Талийский дьявол

- Нет! Нет! И ещё раз нет! – возмущался Даниэль и от негодования топал ножкой. Как быстро он забыл, что он не девушка, а Крейтон не ангел терпимости и благоразумия. Старые привычки, вбитые и втолкованные за годы усиленной учебы, невозможно было искоренить за пару дней. Дани капризничал как самая обычная, испорченная роскошью леди и отвергал все наряды, которые ему предлагали. Парни оббегали все магазины в городе, чтобы найти и купить ему красивое платье для бала, но ни одно не удовлетворило изысканный вкус избалованной принцессы. Вот и сейчас, критично осмотрев очередное платье, он даже примерить его отказался. - Я же сказал: ни за что не надену это уродство! – надулся мальчишка и встал в позу, сложив руки на груди. - Но… это самое шикарное и дорогое, что было, – оправдывался Гаррет. Он вообще не понял, зачем его отправили по магазинам. На его вкус все платья, что уже купили парни, тоже были красивые. Он взял самое дорогое, как ему и велели, но Даниэлю и оно пришлось не по вкусу. Парень стоял и виновато оправдывался перед друзьями, денег-то оно стоило о-го-го, а вот поди ж не угодил. Парни почесывали свои кумполки и не понимали, что конкретно не нравится Даниэлю. Мальчишка истерил, казалось, на пустом месте и забраковал всё без исключения. "Платья как платья", - думали они. Вроде красивые, много украшений, всё, как любят богатые и благородные леди. - Может, скажешь, наконец, что тебе не нравится? – зарычал Крей, не выдержав очередного каприза. - Не ори на меня, тупица! – взвизгнул Даниэль, от возмущения даже позабыв про страх перед Талийским дьяволом. В нём снова проснулся бунтарь, и угомониться он никак не желал. – Ни одна уважающая себя леди не наденет эту дешёвую безвкусицу. - Дешёвую? Да я столько денег за всю жизнь не тратил! – начал истерить Крей, руки так и чесались придушить маленького негодника. Парни купили, в общей сложности, около дюжины платьев, но ни одно не удовлетворило изысканный вкус Даниэля. Он их даже мерять не стал. Даниэль насупился, зло сощурил глаза и с вызовом посмотрел на брюнета, который стоял красный, словно рак, от злости и пытался сдерживать свою закипающую внутри ярость. - Ты… ты жадный, отвратительный тип! – зашипел рассерженной фурией Даниэль. – Ты украл столько драгоценностей, что можно жить безбедно, как король, до конца своих дней. И ты покупаешь мне всякую дрянь вместо одного красивого платья? - Но… эти тоже красивые, – попытался вступиться за главаря Брайт. – Смотри, сколько оборочек, бантиков и цветочков. - Да-да! – закивали близнецы, соглашаясь с другом, даже им досталось за их неправильный выбор. – Камушки и бусинки очень мило смотрятся. И вышивка красивая… наверно? Даниэль зарычал от бессилия: - Вот именно: бантики, розочки, камушки, вышивка. Уродство! Сплошное уродство! Если я это надену, то стану похож на праздничный торт. Отвратительно! В этих кружевах и оборках можно заблудиться. А ткань? Что это за ткань? Отвратительно! А цвет? - А что цвет? Что с цветом-то не так? – рычал Крей, уже даже не пытаясь что-то понимать. - Оно отвратительного грязно-розового цвета! – верещал Даниэль. – Ни одна даже захудалая баронесса из глубинки не наденет подобное. Дебютантки в первый свой бал одевают только белое, белое и только белое! Это цвет чистоты и непорочности. А вы что притащили? Синее, красное, фиолетовое и даже отвратительно-желтое, но ни одного белого. - Да какая нахрен разница? – не унимался Крей. – Лишь бы смотрелось богато. - А-а-а-а! – взвизгнул Даниэль и, скинув все платья на пол, начал по ним топтаться и прыгать, отрывая от них рюши, бантики и розочки. – Я тебе не шлюха портовая, чтобы в красном заявиться на бал. Крей перехватил рычащего Даниэля за руки, в попытке прекратить истерику, но не знал, как повести себя дальше. Он мало что понимал в женских закидонах, а уж подобное вообще в голове не укладывалось. Он и не знал, что невинные девушки должны ещё и цвет одежды подбирать под стать их целомудрию. - Сплошной геморрой с тобой, – выдохнул Крей. - Вот почему меня воротит от благородных, всё у вас не так как у людей. Сплошные правила, рамки и ограничения. Никакой свободы. - Не нравится - можешь сам все это напялить и отправляться на бал вместо меня, – фыркнул Даниэль, высвобождаясь из рук брюнета. Пальцы Крейтона жгли кожу. Телесные прикосновения будили в нём странные чувства и желания, которые сбивали с толку и мутили разум. - И вообще, мне нужна горничная. А ещё чулки… - добавил мальчишка, снова становясь в позу, и, капризно надув губы, начал перечислять всё необходимое, загибая тонкие изящные пальчики: - Кружевные подвязки, корсет и обязательно туфельки. Бальные, парчовые, расшитые жемчугом и украшенные вильерской вышивкой. Бриллиантовое или жемчужное колье, к нему сережки и браслет. Ещё перчатки и веер, украшенный белыми перьями, кружевом и перламутром, и… и… кажется, всё. Если ещё что-то вспомню, то непременно сообщу. Крей только издал что-то сдавленное и нечленораздельное, больше похожее на крик отчаянья и, схватившись за голову, выскочил из гостиной. - Сил моих больше нет! - прошипел себе под нос брюнет, направляясь целенаправленно в погреб, чтобы разжиться бутылочкой рома и как следует выпить, выкинув из головы все эти бабские заморочки вкупе с истерикой. - Никогда не женюсь! - пробурчал Крей, представляя, что такие концерты могут быть постоянными и систематическими. Ну, нахрен всех этих баб! Полный отстой!!!

*****

Горничную, которую затребовал Даниэль, Крейтон всё-таки отыскал. Ей некоторое время согласилась побыть его старая подружка. На неё он и решил возложить все трудности по подготовке Даниэля к балу. Когда-то секс без обязательств между ними плавно перетёк в крепкие приятельские отношения, чувства давно остыли и остались в прошлом, а вот дружба осталась. Николь была девушкой свободолюбивой и независимой, и раз любви не сложилось, то она не стала заморачиваться на промахах и неудачах, а с легкостью переключилась на поиски нового претендента на свою руку и сердце. Как ни странно, но Николь была единственной женщиной, которая знала всю правду о Талийском дьяволе. Однажды она, как и Крейтон, стала жертвой неуёмных желаний и амбиций своего дяди. С его помощью Николь осталась без родителей и чуть не лишилась дома и небольшого наследства, доставшегося ей после их скоропалительной и трагической смерти. Благодаря Крейтону она смогла разоблачить корыстного ублюдка и в итоге увидеть убийцу своих родных болтающимся на виселице. Ум и смекалка девушки легко позволили завоевать доверие Крейтона. Плюс лёгкий флирт и небольшая интрижка, и вот они уже страстные любовники, рассказывающие друг другу всё без утайки. Она много раз подсказывала и придумывала невероятнейшие по своей сложности ходы и афёры, которые впоследствии были успешно претворены в жизнь. Николь негласно числилась в их команде, но вела свою собственную независимую жизнь, довольствуясь своей долей с удачно прокрученных дел, в которых иногда принимала участие. Крейтон сначала подумывал отправить именно её на задание с близнецами, но девушка, во-первых, была неблагородного происхождения и не обладала требующимися утончёнными манерами, да и характер был под стать её уму: острый, колючий, дерзкий и слишком волевой. Во-вторых, она была старше близнецов и мало походила на юную дебютантку, которую якобы братья решили вывести в свет. В этом отношении Даниэль был лучшей кандидатурой, но Крей не ожидал, что с его капризами возникнет столько проблем и головной боли. - Ну, парни! И где тот капризный мальчишка, с которым вы не в силах совладать? – воскликнула Николь, как только вошла в гостиную. Она поприветствовала всех присутствующих и с удовольствием собрала их приветственные улыбки и поцелуи в щёчку. - Николь, познакомься с Даниэлем, – сказал Крейтон, представляя своей подруге её будущего подопечного. От него не укрылось, как напрягся мальчишка и настороженно, немного ревностно скользнул взглядом по незнакомой ему женщине. Но в следующую секунду Талийский дьявол уже сам скрипел зубами от ревности на пару с близнецами. Николь, восторженно взвизгнув, точно впервые в жизни выиграла ценный приз, накинулась на мальчишку и стала тискать его в своих объятиях, словно забавного пушистого зверька, то и дело прижимая к своей пышной груди. - Боже мой! Какой мусипусечка! – радостно восклицала девушка, щипая Даниэля за щёчки и восхищённо осматривая его растерянную и удивлённую мордашку. – Какая прелесть! Так ты и есть та самая принцесса, которая вынесла этим недоумкам все мозги? Ты просто прелесть! Нечто!!! Даниэль не успел и слова сказать в ответ, как его нос снова уткнулся в ложбинку на груди между двумя мягкими полушариями девушки. Как ни странно, но ему нравилось, как пахла Николь. И ещё было так приятно и мягко. Кожа груди была такой тёплой, нежной и гладкой. Когда-то Даниэль мечтал иметь такие формы, но, увы, он оказался парнем. - Лапулечка, этот грубый варвар ни словом не обмолвился, что ты такой хорошенький, - Николь кудахтала над Даниэлем, славно мама курица над своим единственным драгоценным цыплёнком. Столько восторженного блеска было в её глазах, столько нежности и заботы. На Даниэля так и лилось всё это детское очаровательное сюсюканье. Николь подкупала своей непосредственностью, добротой и теплом. Даниэль, лишённый материнской любви и заботы, выросший в суровых строгих условиях, в ежедневных придирках и учёбе, не ожидал такого бурного проявления чувств со стороны незнакомого человека, тем более девушки. Столько ласки и нежности было обращено на него, что Даниэль и не стремился вырваться или избежать крепких объятий и позволил этой Николь тискать его так, как ей заблагорассудится. И ещё ему почему-то нравилось видеть, как Крейтон раздражается и бесится, но ничего не может сделать, ведь Николь не близнецы, её не побьёшь и не попинаешь ногами. Даниэль даже в ответ обнял девушку и сам уже с удовольствием прижимался к мягкой груди щекой, позволяя Николь гладить и перебирать его волосы, словно она была его самой лучшей подружкой, сестрой или любимой няней, такой как Пэм. - Эй! – не выдержал Крейтон. – Хорош тискаться! Близнецы, как ни странно, в этот раз поддержали его, сейчас они были на одной стороне с главарём, и им, как и ему, не нравилось, что Николь так по-свойски и тесно сюсюкается с Даниэлем. - А ну, заткнулись, недоумки! – рыкнула гостья. Из милой воздыхательницы она в мгновение ока превратилась в грозную и суровую львицу, готовую порвать любого за своего детёныша. – Я могу только догадываться, как живётся этому прелестному ребенку среди таких неотёсанных грубиянов как вы. Близнецы виновато опустили взгляд, а Крейтон нахмурился и не стал спорить; он и сам знал, как жестоко поступал с Даниэлем. Теперь он молча наблюдал, как эти две «подружки» за какие-то пару секунд спелись, ополчились против и теперь смотрели на него осуждающе. Даниэль тоже вспомнил все унижения и избиения, через которые прошёл, и прижался к Николь теснее, ища у неё поддержки, сочувствия и понимания. - Так я и знала, – выдохнула недовольно девушка, полоснув Крейтона и остальных убийственным взглядом, который без слов говорил всё, что она о них думает и что она больше не позволит издеваться над Даниэлем. А кто осмелится - будет иметь дело непосредственно с ней и её острыми ногтями. - Всё равно хорош тискать его! – не унимался Крей, тихонько злобствуя. Ему самому хотелось обнимать Даниэля, но мальчишка всё время был под присмотром кого-нибудь: то Квентина, то близнецов, теперь вот Николь. А его подруга ещё хуже парней: уж если она захочет, то он даже посмотреть на Даниэля не сможет без её разрешения. - Солнышко, покажи, что эти тупицы заставляли тебя надеть? – пропела Николь Даниэлю, не обращая больше внимания на возмущающихся парней. Даниэль тут же схватил новую подружку за руку и подвёл к большому вороху тряпья, кучей валяющейся на полу со вчерашнего дня. Забракованные платья так и валялись бесхозными, и никому не было до них дела. - Вот, – ткнул пальчиком Даниэль в шёлковую груду, ожидая от Николь её справедливого вердикта. Девушка выудила из всего этого вороха тряпья одно платье. Критически осмотрела, отбросила в сторону. Равнодушно взяла второе, глянула и тоже откинула. Третье, четвёртое… - Золотце, как я тебя понимаю, – печально вздохнула Николь, сочувствующе качая головой. – Всё это просто мусор, недостойный тебя. Глаза Даниэля заблестели от восторга. Поддержав его, девушка покорила его сердце раз и навсегда. И теперь для него она была самая лучшая на свете. Он снова прижался к своей героине и обиженно засопел, косо поглядывая на парней, за то, что те вчера пытались заставить мерять его это безобразие. Те виновато смотрели на скомпоновавшийся тандем и только печально поглядывали на кучу платьев, за которые было уплачено столько денег и которые теперь были бесполезны и годились разве что на тряпки. Николь пожалела, посочувствовала Даниэлю и грозно скомандовала в приказном тоне: - А ну! Подняли свои ленивые никчёмные задницы и живо двигаемся по магазинам покупать малышу самое восхитительное платье. В глазах девушки бушевал яростный огонь. Николь в предвкушении похода по самым лучшим салонам самодовольно оскалилась, уже представляя, как заставит Крейтона хорошенько раскошелиться. Многие подумали точно так же, кого-то от такого взгляда даже передёрнуло. Но впоследствии Крей больше всех пожалел, что обратился к Николь за помощью.

*****

Всю дорогу до города Крейтон тщетно пытался отлепить Даниэля от своей подруги, всё время терпя фиаско. Эти двое срослись точно сиамские близнецы и беспрестанно щебетали, мило беседуя друг с другом о всяких женских штучках, обсуждая, какое платье они купят, какие украшения наденет Даниэль, какие туфли нужны и ещё кучу всего-всего. Даниэль светился от удовольствия, что нашёл родственную душу, а Николь нисколько не смущало, что Даниэль парень, но при этом ведёт себя как стопроцентная девчонка. Не смущало её и то, что Крей смотрит на это чудо влюблёнными глазами и ревнует при каждом слове, жесте или прикосновении. Сколько раз Крей пытался отдёрнуть Дани от Николь, ровно столько же в ответ получал грубостей, злых высказываний, недовольства и в придачу ко всему ещё и обиженную мордаху мальчишки. Но все чувства и эмоции разом померкли, стоило Крейтону только увидеть платье, которое выбрали эти двое. Оно стоило столько, сколько зарабатывает немалой величины чиновник на королевской службе за год. У Крея даже дар речи пропал, как и у парней, стоило только услышать о его стоимости. Да, спору нет, платье было восхитительное, не хуже чем было одето на Даниэле, когда он увидел его на балу у Моргана. Может чуточку попроще, меньше жемчуга и не такая дорогая ткань, но всё равно платье было достойно королевы. Крей мог себе позволить подобную прихоть, но ведь платье было нужно только на один раз и всё. Поэтому он торговался как мог, подпрягая к этому парней и предлагая купить другое платье не менее красивое, но которое стоило значительно дешевле. Как он не упирался, как не пытался уговорить сплочённую парочку, в итоге всё равно проиграл. Его заставили купить именно это платье. Но сколько нелицеприятных слов он услышал в свой адрес, прежде чем согласился, сколько обвинительных речей и упреков, но точку в споре всё-таки поставили дрожащие от обиды губы Даниэля и непролитые слёзы, застывшие хрустальным блеском в прекрасных изумрудных глазах. Скрипя зубами он в итоге дал свое согласие и устало опустился в кресло, ожидая, когда его муки подойдут к концу. Парни удручённо поглядывали на своего главаря, в душе понимая и сочувствуя ему. Они, как никто другой, понимали нецелесообразность такой траты денег ради того, чтобы один раз засветиться на балу, достать ещё неизвестно какие сведения; может, они и вовсе окажутся ничего не значащими. Очередной пустышкой, не стоящей внимания. - Крей, оплати ещё эти подвязки и чулки, – потребовала Николь, прищёлкнув требовательно пальцами и подзывая к себе брюнета. Продавец назвал цену, и Крейтон снова вспылил: - Да вы с ума сошли? – накинулся он на Даниэль и Николь. Парочка только удивлённо на него глянула, мол, не понимая, чего он так бесится? - Эта фигня стоит двадцать золотых. - И что? – недовольно фыркнула Николь. - И что!? – возмутился Крей. – Да на эти деньги можно пару месяцев жить. - И? - И!? - Крейтон не на шутку разозлился, у него появилось такое чувство, что эти двое просто издеваются над ним, пытаясь отомстить за его плохое отношение к Даниэлю и за все причинённые ему обиды. – Их всё равно никто не увидит под подолом. Так нахрена покупать такие дорогие? Неужели нельзя выбрать что-то попроще? Даниэль обиженно скукожился под убийственным взглядам Талийского дьявола, всё-таки Крей был страшен в гневе. Но Николь, прикрыв его своей фигуркой, с вызовом уставилась на кипишующего брюнета и, ткнув в его грудь пальцем, воинственно и грозно процедила сквозь зубы: - Заткнись и заплати за всё, что мы выбрали, и скажи спасибо, что не выбрали эти, - Николь подцепила пальчиком абсолютно идентичные по виду подвязки и демонстративно помахала ими перед лицом брюнета. Они стоили в три раза дороже. Крей вдохнул, выдохнул хотел что-то сказать, но воздух только жалобно вышел из его лёгких, издав непонятный сипящий звук. Он понял одно: ему никогда не понять, чем руководствуются женщины при покупке нарядов. Стиснув зубы и не желая больше спорить с обнаглевшей парочкой, Крей кинул увесистый кошель Квентину, чтобы тот мог рассчитаться, и покинул салон. Ему срочно нужно было глотнуть свежего воздуха. Парни только понуро проводили своего командира печальным взглядом. - И что расселись, страдальцы? Взяли коробки и на выход! И поживее шевелитесь! Нам ещё туфли нужно купить и к ювелиру заглянуть, – отдавала распоряжения Николь, а Даниэль восхищался её смелостью и тем, как она здорово и ловко командовала парнями, нисколько их не боясь. - Пошли, золотко! – пропела елейным голосом Николь, беря Даниэля за руку. - Я видела в одном магазинчике отпадный веер, он очень подойдёт к твоему платью. А ещё я знаю, какие перчатки мы купим. О-о-о! Крей придёт в ярость, когда узнает, сколько ему ещё предстоит заплатить. Классно, да?! – засмеялась Николь. – Так и вижу, как этот тупица рычит и брызжет слюнями. Мужики… они же такие болваны! Учись, солнышко, как надо обращаться с этими грубыми мужланами. Стоит только им позволить, и ты мигом превратишься в забитую, замученную домохозяйку с кучей детишек, цепляющихся за твой подол. Даниэль только восторженно кивал, раскрыв рот и соглашаясь со всем, что говорила такая умная и смелая Николь. Хотя ему и не грозила куча ребятишек, раз он оказался не девушкой, но всё равно, было приятно наблюдать, как она ловко раскручивает Крейтона и подчиняет своей воле не только его, но и остальных. Такая классная и непревзойдённая Николь!