Усопшие души

Принципы существования любой общины предельно просты: каждый вносит свой посильный вклад ради ее процветания. В столь тяжелое время выжить поодиночке становится практически невозможно. Поэтому люди собираются в группы, сплоченные вокруг одного харизматичного лидера, и заботятся друг о друге, значительно повышая свои шансы на выживание. Община, которую организовал Джон Уолден, бывший солдат, ветеран военных действий в Персидском заливе 1991 года, следовала этим принципам. Она делилась на группы, ответственные за определенные сферы жизни общины. И помимо лидера, способного защитить и уберечь доверившихся ему людей, она не смогла бы существовать без разведывательной группы, которая занималась вылазками за пределы лагеря в соседние города, изучением обстановки вокруг и, в конце концов, добычей необходимых для жизни припасов. Люди, входившие в группу разведки, отличались от прочих силой, отвагой и стремлением выжить, хотя и осознавали возможность погибнуть во время любого из рейдов. Рэй, не представляющий себя в роли кого-то иного, кроме как бойца, душа которого зовет на поле боя, не смог бы смириться с участью «домоседа». А может из нежелания часто пересекаться с Лео и бередить приобретенные во время распада их союза раны, решил, что его место как раз за пределами лагеря. Там, где приходится выгрызать свое право на жизнь у бездумных мертвецов когтями и клыками. Его вылазки с командой длились по нескольку дней, но ни они, полные опасностей и ужасов, которые трудно даже вообразить, ни возвращение в лагерь не давали ему душевного покоя. Да и с чего бы? Его встречали с восторгами и почестями все, кроме того единственного, к кому он хотел вернуться и чье беспокойство о себе хотел вызвать своими безрассудными поступками, но тщетно. Рэй сам не мог поверить в то, что всего за несколько недель он смог привязаться к чужому человеку сильнее, чем к кому бы то ни было за всю его жизнь. Впрочем, за всю его жизнь он и не подпускал к себе никого так близко. Он никогда не впускал никого к себе в душу или сердце. Люди слишком непостоянны. Люди предают. Кому как не сироте из захудалого провинциального приюта знать это? Но мальчишка, появившийся в его жизни среди всего этого ада, был столь чист и светел, что держать его на расстоянии не представлялось возможным. Юный, наивный, невинный и такой... милый... Рэй не знал, как себя с ним вести. Желание владеть и не отпускать его от себя оказалось сильнее здравого смысла. И, поддавшись эгоистичным порывам, он разрушил ту хрупкую связь, что возникла между ними. Лео нашел свое место в общине среди медиков. Его знания и умения, хоть он и считал их достаточно скромными, будучи всего лишь студентом-третьекурсником, однако, нашли спрос среди малочисленного населения лагеря. Оказывать первую помощь, разбираться в лекарствах, перевязывать и зашивать раны, вправлять вывихи и даже принимать роды... То, чему он научился в прошлой жизни, и то, чему его обучили здесь местные врачи, было именно тем, в чем нуждалась община. Помогать людям — вот о чем Лео мечтал всю жизнь. Пусть и не в столь малых масштабах и не при таких обстоятельствах, но он был полезен, а значит, он нашел свое место в жизни. Так он тогда думал... И потерял бдительность, наивно полагая, что все складывается хорошо.

* * *

Очередная вылазка прошла не так гладко, как предыдущие. Вернулись единицы, хотя в рейд уходили двадцать пять человек. В тот момент когда ворота лагеря пересекли всего три машины из уезжавших одиннадцати, люди поняли, что что-то пошло не так. Разведчики, так их называли жители поселения, попали в засаду. И это было бы вполне очевидно и ожидаемо, если бы засадой оказалась толпа ходячих. Но нет, это была группа вооруженных до зубов бандитов, которая попыталась сначала ограбить их, а потом убить. Закончилось все перестрелкой, где были пострадавшие с обеих сторон. Но, как известно, беда не приходит одна. На звуки ружейных выстрелов и крики слетелась армада мертвецов, вынуждая выживших людей отстреливаться уже от них и спешно убегать с места происшествия, снова теряя своих союзников. Чем больше времени проходило с момента конца света, тем больше опасностей подстерегало выживших в окружающем их мире. И если вначале это были ожившие мертвецы, пожирающие все, что дышит, то теперь сами люди стали усложнять друг другу и без того нелегкую жизнь. Схватиться насмерть теперь можно было даже за банку консервов, не говоря уже о работающих автомобилях и оружии, которых было полно у группы разведки. В лазарете было много раненых. Даже те, кто вернулся, рисковали вскоре распрощаться с жизнью. Раны, порезы, пулевые ранения... Лео склонился над сидящим на скамье Рэйем, сосредоточенно рассматривая пулевое отверстие в его плече, из которого медленно сочилась темная кровь. - Тебе повезло, - нарушил он начавшее угнетать их обоих молчание. - Важные сосуды и кости не задеты. Но некоторое время придется воздержаться от рейдов. Обезболивающего у нас в обрез, так что придется потерпеть... - Лео взял в руку пулевые щипцы, заранее прокипяченные в речной воде, и попытался ввести их в отверстие. Рука дрогнула. - В чем дело? У тебя такой сосредоточенный вид... Непривычно видеть тебя таким. Я-то больше привык к другому зрелищу, - приглушенно засмеялся Рэй, будто не замечая ни своей раны, ни боли, которую она причиняет. - А к какому зрелищу ты привык? Выпотрошенных кишок и размазанных по стенам мозгов? - не удержался от колкого замечания новоиспеченный доктор. - Ты, как врач, тоже должен быть к этому привычен, - спокойным голосом прокомментировал Рэй. - Но я не об этом... Я говорю о твоих затуманенных наслаждением глазах, твоих сладких стонах, твоих ладонях, которые так нежно гладили мою грудь, когда я брал тебя там, в заброшенном отеле... Лео испуганно обернулся, чтобы убедиться, что этого никто не слышит. Было бы позором, если бы кто-то узнал, в каких отношениях он состоял с другим мужчиной. - Что ты застеснялся? Кажется, даже когда мой член был в тебе, ты так не краснел... - голос разведчика был полон сарказма, но в глазах блестели озорные смешинки. - Ты не представляешь, какое это удовольствие для меня — заставлять тебя вот так смущаться... - Заткнись! - перебил его Лео. В голубых глазах сверкнула ярость, а в следующий момент он резко ввел в рану щипцы, даже не думая об осторожности. Все, чего он хотел — заставить бывшего любовника замолчать, лишь бы никто его не услышал и ни о чем не догадался. Кровь из раны хлынула с новой силой, а Рэй в ответ на это действие вздрогнул всем телом и зашипел сквозь стиснутые от боли зубы, но не попытался отстраниться или оттолкнуть мальчишку от себя. - Полагаю, я это заслужил, - прошептал он, когда боль немного отступила. - Ты заслужил много большее, - в тон ответил ему Лео, аккуратно цепляя пулю щипцами и вытаскивая ее наружу. «Такая маленькая, но сколько боли и страданий она может причинить. Как много жизней отнять», - думал он, бросая ее в кювету. - Не понимаю, зачем ты так рискуешь. Разве не безопасней будет остаться в лагере? Заняться хотя бы охраной, если тебе так неймется, - снова нарушил тишину Лео. - Мне послышалось, или ты действительно волнуешься за меня? - Вот еще, - насупился Лео, обтирая края раны пропитанной спиртом салфеткой. Зашивание и перевязывание прошло в тишине, и лишь когда Лео закончил и начал складывать медицинские принадлежности, Рэй поймал его ладонь и аккуратно сжал. В ответ на вопросительный взгляд он тихо прошептал: - Спасибо. - Это моя работа и только, - но на душе от этого простого «спасибо» потеплело. Лео поспешил высвободить руку и отвести взгляд. Не хотелось снова показывать этому человеку свою слабость. Как бы там ни было, доверие ему еще придется заслужить, если хочет сохранить между ними хотя бы намек на товарищеские отношения, не говоря уже о дружбе или тем более... Лео мотнул головой, отгоняя непрошеные мысли. С этим покончено. Не будет он больше удовлетворять чужие потребности, пусть Рэй ищет себе кого-то другого. Вечером был объявлен траур. Люди оплакивали своих погибших родственников и друзей. На берегу реки собрались все жители за исключением часовых, следивших за окрестностями вокруг лагеря. Темой собрания была недавняя засада в поселке Авондейл в окрестностях Финикса, куда и направлялась группа, чтобы раздобыть припасы в крупном городе. - ...Мы должны найти их и отомстить! - то и дело были слышны выкрики в духе «отомстить», «заставить ответить за содеянное» и «перестрелять ублюдков». - Ага, как же. Отомстишь ты, глупая курица, сидя здесь, в укрытии, пока мы будем там подыхать не пойми ради чего, - последовал незамедлительно ответ одного из разведчиков. - Что значит «ради чего»? - беседа переходила на повышенные тона. - Они перестреляли наших людей! Живых людей убили! Они не... - Довольно! - громкий голос Джона заставил всех спорящих замолчать и обратить свое внимание на лидера. - Смысл нашей общины — выживание и забота друг о друге. Мы не военная группировка и не банда мародеров. Мы не будем гибнуть ради мести. Возмущение в рядах людей все нарастало и грозило вылиться в массовую драку. Слишком много боли и непонимания причинили людям последние события. - Люди умирали и убивали друг друга всегда, - продолжал Уолден, игнорируя настроения в массах. - Так было до эпидемии и продолжается после. Мы ничего не можем с этим поделать! Все, что мы можем — продолжать бороться, несмотря ни на что... Лео стоял позади собрания, облокотившись на ствол старого дерева, и слушал весь тот вздор, что творился вокруг, оставаясь незаметным. Почти всем, кроме... Рэй бесшумно подошел сзади. - Как думаешь, чем это все закончится? - О боже! - шарахнулся Лео в сторону. - Что ж ты так подкрадываешься?! - Да не кричи ты! И так голова болит... - поморщился брюнет, прикладывая ладонь здоровой руки к виску. - Так что ты думаешь? - Не знаю я, - Лео вернулся на свое место и снова оперся о дерево. - Или подерутся, или разойдутся спать. Вариантов не так много. - А я слышал, как Роберт подбивает разведчиков вооружиться и устроить «темную» тем подонкам. - Роберт — это тот алкаш? Ну, конечно, он нажрется, и ему море по колено и бандиты по плечу, - раздраженно сказал Лео. Меньше всего он хотел новых жертв. - Так-то оно так... Но многие с ним согласны, - задумчиво протянул разведчик, вглядываясь в фигуры людей, что до сих пор стояли и слушали Джона. - Мы потеряли хороших бойцов, чтобы так просто обо всем забыть. Их смерть была бессмысленной. - Смерть в большинстве своем бессмысленна. Я надеюсь, ты не среди его сторонников? - Лео заглянул в глаза собеседнику, надеясь на его отрицательный ответ. Несмотря даже на все обиды, которые он пережил, он не желал тому смерти. - Тебе не все равно? - улыбнулся Рэй в ответ и добавил: - Вообще-то, я не против надрать задницу кому-то, не обделенному интеллектом, в отличие от ходячих. И раз уж ты свою больше не подставляешь... - Хватит! - перебил его Лео, резко отталкиваясь от ствола дерева и вставая напротив мужчины. - Знаешь, мне абсолютно все равно, что ты собираешься делать! Можешь пойти туда с пистолетом наперевес и сдохнуть под обстрелом! Или тебя сожрут, и ты обратишься! Мне наплевать! Не смей со мной так больше разговаривать! Но тирада, которую он прокричал в порыве гнева, привлекая внимание людей, не принесла желаемого результата. Рэй стоял как ни в чем не бывало и улыбался, глядя ему в глаза. Хотя скорее ухмылялся, смеясь над вспылившим мальчишкой. Это стало последней каплей. - Да пошел ты, - развернувшись, сказал Лео напоследок и быстро направился в сторону поселка, надеясь остаться в одиночестве и гордо пережить очередную обиду.

* * *

Раскаленный металл оставлял на коже ярко-красные ожоги, но звуки плавящихся тканей заглушали истошные вопли мужчины, к которому применяли эту жестокую пытку. Обе руки и торс уже были исполосованы обуглившимися кусками мяса. Из глаз непрерывно текли слезы, а с губ то и дело срывались новые крики. - Отвечай уже, ублюдок! Сколько можно слушать твои вопли?! - проорал в гневе стоящий напротив высокий смуглый парень, с силой прикладывая раскаленную головешку кочерги к еще не поврежденной коже на животе его жертвы. Одежда на нем была предусмотрительна разорвана, а руки и ноги крепко привязаны к вбитому в пол креслу. При всем желании освободиться было невозможно, оставалось либо терпеть причиняемые пытки, либо рассказать мучителю то, что он хочет. - Майкл, ты действуешь грубо, но неэффективно, - раздался громкий, но спокойный голос откуда-то сзади. Там, в тени, куда привязанный мужчина не мог повернуть голову и рассмотреть говорившего, сидел другой человек. - И как же, по-твоему, эффективно?! - все больше раздражался Майкл. Часы пыток ни к чему не привели, кроме раскалывающейся от бесконечных воплей головы. Хотелось уже вонзить упертому ублюдку, не желающему выдавать координаты его лагеря, нож промеж ребер. Прямо в сердце. И наблюдать, как он будет подыхать, заходясь в конвульсиях. Говоривший человек медленно встал и вышел из тени, останавливаясь напротив связанного мужчины. Его холодные глаза, не выражающие ни капли сочувствия, не оставляли сомнений в том, что он способен абсолютно на все. - Дай это мне, - таким же ледяным тоном приказал он, забирая кочергу из рук подчиненного, и без промедления опустил ее острым раскаленным концом на пах связанной жертвы, мгновенно забившейся в агонии. Рот был широко открыт, но весь воздух из легких словно вышибло, и мужчина молча бился в кресле не в силах освободиться. - Назови... координаты... лагеря,.. - медленно, чуть ли не по слогам приказал мучитель, отнимая кочергу. Силы к сопротивлению полностью покинули его. Он знал, что пока он не сознается, они будут пытать его до смерти. Боль была столь сильной, что хотелось только одного — чтобы она прекратилась. - На реке... - прошептал он, собираясь с последними силами. - Хила. Десять километров от плотины... Вве... Вверх по течению. - Вот так и надо было сразу, - улыбнулся мужчина, наклоняясь к лицу своей жертвы. - Как тебя зовут? - Сэм, - прошептал он, опуская голову на грудь и в бессилии закрывая глаза. - Мои дети... Не троньте моих дочерей... - Ты нам очень помог, Сэм, - снова включился в разговор Майкл. - Не волнуйся, мы позаботимся о твоих девочках. Надеюсь, им еще нет пятнадцати? Я люблю помоложе, - рассмеялся он, наблюдая, как из закрытых глаз Сэма текут слезы, а плечи содрогаются в беззвучных рыданиях. - А что, если он нам солгал, Босс? - Он сказал правду, - уверенно ответил тот, кого Майкл назвал Боссом, направляясь к выходу. Майкл последовал за ним, скрываясь за дверью. Несколько минут в пыточной комнате царила тишина, и лишь костер, разожженный чтобы разогревать докрасна орудие пытки, освещал помещение. От звука открываемых стальных ворот за спиной Сэма становилось не по себе, но когда он услышал утробное рычание и шарканье нескольких пар ног позади себя, все тело пробила дрожь, а разумом завладел первобытный ужас. Спустя несколько мгновений пыточная вновь наполнилась воплями.