Шоколатье

Для Северуса время, потраченное на то, чтобы дойти до лавки, в которой он время от времени приобретал различные ингредиенты, показалось слишком долгим. Не считая того, что он, стараясь сдерживать нарастающее раздражение, сильно сомневался в незаконном пополнении опасными зельями ассортимента магазинчика. Да и Альбус Дамблдор в жуткой мантии канареечного цвета вряд ли старался остаться незамеченным. В любом случае, он прекрасно знал, что никаких незаконных ингредиентов в этой лавке быть просто не могло. Он быстро смекнул, что владелец этого магазина никогда не сможет быть заподозрен в продаже запрещенных зелий. И Северус был вправе спросить себя: что же на самом деле задумал его старый друг? Размышляя таким образом, он немного посмеялся над самим собой. Лавка была расположена так, что была очень заметна на весьма оживленной торговой улице в Хогсмиде. Исходя из этого, всем сразу стало бы известно, если б в ней появилось хотя бы одно опасное растение, и дальнейшая деятельность лавки тут же была бы пресечена. Северус был уверен: Альбус просто не обратил внимания на этот факт. Снейп легко распознал очередной замысел директора, вынудившего его таким незамысловатым образом выйти из своих подземелий. Видимо, старый пройдоха очень гордился удавшейся хитростью и был безгранично счастлив. Северус решил подыграть профессору и ничего ему не говорить. И если этот старый интриган больше не нашел другого способа попросить Северуса составить ему компанию в посещении магазина сладостей – что ж, он предоставит ему такое удовольствие… А аппарация в малознакомую часть городка с легкостью уничтожила все оставшиеся сомнения. – Да не вопрос, Альбус! – ворчал Северус, бросая на директора разгневанный взгляд. – Если вам так хочется, я проведу этот день с вами. И не надо никаких оправданий. Мои мозги уже кипят от ваших очередных мудреных планов, чтобы понять, что вы в очередной раз попытались вытащить меня из подземелий. Считайте, что шалость удалась. Дамблдор вздохнул. – Северус, прошу тебя, успокойся. – Что значит «успокойся»? – шипел Снейп. – Я успокоюсь, но только при одном условии, что вы прекратите манипулировать мной, как пешкой, господин директор. – Друг мой… – осторожно начал успокаивать его старый волшебник, но тут же был бесцеремонно прерван. – Друг, Альбус, – это не тот человек, которым можно крутить, как хочешь. Альбус Дамблдор смутился и решил бросить на стол последний козырь – «ну-пожалуйста-милый-мальчик-мой-самый-лучший-друг». – Северус, прими мои самые искренние извинения. Я хочу, чтобы ты прошелся со мной еще немного. Просто мне очень нужно срочно встретиться с хозяином этого магазина, – произнес он почти умоляющим тоном, прежде чем добавить: – я прошу тебя. Устав от бесконечной ходьбы и неспособный сопротивляться натиску Альбуса, Северус обреченно махнул рукой и позволил себе добрести до магазинчика шоколадных конфет. При виде вывески «Lemond’Choco» его правая бровь непроизвольно поползла вверх, и выражение «О!» безмолвно сорвалось с губ. Название магазинчика сразило его наповал. Вероятно, хозяин даже не догадывался, какой двоякий смысл сокрыт в таком простом названии. Прочитав рекламное объявление: «Сладость удовольствия позволяет достичь наслаждения», Северус вынужден был признать, что хозяин прекрасно осознавал, что делал. Через несколько секунд «любимый» старикашка вовлек его внутрь украшенного невероятным количеством ярких цветов магазинчика, где вовсю кипела жизнь. Там он искренне удивился, наблюдая, как Пэнси Паркинсон гоняется за ускользающим от нее шоколадным сердечком, пытаясь наложить на него останавливающие чары. А Блейз Забини, балансируя на высоком табурете, старается удержать равновесие, чтобы не свалиться на пожилую леди, которая просила достать его коробку шоколадных конфет с самой верхней полки стеллажа. Северус остановился в дверном проеме рядом с Альбусом Дамблдором и посмотрел на администратора этого веселенького заведения. Его глаза удивленно округлились, когда он узнал в красавице Тане одну из своих кузин. Она весело щебетала, улыбаясь беременной клиентке. Как только та удалилась, сказав на прощание «Спасибо!», девушка заметила их присутствие. Отблеск удивления промелькнул в ее взгляде и тут же исчез. – Северус, Альбус, как я рада вас видеть! Что привело вас к нам в такую рань? – радостно крикнула она. – Мне просто захотелось посмотреть, как идут у вас дела, связанные с продажей нового шоколада, – улыбнулся Дамблдор. – Продажи фантастические! Каран просто кудесник! Он сотворил еще одно чудо, и мы… БАБАХ! Сильный грохот прервал ее на полуслове, и три пары глаз обратились в сторону Забини, который корчился на полу от безудержного смеха, потирая ушибленный зад. Таня быстро устремилась к сослуживцу, помогая тому поскорее встать на ноги. И пока Блейз продолжал истерично хохотать, она обернулась к мужчинам, одарив их кислой улыбкой. – Хм, Блейз? – тихо спросил Снейп. Громкий смех послужил ему ответом. – Мистер Забини! Блейз повернул голову на звук голоса и столкнулся взглядом со своим бывшим деканом, продолжая смеяться. – Вот дерьмо! – пробормотал он, отводя взгляд от черных глаз профессора. – Неважно, какой будет завтра день – День Святого Валентина или что-нибудь еще, но пятница, тринадцатое всё равно останется Проклятой Пятницей. И как будто в ответ на его слова другой звук – «БАБАХ!» – эхом прокатился по торговому залу. Следом послышались безжалостные витиеватые ругательства. Блейз прекратил смеяться и повернул голову к закрытой двери, расположенной в стене за прилавком. – Мать вашу! – доносилось из-за двери под пристальным и подозрительным взглядом Северуса, усмехающимся и мерцающим – Альбуса и ошеломленным – Тани. В глубине души Северус спрашивал сам себя, что с таким грохотом там могло упасть? Он обратил внимание на дверь, которую прежде не заметил, и увидел, как она с треском распахнулась, и из-за неё выскочил светловолосый и, видимо, очень взбешенный молодой человек. – Блейз, чтоб черти повыдергивали каждый волосок на бороде Мерлина, кто поставил коробки перед дверью моего кабинета?! – яростно спросил он, не пытаясь скрыть своего гнева. Забини тут же скорчил невинную мордашку и, с трудом сглотнув, громко вздохнул. – Ой, ты заметил? Каран, смотри, кто пришел! – попытался ответить он веселым голосом. Хм-м-м… Не прокатило. Каран еще несколько секунд испепелял незадачливого помощника взглядом и соизволил, наконец, повернуться и посмотреть на Дамблдора. – Альбус, – поприветствовал он директора, медленно опуская голову. – Пришли узнать последние новости? Было очень заметно, что Каран не собирается пустить на самотек этот небольшой инцидент с коробками. Да и, по правде говоря, он искал себе козла отпущения, чтобы сорвать на нем всю свою злость. И этим козлом на сегодня был назначен Блейз Забини, молодой человек, который за все время их совместной работы не пропустил ни единого случая, чтобы не совершить очередную сногсшибательную глупость. – Я вижу, новый товар имеет большой успех, – весело улыбнулся Альбус. – В этом можно было даже не сомневаться. Скажи, а экспериментальные образцы у тебя есть в продаже? Немного приведя в порядок нервы, парень вздохнул и, подняв голову, открыто посмотрев в сторону старого профессора. Сначала ему показалось, что он обознался. Но перед ним во всей красе стоял Северус Снейп собственной персоной. Волна паники охватила Карана. «Альбус, ты хочешь, чтобы я сошел с ума?» – подумал парень, внутренне содрогаясь, молниеносно сменяя удивление в своих глазах на угрожающий поток ненависти и безграничной горечи. Мастер зелий, прямой свидетель чувств, словно в калейдоскопе сменяющих друг друга во взгляде незнакомца, слегка нахмурил брови. И, пока Дамблдор разговаривал уже менее жизнерадостно, чем минуту назад, с Блейзом, Северус развернулся к молодому человеку и протянул ему руку. – Северус Снейп, – представился он. – А вы, как я полагаю, хозяин этого заведения? Каран–Гарри отвел взгляд и ответил: – Да, это так. Но произнёс он это так тихо, что зельевару пришлось напрячь слух. – А вас как зовут? – спросил Снейп. Это было очень странно: пока молодой человек бушевал, мужчине показалось, что они знакомы. Но сейчас перед ним стоял незнакомец. Каран посмотрел на Снейпа, слегка вздрогнув под пытливым взглядом, направленным на него, и протянул в ответ руку для приветствия. – Э-э-э, Каран… Каран Смит. Мысленно ругая себя за внезапную слабость, Гарри бросил недобрый взгляд своему собеседнику. Да, он был слаб. По отношению к этому человеку он всегда чувствовал себя так, как в самый первый день, когда впервые появился в Хогвартсе. Таким маленьким, неприметным. И от этого было очень тревожно, и даже появлялось чувство неудовлетворенности, потому что душа Гарри корчилась в крике. Она кричала, что он больше не тот маленький мальчик, каким был раньше. И что Снейп для него – никто. Больше никто! Чужак. Незнакомец. А сам он был Караном Смитом, а не «Гарри Поттером, мерзким ребенком и высокомерным гриффиндорцем, как и его отец». Все осталось позади. Там… В прошлой жизни. Скоро Северус Снейп покинет его магазин, и он, Гарри, возвратится к привычному для него укладу жизни. А, впрочем, зачем ждать? Он может и сам уйти. Прямо сейчас. – Каран, ты уже уходишь? – окликнул его Блейз, в то время как Смит быстрым шагом удалялся в сторону подсобных помещений магазина. – Да, – ответил Гарри. – Нужно убрать коробки из прохода, – бросил он в сторону Забини, прежде чем исчезнуть за дверью. Таня одарила Блейза разочарованной улыбкой, когда тот стойко принял удар, виртуозно посланный его боссом. Северус почувствовал себя расстроенным. Все было так запутано. Это ощущение, что он хорошо знает молодого человека, его тело, которое почему-то вдруг напряглось. Словно он находился в присутствии некоего гриффиндорца. Этот холодный тон, которым говорил с ним незнакомец, как будто он, Северус Снейп, что-то ему сделал. Может быть, они встречались раньше, когда мужчина должен был изображать из себя Пожирателя Смерти? Однако фамилия «Смит» ни о чем ему не говорила. – Альбус? – громко окликнул он старичка и обреченно вздохнул, обнаружив, что тот с увлечением копается в товаре, расположенном на полках в пределах его досягаемости. Дамблдор повернулся к нему, улыбнувшись и приветливо кивнув головой. – Кто такой Каран Смит? – спросил зельевар. – У меня такое чувство, что мы встречались с ним в Хогвартсе. Но я не помню ученика с таким именем. Его старый профессор, стоявший у витрины, собрался уже было открыть рот, чтобы ответить, как Блейз бесцеремонно толкнул его, чтобы пройти за прилавок. – Ка-а-а-ара-а-а-ан!– закричал он, просунув голову в приоткрытую дверь, ведущую в подсобку. – Внимание, внимание! С противоположной стороны улицы к нам направляется большое количество представителей китайской диаспоры! Они уже переходят улицу и готовы к вторжению. ПОМОГИ! Каран вбежал в торговый зал, в свою очередь оттолкнув Блейза, и бросил взгляд через витринное стекло на улицу, наблюдая за толпой китайцев, приближающихся к двери. – Шевелитесь! Они совсем близко! – крикнул он хорошо поставленным командным голосом.– Быстро все по местам! Всё это напоминало истеричный бред сумасшедшего. Или начало военных действий. – Бля, Блейз! Ты собираешься ее закрыть?! – крикнул Каран, наблюдая, как руки Забини тянутся к замку на входной двери магазина. – Таня, Пэнси, смыкаем ряды. Первый посетитель уже готов войти! Девушки быстро проскользнули за прилавок и бросились одна к кассе, а другая – к столу администратора. Когда Блейз немного пришел в себя, оба молодых человека бегло окинули взглядом торговый зал и увидели, как двадцать восемь китайцев вошли в магазинчик, победно осматриваясь по сторонам, глядя на всё, что их окружает, словно на завоеванную территорию. – Сержант Забини, – шепнул капитан Смит, кивая в сторону высокого китайца в очках, направляющегося к партии шоколада ко Дню Святого Валентина, – ты берёшь на себя всё, что находится в радиусе Валентина. – Капитан Смит, – шепнул в свою очередь сержант Забини, – что такое радиус Валентина? – Блейз, всё, что украшено к празднику. Понял? Побеждает тот, кто справится быстрее, – решил Каран, по-садистски улыбаясь, может быть, даже чересчур, учитывая их положение. – Хорошо. Ставка – 5:5. В ата-а-а-аку-у-у-у! – взвыл Блейз и тут же оказался возле одного из покупателей. – Сэр? Чего изволите? Что доставит вам удовольствие? Мадам, позвольте предложить коробку потрясающего шоколада «Franzinee». Каран, в свою очередь, тоже ринулся в наступление… Северус не смог сдержать улыбки, расплывшейся по его бесстрастному лицу. Кем бы ни был этот Каран Смит, он прекрасно знал, за какие ниточки дергать слизеринца. Блейз был милым и очень живым мальчиком, но только с теми, кто его хорошо знал. Но чтобы вот так обмениваться колкостями и тут же дурачиться, как только что делали эти двое, нужно было, чтобы Блейз действительно доверял этому человеку. Пребывая в молчании, Северус искренне восхищался этим Караном Смитом. Затем он повернулся к своему мэтру и заметил, как блестят глаза старого профессора, наблюдающего за юношей. – Знаешь, Северус, наверное, этот мальчик никогда не перестанет меня удивлять, – тихо усмехнулся он. – Который из них, Альбус? – грубо переспросил Северус. – Хм-м-м… Ответ на этот вопрос, Северус, тебе может дать только шоколад, – вздохнул Дамблдор. Шоколад? – Какой шоколад? – его взгляд впился в плитку шоколада, которую ему протягивал старый недотепа. – «Seventine»: в течение десяти прекрасных минут позволь своим глазам увидеть того единственного человека, ради которого бьется твое сердце. Покинь мир одиночества», – негромко прочитал он, и его одолело сомнение. Почему Альбус посоветовал ему именно ЭТОТ шоколад? Какая от него польза?.. С некоторым недоверием он посмотрел на Дамблдора, который умолял его попробовать хотя бы кусочек. Северус лихорадочно развернул блестящую обертку и нерешительно положил шоколад в рот. Сладкая патока разлилась по горячему языку. Опьяненный потрясающим глазированным шоколадом, он мечтательно закрыл глаза, смакуя и наслаждаясь восхитительным вкусом. Все тело охватила нега. В глазах засверкали звезды. На душе стало легко и свободно. Когда он снова распахнул глаза, то, казалось, вокруг больше ничего не существовало. Ничего, кроме силуэта… Каран Смит обслуживал невидимых Северусу покупателей. «Единственный человек, ради которого бьется твоё сердце…» Северус почувствовал, как все его тело, от макушки до кончиков ногтей, охватила дрожь. «… мир одиночества…» Северус почувствовал, как предательские слезы застилали его глаза. Он отогнал их, с трудом сглотнув. Это было невозможно. Он, наверное, спит… Он знал, кто для него был тем единственным человеком. Это было словно ударом под дых – на его месте никак не мог появиться Каран Смит. И даже если сейчас над ним разверзнутся небеса, то его сердце уже навеки отдано одному, очень особенному человеку. Там не было место Карану. – Гарри, – прошептал он охрипшим голосом. – О, боже мой … __________________________________________________________________________________________________________ П/п – игра слов: «Lemond’Choco» – Лимон (Lemon) – подразумевает насыщенное эротическое содержание в тексте (по крайней мере, у французов). Соответствует российскому рейтингу NC–17 (может, именно это подразумевал Северус Снейп, размышляя о такой двоякости смысла, сокрытого в простом названии магазинчика?).