Переплёт

Вскоре лесные массивы сменились полями, тени стали длиннее, ветер – разгульнее. Мегуми не без грации и очарования придерживала чёлку и путавшиеся волосы, а Сано, напротив, с великим удовольствием подставлял смуглое лицо потокам воздуха. Ленты его красной повязки развевались по ветру и, глядя на них, Такани невольно вспомнила ту бессонную ночь в Токио. «Ну погоди, лохматый увалень, я ещё не раз повожу тебя за нос», - хитро прищурившись, подумала девушка. Лошадь в запале неслась вперёд, так что пыль стояла столбом. - Мы должны успеть добраться в ближайшую деревню к Айзу до наступления темноты, - деловито проговорил Саноске, стегая поводьями кобылу, - гостиницы, даже самые захудалые, есть везде, так что без ночлега мы не останемся. Ну а потом, когда немного рассветёт, приедем в город спасать твою клинику. - Хотела бы я посмотреть на ту «захудалую гостиницу», в которой будут и комнаты, где мы будем спать, и двор, где мы сможем оставить лошадь, - сыронизировала Мегуми и добавила, - причём за небольшую плату… Это был явный укол в сторону беспечного и беззаботного Сано. Поняв это, парень нахмурился и в ответ лишь неопределённо хмыкнул. Когда огненные лучи погасли и вместо них зажглись холодные звёзды, телега остановилась в небольшой деревеньке. Проницательная Мегуми оказалась права: хозяин заведения ясно дал понять парочке, что комнат свободных нет, а места для лошади тем более. И как ни ругался, ни грозил кулаками Сано, его старания оказались напрасными. Вообще, будь его воля, молодой человек без всяких проблем устроился бы спать под открытым небом. Но учитывая, что с ним была привередливая Лисица, Сагара был вынужден найти хотя бы просто крышу над головой. - Будь проклят этот очкастый хорёк! – негодовал парень, отчаянно пнув лежавший на дороге булыжник. – Зря я тебя послушал, Лисица, надо было разгромить его курятник к чёртовой матери и… - И попасть в полицейский участок, - мрачно закончила за него медик. – Можно подумать, мало без тебя неприятностей. -Ор-р-ра! – вновь воскликнул Саноске, сжимая кулаки. Охваченный яростью, он уже собрался вышибить ворота гостиницы, как вдруг услышал за спиной незнакомый голос: - Нехорошо портить чужое, молодой человек. Парень, всё ещё гневно сверкая глазами, обернулся и увидел перед собой маленького щуплого дедушку с корявой палкой в руках. - Я сейчас зол, старик, поэтому или говори, что тебе нужно, или уходи, - угрожающе произнёс Саноске. - Ох, красавица, тебе бы следовало научить своего мужа хорошим манерам, - проскрипел незнакомец, улыбаясь Такани. - Он мне не муж! – фыркнула медик. - Я вообще не знаю это болвана. - Что?! – воскликнул парень. - Какая муха укусила твой хвост, Лисица?! - Я слышал, вы ищите место для ночлега, голубки, - не обращая внимания на их препирательства, сказал старичок. Парочка замолкла, и их заинтересованные глаза тотчас уставились на незнакомца. - Я могу вам помочь, - выдержав паузу, проговорил старичок, - в моём доме давно пустует комнатка. Да и в старой конюшне для вашей кобылки места хватит. - Как раз то, что надо! – мгновенно повеселел Саноске, хлопнув кулаком по ладони. - Простите, дедушка, - вежливо обратилась к нему Такани, - мы очень благодарны вам за помощь, но, к сожалению, не располагаем большими средствами… - Ничего-ничего, красавица,- мягко перебил её тот, - за проживание я денег не беру. Пусть ваш муж нарубит мне дровишек и накормит мою лошадь, а вы помогли бы мне убраться и приготовить ужин. Видите ли, я слишком стар и слаб, чтобы в одиночку справиться с этим. Особенно после того, как Хоши умерла… Старичок крепче сжал свою палку, и внутри Мегуми что-то невольно дрогнуло. - Хорошо, - в свою очередь буркнул Сано, - показывайте дорогу. Небольшой домик располагался практически на самом краю деревушки, окружал его низкий забор, посеревший от времени. Оставив животное в конюшне, а телегу на заднем дворе, Кичиро-сан (а именно так звали хозяина дома) и его временные постояльцы вошли в коридор. В нос тут же ударил запах старого дерева и пыли, а скрип сёдзи неприятно резанул слух. И, тем не менее, Мегуми почувствовала, как уют окутывает её хрупкие плечи. Наваждение мгновенно захлестнуло девушку, унося её в большой дом, занесённый снегом, где каждый уголок хранил запах лекарств отца, где всюду эхом раздавался смех неугомонных братьев, где не было ничего теплее нежных материнских рук. «Моя ягодка», - эти ласковые слова пташкой пролетели в сознании медика. Затем Мегуми вспомнила, как её в последний раз обнял отец, как стремительно удалялась мама, а за ней и старшие братья… - Лисица! – вывел доктора из раздумий громогласный оклик. - Долго ты будешь стоять у стены, как статуя Будды? – заметив, что рассеянность из тёмных глаз спутницы исчезла, парень чуть спокойнее добавил. - Иди на кухню, помогай дедуле, а я тем временем наколю дров. - Успокойся, Петушья голова, будет тебе ужин. - С привычной насмешкой осадила его Мегуми. – Ишь ты, раскукарекался… И хихикнув в ладошку, она скрылась за фусумой. Саноске на миг задумался о чём-то своём, скрестив руки на груди, а затем перекинул рыбью кость из одного уголка рта в другой и вышел на улицу. Трава приятно холодила ноги, свежий ветер легонько трепал непослушные волосы молодого человека. «Что ж, пора поразмяться», - довольно решил про себя Сагара и направился в сарайчик за топором. Кухня оказалась довольно просторной. Множество различной утвари говорило о том, что покойная жена Кичиро-сана была хорошей хозяйкой. Пока старик катал своими иссохшими пальцами рисовые шарики, Мегуми нарезала мягкий тофу. Она не раз предлагала дедушке те продукты, которые были в их корзинах, но тот решительно отказывался. - Что же это хозяин такой негостеприимный, который будет кормить постояльцев их же едой?! - бурчал он, размахивая клюшкой. Овощной бульон тем временем закипал на огне, а за окном слышался яростный стук разрубаемых поленьев. - Эх-эх-эх, - невесело вздохнул старик, - когда-то и у меня была такая сила: топором, словно тростинкой махал. А сейчас что? Я даже говядину разжевать (!) не могу, приходится питаться только рыбой. Тьфу! - воскликнул он. - Старость не в радость, красавица. - Главное, что вы молоды сердцем, Кичиро-сан, - с ласковой улыбкой сказала ему Такани, разливая бульон в миски. - Что верно, то верно! – проскрипел он, и его глаза заблестели. - Как закончишь, отнеси-ка эту вкуснятину в комнату, а я пойду твоего мужа позову… - Да не муж он мне! – возмутилась медик, сдвинув брови, и невольно сжала краешек стола, но, похоже, старику что-то доказывать было бесполезно. Под скрип половиц и шарканье обуви, Кичиро-сан вышел во двор и что было силы, позвал: - Молодой челове-е-ек! Бросай топор и иди ужинать! - Уже бегу, дедуля! – пробасил Сано и, швырнув орудие труда в сарайчик, стрелой устремился в дом, подгоняемый отчаянным урчанием желудка. *** Набив желудок, Саноске со спокойной совестью прошёл в выделенную им комнату и заметил возящегося возле ветхого шкафчика старика. - Вот вам футон, голубки, подушки, одеяло… Спите спокойно. И не успели путешественники что-либо ответить, как фусума тихонько скрипнула. Дело в том, что дедушка выделил парочке только одно спальное место на двоих, как истинным супругам. Мегуми, лукаво сверкнув тёмными очами, повернулась к своему спутнику: - Чего же ты ждёшь, Саноске? - проворковала она, приблизившись. Её насмешливый голос и чуть прищуренные глаза неожиданно заставили вскипеть всё внутри Сано. Сагара резко дёрнулся и за долю секунды схватил плутовку за предплечья. Не ожидая увидеть в глазах парня столько странных и, тем не менее, каких-то опасных чувств, Такани даже перестала улыбаться. - Я бы не советовал тебе играть со мной, Лисичка, - понизив тон, сказал он, - потому что расклад явно не в твою пользу… Уголки алых губ потянулись вверх, и вскоре девушка вновь захихикала, изящно прикрыв ротик ладонью: - О-хо-хо, неужели ты подумал, что я буду делить с тобой постель? – нарочно растягивая слова, шёпотом спросила она, высвободившись. - Надо быть полным идиотом, чтобы поверить в такой вздор. Держи подушку для своей лохматой головы! Поймав брошенный предмет, Сано молча устроился на полу. Почувствовав прохладу земли, парень, по-прежнему не сказав ни слова, широко зевнул и закрыл глаза. Мегуми хмыкнула, отвернулась и прямо в одежде легла на футон. Укрывшись простынёй, она опустила веки и тут же вновь подняла их. «Почему он так странно отреагировал? - размышляла она. - Никогда ещё на мои насмешки он не молчал в ответ. Я была уверена, что этот Петух как всегда захочет выпалить что-нибудь колкое в мой адрес. Неужели перегнула палку?.. А впрочем, поделом ему!», - удовлетворённо заключила медик и закрыла глаза. И всё же уснуть ей удалось не сразу. Тревожные думы, словно плющ, обвивали её тело и душу. Завтра Мегуми наконец-то предстояло узнать, что же за опасность нависла над клиникой. Внезапно девушку осенило: «Уж не в тех ли мерзавцах дело? Если это так, то не только клиника, но и судьбы многих людей находятся под угрозой». Такани ещё долго размышляла, пока не забылась в беспокойном сне. Над деревушкой потихоньку занимался рассвет. Темнота уступала свету. Сано уже был на ногах, а вот его спутница, по всей видимости, продолжала спать. Парень на мгновение задержался взглядом на спящей девушке, поднял глаза и едва не поперхнулся: старик всё это время стоял в проёме и наблюдал за ним! «Интересно, что понадобилось дедуле в такую рань?» - чуть наклонив буйную голову, подумал Сагара. И словно в ответ на его мысли, Кичиро-сан движением головы велел временному постояльцу следовать за ним. Они вышли на террасу. Аккуратно прикрыв сёдзи, старик внимательно посмотрел на Сано. «Да что это с ним?» - недоумевал парень и первым решился нарушить молчание: - Спасибо, что помог нам, дедуля, - поблагодарил он, кивнув, - мы не забудем твоей доброты. - Как и я не забуду вашей, - откликнулся дедушка, сжимая в руках палку. – Я знаю, что ты воин, молодой человек, - вдруг начал он, - я сам когда-то был воином. А посему, я знаю, какое это нелёгкое бремя. Но ты с ним хорошо справляешься, об этом говорят твои ясные глаза. Сано был слегка ошарашен неожиданной речью старика. На миг ему показалось, что голос Кичиро-сана перестал быть скрипучим и слабым. - Ты закалён в бою, и твои кулаки – показатель нечеловеческой силы и духа, - продолжал дедушка, - но настоящий воин не махает кулаками бездумно. Ты должен понимать, молодой человек, что напрасно рисковать своей жизнью ты не имеешь права, особенно когда кто-то рядом. - Х-хорошо, - тихо произнёс Сано и, тем не менее, в его лохматой голове образовалась настоящая каша. Старик тяжело вздохнул: - Ну, ничего, придёт час, и ты всё поймёшь… - Верно, - глупо усмехнувшись, сказал Сагара и посмотрел на восходящее солнце. Ветер колыхнул его четыре непослушных прядки, и парень улыбнулся чему-то своему. Тем временем в доме послышался скрип половиц, и говорящие поняли, что Мегуми уже проснулась. - Пора отправляться в путь, - задумчиво протянул Сано, - спасибо, дедуля. Я пошёл впрягать лошадь. - Эй, погоди-погоди! - спохватился Кичиро-сан. - Вот ещё что… Береги её. - Кого? Лошадь? - не понял Сано. - Женщину свою береги, болван! - досадливо замахав палкой, воскликнул старик. - И защищай. И, видит Ками-сама, она не повторит судьбы моей Хоши… Саноске изумлённо посмотрел на опустившего голову старика. Ему ужасно захотелось о многом расспросить его, но парень всё-таки смог удержать язык за зубами.