Переплёт

*** Ночь была необыкновенно тиха и полна чудес. Ветер приятно освежал тело и наполнял комнатку запахами трав. Цикады, стрекотавшие в самое жаркое время суток, давно умолкли. Небо, ясное и бесконечное, мерцало миллиардами звёзд, среди которых главенствовал бледно-жёлтый рогатый месяц. Он странно глядел в приоткрытые сёдзи и заливал деревянные полы своим мягким светом. Саноске беспокойно ворочался на футоне. Тонкое покрывало уже сбилось в комок, обувь, повязка, серая накидка и почти пустая бутылка сакэ были забыты далеко в углу. Перевернувшись на спину и откинув левую руку в сторону, парень посмотрел в потолок, взъерошил и без того лохматые волосы, плотно сомкнув зубы. То ли он захмелел от спиртного, которое в этом городе было каким-то особенным, то ли от запахов ночной тиши, то ли от собственных желаний, которые не отличались особой скромностью. Только фусума отделяла Сано от Мегуми. Никаких особых физических усилий не потребовалось бы парню, чтобы в мгновение ока сломать перегородку и сделать мысли явью. Однако Сагара вдруг ясно осознал, что перед ним находилась не просто деревяшка, обклеенная бумагой, а нечто такое, к чему просто нельзя было применить грубую силу. Поднявшись с футона, парень отошёл к углу, взял в руки бутылку, с какой-то задумчивостью во взгляде карих глаз встряхнул остатки спиртного на дне и, наконец, полностью осушил стеклянный сосуд. Тем временем в соседней комнате, отделяемой той самой деревяшкой, на правом боку, приложив кисть руки к лицу, лежала девушка и невидящим взглядом смотрела перед собой. Такани была глубоко погружена в воспоминания, стараясь распутать клубок своих мыслей. Она привыкла держать своих пациентов под строгим медицинским контролем. Однако в отношении себя такая методика стала попросту бесполезной с тех пор, как какой-то мальчишка перевернул её жизнь с ног на голову. Глубоко в душе это чрезвычайно раздражало Мегуми и… тревожило. Анализируя свою прошлую жизнь, медик пришла к выводу, что та заключалась лишь в работе, работе и ещё раз работе. Сначала она была помощницей доктора, потом стала сама (скрепя сердце, конечно) изготавливать опиум для Канрю. Жизнь напоминала существование, и не ровен час, она свела бы с ней счёты и пронзила кинжалом грудную клетку, если бы не влетевший тогда в комнату Саноске. Не задумываясь ни на секунду, он преградил путь холодному оружию своей горячей ладонью. Сквозь летящие брызги крови громогласным эхом звучали слова: «Что ты делаешь? Дура! Кеншин и Яхико рисковали жизнями ради тебя!» Парень тогда говорил что-то ещё, но она уже не слышала. В тот роковой момент девушка, словно громом поражённая, смотрела в эти полыхающие непоколебимой решительностью глаза. Тонкие девичьи пальцы невольно дёрнулись. Волна воспоминаний с шумом схлынула, и тут Мегуми услышала шаги за перегородкой. Сердце предательски застучало быстрее, затрепетало, словно птица в тесной клетке. Мысли наводнили её голову, приводя разум в смятение, однако внешне Такани, как и всегда, оставалась насмешливо-спокойной. Однако то ли к её сожалению, то ли к счастью, звуки в соседней комнате стихли, будто их и не было вовсе. Девушка откинула прядь волос назад и почти насильно закрыла глаза. *** Солнце едва коснулось крыш, а доктор уже собиралась на работу. Короб с лекарствами терпеливо ждал свою обворожительную хозяйку у входа рядом с корзинкой, наполненной едой. Звуки лёгкой женской поступи смешивались с недовольным бурчанием Сано. - И выдумал же кто-то вставать в такую рань... Я совсем не выспался! - и в подтверждение словам последовал громкий зевок. - Ты сам на это подписался, балбес, помнишь? - в глазах Мегуми плясали искорки смеха. Саноске только фыркнул в ответ. Девушка взяла в руки поклажу и сказала: - Идём, меня ждут пациенты. - Погоди, а как же быть с лошадью? - осенило Сано. - От вчерашнего сена только скудные остатки лежат. - Не беспокойся, я попросила Бенжиро-сана, живущего по соседству, присмотреть за ней. - Ладно, идём, идём. Огненный диск стремительно поднимался по небосклону, наполняя всё вокруг энергией жизни. По широкой дороге шла весьма интересная парочка: хрупкая девушка с гладким шёлком волос и высокий крепкий парень с лохматой шевелюрой. Сано лениво жевал травинку, Такани не желая выпускать своё сокровище из рук, несла короб. Навстречу им то и дело попадались местные жители и все они, как один, улыбаясь, приветствовали медика и с нескрываемым любопытством рассматривали её спутника. - Да ты настоящая знаменитость здесь, - заметил Сагара с усмешкой, - а вот на меня они глазеют как-то странно, - его брови тут же нахмурились. - Раздражает. - Ты новый человек в Айзу, - снисходительно объяснила девушка, - вот люди и присматриваются к тебе. Хм, к их счастью, они ещё не знают, на что способен такой лохматый болван, как ты. - Чего?! – тот час взвинтился молодой человек. - Что значит «к счастью»?! И вообще, Лисица, прекрати на меня обзываться! - А ты не называй меня Лисицей! - чуть повысила голос Мегуми, крепче сжав в руках ношу и сверкнув очами. - А ты не веди себя как лисица! - с удовольствием парировал Сано, уперев свободную руку в бок. Он хотел добавить ещё кое-что остроумное, однако короб, прилетевший ему в лоб, ненадолго дезориентировал парня. - Т-ш-ш, мы уже пришли, - шикнула на него Такани и, как не в чём ни бывало, открыла ворота клиники. Саноске, потирая шишку, проследовал за ней. Мегуми окунулась в привычный круговорот событий. С особой грацией она забрала свои локоны косынкой, и её лицо тут же стало серьёзным и сосредоточенным. А вот для беспечного парня такая суета вокруг была пыткой. «И всё же дело есть дело, - мысленно сказал он себе, - я должен охранять Лисичку и её нору, и я это сделаю». Однако, несмотря на непрекращающиеся жалобы больных, беготню медсестёр и прочее всё было относительно спокойно. Часы шли за часами, и посетителей становилось всё больше и больше, и, в конце концов, Мегуми была вынуждена выпроводить своего телохранителя за пределы кабинета. Сагара даже спорить не стал, ибо запахи лекарств ему изрядно приелись. «Да они мне скоро сниться начнут!» - подумал он и решил прогуляться по территории. Деревца так и дышали молодостью, сочная трава шуршала под ногами. Подставив красивое лицо лучам солнца, Саноске широко улыбнулся и заложил руки за голову. «Интересно, как там Кеншин с Малышкой? Хе-хе, Каору уже жена и мать, а для меня она так и осталась девчонкой, - рассуждал парень и тут же живо вспомнил крики хозяйки додзё, носившейся с шинаем за Яхико. Тёплые воспоминания былых деньков прервало отчаянное урчание желудка. - Пора жрать! – стукнув кулаком по ладони, проговорил парень и зашагал в клинику. В комнате медсестёр под столом лежала корзинка. Стоило Сано чуть-чуть приоткрыть её, как соблазнительный запах ударил ему в нос. «А ведь Лисица, наверное, тоже проголодалась, - вдруг подумал он, - пойду, отнесу ей немного». Спустившись вниз, Сагара завернул в кабинет доктора. Мегуми делала какие-то очень важные записи и даже не подняла глаз на вошедшего. Кроме неё в комнате никого не было. - А, это ты, Петушья голова, - кончики её губ лукаво приподнялись, - в чём дело? Я занята, и вообще… - И вообще ты должна поесть, - не терпящим возражений тоном произнёс молодой человек. И всё же улыбка не сходила с его лица. Он, проигнорировав всяческие протесты Такани, отодвинул бумаги в сторону, поставил корзинку на стол и стал доставать кушанья. Аппетитный аромат не мог не подействовать на девушку. - Так уж и быть, перекушу немного, - беззаботным голосом заявила она, сняла косынку и взяла свою порцию онигири. Стрекотание цикад перемешивалось со звоном колокольчика. Саноске и Мегуми сидели друг напротив друга и, к собственному удивлению, ели молча, без перебранок и насмешек. Иногда их взгляды встречались, и спустя секунду каждый вновь смотрел куда-то в сторону. - Надо написать Кен-сану и Крошке-тануки, - неожиданно произнесла медик, - они наверняка волнуются. - Только сегодня вспоминал этих двоих, - с набитым ртом пробубнил парень и хохотнул. - Весёлая у них семейка, правда? - Правда, - будто бы эхом отозвалась Такани, поправив чёлку. - Эй, ты что до сих пор страдаешь по Кеншину? - подперев волевой подбородок кулаком с любопытством спросил Сано. - Откуда подобные сведения? - скривив алые губы, сказала она. «Что это с ним?» - мелькнуло в её голове. - Значит, я прав? - Значит, ты идиот, - фыркнула девушка и после некоторой паузы добавила. - Обеденный перерыв окончен, выход там. - Я ещё не наелся, - пожал плечами боец и продолжил своё любимое занятие. - Зато я… Но не успела девушка окончить фразу, как сёдзи скрипнули и послышался молодой голос: - Мегуми-сан, я могу войти? Сагара обернулся и увидел перед собой худощавого незнакомца в дорогом тёмно-сером костюме. Он был весьма привлекательным, в каждом его движении, жесте чувствовалось безграничное обаяние. Золотистые волосы этого человека были непривычно короткими для японца. Ореховые глаза, обрамлённые чёрными ресницами, смотрели на доктора. Однако стоило им столкнуться с прямым взглядом карих очей, на которые спадали четыре непослушных прядки, как парень замешкался: - Ох, простите, кажется, я помешал вашей трапезе… - Нет, всё в порядке, Акио-сан, мы уже закончили, - брюнетка любезно улыбнулась ему, а затем многозначительно посмотрела на Сано. «Что это за фрукт такой? - мысленно задал вопрос он. - И почему я должен уходить?» - Буду поблизости, - бросил наконец парень через плечо и, стараясь подавить усилившееся вдруг предчувствие воина, покинул кабинет. - Я очень рад снова видеть вас, Мегуми-сан, - чуть склонив голову, сказал светловолосый, чрезвычайно довольный тем, что остался наедине с Такани. - Взаимно, Акио-сан, - она поклонилась в ответ, - присаживайтесь, пожалуйста. - О, благодарю, но я должен с сожалением признаться, что зашёл ненадолго, сами понимаете, меня ждут дела. - Вы так много работаете, а вам ведь ни в коем случае нельзя перенапрягаться, - деловито произнесла девушка, собирая бумаги в стопку. - Я не устаю удивляться доброте вашего сердца, Мегуми-сан, - с жаром сказал молодой человек, - вы так заботливы по отношению ко мне. - Я стараюсь заботиться обо всех своих пациентах, - смахнув волосы с плеча, заметила она. Губы Акио на долю секунды дрогнули, но затем вновь расплылись в улыбке. - Завтра Танабата, вы помните? В городе пройдёт традиционный фестиваль, и я буду очень рад увидеть вас среди празднующих. «Надо же, Танабата уже завтра, - слегка опешив, подумала медик, - я совсем забыла об этом». - Конечно же я приду, - медовым голосом сказала Такани. - Тогда до завтра, Мегуми-сан, - молодой человек поклонился и оставил красавицу одну, погруженную в свои размышления.