Талийский дьявол

День как-то сразу не заладился с самого утра. Чувствовалось какое-то мрачноватое, тягучее напряжение, разлитое в воздухе. Николь слишком долго усердствовала с преображением Даниэля, долго колдовала над его и своей причёской. Даниэль устал как собака, ещё даже не выходя из дому, а им предстояло ещё пару-тройку часов трястись по пыльной дороге до соседнего городка в душной карете. Но не это беспокоило его, ему было как-то неспокойно на душе, словно должно было что-то произойти. Почему-то у него возникали сомнения, казалось, что они что-то не учли, пропустили, но говорить сейчас о своих страхах было бы неуместно. Он пытался внушить себе, что это просто волнения и они не имеют ничего общего с происходящим. Да и не хотелось Даниэлю выглядеть перед всеми паникёром, парни могли подумать, что он струсил и решил отказаться от своего участия. А уж что-что, а трусом он выглядеть не хотел, вот и помалкивал в тряпочку. Выходя из своей комнаты, Даниэль с размаху воткнулся носом в широкую и тёплую грудь Крейтона. Ойкнув от неожиданности и вскинув голову вверх, тут же был захвачен в плен пристальных голубых глаз. Настолько близко он оказался к объекту своей мечты, что сердце, сделав скачок, тут же пустилось галопом вскачь от волнения. Николь шла прямо за ним и тоже не ожидала, что в дверях окажется препятствие в виде недовольного брюнета, которого они вчера так откровенно провоцировали. Девушка налетела на Даниэля, ещё крепче прижимая мальчишку к мужскому телу. Крейтон злобно глянул на интриганку и, не говоря ни слова, резко втолкнул её обратно в комнату, демонстративно захлопнув перед её носом дверь. Даниэль попытался проскочить мимо недовольного и раздражённого Крейтона, но был тут же заключён в крепкие стальные объятия. Нос брюнета зарылся ему в волосы в области шеи, и он почувствовал, как Крей с шумом вдохнул, втягивая воздух, наполненный его запахом. Мальчишка вздрогнул, напрягся, по телу побежали мурашки. Кожу за ушком у основания волос опалило жаркое дыхание, тут же сменившееся прикосновением тёплых, ласковых губ. - Я сдаюсь, маленький провокатор, - тихо, с хрипотцой прошептал Крей, принимая свою полную капитуляцию и наслаждаясь моментом близости. Даниэль замер в его руках, удивлённый, растерянный, и впервые за несколько дней не пытался его огреть чем-нибудь тяжёлым, поцарапать или укусить. Он стоял, замерев, точно маленький напуганный крольчонок и ждал. Даниэль не шевелился, боясь испортить момент. Он думал, Крей устроит ему хорошую трёпку за вчерашнее, но тот просто стоял, крепко обняв его, словно боясь отпустить и нарушить волшебство, возникшее между ними. Дверь, чуть скрипнув, приоткрылась, и в просвет высунулось любопытное личико Николь. Девушка смотрела на картину единения двух влюбленных по уши парней и была довольна происходящим. Талийский дьявол наконец-то сдался на волю победителя, безоговорочно признав своё поражение. Он сейчас походил на преданного пса, который ластился к хозяину, выпрашивая у него капельку любви. Крей недовольно глянул на любопытствующую подругу и, пересилив себя, с неохотой оторвался от Даниэля. - С тобой, подруга, мы после поговорим, – сказал строго брюнет и всунул в руки девушки шёлковый плащ-накидку. Точно такой же он развернул и накинул на Даниэля, полностью укутав того с ног до головы. Свободный, огромный капюшон скрыл даже большую часть лица, оставив только алые накрашенные губы. – Не думай, что я вот так просто тебе всё прощу и забуду. - Я и не думала, – улыбнулась Николь, радуясь полученному результату. Ревнивец Крейтон возмущается, злится из-за своей беспомощности, но сам всё-таки в первую очередь позаботился о том, чтобы его собственность никто не мог увидеть до определённого момента. Крейтон не стал тратить время на споры или препирательства с самоуверенной девицей и, взяв Даниэля за руку, повёл его вниз к карете. Всю дорогу он скакал рядом, охраняя святая святых и отгоняя от кареты потенциальных самцов, которые так и норовили сунуть туда свои любопытные носы. Настроения не было, он понимал, что Даниэль выиграл и теперь ему придётся выполнять все его капризы. Как мужчину его это совсем не радовало, но и без мальчишки он уже не представлял своей дальнейшей жизни. За него он любому глотку перегрызёт. И неважно, кто это будет: Морган, какой-нибудь левый проходимец или даже кто-то из его друзей. Даниэль его, только его и ничей больше.

*****

Небо очень быстро и безжалостно затягивало тяжёлыми тучами. Иссиня-чёрная масса неукоснительно ползла с севера. Надвигалась гроза. Нелучший вариант. Если начнётся ливень, дороги развезёт и уходить от погони может быть очень затруднительно. Где-то вдалеке послышался первый раскат грома, сверкнула молния. Вскоре показался Брент с его малонаселёнными улочками, серыми, мрачными невысокими строениями и деревянными домами. Небольшой рыбацкий городок, какие десятками раскиданы по всему побережью Талии с населением не больше тысячи душ. Гостиницу у пристани нашли быстро, она была всего одна более-менее презентабельного вида, остальные трактиры - просто грязные клоповники, рассчитанные на бедных моряков и небогатых проезжих граждан. Туда бы ни за что не сунулся Морган, боясь подцепить какую-нибудь заразу. Въехав на постоялый двор, прикинулись наёмниками, сопровождающих двух важных персон и потребовали пару комнат на ночь. Хозяин заведения, видя вооружённых крепких парней, был любезен и расторопен: связываться с такими постояльцами не хотелось, да и заплатили сразу вперёд, причём чистым золотом. От чего же не расшаркаться, авось и чаевые хорошие заплатят. Квентин навёл справки у местной обслуги: нужные им бандиты обитали в соседнем с ними номере. Девушка, совсем молоденькая, с курносым веснушчатым носом, все подробности рассказала и о странных постояльцах поведала, стараясь угодить красивому мужчине, за что удостоилась многообещающей обворожительной улыбки и пары серебряных монеток. Девушка, в предвкушении свидания, побежала дальше выполнять свои обязанности, а Квентин направился к себе обсудить дальнейшие действия. - Пленного держат в соседнем номере, – оповестил всех Квентин. – Всего их четверо. Остальные, видимо, остались на корабле, чтобы всей толпой не светиться. Приехали утром, сидят и не высовываются, даже носу наружу не кажут. Еду заказали в номер. - Люди Моргана прибудут ближе к ночи, – сказал Крейтон. – Но гроза может и задержать их в дороге. Хотя на это рассчитывать не следует. Так когда начнём? - А чего тянуть-то? – спросили близнецы. – Прям сейчас и ввалимся. Вырубим козлов и свалим, пока буря не разыгралась серьёзная. - Ладно, так и сделаем! – согласился Квентин. – Быстрее провернём это дело - быстрее окажемся дома и будем отдыхать, грея ноги у камина. - Гаррет, на тебе вход в гостиницу, – сказал Крей. – Близнецы подстрахуют и придержат вышибал. Если что, заодно и трактирщика прижмут, чтоб не рыпался. Брайт, Рыжий и ты, Квентин, со мной на стрёме возле двери, но так, чтоб вас не видели. Николь стянула плащ с себя и Даниэля, поправила короткое платье, расправила плечи и, вскинув голову, сказала: - Я готова! Дани, а ты как? Готов сыграть свою роль? Даниэль чуть пожал плечами и неуверенно посмотрел на Крейтона, будто спрашивая у того разрешения, но лицо брюнета было словно высечено из камня: ни единый мускул не дёрнулся, ни один нерв. Ни тепла, ни злости - ничего. Мальчишка даже растерялся, но всё-таки пошёл следом за Николь. - Давай, встряхнись, Дани! Представь, что это всего лишь игра. Помнишь, как ты уделал парней на лестнице? Так что давай в таком же духе и не бойся, пара минут - и всё закончится. - Я постараюсь, - пробубнил Даниэль и попытался расслабить скованное тело. Крейтон еле сдерживал свои чувства в узде: показывать каким-то уродам своего малыша не хотелось, но план есть план, хотя он сомневался, что участие во всём этом Даниэля было так уж необходимо. Крей, стиснув зубы от ревности, громко постучал в дверь кулаком. - Кто там? Какого чёрта надо? – раздался недовольный голос за закрытой дверью. - Господин, девочек не желаете. Красавицы скрасят ваш досуг, и вам не придётся скучать во время грозы. Слышно было, как в дверях провернулся ключ, и дверь со скрипом отворилась на пару сантиметров. В щели показался оценивающий подозрительный глаз. Крейтон лучезарно улыбнулся и выставил перед собой Николь и Даниэля, для обозрения. Те тоже нацепили на лица очаровательные улыбки, а Николь ещё и подмигнула, помахав ручкой в знак приветствия. Дверь открылась чуть шире, и небритая удивлённая рожа бандита пристально уставилась на красоток в откровенных нарядах. Очумелый от такой порочной красоты девушек мужчина нервно сглотнул. - Ну чё, кто там, Миха? – подал голос другой бандит, тот, что находился в комнате. - Э… Мэнни, тут какой-то паря двух шлюх предлагает. - Уродины, поди? – спросил ехидный, насмешливый третий голос. – Хотя я бы сейчас и уродинам вдул. Месяц без баб уже, яйца пухнут. – Мэнни, может того… оприходуем тёлок? - Пусти! Пусть войдут. Надо глянуть, что за товар нам предлагают. Бандит по прозвищу Миха открыл дверь, приглашая девушек пройти в комнату. Номер был двухместный, видимо, пленника держали в дальней комнате, которая была закрыта. Все четверо мужчин пиратской наружности находились сейчас в прямой видимости. Трое сидели за столом, один стоял у двери. Крейтон прошёл следом за Николь и Даниэлем. Слегка расшаркиваясь, поклонился, отсалютовав приветствия рукой. Парочка подставных шлюх хорошо играла свою роль. Девушки мило улыбались, соблазнительно покачивали бёдрами, стреляли глазками. Николь даже повернулась задом и прогнулась, словно кошка, так низко, проведя по своим ногам руками снизу вверх, что все четверо присвистнули от разыгранного эротического зрелища. - Первый раз таких пупсиков вижу. И сколько ты за этих куколок хочешь? – спросил самый здоровый из четверых. По ходу, он был среди этого отребья самый главный. - Пять серебрушек меня бы устроило, – ответил Крей. - Ха! А нежирно будет? Любая шлюха в этом свинарнике за пару медяков с удовольствием отсосёт, а ты серебром просишь. - Так то любая, а мои девочки - самый смак! Изыск! Спелые, как персики, чистенькие, зубки беленькие! Абы каким отбросам даже за деньги не дают, – заверял Крейтон, расхваливая свой живой товар. – Только гляньте, красота-то какая! Сам бы трахал, да денег надо. Бандиты усмехнулись, а здоровяк опять начал торговаться: - Ну, положим, та, что повыше, может и потянет на пяток серебряных. А эта, вторая, какая-то щуплая. Сиськи совсем малёхонькие. Её и трахать-то боязно: вдруг сломается подо мной и окочурится. - Так зато какой ротик, только гляньте? – Крей ухватил Даниэля пальцами за подбородок и показал бандитам его лицо во всех ракурсах. - Да! Рот зачётный! Ладно, даю три монеты. - Четыре, – стал торговаться Крей, вживаясь в образ жадного до денег сутенёра. Развернул Даниэля спиной к зрителям, наклонил и, бесцеремонно задрав юбку, хлопнул по упругой заднице, чем вызвал весёлый смех у бандитов. – Видали, попка как орешек. Четыре, господа, и она ваша на всю ночь. - Хорошо. Уговорил, чертяга! Четыре. За каждую!!! И мы имеем их как хотим и куда хотим. Отказы не принимаются. - Согласен! - сказал Крей и подошёл к столу, чтобы забрать причитающиеся ему деньги. Здоровяк полез в карман, выудил оттуда небольшой кожаный мешочек и, развязав тесёмку, принялся отчитывать звонкие монеты. Крей сгрёб серебро в руку и, злорадно улыбнувшись, подкинул горсть монет вверх. Бандиты даже не успели ничего понять, как Крей со всей дури пнул здорового парня, опрокидывая крупногабаритную тушу вместе со стулом на пол. Потом настал черёд второго. В руке Талийского дьявола мелькнул клинок. Третий успел отскочить и метнулся в сторону, доставая на ходу здоровый ножище из сапога. В комнату ворвались Квентин Брайт и Рыжий. Но пока они прикончили парня у двери, Крей уже приговорил парочку, валяющуюся на полу, и примеривался к тому, что успел отскочить от стола. Бой был коротким, Крей всё-таки достал шустрого парня и с особым наслаждением засадил ему клинок в брюхо по самую рукоять. Свидетели, что видели Даниэля в таком распутном виде канули в небытие, и Крей был этим очень доволен.

*****

Пленный сидел на полу в углу комнаты связанный по ногам и рукам и с кляпом во рту. На лице его были написаны удивление и, одновременно, облегчение. Он слышал, как в соседней комнате произошла небольшая стычка, а раз бандиты мертвы, то, возможно, те, кто сейчас входил в комнату, не были его врагами и с ними можно договориться. Квентин подошёл, присел рядом с визирем на корточки и выдернул кляп изо рта мужчины. - Тьфу… тьфу… Уф! – выдохнул свободно пленник, отплёвываясь от грязной вонючей тряпки. – Надеюсь, вы пришли не для того, чтобы меня убить? - Нет. Мы здесь, чтобы вас спасти, – заверил Квентин и в знак доказательства разрезал верёвки на руках и ногах пленного. - Благодарю! - сказал визирь и принялся растирать затёкшие руки. Квентин помог встать пожилому мужчине и усадил того на кровать, давая тому время прийти в себя. - Надо уходить, – сказал Брайт, и в это же время раздался испуганный и взволнованный крик Николь. - Крей!!! – голос девушки полоснул брюнета словно ножом по сердцу. Даниэль! Все, кто был сейчас рядом с пленным, опрометью бросились на призыв. Посреди комнаты стояла Сесилия Мерроуз в сером дорожном костюме, в компании трёх здоровых матёрых мужиков и удерживала Даниэля к себе спиной, приставив к его горлу острый тонкий клинок. Николь сидела на полу, зажав разбитые губы рукой. С её пальцев стекали капельки крови. Крей узнал графиню сразу, он знал, кто она такая, потому что много раз видел её с Морганом. - Всем стоять! - крикнула грозно женщина и прижала лезвие к горлу жертвы сильнее, по шее Даниэля скатилась алая капля. Мальчишка придушенно пискнул и затравленно посмотрел на своих друзей, которые не могли ничего сделать, чтобы его освободить. Крей зарычал и порывался выйти вперёд, но сдержался, видя, что дамочка шутить не намерена. “И откуда она тут нарисовалась? Почему так рано? А Гаррет..? Близнецы..? Почему пропустили?” - задавал себе вопросы Крей, пытаясь понять, где же они просчитались. - Крей! – испуганно позвал Даниэль, ему так захотелось оказаться в крепких объятиях своего большого и любимого брюнета. - Всё хорошо, малыш! – попытался успокоить мальчишку Крейтон. – Отпусти его! – потребовал он у Сесилии. - Или я, клянусь богом, прикончу тебя! - Надо же! – усмехнулась графиня. - Так вот кого называют Талийским дьяволом. Герцог Крейтон Байнингтон собственной персоной. Ты копия своего отца, мальчик. Морган будет рад услышать эту новость. Он давно точит на тебя зуб: ты всё время портишь и путаешь его планы. Но в этот раз ты проиграл, дерзкий мальчишка. У меня ваш щенок. Даниэль вздрогнул при этом имени. Известие о том, что Крейтон является кровным родственником Моргана, шокировало его. Крей смотрел на Даниэля, у которого на лице были удивление и ужас. Даниэль даже не предполагал, что Крей окажется герцогом. Теперь стали ясны его мотивы мести и то, как он украл колье там, на балу. Многое стало понятно и встало на свои места. Гроза Талии мстил Моргану, своему дяде, и таким как он. И то колье… Видимо, много значило для него. Даниэль смотрел на Талийского дьявола и не верил своим глазам. Его наглый самоуверенный бандит - герцог и первый претендент на трон. Почти король. Даниэль в душе заскулил от безысходности. Он отлично понимал: если Крейтон когда-нибудь взойдёт на престол и наденет корону, то он потеряет его навсегда. Он не пара королю. У короля должен быть наследник, а значит, ему придётся жениться на девушке и причём из очень уважаемой и богатой семьи. Из глаз Даниэля скатилась слеза. Сердце болезненно сжалось, и он безвольно расслабился в руках графини, опуская глаза в пол и смиряясь со своей участью. Он снова терял своего брюнета, и теперь уже, похоже, навсегда. - А ты, я смотрю, его верная шавка? – огрызнулся Крей, снова дёрнувшись, но Квентин удержал его от глупостей. Ему не понравилось, что мальчишка опять чего-то надумал, это было видно по его глазам. – Подстилка этого убийцы! - Глаза парня горели ненавистью. – Шлюха, что прислуживает ему! - Заткнись! – взвизгнула Сесилия от ярости и стала решительно отступать к дверям. – Всем назад! Иначе я перережу племянничку горло. - Что…? – удивился Даниэль, распахнув глаза. Графиня поняла, что в порыве гнева сболтнула лишнего и слова сами собой соскочили с её языка. Теперь настал черед Крейтона удивляться. - Да-да! Грязный ублюдок Роберта, – выплюнула Сесилия, подтверждая каждое свое слово, так как отпираться уже не имело смысла. – Жаль, что ты не сдох вместе со своей никудышной мамашей, крысёныш! Надо было прикончить тебя ещё при рождении - было бы меньше проблем. Но кто же знал, что Морган захочет сотворить для себя постельную игрушку. Но теперь-то я не упущу своей выгоды. Этому недоумку придётся хорошо раскошелиться, чтобы тебя заполучить. Продам тебя ему за хорошие деньги. Как удачно, что я приехала сюда раньше оговорённого срока. Так и знала, что этот самоуверенный кретин опять облажается. Сесилия Мерроуз медленно, но верно продвигалась по лестнице вниз. Два охранника следили за её тылом, один шёл рядом. Даниэль, пятясь задом на высоких каблуках по крутой лестнице, всё время боялся оступиться. Один неверный шаг - и острая сталь разрежет горло. Гаррет с очумелыми глазами смотрел на происходящее. Видел, как его товарищи медленно спускаются вслед за богато одетой женщиной и не решаются напасть. Даниэль был заложником этих людей, одно неосторожное движение, и мальчишка пострадает. - Отойди от двери, здоровяк! - рыкнул один из телохранителей графини, и Гаррет послушно отступил в сторону. Крей в душе выл как раненый зверь, мечущийся в запертой клетке, он хотел кинуться и растерзать этих ублюдков, но страх потерять мальчишку приводил его в отчаяние. Графиня выскользнула за порог, утягивая за собой Даниэля и, оказавшись возле кареты, злорадно рассмеялась, глядя в лицо Крейтону: - Ха-ха! Не переживай, маленькому ублюдку понравится гостить у Моргана. Извращенец умеет развеять скуку и дарить удовольствие. Может, он даже вам его вернёт. Потом. Когда наиграется вдоволь. Правда от парня, скорее всего, мало что останется. – С этими словами Сесилия залезла в карету и затащила за собой несопротивляющегося Даниэля. На прощание графиня сказала: "Не вздумайте нас преследовать, или ему конец!" Крей в бессилии сжимал кулаки, видя, как карета в сопровождении трёх всадников скрывается за воротами и, словно насмехаясь над ним, небеса разверзлись, и потоки ледяной воды обрушились ему на голову. Они стекали по лицу тяжёлыми каплями, падали за воротник, рождая в душе холод и страх. Не за себя - за Даниэля, который даже не взглянул ему в глаза, когда дверь кареты захлопнулась, отделяя их друг от друга. - Я найду тебя и обязательно верну, – сказал тихо Крей, глядя в маленькую удаляющуюся точку на дороге, в которую превратилась карета. – Где бы ты ни был, малыш! Я приду за тобой! Обещаю!