You're Always On My Mind - Ты всегда в моих мыслях

POV KiBum Вернувшись домой, мы с Джонгом направились сразу же в комнату. Не без труда оказавшись там, парень помог мне лечь на кровать. С момента возвращения из больницы ни дня не прошло, чтобы он меня не баловал, независимо оттого, что я чувствовал себя намного лучше. Конечно, спина всё ещё болела, да и рука не до конца зажила, но всё равно было не понятно, почему мой парень носится со мной, как с писаной торбой. Но, с другой стороны, такой весь обаятельный, привлекательный, да к тому же милый Джонги нравился мне ничуть не меньше серьёзного, рассудительного. Его нежные, заботливые прикосновения говорили, насколько сильно я ему дорог, а поцелуи были доказательством нашей безграничной любви. Даже, когда он просто помогал мне сесть, в моём животе порхали бабочки, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Я радовался, как ребёнок, от осознания того, с какой теплотой относится ко мне любимый. – Ты такой милый, – внезапно проворковал он, клюнув меня в губы. Вспомнив, что он может слышать мои мысли, я покраснел. – Вовсе нет, – смущённо пробормотал я, переворачиваясь на живот, пытаясь скрыть заалевшие щёки. Но это был не стыд, ведь мы уже знакомы достаточно давно, и я успел привыкнуть к тому, что он читает меня, как открытую книгу. Конечно, это странно, но мысли о моём обожаемом Джонге, о том, с каким трепетом он заботится обо мне, полностью завладели мной. «Так странно», – надувшись, я уткнулся в подушку. Мне было наплевать, что я поспешил и своими действиями потревожил больную спину. Главное сейчас - скрыть пунцовое лицо. Но это ведь Джонг, он тут же перевернул меня обратно. Широко улыбаясь, парень смотрел на меня сияющими глазами, наполненными любовью и, поглаживая мои руки своими, начал шептать мне всякие нежности. «Какой же ты всё-таки привлекательный», – подумал он прежде, чем я, закрыв глаза, чуть приоткрыл губки, как бы приглашая его к решительным действиям. ДжонХён приподнял меня, и я ощутил его руки, ласково касающиеся моей спины. Он был осторожен, я бы даже сказал, чересчур осторожен. Ведь рубцы на спине не окончательно затянулись и могли из-за малейшего не аккуратного движения начать кровоточить. Почувствовав столь желанные губы, я улыбнулся в поцелуй. От такого лёгкого, но долгожданного наслаждения я уже был готов провалиться в пучину удовольствия и никогда от туда не возвращаться. Через минуту мы отстранились друг от друга по причине нехватки воздуха, да и моё состояние оставляло желать лучшего. – Мне так повезло, – прошептал он, целуя меня в лоб. – Почему? – мой голос дрожал от переполнявших эмоций, всё-таки, как же давно я это не испытывал. Всё ещё немного задыхаясь, я прижался к груди Джонга, вдыхая такой сногсшибательный запах. Он сочетал в себе мужественность, был пропитан мускусом, а главное - он принадлежал моему любимому. – Потому что ты мой, – тихонечко нараспев протянул он, целуя меня в макушку. Устроившись поудобнее на кровати, парень притянул меня к себе, – ты только мой, и никто и никогда нас не разлучит... – не скрывая распирающей гордости, добавил ДжонХён. – Если только ты будешь всегда моим... – прошептав, я поднял слегка увлажнившееся глаза, встретившись с почерневшими, наполненными нежностью глазищами своего парня. Не справившись с нахлынувшими эмоциями, я повторил его недавно сказанные мне слова: «Мне так повезло...» – закрыв глаза, я прикоснулся к любимым губам своими, чувствуя, как его сильные руки обнимают меня, а длинные пальчики выводят на моей спине незамысловатые узоры. – Почему же? – поинтересовался он, прислоняясь лбом к моему. – Потому что ты мой, – улыбаясь, ответил я, и мы вновь слились в целомудренном, но таком искреннем и любящем поцелуе, который без слов мог передать все наши чувства. Я ощущал, как его ласки приобретают всё более ленивую форму, глаза слипаются и вот он уже засыпает со счастливой улыбкой на устах. Глядя на эту милую картину, я и сам не заметил, как мои веки потяжелели, и я провалился в сон, больше ни о чём не заботясь. С наступлением утра, нам необходимо было отправляться в школу. Я нервничал, ведь это был мой первый день после аварии. Он, в принципе, не отличался ничем от других будней. Однако, мне казалось, что что-то не так, а всё почему? Да потому, что на мне была надета симпатичная, но мешковатая, совсем не в моём стиле, одежда. Но я был уверен, что ДжонХён и таким меня будет любить. «Сладкий, милый... мой дорогой, Бомми». Не сдержавшись, я усмехнулся, поскольку услышал сонные мысли моего, постепенно просыпающегося, Джонга. От умиления я, подбежав к кровати, радостно чмокнул парня в щёчку. После моего возвращения домой, он практически не отходил от меня ни на шаг. По его словам, я всё ещё был слабым и немощным. Родители сразу же его раскусили, поняв, что это всего лишь предлог, чтобы побыть со мной чуть дольше, но всё равно позволили ему остаться. Конечно, они предупредили, чтобы мы даже думать не смели заняться дома всякими не потребностями. Но этот довольно смущающий факт не расстроил меня, я уже был счастлив оттого, что они не выгнали ДжонХёна, а ведь могли. – Соня, пора просыпаться, – хихикнул я, игриво повизгивая, ткнув его носом. Приподнявшись, он стиснул мою бедную тушку в своих медвежьих объятиях. – Доброе утро, милый, – прошептал он, осторожно целуя меня в щёку, – а мы можем сегодня прогулять школу? – Нет. Мы и так слишком давно там не появлялись, – серьёзным голосом сказал я. – Ты спишь уже дольше положенного, поэтому поднимай свою ленивую задницу и иди собирайся, иначе мы точно опоздаем, – я отошёл от него на приличное расстояние, и он всё-таки, сделав мне одолжение, поднялся. Покачиваясь, да, вдобавок ко всему, подталкиваемый мной, он направился к шкафу, где находилась его одежда. После непродолжительного нытья моего парня и лёгкого завтрака, мы, наконец-то, отправились в школу. Мама решила нас подвести, поскольку, как и Джонг, была обеспокоена моим самочувствием, хотя я и пытался не единожды их убедить, что в порядке. Я знал, что они волнуются, что они заботятся обо мне, ведь, когда есть люди, которые о тебе, так переживают, ты понимаешь, что ты ни один, что ты кому-то нужен, что ты не безразличен. Конечно, иногда их внимание было слишком навязчивым и начинало раздражать, но лучше уж так, чем равнодушие, царившее в некоторых семьях, к тому же, мне не на что было жаловаться, наоборот, мне следовало радоваться и смеяться. Имея таких родителей, брата, Джонга, я мог назвать себя самым счастливым человеком на земле.