, что такая нежная с виду львица способна издать столь зычный рев? Хотя и рев, вторивший издали, был не менее громогласным. Заметив трепетный восторг в глазах внучки, Нала усмехнулась:       – В чём дело, солнышко?       – Я тозе так смогу, када вырасту?       – Сможешь, – весёлые нотки заплясали в глазах львицы. – Но только когда станешь взрослой. Сейчас ты только горлышко надорвешь.       – Неправда! – Сансет сама понимала, что сейчас она ничего не может – не раз уже пробовала, однако слышать такие заверения со стороны ей не хотелось.       Чтобы показать, что бабушка ошибается, Сансет набрала побольше воздуха и со всеми стараниями постаралась издать рев, но на деле это вышло похожим на какой-то крик-скулеж-урчание, который резал не только слух, но и её горлышко. Поняв, что она и впрямь не может пока что рычать, Сансет, недовольно заворчав, плюхнулась на пол, хмуро поглядывая на хихикающую бабушку.       – Не смесно, – упрекнула она её, чем ещё больше позабавила.       – Конечно, – примирительно кивнула Нала, скрывая улыбку. – Ты мне сейчас очень напомнила своего дедушку... Но, пожалуй, это история на другой раз.       Сансет не стала возражать, заметив, как переменилась в лице её бабушка при упоминании дедушки – рана была ещё слишком свежей, чтобы воспоминания не причиняли боли, хотя львичка в силу своего возраста ещё не разбиралась в причинах и следствиях, ей просто хватало того, что её бабушке становится грустно при упоминании дедушки, и что это как-то связано с его отсутствием.       – Не грусти, ба, – малышка подошла к львице и мягко потерлась об неё, стараясь выразить свою любовь и поддержку.       – Я не грущу, моя дорогая, – заверила её бабушка, слабо улыбнувшись в ответ. – У меня есть мое солнышко, которое согревает меня даже в самый дождливый и мрачный день.       – Правда? – пытливо подняла глаза кроха. – Какое?       – Ты, – усмехнулась Нала, лизнув внучку в носик. – А теперь постарайся немного поспать, ладно?       Сансет послушалась бабушкиного совета, и, свернувшись калачиком в её лапах, она сладко засопела, ощущая рядом успокоительное тепло.       Она проснулась от настойчивого гула, похожего на шум пчелиного роя, развернувшегося рядом с ней. Голоса её мамы и бабушки что-то активно обсуждали, и ощущалась в их разговоре некая напряженность. Львёнка зевнула и, немного потянувшись, принялась сворачиваться клубочком для большего тепла: с досадой она обнаружила отсутствие тёплого бабушкиного бока, который так уютно согревал её. Ей хотелось ещё немного поспать, но то и дело до неё доносились приглушенные фразы.       – ...И это долгая дорога для неё.       – Ты будешь рядом, если она устанет. Она не помнит своего отца, Киара!       – Неудивительно. Она провела с ним не так много времени, – фыркнули в ответ.       – Значит, ей необходимо отправиться туда. Ещё довольно рано, вы успеете вернуться к ночи.       Послышался тяжелый вздох, который, как предположила Сансет, принадлежал её маме. На какое-то время повисло молчание, которое потревожило девочку уже своей тишиной. Почему-то, слушая голоса родных, она ощущала себя гораздо спокойнее. И тут до Сансет дошло, что сейчас за пещерой стоит её мама, которая беседует с её бабушкой! Она здесь! Осознав, что она может увидеть и поприветствовать её, малышка подорвалась со своего места, торопясь как можно скорее выбежать наружу, словно её мама могла исчезнуть и Сансет больше никогда её не увидела бы.       – Тогда тебе придется провести весь день выслушивая жалобы, хотя не могу скрыть, что меня порадовала бы возможность не видеть все эти лица, – тяжело вздохнула её мама. Бабушка посмотрела на неё с сочувствием.       – Я справлюсь, дорогая. А тебе не помешало бы развеяться, пообщаться с мужем...       – Мама! – радостно завопив, Сансет подбежала ко львице, но, споткнувшись, она плюхнулась на землю перед ней. Сдув со лба чёлку, девочка смущенно улыбнулась, встретившись с обеспокоенным взглядом тёплых карих глаз. – Привет, мам!       – Санни, – только вздохнула в ответ Киара, едва сдержав смешок. – Сколько раз повторять, чтобы ты под лапы смотрела?       – Извини, – пробормотала в ответ Сансет, виновато глядя на мать. Львёнка огорченно села подле неё. – Ты всё есё злисся на меня?       Её мама внимательно изучала её взглядом, будто взвешивая свой ответ. Заметив её колебание, Сансет понуро опустила голову. Конечно же, её мама злится на неё! Она совершила столько непростительных поступков, а ещё и продолжает оступаться, ещё больше раздражая и огорчая её. Неужели ей так сложно просто тихо вести себя и не вляпываться в проблемы? И почему мама такая злая? Ведь она ничего плохого не хотела сделать, и специально она тоже не шкодит... Может, мама не любит её?       – Я расстроена, что ты меня не слушаешься, Санни. Ты подвергаешь себя опасности. Но я злюсь не на тебя, котёнок, – заметив, как погрустнела её дочь, Киара ощутила укол вины, потому она старалась говорить мягко и тепло. Приобняв дочь, она крепко прижала её к своей лапе.       – Правда? – глухо спросила Сансет, будто не веря в правдивость этих слов. Её глаза, влажные от волнений, ярко блестели, с надеждой заглядывая маме прямо в душу.       – Правда, – тепло улыбнулась львица. – Я злюсь на животных, из-за которых я не могла провести время с тобой.       Сансет не погружалась в мысли о том, что животные донимали её маму как раз таки из-за неё, и благодаря этому она ощутила себя вполне счастливой, имея возможность обвинить других в плохом настроении мамы. Более того, для неё они стали недоброжелателями, которые донимают и мучают её маму. Ей не хотелось видеть её такой расстроенной, и мысль о том, что кто-то действует матери на нервы, поднимала огонь в душе Сансет. Львёнок ощетинился и мрачно взглянул на Прайдрок.       – Не бойся, мама! Они не тронут тебя! Я их всех покусяю! – деловито заявила Сансет, уверенно посмотрев на маму, на что та лишь примирительно усмехнулась.       – Конечно, моя маленькая защитница! – слова дочери немало позабавили Киару и рядом стоящую Налу. – Бабушка предложила нам сходить к папе... Хочешь пойти со мной?       – Да! – радостно воскликнула Сансет.       Именно с того и началась эта долгая прогулка туда и обратно. И сейчас Сансет жизнерадостно бегала вокруг мамы, беззаботно гоняясь за бабочками. Киара улыбалась, наблюдая за дочерью, не переставая удивляться её энергии и активности. Она переживала, что этот путь слишком тяжелый для львёнка, потому шла не особо быстро, но теперь она сомневалась в том, что в этом есть нужда. Казалось, что это её малышке, убегающей вперёд, приходится её ждать. В очередной раз опередив маму, Сансет развернулась к ней, непонимающе глядя на неё.       – А посему дядя Делмар и тётя Витани не идут с нами?       Киара обернулась на их сопровождение. Чуть позади и много дальше в сторону шли Делмар и Витани. Делмар, патрулирующий правую сторону, как раз глядел куда-то вдаль, тревожно нюхая воздух. Удостоверившись, что всё в порядке, он направил взгляд в сторону Киары. Заметив, как королева и принцесса наблюдают за ним, он смутился и широко улыбнулся в ответ, важно кивая.       – Всё спокойно, моя королева! – ухмыльнулся лев, повернувшись в сторону отдаленной львицы, находящейся слева от королевской семьи. – А у тебя, Вит?       – Чисто! – кратко ответила Витани, лениво оглядываясь вокруг.       Их двоих Киара взяла с собой в качестве сопровождения и охраны. Вместо десятка ненужных львов, которые то и дело шептались за спиной, она поручила это дело двум лучшим. К тому же Витани давно хотела навестить брата, а Делмар просто был самым приятным и незаметным спутником, который уж точно не осуждал бы её дочь.       – Витани, а почему Аскари не пошла с нами? – поинтересовалась Киара, зная, как Аскари любит составлять компанию матери в походах. Витани лишь передёрнула плечами и фыркнула в ответ.       – Ей некогда. С появлением Гени у неё появились новые заботы. Кажется, они сегодня устраивают потасовку, бои без правил или что-то типа того, – небрежно сообщила Витани, не удостоив Киару и взглядом. Её слова заставили Делмара нахмуриться.       – Драка? Я не думаю, что сейчас подходящее время для этого, они могут травмировать друг друга.       – Айхью, ты хоть когда-нибудь можешь не быть таким занудой? – закатила глаза Витани. Киару развеселило то, что Делмар на этих словах обиженно прижал уши. Она могла поклясться, что он пробормотал нечто вроде: «Я вовсе не зануда», но насколько Киара помнила Делмара, он всегда был рассудительнее и ответственнее сверстников. Витани же не обратила на это никакого внимания, вернувшись к своим мыслям. – Им необходима практика, и немного крови вне учений и нашего надзора им не повредит. К тому же на горизонте всё спокойно. Орлы до сих пор не обнаружили ничего подозрительного. Возможно, это было лишь совпадением или небесной карой?       – Не верю в эту чепуху, – отозвался всё ещё задетый её словами Делмар. Лев мрачно смотрел перед собой, и некоторое время явно размышлял над тем, стоит ли ему продолжать этот разговор. Когда внутренняя борьба завершилась, он лишь тяжело вздохнул: – Конечно, ни о каких войнах мы не слышим пока, но до меня доходили слухи, что в одном небольшом прайде далеко на северо-западе внезапно сменился правитель и прайд ввёл закрытый режим. Птицы, которые изредка прилетают по делам к другим правителям, крайне неразговорчивы.       – Пф-ф. Прекрасная информация! И если они столь неразговорчивы, то откуда ты это узнал, и почему считаешь это странным? Один лев бросил вызов другому, вот и вся сказочка, – с нескрываемым скептицизмом прокомментировала Витани. Киара заметила, как напрягся Делмар. Они переглянулись, и Киара едва заметно покачала головой. Делмар понял.       – У меня есть... другие источники. В конце концов, я говорил, что это всего лишь слухи. Но известно, что нет дыма без огня.       – Мы должны быть внимательны к политике других прайдов, – поддержала беседу Киара. – Необходимо отправить туда нашего гонца на разведку, чтобы убедиться, что там всё в порядке.       – Уже, – с нескрываемым весельем отозвался Делмар, и Киара улыбнулась в ответ – кто бы сомневался!       – Мам, ты не ответила, – нетерпеливо напомнила Сансет. Её научили не перебивать взрослых во время разговоров, хотя она с удовольствием так и поступила бы – их речь казалась пустой и бессмысленной, куда менее существеннее её собственного вопроса.       – О чём? – растерянно поинтересовалась её мать, уже и позабыв, почему она, собственно, обернулась.       – Посему дядя Делмар и тетя Витани идут сзади! – в голосе Сансет слышалась лёгкая обида. – Они наказаны?       – Нет, котёнок, но они выполняют свою работу и охраняют нас.       – А они разве не могут охранять нас рядом? – протянул львёнок, бегая между лапами львицы.       – Ну, возможно, это не повредит, – с неким сомнением всё же протянула Киара, переглянувшись с их защитниками. Путь был чист, а значит, они вполне могли идти все вместе.       Это не могло не обрадовать Сансет, ведь она могла убедиться, что взрослые на неё не злятся. Она не особо была близка с тётей Витани, но компания дяди Делмара не могла её не радовать. Её матери даже пришлось напомнить ей, что они не на прогулке, а их друзьям необходимо быть начеку в случае опасности, потому Сансет пришлось отказаться от приятной мысли вновь прокатиться на могучей спине льва. Вместо этого она вприпрыжку опережала взрослых, поджидала их, а затем вновь вырывалась вперёд, прогоняя с пути кузнечиков, бабочек и прочих насекомых.       – Злые туси сегодня не кусают, – бодро подметила Сансет, бросив недовольный взгляд на небо – мрачные тучи не думали расходиться, но и дождя сегодня быть не должно, разве что ночью.       – Точно, – хмыкнул Делмар, следуя её примеру. – Но когда тучи плачут, тогда саванна оживает. Хотя нередко они при этом и кусают.       – Наверное, им осень больно, – опустив уши, пробормотала Сансет, внезапно подумав, что тучи ведут себя как живые существа.       – Этого никто не может сказать, принцесса. Моя мать, твоя бабушка, всегда считала, что тучи являются душами львов-охотников, которые страдают оттого, что не могут охотиться, но видя, как уменьшаются стада, они посылают небесную влагу для охоты своим потомкам, – Витани, молчавшая до этого момента, внезапно тоже включилась в разговор, горестно вздохнув. – Тучи ей помогали, но этого оказалось мало.       – Посему? – моментально задала вопрос Сансет, но, к её удивлению, её мать резко одёрнула свою золовку.       – Эта история не для её ушей, Витани.       Наградив её испытующим взглядом, Витани лишь угрюмо кивнула.       – Конечно, Ваше Высочество.       Судя по тому, как мама взглянула на неё, Сансет поняла, что что-то в речи тёти крайне не понравилось ей, но Киара только поторопила всех. Девочка поняла, что лучше не задавать сейчас вопросы и не злить маму, потому принялась с новым энтузиазмом комментировать то, что она видит. Это было её первым большим приключением, и тот факт, что земли вокруг становятся серее и беднее, вовсе её не смущал, а, напротив, интриговал. Ей не терпелось увидеть отца в деле, ведь он наверняка давал мудрые советы выстроившимся в ряд животным, а может, он в одиночку толкает гигантский камень, преграждающий реку? Или... он попал в беду, и их небольшой отряд идёт его вызволять? Тогда Сансет обязательно ему поможет! Злые зелёные львы (ей казалось, что в такой местности если львы и живут плохие, то они обязательно коричневато-зелёные, как болото или прелая трава) будут наказаны за то, что посмели обижать её отца. Возможно, мама даже прочитает им эту самую лекцию или нотацию... А папа обязательно будет им благодарен! И он крепко-крепко обнимет свою дочку, и домой они вернутся все вместе! Сансет настолько воодушевилась этими мыслями, что без труда поверила в них, и теперь она никак не могла дождаться момента, когда они дойдут до границы. К её удивлению, момент этот наступил раньше ожидаемого и уж точно куда менее эффектно, чем она воображала.       – Эй, ты куда засобиралась? – со смешком поинтересовалась Киара у дочери. – Мы уже пришли. Дальше нам нет дороги.       Сансет недоуменно остановилась, непонимающе обернувшись на мать. Эти земли не выделялись ничем примечательным, разве что посреди дороги стоял большой камень, весь покрытый какой-то глиной или землей. Граница представлялась Сансет чем-то необычайным и грандиозным, хотя бы густыми зарослями или особо сильной речной тропой, но сейчас она не видела особой разницы между тем, что она видит сейчас и тем, что видела всего лишь минуту назад. Может, она просто чего-то не видит? Вытянув как можно дальше маленькую головку, Сансет даже постаралась встать на задние лапки, но результата это не дало никакого.       – Это тосьно то место? – с сомнением протянула Сансет.       – Да. Ты ожидала чего-то другого? – её мать явно поняла настроение дочери. Сансет не знала этого, но когда-то её мама и сама была несколько разочарована запретными землями, и если бы не встреча с Кову и не опасная стычка с крокодилами, то в том месте можно было вскоре умереть со скуки и тоски. Земли Истленда были такими же. – А сейчас я позову твоего отца.       Киара набрала полные воздуха лёгкие, а затем издала громкий рев. В очередной раз Сансет зачарованно заслушалась этими пугающе впечатляющими звуками. Ей ответил рык более грубый, явно принадлежавший льву, и Сансет догадалась, что это её отец. Нетерпеливо ёрзая на месте, она старалась пораньше углядеть мощную постать отца, но из-за своего маленького роста она едва ли могла рассмотреть что-то кроме травы. Огорчённо похнюпившись, львёнок обиженно отпихнул лапой стебелёк, который в отместку больно ответил шлепком по чувствительному носу.       – Ауч! – недовольно заворчала Сансет, потирая лапой задетый нос.       Её мама тихо засмеялась, а ведь Сансет даже не заметила, как та поглядывала за ней краешком глаза. Заметив обиженное выражение на мордашке дочери, Киара улыбнулась и устремила взгляд на горизонт. Сансет же решила последовать её примеру, и потому, встав рядом, она с таким же важным (как она надеялась) видом принялась дожидаться отца. Но когда трава вокруг зашелестела, а перед ней возник образ какой-то тёмной тучи с ярко пылающими зелёными глазами, Сансет, испуганно ойкнув, шмыгнула за лапы мамы, прячась в них от страшного зверя.       – Защитница моя, – саркастически хмыкнула Киара, весело опустив взгляд на дочь. – Это же твой папа. Разве ты не узнала его?       – Киара! – с лёгким придыханием произнёс Кову, подойдя к жене и нежно проведя подбородком по её шее. Улыбнувшись, он отстранился от неё, а затем нагнулся так, чтобы посмотреть на дочь. – Сансет! Ты меня не узнала?       – Узнала, – решительно запротестовала Сансет, ощущая себя глупо – на самом деле она и забыла, какой её отец крупный и тёмный. Смутившись, она с упрёком взглянула на отца. – Ты просто меня напугал.       – Ладно, иди ко мне! Обними своего папку, – доброжелательно кивнул Кову, и его дочь нерешительно подошла к нему. Лев подхватил её и обнял, но львёнок протестующе принялся отбиваться и фыркать. Он удивлённо опустил малышку и, не скрывая обиды, спросил: – В чём дело?       – Ты колючий, – обиженно пояснила девочка, неприязненно указывая на усы. Это развеселило её родителей и Витани с Делмаром, которые подошли к ним поближе.       – Рад видеть вас в добром здравии, Ваше Величество, – почтительно поклонился Делмар, Кову ответил ему сдержанным кивком.       – Маленький термит! Смотрю, тебя ещё не съели? – ухмыльнулась Витани, крепко обняв брата и взъерошив его гриву. Кову фыркнул и раздраженно поправил её обратно.       – Я не термит, Вит. Ты не старше меня. К тому же ты ухитрилась увильнуть от своих обязанностей, – осклабился Кову, на что его сестра ответила столь же лукавой и вызывающей улыбкой.       – Что же, не буду искушать судьбу! – подмигнув ему и бросив подозрительный взгляд за спину Кову, Витани и Делмар отошли в сторону, давая возможность семье побыть в относительном одиночестве.       – Я рад, что вы пришли ко мне, – удовлетворенно кивнул Кову, но затем он хмуро обернулся, указывая на двух серых и фактически незаметных в траве львиц. – Но без них было бы лучше, – с горечью добавил он.       – Сам виноват, – хмыкнула Киара, едва удостоив взглядом сопровождение мужа.       – Они держат меня здесь как пленника! – пожаловался он, но его жена осталась бесстрастной, зато эти слова очень впечатлили его дочь.       – Как пленника? – повторила Сансет. В её душе забилась тревога и жалость. Выходит, её папа был заключенным на этих ужасных землях? Она предполагала такой вариант, но и подумать не могла, что попала в точку. Ей хотелось ему помочь и освободить его, но те львицы её даже не замечали. Львёнка просительно взглянула на стоящего позади Делмара, но тот лишь виновато покачал головой. Ну и ладно, она сама справится. Подбежав к отцу, она принялась толкать его заднюю лапу, но лев не шелохнулся, лишь с любопытством взглянул на неё.       – Что ты делаешь?       – Беги, папа! Я задезю их! – пыхтя, велела Сансет, но её внезапно подняли за загривок и поставили рядом с мамой. Девочка непонимающе посмотрела на отца. – Пап?       – Меня не нужно спасать, Сансет. Но я рад, что ты так за меня переживаешь, – улыбнулся лев.       – Я хосю, стобы мы все были вместе. Дома, – Сансет грустно опустила голову, желая что-то изменить. Почему она не может переставить папу как мурашку? Почему она не может сделать всё так легко и просто, как в историях, которые она строит в муравьиных замках? Было бы здорово, если бы они жили все вместе. Львичка с надеждой посмотрела на отца. – Мы могли бы пойти в джунгли и наловить сук! Как Гени!       – Щук, Сансет, – прыснув со смеху, поправила дочь Киара. Её муж был менее благодушен, мрачно взглянув на дочь.       – А мне бы хотелось, чтобы ты научилась наконец-то правильно говорить! – рявкнул он, чем вызвал испуг у львёнка.       Сансет испуганно отступила, прижав уши и виновато опустив голову. Отец явно был зол и недоволен тем, что она всё ещё неправильно произносила некоторые звуки, но разве это связано с тем, что она не хочет, если она не умеет?       – Прости...       – Ты постоянно коверкаешь слова, а тебе уже скоро нужно будет идти на обучение! – упрекнул её отец.       Его недовольство и раздражение вызвали у Сансет слёзы. Почему папочка злится на неё? Разве так важно, как она говорит, если важнее то, что она говорит?       – Теперь ты ещё и плачешь, – устало вздохнул отец.       – Она научится говорить, Кову. Ты мог бы быть помягче, – заметила Киара, ласково прижав дочку к лапе.       – Я мог бы с ней позаниматься. Мне приходилось изучать акценты говора многих животных, и думаю, если я был хорошим учеником, то смогу быть и хорошим учителем, – предложил Делмар, решив вмешаться прежде, чем разговор примет отнюдь не семейную обстановку.       – Это было бы замечательно, Делмар, – с благодарностью улыбнулась Киара, но Кову лишь больше нахмурился.       – Ты мог заняться этим раньше, вместо того чтобы болтаться без дела.       – Торопить развитие ребёнка тоже не стоит. Нужно было подождать, чтобы увидеть, научится Сансет сама произносить все звуки или ей понадобится помощь, – сухо ответил на выпад короля Делмар.       – Тебе-то откуда знать про воспитание детей и их развитие? – фыркнул Кову, на что Делмар ответил прямым и холодным взглядом. Если Кову хочет на ком-то сорваться, то пускай это будет лучше он, чем Сансет.       – Я знаю достаточно. И знаю, что Сансет сейчас нужна поддержка после истории, в которую она попала.       – Какая история? – заинтересованно спросил Кову, с любопытством взглянув на жену.       – Был пожар, и Сансет едва не погибла, – сглотнув, коротко оповестила она.       – Бабушка говорит, что ты тоже была в пожаре, но тебя спас папа! Папа – герой! – позабыв про свою обиду, Сансет смахнула с мордашки слезинки и с гордостью посмотрела на отца. – Ты спас маму!       – Да, это так, – гордо выпятив грудь, подтвердил её отец. – Был страшный пожар, но я не побоялся и перепрыгнул через его языки, чтобы вытащить из огненной западни твою маму. А что у вас случилось? Гроза?       – Сансет ненароком подожгла сухую траву тлеющей веткой, – честно призналась Киара. Ей не было смысла лгать – её муж всё равно узнал бы правду. – И теперь многие животные саванны... недовольны её поведением.       – Поджог, значит? – сурово взглянул Кову на крошку, которая моментально прижалась к земле, стараясь стать не больше маленького камушка на ней. – Как у тебя только мозгов на это хватило!       – Это же семейное, братец! – весело хмыкнула Витани, подмигнув брату. Тот моментально похолодел, заметив ледяной блеск в глазах Киары.       – Что значит «семейное»? – угрожающе тихо и спокойно спросила она, цепко изучая взглядом явно нервничающего мужа.       – Ну... Наверное, речь о Шраме, – нервно улыбнулся он, но сузившиеся глаза жены свидетельствовали о том, что она ни на йоту ему не поверила.       – Ну?! – она резко обернулась к Витани. Та, в отличие от брата, не стала увиливать.       – Ну, тот пожар, в который ты попала, был не случайным, – пожала плечами Витани. – Это был план нашей матушки, и мы втроём отлично справились с ним.       – Не был случайностью? – глухо пророкотала Киара, свирепо взглянув на Кову. Львица аж тряслась от гнева.       – Я думала, ты знаешь. Думала, Кову рассказал тебе. Но, видимо, я ошиблась, – коротко кашлянув, львица попятилась в обратную сторону. – Приятно было тебя повидать, Кову!       – Эм, Сансет, я думаю, мы можем поиграть с тётей Витани наперегонки, – произнёс Делмар, осторожно подхватывая девочку.       – Но папа... – попыталась возразить Сансет. Ей хотелось с ним поговорить и объяснить, что ничего плохого она не замышляла, а лишь хотела показать, какую пользу может приносить огонь. То, что она продемонстрировала его вред, вовсе не означает, что она планировала именно это. Но Делмар был неумолим.       – В следующий раз, принцесса. Сейчас лучше пойти домой...       Киара была благодарна Делмару за то, что тот решил оставить их с Кову наедине. На Витани Киара злилась и сейчас не хотела её видеть, но куда больше она злилась сейчас на мужа, который панически оглядывался. К его огорчению, львицы, приставленные сторожить его, всё слышали и сейчас оживленно переглядывались, надеясь на шоу и вовсе не собираясь мешать выяснению отношений между супругами. Всё, что ему оставалось, – примирительно улыбаться кипящей от негодования жене.       – Киара, это было так давно...       – Ты мне не говорил, – зарычала львица. – Всю жизнь я думала, что ты спас меня тогда! А ты меня чуть не убил!       – Это был план моей матери! Ты же знаешь, какой чокнутой была Зира!       – Это был ВАШ план, Кову! И спустя столько лет я узнаю об этом только сейчас!       – Но это ничего не меняет! Я люблю тебя, Киара, – умоляюще произнёс лев, понимая, что всего несколько не вовремя сказанных его сестрой фраз сейчас грозятся разрушить всё, что он имел. Киара лишь покачала головой, разворачиваясь в обратную сторону.       – Мне больше недостаточно твоих слов, Кову. Как я могу верить тебе? Доверять? Ты лгал мне всю мою жизнь.       – Ты не можешь от меня отвернуться, – умоляюще произнёс Кову. Киара остановилась, переживая борьбу внутри себя. Одна её часть была в бешенстве и желала вернуться к Кову и хорошенько влепить ему. Неужели её мама была права и всю жизнь Киара жила с образом, который сама создала, а не с реальным львом? Он так часто лгал ей... Обида сдавливала ей сердце – разве она заслужила это? Она проявила милосердие, справедливость и мудрость вместо кровопролитной борьбы, неужели такова благодарность за это? А другая её часть души металась в отчаянии и истерии. Ей хотелось верить, что её муж действительно её любит, и не так важно, что было в прошлом. У них всё ещё есть будущее....       – Скажи, тогда, когда отец изгнал тебя... Он был прав? – вместо многих тысяч слов она внезапно спросила именно это. Папа тогда говорил, что Кову привёл его в засаду, но её муж всегда утверждал, что это не так. Прежде она никогда не сомневалась в его словах, но сейчас...       – Нет. Я действительно не знал о том, что нас ожидает засада, Киара. Клянусь. Можешь мне не верить, но это так, – раздался тихий голос за спиной. – И я никогда не лгал, что люблю тебя. Я не рассказал тебе о пожаре потому, что не считал это важным. Это всё – прошлое.       – До следующей встречи, Кову, – тяжело вздохнула Киара, уходя. Помедлив, Кову нерешительно бросил вдогонку голосом, полным надежды, будто всё ещё можно было исправить и наладить:       – Если ты придешь в следующий раз, то принеси, пожалуйста, немного мяса? Здесь мало еды.       Киара закатила глаза, сдерживая на своём языке кучу колкостей, но, подумав о дочери, она только молча кивнула, прежде чем догнать медленно идущего впереди Делмара, всё ещё несшего в пасти Сансет. Витани будто и след простыл. Лишь далеко сбоку мелькнула бежевая фигура. «Так даже лучше, – подумала Киара, – я не настроена на мирный разговор сейчас». Делмар услышал её шаги ещё издали и потому замедлил свой и без того неспешный шаг.       – Всё нормально? – обеспокоенно спросил он, опустив малышку на землю.       – Мама! А где папа? Он не с тобой? – грустно уточнила Сансет, на всякий случай оглядевшись вокруг.       – Нет. Его ещё долго не будет с нами, – передёрнула плечами Киара, быстрым шагом отправляясь домой. Она не замечала, как, погруженная в свои мысли, она едва не перешла на бег, отчего её дочь едва ли за ней поспевала.       – Киара! – окликнул её Делмар, и это подействовало отрезвляюще. Остановившись, она перевела дыхание, заодно дожидаясь, пока запыхавшаяся малышка догонит её.       – А папа всё-таки герой! – с возбуждением воскликнула Сансет. – Как бабушка!       – Да уж, твой папа тот ещё герой, – фыркнула Киара, поднимая дочь за загривок.       Не желая ни с кем говорить, а уж тем более не желая видеть сочувственные взгляды Делмара, Киара без оглядки помчалась домой. Ей так хотелось сейчас прийти домой и уткнуться в могучее плечо отца, выплакаться в его густой алой гриве и услышать такую спокойную и родную речь. Она хотела, чтобы он её обнял, сказал, что всё в этом мире находится в гармонии, и если сейчас ночь, то завтра будет новый день, наполненный солнечным светом и радостью. Но её отец мёртв, а его кости покоятся в семейном склепе. Король Солнечного Света больше никогда не обнимет свою любимую дочку. Киара тихо всхлипнула, ощущая, как глаза увлажняются, а в носу начинает неприятно щипать от горечи и боли.       – Мам, я не буду играть с огнём, только не плаць, – тихим и покорным голосом произнесла Сансет, чуть приподняв голову, но так и не увидев мамины глаза.       – Я не плашу, – возразила Киара, не отпуская мех дочки, тем не менее львица вымученно улыбнулась, понимая, что у неё есть своя отрада и надежда в этом мире. И ради неё она справится со всеми трудностями, научится вновь доверять мужу, и её дочь больше никогда не увидит её слёз.

***

      Когда они уже пришли к Прайдленду, то навстречу к ним поторопилась Нала – был уже вечер, и животные со всеми своими просьбами и жалобами были вынуждены оставить их до следующего дня, когда время приёма вновь начнется. Сегодня приём завершился несколько раньше обычного, поскольку Зазу видел состояние Матери Прайда. Королева-Мать то и дело беспокойно бросала взгляд на восток, ожидая увидеть родные фигуры. Посчитав, что она слишком взволнована, чтобы выслушивать череду однообразных претензий, Зазу дал знак львицам, чтобы те проводили посетителей восвояси. А теперь львица, едва узрев на горизонте золотистый мех, моментально спустилась и помчалась в их сторону.       – Бабуська! – радостно воскликнула Сансет, увидев её. Малышка обрадовалась, поскольку сегодняшний поход не был особо приятным, и ей хотелось зарыться под уютным и безопасным боком в их небольшой пещерке.       – Сансет, Киара! – Нала с облегчением выдохнула, заметив, что с её самыми близкими львицами всё в порядке. Однако первое впечатление изменилось, стоило ей заметить потухшие глаза дочери и крайне тихого Делмара. Витани также не было видно. Неприятная мысль закралась в её душу. – Всё прошло нормально?       – Не вполне, – опустив обрадовавшуюся свободе дочь, Киара шумно вздохнула. – Я расскажу тебе за ужином.       – Киара, Нала, вот вы где! – их разговор прервали сёстры Набини и Сахибу, а также Нусури. Львицы были взволнованы и возбуждены. – Хорошо, что мы вас сразу нашли.       – В чём дело? – деловито поинтересовалась Киара, научившись за долгие годы по голосам подруг определять, когда ситуация носила личный характер, а когда – деловой, как и сейчас.       – Западные границы перешли чужаки.